Глава 14

Глава 14

АНДРЕЙ

В воскресенье к нам приехала Соня. Первая половина дня прошла под лозунгом "А знаете ли вы?" Дочь не замолкала, на этот раз знакомя нас с историей возникновения лоботомии.

- Вы знали, что сестра Кеннеди прошла эту процедуру?

- Теперь знаем, - ответил дочери и засмеялся, глядя на побледневшую жену, - но, может, все же сменим тему, малыш? Мне кажется, я и сам теперь чувствую, как в моих мозгах кто-то копается.

Соня закатила глаза и фыркнула, показав, что она думает в данный момент о своих впечатлительных родителях. Мы сидели все вместе в зале, как в былые времена. Только вот дочка уже совсем не ребенок, которая устраивалась к нам на колени. А чуть позже и вовсе заявила, что новогодние праздники хочет провести с друзьями.

- Мы поедем на дачу к Вадиму, а там… - затараторила она.

- Стоп! - я резко перебил дочь, решив, что ослышался.

Соня замерла и сразу же стала похожа на ту маленькую девочку, которая разрисовала мой паспорт фломастерами и была поймана с поличным.

- Кто это «мы» и кто такой Вадим?

Я выразительно посмотрел на жену, но та явно тоже была не в курсе.

- Ну, Вадим… мой молодой человек, - ответила Соня и удостоила меня взглядом оскорбленной невинности.

-И что же это за молодой человек? Почему мы о нём ничего не слышали?

Соня закатила глаза и ответила с неохотой.

- Он учится у нас в институте. На хирурга.

Я понимал, что дочь уже давно выросла, но черт, мысль о том, что она встречается с каким-то парнем, мне определенно не нравилась.

- Кто еще там будет? - теперь в разговор вступила жена.

- Боже, ма, вы так говорите, будто мне пять лет, - возмутилась Соня, - мы едем компанией. В основном все с нашего института.

Еще некоторое время мы спорили, стоит ли отпускать дочь, но в итоге Соня добилась своего и ушла спать. Следом и мы с женой отправились в спальню. Дина начала переодеваться, я же включил ноутбук, намереваясь поработать.

- Дети так быстро растут, - услышал голос жены, - поверить не могу, что наша девочка уже такая взрослая.

Я рассеянно кивнул, соглашаясь. Я думал о Соне и о том, насколько серьезно у нее с этим парнем. И хотя мы с ее матерью были почти такого же возраста, как и она, когда поженились, осознать, что Соня уже не ребенок было тяжело. Я не хотел думать о том, как далеко у них зашло с этим Вадимом. Потому старался прогнать эти мысли из своей головы.

Полностью переключился на работу и даже не заметил, как жена заснула. Я развернулся в кресле лицом к ней и стал наблюдать за ней спящей. Дина сбросила с себя одеяло, и оно прикрывало лишь её ноги до колена. Только подчеркивая идеальные изгибы ее тела. Грудь мерно поднималась и опускалась, губы были приоткрыты. Путешествовал глазами по ее телу, так привычно, но не мог избавиться от назойливых мыслей.

Я против своей воли представлял на этом месте другую девушку. Хотя бы наедине с самим собой хотел позволить себе это. Вспоминал вкус ее губ и видел Олесю лежащей на постели. Для меня. Рядом со мной. Почувствовал напряжение в паху и понял, что даже от одной этой картины, которую никогда не увижу, я смог возбудиться, как молодой мальчишка. Быстро встал и вышел из спальни.

Подошёл к бару и налил коньяка. Высушил бокал одним глотком, чувствуя, как напиток обжигает внутренности. Я не мог поверить, что докатился до такого. Мечтал о девушке рядом с женой, пусть даже и спящей. Не знал, как прекратить это. Но спустя еще один бокал коньяка решение пришло само собой.

***

До Нового года оставались считанные дни, и в университете царила праздничная атмосфера. Студенты, преподаватели, все уже были в расслабленном состоянии и обсуждали подготовку к празднику. Совсем недавно закончилась очередная планерка, и я остался на кафедре один. Сидел в кабинете, перебирая бумаги, и ждал.

До сих пор не мог понять, за каким чертом я позвонил вчера Соловьевой. Решил, что нам обязательно нужно поговорить о случившемся, хотя даже и рядом не представлял, в какую сторону повернется этот разговор. Мне казалось, что это будет блуждание по минному полю. Стоит лишь сказать что-то не то, рванет. Вчера я думал, если смогу донести до нее, что тот поцелуй был ошибкой, все изменится. Так будет лучше. Для нас обоих. Но сейчас понимал, что ошибкой было звонить ей и вызывать на разговор. Не иначе вчерашний коньяк ударил в голову. Я чувствовал себя великовозрастным идиотом. Но надеялся, что после этого разговора Олеся разозлится на меня. Именно это мне и было нужно.

Девушка появилась на кафедре без двух минут три. Со своего места я видел, как она прошла к шкафу повесить одежду. В сторону моего кабинета не смотрела и выглядела спокойной. Я же наоборот начал нервничать. Черт, что я творю…

- Здравствуйте, Андрей Викторович!

Олеся зашла в кабинет и остановилась в дверях. На меня она даже не посмотрела.

- Здравствуй, Олеся, - сказал нейтральным тоном, - проходи.

Девушка зачем-то оглянулась назад, но затем прошла в кабинет и села с ближайшее кресло. Когда увидел ее вблизи, я потерял дар речи. Она выглядела так, словно не спала несколько дней. Лицо бледное, с минимумом косметики. Под глазами темные круги. Мне показалось, что я снова вижу перед собой ту девушку в кафе. Я стал всматриваться в ее лицо внимательнее.

- С тобой все хорошо? - спросил у нее теперь уже мягко.

Олеся только сейчас посмотрела на меня. Она медленно кивнула, теребя в руках сумочку у себя на коленях. Все же девушка нервничала, и я уже в тысячный раз назвал себя кретином.

- Да, все отлично, - сказала она вроде бы беззаботно, - так зачем вы вызвали меня, Андрей Викторович?

Я объяснил ей, что мне требуется помощь в оформлении презентации по отчету декана, который должен буду предоставить после новогодних праздников. Весь материал уже был готов, необходимо было лишь доделать презентацию в программе. На самом деле мог бы и сам заняться этим, но решил поручить эту работу Соловьевой. Дополнительный заработок, насколько я помню, девушке совсем не помешает.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Олеся слушала внимательно, кивая в нужных местах. Но так и не сказала и слова. Когда с этим было покончено, она заверила меня, что все будет готово в назначенный срок. Я же не знал, как начать разговор про поцелуй, да и стоит ли вообще заводить об этом речь. Поймал себя на том, что вот уже некоторое время щелкаю ручкой и, не отрываясь, смотрю на губы Соловьевой. Резко встал из-за стола и направился к кулеру. Налил воды и вернулся к столу.

Олеся смотрела на меня расширенными глазами, испуганно. Черт, мне даже захотелось, чтобы она отвернулась. Под ее взглядом было неуютно, я чувствовал, что в воздухе повисла эта чертова стена непонимания.

- Олеся… - начал я осторожно, - думаю, мы должны поговорить.

Она едва заметно вздрогнула и отвернулась, кусая губы. Смотрел на этот жест, как завороженный, а затем взгляд медленно опустился на ее шею, и я увидел, что на ее коже появляются мурашки. Проклятье, мне хотелось провести пальцем по этому месту, рука даже дернулась в неосознанном порыве.

- А чем мы только что занимались, по-вашему?

Олеся повернулась и снова смотрела на меня прямым взглядом. Лишь румянец на ее щеках выдавал волнение. Я кивнул и продолжил.

- Олеся, мне не хотелось бы давить на тебя и ставить в неловкое положение, - начал я, но тут же был перебит.

- Андрей Викторович, - сказала Соловьева, - давайте не будем вспоминать тот вечер и ту… ситуацию.

Она начала подниматься с кресла, а я же молчал, понимая, что девушка оказалась мудрее меня в этом плане. Кивнул, соглашаясь с ней, но тут она стала быстро говорить, будто боясь не успеть. Сначала я даже не до конца вник в ее слова.

- Я просто выпила лишнего, а потом увидела его…

- Сядь, - бросил ей, и Соловьева присела на край кресла, будто готовясь в любой момент сбежать.

- Увидела кого, Олеся?

Девушка сжала губы и стала рассматривать свои ладони.

- Бывшего, я же говорила Вам тогда.

Я чувствовал, что вот оно, то самое минное поле, про которое я и думал. Почему-то мне не хотелось слышать, что она скажет дальше, но и остановиться не мог.

- И как это связано с тем, что произошло здесь? - все еще не понимал я ее.

- Ну… я думала… мне казалось, что он идет за мной, а тут Вы, - выпалила Соловьева на одном дыхании, все так же не поднимая глаз.

Да, Громов, ты просто конченый идиот… Я чувствовал, что меня пробирает смех от всей этой ситуации. Все оказалось так просто. Сам себя уверил, что эта девочка может испытывать ко мне какие-то чувства. Какие, на хрен, чувства! Просто оказался в нужном месте в нужное время.

- Олеся, - заговорил спокойным голосом, хотя внутри все буквально бушевало от нахлынувших эмоций, - ты же понимаешь, что это просто неприемлемо? А если бы кто-то вошел, ты понимаешь, в какое положение поставила бы нас обоих?

Девушка молчала, все больше краснея. Лишь кивала, не поднимая головы.

- А если бы в этот момент в кабинет зашла моя жена, как ты думаешь, что она подумала?

Я понимал, что меня уже заносит, но начал распаляться, разозлившись на самого себя за те мысли, что не покидали меня все эти дни. Я видел, что каждое мое слово бьет девушку, чувствовал себя конченым ублюдком. Черт, хотел, чтобы она разозлилась на меня, хоть как-то среагировала. Да пусть хоть даже пулей вылетела бы из кабинета, ничего не объясняя. И то было б легче. Сейчас же я вызвал у нее лишь стыд и сожаление о случившемся в тот вечер.

Мне хотелось схватить стакан с водой и вылить себе на голову за все сказанное. Провел рукой по волосам, прикрыв глаза, а затем снова посмотрел на Соловьеву. И мне стало тошно от всего этого.

- В твоем возрасте многое кажется простым, Олеся, - помимо воли включил в себе декана и продолжил поучительным тоном, - но когда ты совершаешь какой-то поступок, нужно помнить о последствиях. Я просто хочу тебя предостеречь, вот и все. Такие… игры могут быть восприняты неверно, и любой другой мужчина воспримет твой поцелуй как приглашение. Думаю, ты понимаешь, о чем я.

Девушка кивнула, теперь даже ее уши были красными. Я усмехнулся от ироничности. Как раз таки мною эти самые игры и были восприняты именно так.

- Будь внимательнее с алкоголем, Соловьева. Можешь идти.

Девушка слишком быстро вскочила и кинулась в сторону двери. И лишь спустя долгое время, когда остался один, я встал, закрыл дверь и расхохотался в голос. Хотя было одно желание - разбить что-нибудь о стену.

***

После работы встретился с Сашкой в бильярдной. Мне необходимо было отвлечься от всей этой хрени, что творится у меня в голове. Но вечер не принес нужного облегчения. Друг будто чувствовал, что со мной творится что-то неладное. Пинкертон чертов. И решил, во что бы то ни стало, выяснить причину моей хмурой физиономии.

- Да отвали ты, Дмитриев, пристал как банный лист.

Ответил на очередную его попытку выяснить, что случилось.

- Ну, реально, Андрюх, - засмеялся друг, - ты сам не свой, проиграл уже вторую партию.

Я подошел к нашему столику и взял бокал. Сделал глоток и ухмыльнулся.

- Опять со своей смотрел "Битву экстрасенсов"?

Он насупился, и я чокнулся с ним бокалом.

- Между прочим, интересная штука, - сказал Дмитриев после небольшого смешка, - я жопой чую, что у тебя что-то происходит.

- Убей в себе бабу, Саня, - сказал ему весело, - тогда и казаться ничего не будет.

Я знал, что друг не обидится. И как я и думал, он заржал на весь зал так, что проходящая мимо официантка едва не разбила бокалы на подносе.

- Если бы я не знал тебя так хорошо, - успокоился он, - то решил бы, что ты влюбился.

Я лишь улыбнулся краешком губ. Помешался, будет намного точнее.

- Кончай с этим допросом. Надоел. Лучше расскажи, что думаешь на Новый год?

Дмитриев тут же переключился на свою персону, и оставшийся вечер я выслушивал рассказы о его новой любовнице. Но этот разговор действовал на меня угнетающе. Я сам того не желая, проводил параллель между нашими ситуациями, в итоге сорвался с места, попрощавшись, и уехал домой раньше времени.

По дороге думал о том, что все это к лучшему. Теперь я просто обязан забыть и не думать об Олесе. Лежа ночью в постели с женой, даже смог себя убедить, что все так и будет. Это была чисто мужская реакция на молоденькую и симпатичную девушку. Накрутил себя, не более. Только вот засыпая, я снова видел перед глазами Соловьеву и вспоминал, как прижимал ее тогда к себе в кабинете.