Глава 15

Глава 15

ЛЕСЯ

Каждой клеточкой своего тела я чувствовала, что во мне нарастает паника, а вместе с ней трепет. Стоит подумать об Андрее Викторовиче, как все внутри сладко сжимается, а по телу распространяется тепло. Собираясь к нему на встречу, я так издергалась, что заработала нервный тик.

Я несколько раз переодевалась, с особой тщательностью наносила макияж и делала прическу. Но при этом убеждала себя, что такое поведение для меня в порядке вещей, в этом нет ничего необычного. И в итоге я пришла к выводу, что веду себя, как малолетняя дуреха.

Попутно я размышляла о том, что меня, вообще-то, отпустили в мини-отпуск. За несколько дней до Нового Года, когда сессия полностью закрыта, сказали, что я могу отдыхать аж до пятого января. А из этого следует неподдающийся сомнению вывод, что Андрей Викторович точно не о работе хочет поговорить. Я знала это и так, с первой секунды, как только услышала его голос в телефонной трубке, но все равно хочу выглядеть красивой в его глазах.

Вчера полночи не могла заснуть. Продумывала возможные варианты и сценарии разговора. Разыгрывала, что и как я ему отвечу. И решила вести себя, как взрослый человек, смело отвечать за свои ошибки. А если все же понадобится, то я освобожу рабочее место.

Где-то глубоко внутри у меня еще теплилась маленькая, крохотная надежда, что, может, он вызвал меня по рабочим вопросам и как истинный джентльмен промолчит о вечере субботы…

Но как только я переступила кабинет Громова, то эта надежда развеялась, словно семена одуванчика на ветру, разлетелась в разные стороны. Между нами возникло напряжение, которого раньше не было, и я не знала, как его убрать и вообще возможно ли это. Сама не знаю, что заставило меня ляпнуть про Юру и нести весь тот бред. Не иначе временное помешательство…

Молча слушала Андрея Викторовича и понимала, что он абсолютно прав. Каждое его слово абсолютно верное. Он говорит правильные вещи. Я поражалась его самообладанию в разговоре со мной. Не знаю, как сама бы вела себя на его месте, если бы мы поменялись ролями. Наверное, я не первая, кто так набросилась на него… За его практику он привык иметь дело с такими, как я.

Выйдя из его кабинета, я побрела пешком домой. Переваривая все то, что Андрей Викторович сказал. Мне было стыдно, плохо, гадко и вообще хотелось плакать, а затем лечь где-нибудь и не шевелиться.

Громов ведь женат… Как? КАК я смогла поцеловать женатого мужчину. Кто я после этого? В кого превратилась? В беспринципную девицу, которая целует всех кого ей вздумается? Мне снова стало противно от самой себя. Вот оно сходство меня и Натальи. Той тоже было все равно, занят мужчина или нет. Я невесело рассмеялась. Все самое лучшее от мамочки.

Первые снежинки начали падать с неба и раскрашивать дорогу под ногами в белый цвет. Я остановилась и запрокинула голову к небу, чувствовала, как кристаллики оседают у меня на лице. Может, старались успокоить?

Словила снежинку в протянутую ладонь, та на удивление долго не таяла, и тогда мне вспомнились всякие детские поверья. Закрыла глаза и пожелала, чтобы все было, как раньше, чтобы снова относиться к Андрею Викторовичу исключительно как к преподавателю. Забыть о поцелуе и выкинуть все мысли о нем как о мужчине из головы.

Когда открыла глаза, то снежинка уже растаяла. И я очень надеялась, на то, что это мне поможет… потому что своими силами я Громова забыть не смогу.

***

Дни до Нового года пролетели незаметно. В воздухе вовсю витала атмосфера праздника. Весь город был украшен, а люди сновали туда-сюда с огромными пакетами и не менее огромными улыбками на лицах. А я совсем не чувствовала праздника, мне даже его и не хотелось. На самом деле я даже не решила, где праздновать. Бабушка и дедушка предлагали остаться дома, друзья меня звали отмечать к ним, а Юра последние дни обрывал телефон и предлагал, как и в прошлом году отметить с ним и его родителями на даче.

Дома обстановка была все такая же напряженная. Впервые за все то время, что я начала жить с бабушкой и дедушкой.

Мы не обсуждали скорое освобождение Натальи, этого и не требовалось. Я видела, как бабушка подготавливает квартиру к встрече с еще одним жильцом. Мне становилось так обидно из-за этого. Я всеми фибрами души не хотела, чтобы мать жила с нами. Она разрушает все, до чего прикасается. И сейчас она разрушит наш маленький мирок. А я молчала, ведь мне дали ясно понять, что эта тема не обсуждается. И тогда я еще тверже решила найти отдельное жилье. Пока не совсем понимала, как буду жить одна, но время еще есть, чтобы обо всем подумать.

Мы все завтракали на кухне, когда раздался звонок в дверь. Бабушка пожав плечами, мол, не знает, кого принесла нелегкая, встала из-за стола и пошла открывать дверь. А спустя минуту вернулась вместе с… Юрой. От удивления у меня даже бутерброд упал прямо в чашку с чаем, расплескав тот на стол и на мою пижаму с медвежатами.

- Леся, руки твои кудрявые.

Воскликнула бабушка и, взяв тряпку из мойки, подтолкнула Юру к столу.

- А ты чего застыл, садись давай. Сейчас чай сделаю.

Бабушка забрала у меня чашку и протерла стол от брызг. Пронин обаятельно улыбнулся и, обменявшись крепким рукопожатием с дедушкой, сел на предложенный стул. А я сидела и не знала, что мне делать, то ли закатить скандал и сказать, чтобы убирался, то ли подождать его последующих действий.

- Ну, рассказывай, Юрец, где пропадал? - начал беседу дедушка.

Парень стрельнул в меня взглядом, поняв, что я не говорила о том, что мы расстались, и снова улыбнулся. Мне немедленно захотелось его треснуть.

- Так сессия была, Геннадий Петрович, все силы отдавал учебе.

Мне стоило огромных усилий, чтобы не закатить глаза. Прям сама невинность здесь рядом с нами смертными сидит.

Тем временем бабуля разлила всем чай по чашкам, еще нарезала колбасы и сыра. Все трое весело беседовали, а я молча сидела и пыталась понять, в какую из реальностей я, блин, попала. Бабушка и девушка радовались, что, может быть, с помощью Юры напряжение в доме немного спадет, а Юра надеялся, что благодаря бабушке и дедушке он добьется от меня того, чего хочет. Я же пыталась понять, что вообще происходит . От комичности ситуации я улыбнулась.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- У нас радость! Скоро с нами будет жить Наталья, мама Леси. Это просто потрясающая новость! А твои родители где? Вы разве не вместе отмечаете праздник? - спросила бабушка и сделала глоток чая, не замечая, как я уставилась на нее.

Я никогда не разговаривала с Юрой на тему родителей. Он несколько раз заводил этот разговор, но я всегда отвечаю, что родители живы, а живу я с бабушкой и дедушкой. Парень кивнул и, прожевав бутерброд, ответил.

- Олеся мне не говорила, действительно, чудесная новость, - сказал Пронин, будто мы каждый день с ним общаемся, - так мама и папа уже на даче, а я приехал за Лесей.

Второй раз за утро я чуть не расплескала чай.

- Чего? - повысив тон, грубо спросила я.

- Того, - в тон мне ответил Юра, а затем, смягчившись, продолжил, - мы едем сейчас к моим родителям на дачу, ты что, забыла?

С моего языка вот-вот готовы были уже сорваться реплики, которые девушка знать не должна, но я попридержала их. Задумалась… может, и правда поехать с Юрой на дачу? Мне претит сама мысль о том, чтобы быть дома. Сейчас я не чувствую себя здесь комфортно, теперь все здесь мне напоминает о матери, хотя она пока и не живет здесь. Но я чувствую ее присутствие. Может, взять перерыв и подумать обо всей этой ситуации вдали от дома?

- Забыла, - согласилась я и сделала глубокий вдох, - сейчас соберусь.

Встала из-за стола и пошла собирать вещи, пока не передумала.

Когда все было собрано, я вышла с подарком для бабули и дедули на кухню. Пару месяцев назад я увидела в одном интернет-магазине красивенный чайник, а с ним в наборе три вида индийского чая. И вот несколько дней назад заказ наконец-то пришел. Я решила не упаковывать ничего, коробочка и так красивая.

Вручила подарок, и мы все обнялись. Дедушка достал из шкафчика коробочку и протянул мне. Внутри оказался мобильный телефон с сенсорным экраном. Снова обнявшись, мы вышли в коридор. Юра взял мою сумку и помог мне одеть пальто.

- С наступающим Новым Годом, я люблю вас, - поцеловав бабушку и дедушку на прощание, сказала я, - как приедем, я позвоню.

- Юра, не гони по таким дорогам, - скомандовал дедушка.

Мы вышли за дверь, а мое сердце сжалось от тоски. Мне хотелось вернуться обратно в квартиру в теплые и родные объятия бабушки и дедушки… Но я прогнала прочь от себя это желание. У всех приходит время становиться взрослыми и покидать родительский дом. Мое время пришло сейчас.

***

Как только мы сели в машину, я надела наушники и включила музыку на полную громкость. Все попытки Юры заговорить со мной я с успехом игнорировала. До дачи ехать около часа. Я ездила туда несколько раз, пока мы встречались. Семья Прониных на все праздники собирается вместе, для них это своеобразная традиция.

Достала из коробки подаренный телефон и решила с ним немного разобраться. Так непривычно тыкать в экран, тем более, когда мешают ногти. Всякий раз, когда я жала не туда, меня захлестывала легкая паника. Слава Богу, что все номера оказались на карточке телефона. Я как раз сосредоточенно набирала Мане сообщение, когда Юра вытянул у меня из уха наушники.

- Давай поговорим.

- Мне не о чем с тобой разговаривать, Юра. Следи за дорогой, что, ПДД не знаешь? - ответила я и забрала наушники из руки парня.

- Знаю, - сквозь зубы процедил парень, - давай без сарказма, зайка. А теперь серьезно! - выхватив плеер и наушники, сказал Пронин.

- Родители не знают, что мы расстались, как и твои, - он выразительно посмотрел на меня, - мой отец так очарован тобой, что уже неделю спрашивает про тебя. Я пытался ему сказать, что бросил тебя…

Я не дала ему договорить и шокировано уставилась на него.

- Ты? Бросил меня? Совсем на голову плохой стал, Пронин? Шапку по морозу носи, а то последние извилины замерзли.

- Не суть важно, Леся, кто кого бросил, - ответил тот.

- Да. Главная суть в том, кто кому изменял, - видела, как на его щеках заходили желваки, а пальцы крепче сжали руль.

- Короче. Мы разыгрываем перед моими счастливую пару, и я буду твоим должником.

- Окей, - я обратно забрала плеер.

- Кстати, а почему ты так легко согласилась поехать? - спустя некоторое время спросил Юра.

Я не собиралась ему отвечать и снова включила музыку.

***

- Наконец-то приехали! Виталя, дети дома.

На пороге нас встретила Светлана, мама Юры. Женщина обладала привлекательной и располагающей к себе внешностью.

- Проходите же скорей! - мы послушно зашли внутрь, - Лесенька, девочка моя, дай я на тебя посмотрю.

Как только мы сняли верхнюю одежду и обувь, Светлана крепко обняла меня. От нее пахло духами, неизменными Chanel N°5, которые мне совершенно не нравились. Женщина, оторвавшись от меня, взяла за предплечья и стала осматривать меня.

- Какая же ты стройная. Где мои девятнадцать лет? - посетовала она, на что я улыбнулась.

- Ой, да будет Вам, Светлана! Если мы вместе пойдем гулять, то многие примут нас за сестер, причем младшей будут называть не меня.

С улыбкой польстила я женщине, зная, как она это любит. Света засмеялась, и в этот момент в комнату зашел Виталий. Сомнений не было, на кого похож Юра. Мужчина подошел к нам и, обменявшись с Юрой рукопожатием, неловко обнял меня.

- Добро пожаловать. Давайте проходите, а то встали на пороге.

Дача у Прониных была не очень большая, но безумно уютная. Ничего лишнего и вычурного. Мы сразу прошли на второй этаж в выделенную нам с Юрой спальню. О том, что нам придется спать в одной кровати, я решила не думать. Быстренько позвонила дедушке и бабушке, сказала, что мы удачно добрались. Оставив вещи, мы спустились на первый этаж, я пошла помочь Светлане на кухне, а мужчины тоже делали вид, что очень заняты.

Болтая, мы принялись нарезать салаты. Мне нравилось проводить время с Юриной мамой. Она вела себя именно так, как в моем понимании и должна вести себя настоящая мать. Было видно, что она души не чает в своем чаде, но при этом старается воспитывать его и наставлять на путь истинный.

- А как бабушка с дедушкой? Все хорошо?

Я начала рассказывать об ожоге и о сахарном диабете дедули. Светлана искренне посочувствовала, и мы сошлись во мнении, что оставь мужчин одних и те долго не протянут.

К вечеру мы пошли приводить себя в порядок. Я приняла расслабляющую ванну с солью и пеной. Уложила волосы и заплела французскую косу на бок, нанесла макияж и надела белое платье, которое мне пошила бабушка. Оно мне очень нравится, длиной чуть ниже колена, рукава три четверти и квадратный вырез. На мне смотрится очень симпатично. Когда я вышла из ванной, Юра сидел на краю кровати, уже в черных брюках и белой рубашке. Парень поднял голову и медленно рассмотрел меня с головы до ног. И я прекрасна знала, что значит этот его взгляд.

- Ты очень красивая, Олеся.

- Спасибо. Ты тоже.

Мы спустились в столовую, где сидели родители, тоже нарядные, и начали провожать Старый год.

Атмосфера была очень дружеская, и я спустя какое-то время смогла полностью расслабиться. Юра вел себя просто идеально, напоминая мне, почему я однажды влюбилась в него. Часы показывали без пяти двенадцать и Виталий включил телевизор, для того чтобы послушать поздравление президента. Речь была столь патриотичной, что невозможно не проникнуться.

- 10, 9, 8, 7, 6, 5, 4… - Начался обратный отсчет.

- 3, 2, 1…

Последним человеком, о котором я подумала в старом году, стал Андрей Викторович…

- С НОВЫМ ГОДОМ!!! - закричали мы все в унисон и чокнулись бокалами с шампанским. И с мыслями о Громове я начала и Новый год.

Мы разошлись, когда начало светать, Юра перебрал с выпивкой и вырубился, едва голова коснулась подушки. Я же умылась и, переодевшись в пижаму, легла рядом с ним. Взяла с тумбочки телефон, там светились непрочитанными сообщения, друзья поздравляли с праздником. Я решила отослать всем им одним махом сообщения в ответ. И вместо того, чтобы выделить только их, отослала сообщения со всего списка контактов.

«С Новым Годом!» и смайлик поцелуя. Махнув рукой на телефон, я собиралась лечь спать, когда пришел ответ.

«С Новым Годом, Олеся.» Первое сообщение в этом году и оно от Андрея Викторовича. Я множество раз перечитала его и с глупой, счастливой улыбкой прижала телефон к груди, а потом не заметила, как заснула.

***

Светлана и Игорь уговорили меня остаться на даче до четвертого числа, и, договорившись с бабушкой и дедушкой, я согласилась. На удивление я и впрямь отдохнула. Да и с Юрой у нас, вроде, наступило перемирие, мы общались, как старые друзья. Нам действительно было весело.

Вечером он отвез меня домой, и в приподнятом настроении я зашла в квартиру.

- Бабуль, дедуль, пропащая внучка пришла, – крикнула я из коридора, раздеваясь.

Вприпрыжку пошла на кухню, да так и застыла. На моем месте сидела Наталья, и они все вместе ужинали, как настоящая счастливая семья с открыток. Такое чувство, что мои внутренности скрутили колючей проволокой и каждое движение или вдох загоняли шипы глубже в плоть. Но я не подала вида.

- Привет, Лисенок, - поздоровался дедушка и похлопал по стулу рядом с собой.

- Леся, давай мой руки и садись, пока все горячее.

Я проглотила шок и обиду, сделала, как мне велели.

- А Наташеньку вот вчера домой отпустили. Мы даже и не рассчитывали, что так быстро. Но как хорошо, что она дома, правда, Гена? - начала тараторить бабуля.

Я села около дедушки, не спуская глаз с матери, отметив про себя, что сейчас она выглядит немного лучше, чем в последнюю нашу встречу.

- Я переезжаю, - слова вырвались быстрее, чем я смогла все обдумать. Но раз пластырь сорван… - сегодня. Я уже нашла квартиру.

За столом воцарилась тишина, дедушка рядом со мной с громким стуком отодвинул от себя тарелки и приборы, я внутренне сжалась.

- Что ты сказала?

Я ковыряла ложкой в супе, не смотря в глаза родственников.

- Сказала, что сегодня переезжаю.

- Никуда ты не поедешь. Не пущу. Только через мой труп, - зло проговорила бабушка.

Я сделала глубокий вдох, я знала, что так все будет. Посмотрела по очереди в глаза Геннадию Петровичу и Лидии Владимировне.

- Я уже все решила. Просто примите мое решение.

- Не разрешу никогда! Твой дом здесь! - выкрикнула бабушка.

Я встала из-за стола.

- Я не спрашиваю разрешения, а ставлю перед фактом.

Вышла с кухни, подхватила сумку из коридора и прошла в свою, пока еще, комнату. Начала собирать вещи первой необходимости. Я пока не представляла, куда мне идти и что делать, но здесь я не останусь точно, не сегодня.

Услышала, как следом за мной в комнату вошли бабушка и дедушка. Бабуля кричала на меня, плакала, угрожала, просила дедушку сказать, чтобы я остановилась, но я, не обращая на нее внимания, продолжала собирать вещи. Когда все было собрано, я остановилась и попыталась отогнать слезы. Сделала глубокий вдох и, повернувшись, крепко обняла бабулю, целуя в мокрые от слез щеки.

- Бабушка, милая моя, родная. Я так сильно тебя люблю, но я перееду, независимо от того, пустишь ты меня или нет. Давай расстанемся на хорошей ноте. Я каждый день буду приходить, обещаю! - чувствовала, что бабушка плачет и между всхлипами говорит «не пущу», оторвалась от нее и обняла дедушку.

- Я просто не могу, дедуль…

Он обнял меня сильнее.

- Знаю. Просто позвони, как доберешься.

Я кивнула и, взяв сумку с пола, оставила плачущую бабушка в объятьях дедушки, зная, что он ее успокоит.

Мать сидела на том же месте и просто пила чай, мы встретились с ней глазами, и она отсалютовала мне чашкой.

Вышла на улицу, и в легкие тут же попал обжигающий, морозный воздух.

Вот тебе и начало года, думала я, пока шла по улице. Слезы застилали глаза и мешали видеть. Я села на ближайшую лавочку и, опустив лицо в ладони, заплакала, выпуская все накопившиеся эмоции наружу. Сколько еще эта женщина будет портить мне жизнь. А бабушке и дедушке? Неужели они верят, что она исправится? Наверное, каждый родитель верит… Но моя вера закончилась. Я не представляю, что мне делать дальше, как жить. И самое важное – где? Я бы могла позвонить подругам, но мне совершенно не хотелось ничего им объяснять. Поэтому, поймав такси, я приехала только к одному человеку, который может мне сейчас помочь.

Позвонила в звонок и испугалась, а вдруг его нет дома? Но спустя несколько мгновений парень открыл дверь.

- Ты говорил, что теперь мой должник… можно я поживу у тебя?

Юра просто кивнул и, взяв сумку, провел меня внутрь.

Как я и думала, парень не задавал никаких вопросов, за что я была ему благодарна. Он сказал, чтобы я заняла свободную спальню. Расстелив кровать и позвонив дедушке, я сразу же легла. Меня удивило, что слез больше не было. Да и правду говорят, слезами ничему не помочь. Все слезы из-за матери я выплакала еще в детстве.

Я проснулась и с ужасом поняла, что опаздываю на работу. За рекордные сроки собралась и, написав Юре записку, что ухожу и у меня нет ключей, повесила ее на холодильник. Пулей вылетела из квартиры.

Не успела я перешагнуть порог деканата, как преподавательница философии завалила меня кучей бумаг, как оказалось это план работы на это полугодие. Я тут же принялась за работу, пока меня никто не отчитал за опоздание.

Набирая текст, я постоянно поглядывала на двери кабинета Андрея Викторовича, желая увидеть его хоть одним глазком, но та оставалась закрытой. Я даже не знаю, был ли он на месте или нет. Но понимала, что встречи не избежать, хотя бы ради той презентации, которая была у меня уже готова.

Когда наступило время обеда, те немногие преподаватели, которые сегодня вышли на работу, ушли обедать. Мне кушать не хотелось, поэтому я решила продолжить работать, попутно размышляя, позвонить бабушке или нет.

- Леся, - прошептали и подули мне в ухо.

От неожиданности я тихо ахнула и чуть не свалилась со стула. Юра, улыбаясь, как голливудская звезда, обошел стул и сел на краешек моего стола. Я закатила глаза.

- Давай иди отсюда, пока никто не пришел, - вместо приветствия и благодарственной речи сказала я.

- Какая ты серьезная. Мне это нравится, - сказал парень, - я привез тебе ключи от квартиры. Сегодня гуляю с пацанами и не хочу, чтобы ты спала около двери в ожидании меня. Хотя, если ты будешь стоять на коленях неглиже и покорно ждать своего Хозяина…

Я не дала ему договорить, встала со стула и оттолкнула нахала. Тот засмеялся и примирительно поднял руки перед собой. Внезапно Юра схватил меня за ладонь и вложил в нее ключи, а затем резко притянул меня к себе и поцеловал в губы. Я не отвечала на поцелуй, но этого и не требовалось, он испытывал меня. Ухмыльнувшись, парень подмигнул мне и вышел из деканата.

Я оперлась ладонями о стол и посмотрела в сторону двери Громова. А та, к моему ужасу, была открыта. Андрей Викторович стоял около нее и, не мигая, смотрел на меня. Я в ответ смотрела на него, впитывая его облик. Словно алкоголик, перед которым поставили желанную выпивку, перед которой слабели колени, начинались трястись руки и пропадал голос. Ничего не сказав, Андрей Викторович захлопнул дверь своего кабинета. Заставляя меня вздрогнуть от громкого звука разбившихся, глупых мечтаний.