Глава тринадцатая

Кайрат Эш’Адер

В поместье я практически влетел. Вряд ли в этот момент меня что-то остановит. Нет, умом я понимал, что спешить не должен: надо для начала принять душ с дороги, переодеться, но убедившись, что мухи вокруг меня не дохнут, рванул сразу в покои лунной.

Стараясь унять дрожь волнения, постучал в бежевую с позолотой дверь. Тишина. Вообще подозрительная тишина. Сглотнул и постучал ещё, ощущая, как взмокли ладони. Три дня. Три дня я сгорал в агонии, изнывая от разлуки и даже уверовал, что истинные не могут долго обходиться друг без друга.

«Всё. Больше никаких раздельных поездок!», — дал себе слово и вот за дверью моей Наречённой — тишина…

Осторожно вошел, сразу почувствовав неладное. На меня буквально обрушилась пустота. Комната казалась безжизненной. Нет разложенных на столе книг, не висят по стульям сумки и кровать ровно застелена. Даже шторы задёрнуты, закрывая большие полукруглые окна с видом на сад, который так приглянулся лунной.

Холодок пробежал по спине и опустился в груди. Медленно раскрыл гардероб, чтобы убедиться — он пуст.

— Она ушла, — раздался до отвращения непринуждённый голос Дантэ. Во мне стремительно закипала ярость, отравляя кровь.

— Когда вернётся? — глупый вопрос, но когда речь идёт о надежде…

— Видимо, — лениво протянул брат и вошёл в комнату, — никогда. — Фальшивая улыбка растянула его яркие губы.

Три грёбаных дня…

— Что произошло? — голос хрипло сорвался, выдавая моё состояние с головой.

— Ничего особенного. Просто Хейли решила обрести свободу и упорхнула из гнезда!.. — он картинно взмахнул руками, крутанувшись на месте.

Сжал кулаки, едва сдерживаясь. Между нами всего ничего, чуть больше метра, если хорошенько прыгнуть, можно сразу свернуть самодовольному поганцу шею. Быстро и безболезненно…

— Не трать нервы, — усмехнулся он и похлопал меня по плечу. Мышцы напряглись, грозя порвать рубашку. — Вряд ли ты сможешь что-то сделать, у нашей очаровательной лунной есть разрешение от самого Яра Геральда!

Стремительно перехватил руку Дантэ и скрутил мерзавца, повалив на пол. Он неприязненно зашипел, ударившись головой.

— Не наша, — процедил я, заламывая руку сильнее, отчаянно желая услышать сладкий хруст… — Моя. Только моя. Чтобы не произошло, — резко отпустил брата и вылетел в коридор. Не тратя время, переместился к себе и достал из рюкзака, с которым летал, «слайс». К чёрту эти поездки и официальные приёмы! Я хочу выяснить прямо сейчас.

А пока экран моргал, показывая, что идёт «соединение», мысли вращались вокруг Хейли Блик.

«Вот гадина!» — ругнулся в сердцах. Стоило всего на несколько дней оставить одну… Как чувствовал ведь! Уезжать совершенно не было желания. И все дни не покидало беспокойное предчувствие чего-то. И вот результат. Свалила! Интересно куда?.. Домой?

— Я слушаю тебя, Кайрат, — на экране виднелась лишь темнота, но я уже привык, что консул по-другому переговоры не ведёт.

— Зачем вы дали Хейли этот бестолковый документ. Сами же говорили, что если мы расстанемся, то погибнем оба. Или это была очередная ложь?.. как с истинными…

Послышался смешок.

— Мне нет смысла лгать. Хейли хотела обрести свободу и независимость, я лишь дал желаемое, честно, предупредив о последствиях. Пусть и выразился несколько туманно.

Я нахмурился.

— Вы сделали это намеренно? Зачем? Хотели проучить?

— Кайрат… Вы оба слишком молоды, слишком амбициозны и горды. И я понимаю, какая ответственность на вас свалилась, какие испытания пришлось пройти и ещё предстоит. Я просто хочу, чтобы вы осознали, несмотря на все трудности, от судьбы не сбежать. Не уйти. От неё нельзя отказаться. Хейли Блик потеряла семью и веру, но она должна что-то обрести взамен. Подумай над этим…

Я не успел ничего ответить или возразить, как экран моргнул и потух.

Здорово. И чтобы это значило? Где теперь искать мою пропажу? И стоит ли искать, раз она так рвалась обрести свободу? Нет, без неё я не смогу однозначно и дело даже не в дурацких пророчествах Геральда. Просто не смогу. Как и раньше не мог. Всегда смотрел украдкой, боясь, что меня заметят. Ловил редкие улыбки и то, принадлежавшие не мне. Наблюдал издалека, ощущая, как замирает сердце. И лишь по ночам позволял себе немного больше: представлял лунную в своих руках. Но отдёргивал себя всякий раз, стоило фантазиям зайти чуть дальше.

«Она не твоя», — грубо напоминало подсознание, сбрасывая на землю. И никогда не будет твоей. Она чья-то Наречённая и достанется кому-то другому. Кому-то — не тебе. И эта боль грызла изнутри, уничтожая остатки сдержанности, уверенности и здравого смысла. Ненависть в моём сердце очень быстро сменила, так толком и не распустившуюся, любовь. Так было проще.

Теперь, когда я поверил, что мы можем быть вместе, стоит лишь немного проявить терпение, набраться сил, Хейли Блик снова от меня ускользнула. Вредная девчонка!

Пожалуй, всё же помоюсь и переоденусь, а потом начну поиски. И начну с её дома, а там посмотрим. Наверное, стоит дать ей немного времени. Я понимаю её состояние сейчас, сам всегда дорожил свободой, но я дорожил по другим причинам. Мне кроме лунной, даже мысленно никто не нужен был. Но сейчас мне просто хочется знать, где она, и что с ней всё в порядке. А потом,… потом я начну сначала.

Хейли Блик

Вышла на застеклённую лоджию моего временного убежища и упёрлась руками в поручни, глядя на верхушки многоэтажных домов, затянутые серыми, загрязнёнными облаками. Вот тебе и защитник окружающей среды… Никогда не любила город. Он нагоняет тоску, унынье и отравленное чувство безысходности.

Наслаждаться свободой не получалось. Одиночеством — тоже. На работе пока никто не знает, какую невероятную «глупость» совершила Хейли Блик и поэтому, всё как прежде. Вроде. Улыбки, разговоры, кофе с молоком в перерыве и овощной салат на обед. Но возвращаюсь я не домой, где слышен смех близняшек, где Каян приобнимет, взлохматит волосы и пристанет с расспросами, а возвращаюсь в пустую съемную квартиру.

Лунная! Снимает квартиру!.. Видели бы, какими глазами на нас смотрела хозяйка — обычный мерк, даже не знаю, сколько ей пришлось трудиться, чтобы купить эту «берлогу», как обозвал это скромное жилище Каян. А мне понравилось. Своей простотой и тем, что ничего не напоминает о прошлой жизни, кроме отражения в зеркале и собственных вещей. Часы на руке, например. Подарок отца на совершеннолетие.

«Ты упорно трудилась, Хейли, и проявила себя достойно…» — сказал скупо и вручил белый футляр. Часы. Видимо, чтобы всегда и везде успевала. Не подводила лунный род.

Горькая усмешка сорвалась с губ, а рука сама потянулась и расстегнула золотой браслет. Открыла окно и швырнула подарок, пытаясь стереть воспоминания.

Слеза сбежала по щеке, вторая… Шмыгнула носом, как в дверь позвонили.

Хм…

Настороженно прислушалась и вышла в прихожую. Звонок повторился, заставив вздрогнуть. Как странно… Почему не в домофон? Почему камера не работает? Постучала пальцем по чёрному дисплею и рискнула спросить:

— Кто?

— Хейли, открой, — раздался знакомый голос. — Не заставляй топтаться на пороге!

— Как ты меня нашёл? — спросила раздражённо, не спеша впускать незваного гостя.

— Каян рассказал. Открой!

Быстро щелкнула замком, с непривычки, не сразу научившись им пользоваться, дома были электронные, и толкнула дверь, отойдя на несколько шагов.

Из-за букета красных роз робко выглядывал Дантэ.

— Прости, что прикрыл камеру и незаконно проникнул в парадную, боялся, что ты не откроешь, — пояснил он и шагнул в квартиру.

Хмыкнула, заметив растерянный взгляд Наследника.

— Милые обои, — поджимая губы, чтобы так явно не кривиться, заметил он и протянул цветы. — С новосельем.

Приняла цветы и жестом пригласила на кухню.

— И обувь… сними, пожалуйста, — бросила в пол-оборота и полезла на полку за вазой, где-то мне её хозяйка показывала. Спиной ощущала, как Дантэ недоумённо озирается.

— Присаживайся, — махнула не глядя. Да где же эта ваза? Зачем ей столько банок? Что с ними можно делать? Свеча? Милосердная, чего я ещё не знаю о мерках? — Тебя тоже можно поздравить? — вроде спросила, но скорее утвердила.

— С чем? — насторожился Наследник, не спеша присаживаться.

— Вас официально признали самой яркой и необычной парой на Солодаари, — нашла! Повернулась и аккуратно спустилась с табуретки, осторожно держа пузатую керамическую вазу, края которой заметно потрескались. Отец в такую бы даже сорняк не посадил, выбирая только дорогой фарфор.

— Ты же не читаешь «гламурные» новости… — поморщился Дантэ и помог мне поставить цветы в воду.

— Увидела на щите красное платье Аманды, в котором она была в то утро, когда вы вместе куда-то спешили. Решила посмотреть, чем она прославилась и за какие заслуги её на щит налепили, — усмехнулась, пробуя непривычные слова на вкус. — Выяснилось, она рекламирует новую линейку известного модельера. Ифрита. Мерк рекламирует одежду ифрита. Удивительно, правда? Копнула глубже, а там… Самая завидная пара: Аманда Норвел стала первой фавориткой Наследного принца «Дома Ночи».

Дантэ втянул носом воздух и всё же сел на предложенную хлипкую табуретку.

— Она попросила об услуги. Ты же понимаешь, что без моей помощи, её бы никто не взял моделью…

— С чего такая щедрость с твоей стороны? — иронично усмехнулась в ответ. — Открываешь благотворительный фонд?

— Ты изменилась, — заметил Дантэ. — Язвишь… Времени всего ничего прошло…

— Я просто понять пытаюсь, — подпёрла голову кулаком, пристально глядя на принца. — Ты сам пригласил Аманду в поместье или это была её инициатива? Если ты, то для чего? Почему ты оказал ей такую столь дорогую услугу, подарив завидный статус своей фаворитки? А потом приходишь ко мне с цветами. Зачем?

Дантэ сглотнул, и я поднялась, чтобы налить нам чай.

— Всё немного сложно, Хейли, я как-нибудь объясню. Просто поверь и дай мне шанс…

— Шанс на что? — недоумённо воскликнула, чуть не расплескав чай. Заварка в отличие от чайника, была высокого качества. Как выяснилось, я могу многое стерпеть, но не вкус дешёвого чая.

— Шанс доказать тебе, что мои чувства искренни, — раздражался Наследник, он себе точно не так представлял наш разговор. Ох, не так…

— А смысл? — весело усмехнулась и поставила перед ним чашку. — Ты Наследник, и рано и поздно, но у тебя будет своя Наречённая. Твой отец тебе её выберет или, действительно, судьба постарается, но это буду не я. Так смысл? Мы живём с тобой в ужасном мире чужих правил и законов, пытаясь сохранить древний род. Потому что,… Потому что, если его не станет, или станет слишком мало, мерки начнут «метить» наверх. А Совет не может допустить подобное. Мы инструмент в чужих руках… И нет никаких гарантий, что документ полученный мной от Яра Геральда не содержит никаких подводных камней: слишком легко он мне отдал. Готовый заранее, на моё имя… Не верю я в такие совпадения, — улыбнулась и отсалютовала чашкой.

— Мы можем что-нибудь придумать, — не сдавался Наследник. — Давай не будем торопиться и попробуем хотя бы дружить, для начала.

Подавила смешок и уже хотела ответить, желая прекратить бессмысленный разговор, как снова звонок.

На этот раз на экране высветилось лицо незнакомого парня в кепке, с надписью «доставка».

Хм…

Впустила курьера, быстро расписалась в электронном табло и приняла коробку нежно-клубничного цвета, перевязанную красной лентой.

— Что это? — из кухни показался Дантэ.

— Не знаю, — ответила машинально. Странно, что не было обратного адреса и имени отправителя. Может, там яд или бомба…

— Давай проверю, — принц протянул руку, но я испуганно отпрянула, спрятав коробку за спину. Сама не ожидала от себя такой реакции, но внезапный подарок отдавать не хотелось.

— Если что-то случится, я с тобой свяжусь, — так ненавязчиво выпроводила явно недовольного наследника и забралась в кресло с ногами, устроив нежданную посылку на коленях.

«Что же там?»

Было что-то магическое в том, чтобы вот так медленно тянуть за кончики ленты, предвкушая: «Ну, что же там?»

А главное, от кого? Я без понятия, что внутри, но уже всей душой полюбила и коробку, и её содержимое. Затаив дыхание, сняла крышку и шумно выдохнула. Осторожно убрала шуршащую белую бумагу: сердце дрогнуло и замерло. Жар прокатился по телу, ладони предательски взмокли. Вытерла их о домашние капри и неуверенно, мысленно возвращаясь в прошлое, взяла в руки оригами. Фигурки, сделанные мной.

Отчего-то накатила грусть, и нервный смешок вырвался из груди, которую всё сильнее сдавливала внутренняя боль.

Оригами…

Во времена моей учёбы в академии, я часто создавала разных незамысловатых животных из всего, что под руку подворачивалось. Делала чаще неосознанно. Пока читала на больших перерывах или во время обеда: из салфеток, обрывков бумаги, исписанных листов… А потом оставляла оригами там же, где и делала, никогда не задумываясь, об их дальнейшей судьбе. И вот передо мной лежит «воскресшая» птичка, похожая на чайку, белка, изрисованная обычной синей пастой, лисичка, вся в цифрах и математических символах, а вот на зайчике красуется формула по химии.

Кто мог их подобрать, хранить так долго, чтобы в один из таких дней вернуть мне? Кто?.. И почему именно сейчас?

Признаться, я ожидала увидеть книгу, например, украшения, конфеты, но не наткнуться на призраки прошлого…

Отложила «подарки» и отправилась за успокоительным чаем. Подумала и открыла бутылку вина. Полбокала лишними не будут.

Перенесла коробку на лоджию, устроилась в кресле-качалке, сделала глоток полусладкого и достала следующий «призрак».

Набросок моего портрета, выполненный чёрной ручкой. Больше всего выделялись мои глаза: художник очень постарался передать их блеск, вдохнуть жизнь и сделать яркими, несмотря на отсутствие цвета. Сходство — поразительное! В углу рисунка стоит примечание: «Осень, второй курс, после бала…»

Художник проявил инициативу или посчитал, что так лучше, и нарисовал в моих волосах заколку: хрупкая лилия, размером не больше средней клубники, украшенная камушками, которые искрятся, словно капельки росы.

Залпом допила вино и вытерла лоб. Поднялась и приоткрыла окно.

Дальше больше…

Жемчужное ожерелье, которое порвалось в очередной стычке с Кайратом и рассыпалось по коридору второго этажа, возле аудитории, где проходила биология. Шутка ли? Но сейчас оно целое. Невредимое. Наполненное воспоминаниями… и чувствами.

Всхлипнула от неожиданности и вытерла сбежавшую одинокую слезу. Глупости! Вино виновато! Разве мог Кайрат Эш’Адер ползать по полу, собирая ненужное ему ожерелье? А если собрал, почему не вернул тогда? О, Милосердная! Зачем он так?

Рядом покоилась заколка. Чёрная лилия. Провела пальцем по хрупким лепесткам и достала письмо. Больше в коробке ничего не было.

Письмо вскрывала с особым трепетом, надеясь, что вот сейчас, я получу ответы на все вопросы. Стоит ли говорить, как колотилось моё сердце.

«Привет! Знаешь, ты, наверно, ожидаешь признания, чего-то помпезного и трогательного до глубины души, после чего ты бросишь все свои дела, не сможешь есть, пить, спать и будешь думать… Много думать. Вынужден тебя огорчить.

…В детстве я очень любил игрушки для мерков. Простые такие, не электронные, не заводные даже. Простые. Деревянные поезда с красными колёсами, пластиковые вертолётики и солдатиков. Но, несмотря на наше благополучное материальное состояние, мне их не покупали. Оставалось только смотреть на них через витрины магазинов, когда я убегал от гувернантки и прилипал к стеклу, пока меня не отдирали и снова вели в дорогие бутики. Тогда я впервые подумал, что «система» — это зло. Неправильное, несправедливое зло. Почему я не могу играть в игрушки, в которые хочу? Потому что они дешёвые? Потому что это скажется на репутации?

И чем старше я становился, тем сильнее убеждался — «система» зло! Дискриминация во всём! Лишение прав и свободы выбора, почти полное подавление воли на благо процветания империи и Совета Солодаари.

Однажды пограничники официально запретили мне посетить курорт Гарао. Слышала, наверное, горный хребет, расположенный на самой границе «юга» и «запада». Угадай, почему? Курорт для мерков. Нечего их приучат к обществу ифритов. Да и самим ифритам нечего делать в неблагополучном, не процветающем и нецивилизованном районе нашей прекрасной империи. А то, что мне плевать, то, что я хочу увидеть первозданные горы во всём их великолепии, никого не волнует. Моя мечта увидеть горное «Хрустальное Озеро», так и осталась мечтой.

К чему я это? Да, к тому, что я тебя понимаю. Раньше не понимал, а сейчас…

Я всегда был слабаком. Если что-то не хотел, «топал ножкой», кричал, возмущался, думал, я свободу свою отстаиваю. И мне даже в голову не приходило, что сила и свобода в том, чтобы соблюдать навязанные правила, не ради себя, ради других. Ради своего народа, ради близких. Быть покорным — не слабость, если за этим проворством стоит «высшая цель».

И я вот хочу тебя попросить сейчас… Не спеши. Вдохни поглубже, съезди отдохни, ни с чем не торопись, сделай что-то такое, что всегда хотела, но отказывала себе. А станет плохо — приходи…

Твой очень навязчивый поклонник.»

Не сразу сделала вдох. Пальцы мелко подрагивали. Честно, я недоумевала. Почему он написал именно это? Если это действительно Кайрат, почему он написал про «систему». Почему ни слова о «подарках», почему не удовлетворил моё любопытство? А только больше подлил масла в огонь.

Протяжно застонала, убрала коробку под кресло и закрыла лицо ладонями. Что же он творит? Какую игру ведёт? Неужели и ему Каян рассказал, где я теперь живу или сам нашёл, а если нашёл, то почему не пришёл? Почему выбрал такой… удивительный!.. способ общения. Попросил не спешить… С чем не спешить? Милосердная, я с ума сойду!

Решительно поднялась и направилась в ванную. Всё! Буду отдыхать, как и велел Кайрат. Надеюсь, что Кайрат…