Глава 5

Прошло еще несколько дней. Судя по обрывкам услышанных разговоров, экипаж надеялся уже в ближайшее время отправиться бороздить просторы Вселенной, а кое-кто и вернуться домой, на Актанию. Я все еще находилась здесь, на борту, и это не радовало. Увидеться с капитаном больше не удавалось, да и не то что бы я к этому стремилась. Что толку? Хитана уверяла, что почти завершила все исследования, но… Воз и ныне там. Самое поганое — наслаждаться экспериментами и общением с синекожими больше не получалось. Внутри росло напряжение и, кажется, развивалась клаустрофобия. Даже Етя притихла и не просилась больше на прогулки по кораблю.

Я тоже благоразумно не ходила теперь одна. Сегодня проводить меня в столовую пришла Хитана. Мы вышли из коридора четвертого отсека, где находилась моя каюта, и застали Гаруна с жаром убеждающего в чем-то первого помощника.

— Карнах, но почему не попросить Манора и не использовать волновые установки?

— Нужен еще один корабль.

— Но можно спроецировать лучи и так! Три в фокусе, я рассчитаю!

— Рион против, мы улетаем.

— Но вероятность развития необратимых…

Что хотел сказать Гарун, я не узнала. Увидев меня, паренек, как мне показалось, испуганно замолк и глянул с… сочувствием?

— Что такое? — встрепенулась я.

Карнах, первый помощник, недовольно нахмурился и молча ушел.

— Они, наверное, понимают друг друга с полуслова, — не удержалась я от шпильки.

— С Рионом? — догадался Гарун. — Разумеется. Ты к синтезаторам или готовить?

— Нет настроения. Гарун, о чем вы говорили? Кто улетает? "Странник"? Когда?

— Карина, это не в моей компетенции, прошу, — моляще посмотрел он. — А мне понравилось рагу и вообще. Так и тянет добавить водорослей в белковую смесь, больно однообразный вкус!

— Белковые смеси, несомненно, очень захватывающая тема для разговора, но не сегодня, Гарун, — сказала я и, обойдя его, направилась ко входу в столовую.

Паренек пошел за мной, но заговорить больше не пытался. Молчали и Хитана с пришедшим чуть позже Синаром. Но в отличие от врача, психолог весь завтрак не сводил с меня глаз.

— Карина, ты грустишь, — наконец заключил он.

Я только пожала плечами. Какой смысл подтверждать очевидное?

— Помнишь, ты спрашивала о Совете, других расах и прочем? Тебе все еще интересно узнать об этом?

— О Совете? — оживилась я. — И ты расскажешь?

— Расскажу, — улыбнулся Синар. — Но давай договоримся, если почувствуешь себя некомфортно — сразу скажешь.

— Запугиваешь? — усмехнулась я.

— Нет, конечно, нет, — совершенно серьезно ответил он. — Но земляне так далеки от жизни обитаемой части космоса, что… Неизвестно, как ты отреагируешь.

— Не волнуйся, я смотрела фантастические фильмы, а мой лучший друг — уфолог, который как нельзя лучшим образом подготовил меня ко встрече с инопланетянами. Если это вообще возможно.

— Что ж, ничто не случается просто так. Тебе будет что рассказать своего другу по возвращении.

Признаться, в этот момент я пожалела, что не умею читать мысли. До сих пор Синар не давал повода усомниться в своих искренности и доброжелательности, а значит… Я все же вернусь?

— Хорошо. Я сегодня совершенно свободна. Начнем?

Начали мы с по понятным причинам интересующего меня Совета, а, как оказалась, Советов.

— Первое, что нужно знать, чтобы понять остальное: все в космосе подчинено строгой иерархии, — сказал Синар. — Чем выше ступень развития, тем выше положение в иерархии. Больше ответственность и шире сфера влияния. На вершине иерархии в Галактической Конфедерации стоит Галактический Совет. Разумеется, подобного уровня развития сущности не будут заниматься решением мелких, локальных проблем. Во главе каждой планеты стоит ее Владыка, звездной системы — Иерарх. Из планетарных Владык собирается Совет, второй после Галактического. Нужно понимать, что и в том, и в другом состоят столь могущественные сущности, что они давно не имеют материального тела схожего с нашими. По сути, звезды и планеты и есть их отображения на нашем уровне материи.

— Кажется, я начинаю понимать, для чего было то твое предупреждение. Уровни материи?

— Да, и посвященным твоей планеты, насколько я знаю, они давно известны. Все есть материя, Карина, вся проявленная Вселенная, но при этом одна материя, более грубая, наслаивается на другую, более тонкую. Так одно пронзает другое и сбрасывает ненужное при переходе от одной формы к другой. Владыки и Иерархи когда-то давно были такими же, как и мы, плотными и трехмерными, — улыбнулся Синар. — Но давно перешагнули эту ступень и обрели иную, куда более утонченную, поистине светоносную форму.

— Как боги? И вы общаетесь с ними? — выдохнула я пораженно, повторяя про себя, что оснований не верить Синару у меня нет.

— В обычных случаях все взаимодействия происходят по звеньям, по иерархической цепочке. Ученик обращается к своему непосредственному учителю, а тот при необходимости — к своему и так далее. Однако в случае со "Странником" и кораблями, подобными ему, все несколько иначе. Мы подчиняемся по сути трем разноуровневым Советам разом, имея дело то с одним, то с другим в зависимости от природы и статуса решаемого вопроса. Также, когда речь идет о Галактическом Совете, участвуют все же не все его члены, а только некоторые, в зависимости от осведомленности и заинтересованности в принятии решений по конкретным проблемам. И это бывает крайне редко. Чаще мы имеем дело с Советом планетарных Владык нашей звездной системы — Силайи. В менее значимых случаях — с Советом исследовательских кораблей, который также может собираться как полным, так и частичным составом в зависимости от выполняемой миссии.

— И чем же занимаются подобные корабли? "Странник"?

— Бороздят просторы Вселенной, — выдал психолог шутливо и широко улыбнулся. — Очень многим, Карина, но в сущности своей мы наблюдатели и исследователи. Изучаем, разведываем, ищем новые формы жизни или, к примеру, особо ценные минералы. Иногда, если стоит такая задача, вмешиваемся. Мы, как и весь наш корабль, странники, очень давно не видевшие родной планеты. Исполнив одну миссию, получаем координаты и указания для другой.

— Кошмар.

— О, вовсе нет. Команда подбирается исключительно добровольно и осмысленно. Только лучшие, наиболее приспособленные и горящие.

— Я слышала, кто-то хочет вернуться…

— Бывает и такое, у большинства из нас на Актании остались родные и близкие, а сейчас как никогда удобный момент добраться туда. Маршрут следующей миссии одного из прибывших в вашу систему кораблей пролегает вблизи нашей родины.

— Значит, кораблей и правда несколько? Но зачем вы все слетелись сюда?

— Как я уже сказал, мы наблюдатели, Карина. Ни от одного из нас не исходит угроза.

На этом первый мой познавательный урок был закончен. Всякий раз, когда я пыталась спрашивать о цели визита "Странника", получалось одно и то же. Актанийцы уходили от ответа. Впрочем, и без того хватало чем загрузить теперь голову. Я в сотый раз повторила себе, что могу верить Синару и немного успокоилась. Не все сразу, мне уже и так поведали немало! Разберусь!

На практике осознать услышанное оказалось непросто. Живое Солнце, это вообще как?! И даже если допустить подобное, то как человек может общаться с пламенеющим гигантом? Со звездой!

— Наверное, до некоторых космопонятий мое земное сознание и правда не доросло, — пробормотала я. До чего не хватало возможности обсудить все с Олегом! Он бы сказал в своей убежденной восторженной манере что-нибудь умное, и пусть половины я бы не поняла, почувствовала бы себя увереннее. Не сумасшедшей! Ну или по крайней мере не единственной сумасшедшей.

Об Олеге я вспоминала несколько раз в течение дня и думала перед сном. Наверное от того мне и приснился друг. Хотя утверждать, что это был именно Олег я бы не взялась, силуэт был размытым, а суждения ночного гостя — странными. Или в гостях была я сама?

Опушка ночного леса, легкий ветерок и стрекот кузнечиков однозначно были земными. Мы прогуливались по невысокой траве и беседовали.

— Как же я скучала! — выдохнула обрадованно и мысленно нахмурилась. — Но… Кто ты? Не понимаю…

— Осталось немного, и все наконец-то встанет на свои места. Как долго я ждал, лучик! Все складывается как нельзя лучше. Мы столько ждали, потерпи еще немного, прошу.

— Чего ждали? И что складывается? Ты же не имеешь в виду… корабль?

— Невероятная удача, на которую я не смел даже надеяться. И то как легко удалось спугнуть и направить кошку. Не хмурься, я знаю, ты простишь меня, когда вспомнишь.

— Етя побежала к тарелке не сама?! Как такое возможно?

— Верь мне, лучик, как верил тебе я. Мы все исправим. Я не могу покидать пределы этой планеты и быть рядом, но всегда жду тебя здесь. Я помогу, когда буду нужен.

Я не запомнила всего разговора, но ощущения доверия, надежности, поддержки и радости от встречи не покидали меня и после пробуждения. А внутри росла убежденность — я должна узнать как можно больше. А потому первым делом при следующей встрече с Синаром я спросила:

— И чем занимается Галактический Совет?

Психолог усмехнулся и глянул с хитринкой.

— Ни минуты в тебе не сомневался, Карина. Но дела Совета запредельны даже для меня. Под их руководством устраняются опасности, угрожающие Галактике или отдельным планетам, направляется эволюция и гармоничное развитие разумной жизни. Мы как орудие в их руках выполняем лишь мельчайшую часть этой титанической работы. Сегодня, с твоего позволения, я хотел рассказать о другом. Ты говорила о друге, сознание которого устремлено в космос, а пытливый ум жаждет правды о посещениях вашей планеты представителями других. Если ты готова, я расскажу о некоторых разумных расах, которые так или иначе имели отношение к Земле за все время ее эволюции. О тех из них, кто и по сей день имеют плотную физическую оболочку.

— Вы не первые. И не единственные. Стоило бы уже в это поверить, — пробормотала я и, посмотрев на Синара, с готовностью кивнула.

Синар подошел к моему обучению со всей ответственностью. Для этого нашего урока он подготовил специальные пластины, из которых при касании проецировались голограммы — объемные цветные изображения.

— Не стал делать их в полный рост, чтобы не пугать тебя, — признался психолог. — Про актанийцев (синекожих таркаров и серокожих салэдов) ты уже знаешь, но в системе Силайи есть и другие разумные обитатели. Одни из них — суфийты.

Над пластиной появилось изображение высокого, насколько я могла судить, стройного мужчины в длинном, расшитом замысловатыми узорами одеянии. Голова его имела необычную вытянутую форму, волос не было совсем.

— Среди суфийтов также распространены разные подрасы. Наиболее многочисленные — белые и желтоватые.

Картинка сменилась другим инопланетянином. На этот раз женщиной, чья кожа в самом деле была желтой, а вот голова точно такой же лысой и яйцеобразной.

— Суфийты исключительно миролюбивые, спокойные и мудрые. Среди них тоже встречаются странники, и их не следует опасаться.

— А есть те, кого следует? — тут же зацепилась я.

— Как сказать. Космос многообразен, в нем встречается всякое. Именно поэтому для вашей планеты возобновили период Запрета. Сейчас враждебные вторжения, колонизации или эгоистическое эксплуатирование вам не угрожают.

— Это ты сейчас так меня успокоил? А был, значит, и другой период?

— Был, однако период Разрешения ни к чему хорошему не привел. Молодая планета с недостаточно развитым населением не могла бы противостоять попыткам захвата, которые, увы, случались. Некоторые технологически развитые расы до сих пор предпочитают служение себе, не принимая в расчет благополучие других.

— Офигеть, — выдала я. — И что, те, плохие, просто отказались от своих попыток?

— Равновесие установилось не сразу. Прошлое, которого вы не помните, хранит множество поворотов, включая превращения доброжелателей во врагов и войны за сохранение независимости планеты.

— Но, если мы не помним, почему… Почему вы не расскажете нам?

— Отдельные сознания, и ты тому лучшее подтверждение, возможно, и способны воспринять подобную информацию, но большинство… Не ты ли сама говорила, что они сочтут тебя сумасшедшей, сообщи ты о своем путешествии в космос?

— Верно, — ответила я понуро. — Но… Люди не верят, потому что не видели. Я ведь тоже… Слушала Олега, но не то что бы сильно верила. Покажись им корабль…

— И они обстреляют его из своих ракетных установок. На данном этапе контакт преждевременен, Карина. На Земле идут междоусобные войны, нет единого правительства и должного осознания космической жизни и природы человека, как существа которому уготована куда более важная и впечатляющая роль, чем жить ради сиюминутных удовольствий.

— Откуда это известно?

— Нет нужды спускаться на планету, чтобы увидеть ту плотную корку низких враждебных эманаций, которыми она покрыта. Что касается деталей — это отчеты других наблюдателей и мои предположения, многие планеты и их человечества проходят схожие ступени эволюции.

— Отношение Риона начинает проясняться, и все же…

— Не суди его, у Риона свои причины недолюбливать Землю, и не твоя в том вина.

— Он бывал здесь раньше?!

— Нет.

— Какие же могут быть причины? — удивилась я.

— Давай продолжим наше знакомство с расами, населяющими беспредельный космос, — тут же перевел Синар тему. — В окрестностях Силайи также проживают фартаки. Они тоже миролюбивы, но в большинстве своем очень деятельны. Созерцанию предпочитают созидание во всех его проявлениях. Не зря у каждого из них по четыре руки, — улыбнулся Синар.

И в самом деле пластина показала светло-коричневое существо с четырьмя мускулистыми руками, опять же лысым черепом и большими темными овальными глазами без белков. На лице, на скулах и надбровных дугах, я разглядела ребристые наросты в цвет кожи.

— Смотрятся воинственно.

— Они сильны физически, но обладают мягким неконфликтным характером. Разумеется, я сильно обобщаю и упрощаю, но у каждой расы есть обычно общие, присущие ее представителям черты. Отчасти они обусловлены эволюцией планеты, ее историей, географией и климатом, отчасти — изначальным набором вложенных качеств.

— Вложенных? — вскинула я брови.

— Да. Но перейдем к иным звездным системам. Малайта и самые яркие ее представители — анутары.

Над пластиной возникла голограмма непонятного существа, чем-то напоминающего насекомое: четыре отблескивающих глаза почти во все лицо, вытянутый нос, как трубочка, заканчивающийся круглым отверстием.

— Жутковатые, — заметила я.

— Непривычные, — поправил Синар.

— О, а этих я знаю! — рассмеялась, увидев следующую голограмму. На ней были изображены практически канонические серые человечки. Невысокие, с тоненькими руками и ногами и большой головой с черными миндалевидными глазами.

— Боюсь, это действительно так, — неожиданно ответил Синар. — Это дзайниты. Их ментальное тело развито сильнее эмоционального, в связи с чем они недостаточно понимают чувства, не со зла, но… Мне известно, что именно дзайниты грубо нарушали в недалеком прошлом статус вашей планеты и предпринимали попытки похищения людей с целью их дальнейшего скрещивания со своими особями. Они утверждали, что исключительно добровольно, однако это не было доказано.

— Дай мне минутку, — попросила я и, глубоко вдохнув, шумно выдохнула. — Все-таки на моем месте должен был оказаться Олежек.

— Каждый из нас на своем месте, Карина. Вижу ты шокирована, если хочешь — мы продолжим позже.

— Нет уж, рассказывай. Думаю, мне будет проще знать, чем гадать и домысливать страшилки.

— О той ситуации мне известно не так много. Знаю, что не все наблюдающие за планетой дзайниты одобряли подобные эксперименты и иные формы проникновения, в результате чего происходили войны между различными группировками. Сейчас никого не похищают, это я могу сказать с уверенностью.

— Ну ладно, если сейчас все в порядке, то хорошо. Кто еще? — не ожидая ничего хорошего, спросила я.

И обомлела, потому что над пластиной парил теперь самый настоящий дракон! Отблескивающая медная чешуя, кожистые крылья, вытянутая зубастая морда.

— А это… эм… что?

— Дарайлы. Когда-то они в этой форме пытались высадиться на Землю, но не преуспели. Сейчас, насколько мне известно, в космос они вообще не летают.

— Слов нет. Драконы — инопланетяне! В это, боюсь, не поверит даже Олежек, — развеселилась я. — А ты очень много знаешь, — добавила, отсмеявшись.

— Я подготовился, — усмехнулся Синар. — Это натары. — Дракон сменился другим фэнтезийным существом — нагом. В целом похожий на человека он на полном серьезе вместо ног имел внушительный хвост!

— Что, правда? Синар, скажи, что ты так странно пошутил.

— Никаких шуток. Формы подчас бывают очень причудливыми, но все мы искры одного света, разбросанные по Вселенной, — улыбнулся психолог. — Дарайлы, натары и яшнаки — представители одной системы.

Теперь я разглядывала ящероподобное существо, стоящее на задних лапах, но внешне больше напоминающее зверя, чем человека.

— Основные подрасы — серые и более доброжелательные зеленые. Яшнаки трудолюбивы и хорошо организованы, но самостоятельно летают редко. Чаще в составе смешанных экипажей.

— Ящеры, драконы… Да уж! Кто-то еще?

— Нет, на этом пока все. Одни не имеют плотных физических тел, другие не доросли до вступления в Галактический Совет, третьи — слишком далеко и не заинтересованы в этом секторе Галактики.

— Чудесно! Потому что мне и этих точно хватит!