Глава 47

Пока Вейли вёл свою холодную, полную полуправды беседу с генералом инспекции, я почувствовала беспокойство, которое не имело отношения к оружию или отчётам. Где мои соотечественницы? Где Феарель и Лиссиа? Весь этот хаос, обыски… На них могли бы указать как на соучастниц, просто по факту присутствия.

Я незаметно отступила и заскользила кончиками пальцев по коммуникатору. Следящие метки в браслетах показывали, что хозяйки находятся не в своих каютах. А это уже подозрительно! К тому же их сигналы перемещались… Отследив направление, я выругалась. Они двигались в сторону кормовых доков. В сторону ангара со спасательными капсулами и служебными шаттлами.

Ледяное предчувствие сковало грудь. Генерал куда-то потянул Вейли в другую сторону, а время утекало. Я бросилась бежать, игнорируя оклики патрулей. Сервисные лифты, обходные пути — я мчалась, как одержимая. Распахнула тяжёлую дверь в транспортный отсек как раз в тот момент, чтобы увидеть, как двух испуганных, бледных алларок грубо заталкивают в открытый шлюз небольшого, угловатого шаттла с эмблемой компании перевозчика. У трапа стояли двое криласцев в униформе фармкорпорации. Как только их космофлотцы пропустили!

— Стойте! Остановитесь! — крикнула я, подбегая и прицеливаясь для первого удара.

Один из мужчин обернулся. Его глаза были холодны и пусты. Он не стал отступать или тянуться за оружием, которое я заметила у него на поясе. Он просто кивнул кому-то позади меня.

— О, ещё одна! Сама к нам прибежала… — услышала знакомый рычащий голос.

Я не успела среагировать. Чудовищной силы удар в затылок погрузил мир в беззвучную, мгновенную темноту.

***

Пришла в себя от назойливого, невыносимого зуда. Он разливался по коже горячими волнами, будто под ней копошились миллионы мелких насекомых. Сфокусировавшись, я поняла, что это просыпается аллия. Знакомые ощущения приливного жара и зудящей татуировки ни с чем не спутаешь. Воздух аж зазвенел от ругательств, которые вырвались из моего рта. Словесно облегчившись, огляделась.

Я лежала на односпальной кровати в стерильной, светлой комнате. Была облачена лишь в тонкую больничную сорочку. Ни оружия, ни коммуникатора, ни серёг с парализатором, ни даже ботинок. Ни-че-го! Ещё никогда я не ощущала себя такой незащищённой и опустошённой.

На соседних койках сидели Феарель и Лиссиа. Их огромные глаза, полные немого ужаса и слёз, смотрели на меня.

— О, девочки, и вы тут, — усмехнулась, заставляя себя игнорировать зуд. Голова раскалывалась, но ясность мысли возвращалась стремительно. — Я вас вытащу. Обещаю.

Они кивнули, не в силах вымолвить ни слова. Очевидно, уже поняли, что их просто использовали.

— Вы знаете, где мы?

Феарель затрясла отрицательно головой, а Лиссиа сказала:

— Кажется, я что-то слышала про Резолакс… Резомакс... Это так ужасно! Стахор был таким грубым…

— Ррханы показали своё истинное лицо, когда мы отказались улетать с лайнера. — всхлипнула Феа. — А потом заперли здесь, чтобы мы одумались и были послушными. Нам всем что-то вкололи. И тебе тоже…

Значит, мы Резонанс-3, и я таки получила свою дозу «Нектара». Как же не вовремя!

Усмехнулась, подумав, что Вейли не оценит по достоинству мои подвиги без него. Но раз уж я здесь, надо этим воспользоваться. Необходимо получить доступ к архивам нелегальных исследований и переправить их напарнику.

Нашей «комнатой» был стеклянный бокс с маленьким сантехническим отсеком за непрозрачной перегородкой. Подойдя к окну, я увидела большой прозрачный купол, накрывший городок. Атмосфера планеты была непригодна для дыхания. За куполом на темно-лиловом небе сияли два спутника, озаряя верхушки дальних гор и джунгли. Где-то там среди множества неизвестных растений цвёл и злополучный ларниус…

Повезло, что очнулась я ночью. Дежурный лаврентиец спал у мониторов в соседнем помещении. Используя заколку, которую я нашла в своих спутанных волосах (единственный «подарок» похитителей), я потратила двадцать минут, чтобы снять решётку вентиляционного короба рядом с душевой кабиной.

Я приказала девушкам притвориться спящими и, как тень, выскользнула в вентшахту, благо хрупкое сложение тела позволяло. Что бы делали агенты, если бы не этот путь? Конечно, не все им могут воспользоваться. Тот же Мачо не поместится. Зато я чувствовала себя здесь практически по-домашнему.

Характерный гул я услышала спустя полчаса ползания. Подо мной была комната техников. Пустая! Ну просто мой день по везению! Я спустилась с вентканала и села за терминал. Слабенький, местный, но подключённый к внутренней сети. Доступ был нулевым, но на моём веку были и не такие замки. Используя известные уязвимости в ПО и вводя команды, за которые в Космофлоте давали пожизненное, но которым обучил меня Вейли, я за пятнадцать минут получила доступ к журналам.

То, что я увидела, заставило кровь стынуть. Это была не просто незаконная лаборатория на базе вполне себе легального санатория. Это был конвейер. Данные об испытаниях препаратов на «добровольцах» (похищенных с периферийных колоний), списки подкупленных чиновников, схемы отмывания кредитов, поставки контрафактных медикаментов в зоны конфликтов. И… отдельный файл с биометрическими данными. Проект «Нектар», ускоряющий созревание для алларок. Изучив его, я мысленно пожелала сгнить на радиоактивном астероиде всех причастных.

Я скачала всю подноготную корпорации «КраймСфера», удалив данные о «Нектаре» подчистую. Эти исследования никогда не должны иметь продолжения! Сбросила данные в зашифрованное облако с меткой SOS и координатами. Адресат был один — Дейриан Вейли. Отослать сообщение в космос можно было, только нарушив единый замкнутый информационный контур и подключившись к заблокированной межгалактической сети.

Конечно, тут же раздался сигнал тревоги. Закрыв файлы и стерев следы своего присутствия, бросилась обратно в бокс по вентиляции. По пути видела, как по коридорам носились лаборанты в наспех накинутых халатах и охрана.

— Проверить всех! Кто-то лазил в сеть! — рычали знакомые ррханы. А я замирала, надеясь, что они не почувствуют моего близкого присутствия своим развитым обонянием. К счастью, им было не до этого.

Вернувшись в бокс через вентиляцию в сантехническом отсеке, улеглась на кровать. Девочки ничего не спросили, но странно на меня поглядывали. Исходящий от них страх был практически осязаем.