Глава 30

Как я ни уговаривала, возвращаться в палату Ларион отказался. Сослался на какие-то срочные дела, как и на то, что провел в больнице уже много времени. Он лишь попросил попрощаться за него с Дианой и передать ей, что придет завтра. Мне же что-то подсказывало, что занятость тут не при чем, что не хочет он возвращаться из-за Никиты. И тут я его понимала – сегодня для меня словно приоткрылась завеса над тайной. Вернее, тайной чувство Лариона к моей сестре и не было никогда, скорее всего, просто я этого раньше не замечала. Никита занимался тем же, чем до этого Ларик – по картинкам учил Диану выговаривать слова. Только вот, веселья уже не наблюдалось, и даже напротив – атмосфера в палате царила какая-то унылая. Завидев меня, Диана засуетилась и принялась копаться в картинках. Выудив одну, показала мне с вопросительным выражением на лице. На картинке была изображена женщина с пышной прической, и надпись гласила «мама». – Нет, Ди, мамушке я пока ничего не говорила, – правильно поняла я сестру. – Пока еще не знаю, как это сделать. Диана активно закивала, а потом потрясла головой. – Не получится, – и это я поняла. – Лежать тебе в больнице долго, она обо всем догадается. Не сказать ей будет еще хуже, – вздохнула я, а на лице Дианы проступило скорбное выражение. Она тоже волновалась за маму, как и не хотела ее огорчать. – Я придумаю, как это лучше сделать, – пообещала я сестре. – Пойду навещу врача, – по-спортивному соскочил Никита с кровати и сразу же вышел из палаты. Дышать без него стало как-то легче. Отсутствовал он приличное время, которое я решила потратить на уборку в палате. Навела порядок на тумбочке, убрала все с подоконника. Из холодильника повыбрасывала старые продукты. Господи, кто только натаскал все это сестре? Наверное, ее друзья по универу… Ну а Диана была в своем репертуаре – забардачивала все вокруг себя. Мамушка всегда говорила, что к тем, кто не родился аккуратными, это свойство приходит только с годами. Бесполезно было приучать Диану к порядку сейчас. А вот когда у нее появится своя семья, дом… тогда и научится поддерживать вокруг себя чистоту. И мне всегда легче было самой прибраться, чем читать нотации сестренке. Все время, что я перемещалась по палате, Диана лежала на спине, заложив руки под голову, и глядела в потолок. Я бросала на нее взгляды украдкой, а потом не выдержала. – Ди, перестань! – присела я на кровать и строго посмотрела на сестру. На ее лице проступил вопрос. – Перестань вести себя так, как будто переживаешь личный конец света. И снова я получила характерный взгляд. – Нет это не так. Не случилось ничего катастрофичного. Да, ты попала в неприятности, которые повлекли за собой временные проблемы. Временные, понимаешь? Причем, кратковременные. Совсем скоро ты поправишься и заживешь нормальной жизнью… «Ты сама-то в это веришь?» – спросила меня сестра взглядом. – Я точно знаю, что так и будет. И знаешь, что просто замечательно?.. Да то, что ты закончила универ, – бодро улыбнулась я. – Понятно, что больница – не курорт, но отдохнуть как следует и набраться сил перед будущей работой можно и тут, – поцеловала я сестру в щеку. – Так что, вставай и продолжай заниматься, – потянула я ее за руку. А когда Диана нехотя села, положила ей на колени рукопись и карандаш. – Пиши давай! – строго велела. И в этот момент вернулся Никита. – Что сказал врач? – поинтересовалась я, с удовлетворением подметив, что печать уныния с лица сестры у меня стереть получилось. Ну или приход Никиты на нее так подействовал. – Да, ничего нового пока, кроме того, что у нас наблюдает положительная динамика. Слышь, Ди, ты быстро идешь на поправку. Завтра тебе сделают МРТ, и всё будет хорошо. Вот увидишь. – Угу, – промычала Диана и вернулась к прописям, словно потеряв к нам интерес. Я же поинтересовалась у Никиты в полголоса: – Ты так долго был у врача. Это точно всё? – Да я еще к Иришке забегал. Эта бестолочь сегодня пыталась сбежать из больницы, хоть выписывать ее планируют только завтра. Ну хоть кто-то чувствует себя хорошо. Нам еще повезло, что сестра Никиты отделалась испугом, можно сказать. Но в который раз, при воспоминании о том вечере, мною овладела злость. Я даже толком не понимала, на кого злюсь. В одном не сомневалась, что этого всего можно было избежать, проявив толику благоразумия. Как бы мне хотелось, чтобы этот период в жизни Дианы хоть чему-то ее научил, заставил повзрослеть. – Ладно… Я, пожалуй, пойду, – поняла я, что делать мне в больнице сегодня больше нечего. Разговаривать со мной Диана не хотела и не потому, что не могла. Я чувствовала, что сестра, почему-то, злится на меня. И у нее это плохо получалось скрывать. Самой мне тоже было не по себе в компании Никиты и Дианы. Чувствовала себя третьей лишней, да еще и от непрошенных воспоминаний никак не получалось избавиться. – Подожди немного, вместе пойдем, – предложил Никита. – Нет уж!.. – сказала и спохватилась, что сделала это слишком эмоционально. Не укрылся от меня и изумленный взгляд Дианы. Как и она что-то почувствовала. – Извини, хочу заехать на работу, пока шеф на месте… – Ты же в отпуске, – хмыкнул Никита. В отличие от меня, он не замечал, как на нас смотрит Диана. Мне же становилось все более неловко. Нужно было срочно бежать, пока не выдала себя с головой. И кстати, с интуицией у сестры всегда был полный порядок. – И что? Не все в отпуске прохлаждаются, знаешь ли, – мазнула я взглядом по Никите и подошла к сестре. – Пока, Ди, до завтра. Диана вытянула руку и покопалась в картинках. – Чёрт! Совсем забыла про краски, извини… На картинке были изображены палитра и кисти. – Завтра обязательно принесу, – пообещала я, поцеловала сестру и… удрала из палаты. Выйдя из больницы и сев в свою машину, я какое-то время не заводила двигатель, собираясь с мыслями. Я даже не понимала, о чем думаю, но мысли все были какие-то безрадостные. Сама же только что уговаривала Диану не унывать, а пример подаю никудышный. Впрочем, никто меня сейчас не видел. – Это что еще такое? – повернула я ключ в замке зажигания раз, второй, третий… Заводиться моя машина отказывалась. И я понятия не имела, почему. Тогда я зачем-то вышла из машины и обошла ее раза два, как будто надеялась на капоте найти надпись, что с ней не так. И конечно же, именно в этот момент на крыльце больницы должен был нарисоваться Никита. Он меня тоже увидел сразу же.