Глава 7

Дайри

Я все время старалась держать в поле зрения сына, ни на минуту не отключая оптический прибор шлема. Боялась, что людей вначале куда-то еще поведут, будут что-то с ними вытворять и лишь позже отправят на шахту.

Авенар поглядывал и качал головой, иногда вздыхал, но не комментировал.

И слава богу. Плевала я на его мнение, что мне сейчас стоило бы воздержаться от прогулок по Земле и предоставить действовать напарнику.

Нет! Я пойду к Вите!

Даже если все агенты ВОМГ встанут у меня на пути.

Нам повезло — «новобранцев» сразу отправляли работать на шахту.

Сейчас мне было совершенно плевать, настолько страшно в ее черной пасти и как же я боюсь пещер, где ты будто заперт в каменном мешке.

Я шла, не думая ни о чем, кроме сына и его спасения.

Мы подкрались и застали Витю за раскладыванием руды в контейнеры.

К счастью, добывать вещество сына не заставили, и долго искать нам не пришлось.

Я подошла к Вите и шепнула ему на ухо:

— Иди за нами, я с тобой. Это мама.

Но ожидаемого результата не получила — сын продолжал, будто робот, планомерно складывать в контейнер руду и словно бы не услышал.

Я повторила попытку, и Авенар похлопал по руке:

— Они тут чем-то напичканы и, кажется, не воспринимают реальность или вроде того, — прозвучало как приговор в наушниках.

Даргил показательно подошел к другому мужчине, похлопал по плечу, что-то сказал ему также на ухо, и тот не отреагировал. Чтобы окончательно продемонстрировать, Авенар повторил это несколько раз.

— Хватит! Давай просто тогда его уведем! — возмутилась и взмолилась я одновременно.

Взяла сына за руку и потянула на выход.

Он сделал несколько шагов, но затем остановился.

Крутанулся на пятках и вернулся к контейнеру, таща меня за собой. Витя все же мужчина, а я только лишь женщина. И противодействовать ему не могла.

Я беспомощно пожала плечами.

Авенар схватил сына, перекинул его через плечо и побежал.

Витя принялся брыкаться и вырываться.

Я неслась следом за Даргилом. Но в какой-то момент сын юрко выскользнул из его рук, спрыгнул на землю и понесся обратно к шахте.

Я села на прямо на снег и заплакала.

Было так горько и больно, хоть вой.

Авенар присел рядом:

— Послушай. Не надо отчаиваться. Давай я его вырублю препаратом и унесу.

— Ты можешь? — Я была готова уже на все.

— Не уверен, что сработает на том, из кого сделали марионетку фесы, но попробовать стоит.

Авенар включил режим антигравитатора и одним прыжком догнал Витю, который мерно трусил к шахте.

Повалил и всадил ему ручкой шприцом инъекцию.

Сын задергался, забился, а потом… просто встал и снова побежал к шахте.

Не знаю, что на меня нашло. Я в голос зарыдала, наплевав на то, что могут услышать, и крикнула:

— Витенька! Мой мальчик! Сы-ынок!

Кажется, в моем вопле были все эмоции, что я пережила за эти минуты. Он раненой птицей взмыл в небо и осыпался сверху.

Авенар посмотрел с осуждением: мол, ну что ты творишь, ты нас выдашь, но комментировать все же не стал.

Я стиснула зубы, глядя как сын возвращается в шахту.

Казалось, все пропало.

— Мы можем вернуться за ним с помощью, — успокаивал Авенар, уводя меня назад, к кораблю. — Ну чего ты? Он жив и относительно здоров! Вон какой живчик, аж меня умудрился перебороть!

Но я почти не слышала Даргила.

Я плакала навзрыд, и горькие слезы щипали глаза.

Я сжимала до боли кулаки и кусала губы до крови…

Внезапно что-то произошло сзади. Я невольно обернулась и… увидела, как Витя идет… к нам!

Он словно очнулся.

Даргил подскочил к сыну и в два прыжка донес его до корабля.

Мы запрыгнули в звездолет и стартовали, молясь, чтобы фесы ничего не заметили. Я барражировала возле сына, который ошарашенно тер виски.

— Что случилось? Что со мной было? — спрашивал он у меня, пока Авенар уводил корабль подальше от Земли. Видимо, решил все же лететь не по курсу, указанному руководством ВОМГ, а на базу, чтобы оставить там руду и Витю.

— Что последнее ты помнишь? — спросила я, еще немного трясясь внутренне от пережитого шока.

— Я шел по улице, голова закружилась… Потом провал, чернота… Какие-то голубые вспышки и… твой отчаянный плач. Я очнулся из-за него.

— Не думаю, — бросил через плечо Даргил.

— То есть? — вскинула я бровь.

— Он, скорее всего, тоже облучился этой рудой. Ты же говорила, что была беременна, когда попала на место шахты. Поэтому его и отпустило. А ты просто сыграла роль эдакого маячка в реальности, чтобы его вытащить.

Странно, что Витя воспринимал окружение нормально.

Космический корабль, Авенара и все, о чем я ему не рассказывала.

Я удивлялась все больше и больше.

Витя озирался с искренним интересом, но не выглядел потрясенным и не щипал себя, будто не верил происходящему.

— Зря удивляешься, — опять повернулся к нам Авенар. — Он тоже видящий, вот и все. Думаю, что вы оба получили способности благодаря облучению минералом. Он как-то связывает материю и энергию, поэтому вы — материальные существа — ощущаете энергетических фесов. И понимаете, что происходящее — не сон, не глюк или вроде того.

Нет, на сегодня мне было достаточно эмоций, ощущений и потрясений.

Я просто обняла сына и начала потихонечку успокаиваться.

Однако Витя все-таки не пришел в себя окончательно.

Временами он впадал в странный ступор, озирался с выпученными глазами, будто не понимает, где находится. Путал факты и рвано говорил что-то о фесах. Но я была счастлива от того, что он узнал меня и даже не засыпал вопросами…

Пока не стало ясно, что Витя все еще немного бредит. Иногда он пружиной подрывался с места, что-то искал, скреб руками по полу корабля, будто собирал несуществующую руду, как его и запрограммировали. Потом у сына начиналась тихая паника. Он метался и бил кулаками в стены скайфера.

Ненадолго отключился — сработал введенный Даргилом препарат.

Но вскоре очнулся и снова принялся метаться по рубке.

Переполошившись, я рванула к нему. Страх за Витю вернулся с удвоенной силой. Я толком не знала, чем его напичкали монстры. Вдруг это уже никогда не пройдет? Вон что они сотворили с Даргилом! До сих пор неясно, что с этим делать. Вдруг так и не удастся окончательно привести Витю в чувство?

— Долго нам еще лететь? — вскинула я взгляд на Авенара, управляющего кораблем.

— Уже скоро выходим из гиперпространства, — повернувшись, ответил напарник. — Сразу летим на базу ВОМГ, а там… — Он покосился на Витю и слегка нахмурился. — Ему потребуется помощь.

— Это я и без тебя вижу! — гневно выпалила я, поднимая сына — потому, что он опять вроде очнулся и перестал сгребать несуществующую руду.

Господи! Уже скоро ему помогут! Наши точно сумеют! Начала я убеждать себя и… вдруг испугалась.

Дошло, что Олисс уже вернулся на базу, и нам предстоит не самый приятный разговор. Я нарушила не только его приказ оставаться на Тиль-Триасе, но и еще несколько правил нашей организации одним махом.

Улетела с Даргилом, хотя должна была находиться в штабе и давно уже поменяла напарников, затем мы не полетели в точку назначения. И — как апофегей моего самовольства — забрали землянина на другую планету. Пожалуй, это было самым вопиющим из всех нарушений.

Земляне не должны были ничего знать о цивилизациях других планет и их технологиях. Не должны были видеть другие расы.

Однако у меня была призрачная, но все же надежда.

Авенар сказал, что Витя, возможно, тоже видящий…

Это единственное, что могло бы послужить весомым аргументом.

При обнаружении видящих агенты ВОМГ обязаны срочно доложить о находке руководству либо, при отсутствии возможности связаться, доставить их на проверку, чтобы провести тестирование — как случилось со мной. Пожалуй, сейчас вполне можно было закосить под второй случай.

Было бы странным, если бы мы начали звонить на базу прямо с рудника фесов.

Но… я все равно жутко боялась. Вдруг что-то пойдет не так?

Еще ничего толком не известно. Даргил мог и ошибаться в своих предположениях по поводу Вити, и его внезапное «переключение», «прозрение», не знаю уж как это назвать, могло быть результатом стресса, нашей родственной связи. Да чего угодно, в принципе!

Я никогда не замечала у сына каких-то способностей.

Нет, конечно, он отлично учился и даже преуспел в самбо, имел как-никак первый разряд.

Однако… я ведь и у себя я этих способностей не замечала, пока не встретила Даргила.

Конечно же, за сына я боялась гораздо сильнее, чем за себя.

Любая мать готова отдать жизнь за собственного ребенка…

Весь полет Виктор то приходил в себя, а то снова испытывал странные приступы.

Не нравился мне такой расклад.

В моменты отчаяния Авенар пытался меня успокоить, но выходило так себе.

Его горячие объятия рождали дикие, противоречивые чувства. С одной стороны, я так соскучилась по его теплу, и даже сама этого не осознавала. С другой — в прошлый раз это не то чтобы вышло мне боком, скорее я почти умерла. Я хотела, чтобы Авенар прижимал, утешал, как он это делал, гладил по голове и бормотал, что все будет хорошо, незачем так переживать.

Но одновременно дико боялась, что монстр Даргила воспользуется ситуацией, вылезет и задаст нам всем жару в самый для этого неудобный момент.

В общем, меня знатно штормило от ситуации с Витей и отношений с напарником.

Бывшим напарником!

Я едва дождалась, пока боевой корабль не сядет в космопорте ВОМГ.

— Нужно срочно доставить его в медотсек. Займешься? Я пока подготовлю Олисса к новостям, заодно отдам в лабораторию контейнеры с рудой, — посмотрел на меня Даргил перед тем, как выйти из звездолета. — Поверь будет лучше, если я приму на себя первый удар…

— А как… — замялась я, не понимая, что дальше делать. И тут же сообразила, что мы не на Земле, где нет местных сверх-технологий. — Ладно…

Идея выглядела разумной. Даргил умел разговаривать с Олиссом, и я не помнила еще ни одного случая, чтобы ему не удалось переубедить начальника.

Я взяла в космопорте антигравитационное кресло и запрограммировала его на нужный маршрут. Сама села на такое же. Лишь поглядывала по пути, чтобы Витя не вздумал спрыгнуть со страху. Страховала его при помощи своего костюма в режиме «контроля соседа». Стоило Вите наклониться, дернуться слишком сильно или что-то подобное, как мне тотчас поступал тревожный сигнал. Агенты ВОМГ использовали эти технологии, если напарник или стажер сильно ранен.

По счастью, предосторожности оказались излишними.

Сын выглядел удивленным, но не делал попыток сбежать. Так мы и добрались до корпуса ВОМГ, где оказывали медицинскую помощь сотрудникам и агентам.

Местный доктор, ылт по имени Кмаль, не сразу понял, кого я ему привела.

— Он, что, землянин? — с удивление смотрел он на сына.

— Да, землянин! Фесы испытывали на нем какой-то препарат. Мы забрали его у тварей, — протараторила я, не став объяснять ничего лишнего. Говорила расплывчато, но при этом и не врала. Из моих слов можно было подумать, будто мы забрали мужчину с корабля монстров, например.

Сперва я должна была все рассказать Олиссу. И уже потом посвящать остальных.

— Авенар сказал, что Виктор, возможно, видящий, — лишь добавила для гарантии. На этом все вопросы сразу отпали. Кмаль отлично знал правила ВОМГ. А имя Даргила, который, помимо дурной репутации, несомненно, имел нерушимый авторитет, послужило объяснением, почему Витю надо обследовать.

— Хорошо, агент Лекс. Оставляйте его здесь. Я во всем разберусь.

Я испуганно посмотрела на сына, который стоял будто в рот воды набравши.

Еще бы, такое потрясение — увидеть своими глазами настоящие космические корабли, высокие здания инопланетной секретной организации, представителей других рас, коих мы немало встретили по дороге в медблок.

Но смогу ли я действительно его тут оставить? Пусть даже и под присмотром!

— Ты понимаешь, что происходит? — встревоженно спросила я.

Витя кивнул. И снова уставился на мое лицо.

— Когда я вернусь, то все-все тебе расскажу. Все будет хорошо, — пообещала я, обняв своего взрослого мальчика. Который был выше меня на целую голову.

— Я буду тебя ждать, ма… Мама…

Хорошо, что мы общались по-русски, и ылт не понял ни единого слова.

Витя же будто одновременно не верил и верил происходящему. Но точно знал, кто я такая. Чувствовал, что это все та же я, пусть и выгляжу теперь несколько иначе.

От его слов у меня потеплело в груди. Я верила, что все наладится. Конечно, было опасение, что Витя и впрямь окажется видящим. И тогда Олисс может привлечь его к работе на ВОМГ. А у сына дома семья, дети…

С одной стороны, хорошо, что мы постоянно будем видеться. С другой же, разве он сможет оставить близких людей? Это я «на старости лет», будучи давно разведенной, смирилась с неизбежным. А если Витя откажется, ему просто сотрут память и вернут обратно на Землю. И мы опять будем общаться лишь по связному устройству…

Я подтянулась на носочках и поцеловала сына в лоб.

После этого ему снова стало нехорошо, но Кмаль заверил меня, что позаботится о Викторе. Его тут же поместили в лечебную капсулу.

Кажется, Витя уснул. И лишь тогда я вышла, вся во власти тревоги, даже руки немного дрожали.

Набрала с браслета Авенара и рассказала ему, как все прошло.

— Я только что вышел из лаборатории. Давай встретимся и вместе пойдем к Олиссу, — сказал Авенар. — Не хочу пускать тебя одну на растерзание раггеру, — добавил шутливо, пытаясь поднять мое настроение.

И почему-то от его поддержки стало так хорошо…

Словно перед этим у нас и не было конфликтов.

Не было недомолвок и разлуки.

Но я тут же напомнила себе, что между нами все кончено.

Мы спасем Землю, освободим ее от фесов — и снова расстанемся.

На сей раз уже навсегда.

Монстр Авенара не оставлял ни малейшего шанса на то, что мы можем все-таки стать парой. А вот так, когда сердце рвется на части, стремишься к мужчине и постоянно одергиваешь себя, трясешься за свою жизнь, я не хочу.

Это невозможно! Невыносимо!

И тешить себя нелепыми иллюзиями, которые все равно разобьются об острые камни реальности, нет смысла.

Я должна смириться.

Мы оба должны смириться с тем, что дано.

Но отказываться от предложения Даргила я не стала.

Если кто и сумеет защитить меня от гнева руководителя, то только Авенар, это факт! И он сам это отлично понимал.

— Хорошо, отправимся к Олиссу вместе. Где встретимся?

— Жди меня около его кабинета.