ГЛАВА 13. Корзинка с фруктами

Как-то странно получается. Я, по сути, приглашаю мужчину ко мне домой, ни на минуту не задумавшись, как вообще это выглядит со стороны. Осталось ещё надеть кружевное бельё, шёлковый халатик и атласные шлёпки с пушистыми шариками.

– Ой, вы знаете, Максим, я уже спать собиралась, но хотела с вами посоветоваться…

– Я готов дать любой совет, дорогая Виктория, – отвечает Максим и снимает пиджак.

Звонок в домофон.

– Слушаю!

– Я приехал, Вика! – слышу голос Максима.

– Шестой этаж, квартира 135. Поднимайтесь!

Отец, конечно, выбил меня из колеи, он это умеет, но он и не оставил мне выбора. Так что, прости, папа! Я старалась в бизнесе изо всех сил и никого не трогала, а Максим пусть сам сделает выбор. Анжела мне не только спасибо не скажет за мой благородный поступок, если у меня вдруг случится помутнение рассудка, и я откажу Максиму в общении, она ещё сделает меня виноватой в том, что у них ничего не получится, а это 99%. Один процент оставляю на погрешность и форс-мажор.

Открываю дверь. Максим с корзинкой фруктов. Милейшая картина. Почему мне так хорошо на душе, когда я его вижу? Как будто я его давно знаю. Прикольный такой, в спортивном костюме, светлом пуховике, как всегда без шапки и шарфа.

– Вы кто? – спрашиваю я его улыбающуюся физиономию.

– Доставка.

– А, спасибо, – забираю корзинку. – Финики и малина, это очень хорошо, – рассматриваю я содержимое корзинки. – О, ещё и маракуйя.

Улыбаюсь, наверное, голову ломал, что привезти, не цветы же, зачем мне цветы, и не шоколадные конфеты, так как мы с ним сладостей наелись сегодня на месяц вперёд.

– Мне расписаться надо на документе, – говорит Максим с серьёзным видом.

– Да, да, – заходите, раздевайтесь, снимайте кроссовки, на кухне будем документы заполнять.

Идём на кухню. У меня очень большая кухня, не просто со столом и стульями для еды, но там ещё и диванчик стоит и маленький столик.

– Чай, кофе, алкоголь не предлагаю, просто ничего сейчас нет.

– Чай, отлично.

Я достаю банку с чаем, чтобы засыпать его в чайник.

– Рассказывай! – переходит он на «ты», мне от этого так хорошо сразу становится, и вообще всё внутри поёт, как будто не просто мужчина пришёл, это само собой, а ещё и друг. Откуда у меня такие чувства, не знаю и боюсь опять вляпаться.

– Твою девушку зовут Анжела?

– Да.

– Вот эта твоя девушка? – показываю ему фотографию Анжелы на своём телефоне.

– Да. Откуда ты знаешь, да ещё и фото её имеешь?

– Только что, до тебя здесь был мой отец. Знаешь, зачем он приходил?

– Нет, конечно, – смотрит на меня немного подозрительно Максим.

– Он приходил, чтобы меня попросить с тобой не общаться, потому что у меня нет права отбивать жениха у своей младшей сестры. Как тебе информация? Бодрит?

Максим начинает ёрзать на стуле. Он явно ехал сюда с другими мыслями, но точно не на семейные разборки.

– Интересный поворот, надо сказать. Но если я правильно запомнил, она же сделала тебе проблемы перед твоей свадьбой, то есть практически её расстроила, потому что ты застала их в бильярдной, ничего не перепутал? – Максим ведёт себя немного настороженно, ему не нравятся новости, как я посмотрю.

– Всё верно. А теперь я жду от тебя объяснений, что ты делал в «Турнире» позавчера, когда я была на тренировке и мы проводили товарищеский матч с моей давнишней приятельницей по клубу? Случайно туда попасть невозможно, клуб закрыт для случайных людей, которые не являются его членами.

– Ты не поверишь.

– Возможно да, а возможно нет, – ставлю я чашки на стол в полной уверенности, что сейчас будет мистическая история.

– Директор клуба, Сыромятников Павел Павлович, давнишний приятель моего отца, который знает меня с детства. Я заехал к нему по просьбе отца передать ему одно редкое лекарство, а поскольку я давно знаю дядю Пашу, и мне всегда приятно лишний раз с ним поздороваться, я отвёз лекарство лично. Мало этого, я сам пошёл его искать в клубе, и мне сказали, что он на трибунах на втором корте. Я пошёл на второй корт и увидел тебя. Это было ещё до того, как я тебе сумку привёз.

– Не верю, – улыбаюсь я.

– Я так удивился. Подумал, как здорово она играет, ёлки-палки. Юбочка ещё эта в складочку. Сел и стал смотреть. Уж не знаю, кто мог меня сфотографировать, кому я был там нужен, в твоём клубе. Как считаешь?

– Анжела за тобой следит. То, что ты сейчас находишься у меня, уже знает мой отец. Я его попросила отнестись серьёзно к моим словам, что у нас с тобой ничего нет, что я всего два раза была с тобой вне магазина, а он мне показал эту фотографию, которую я попросила мне переслать. Он переслал.

– Анжела за мной следит? Она сумасшедшая? Сначала мне изменяет с моим приятелем, позорит меня в моём кругу, потом следит за мной, чтобы что?

– Ей не нужно, чтобы ты вернулся, то есть, может, она и не против, что скорее всего, но основная цель у неё сейчас другая.

– Какая же?

– Доказать, что это я виновата в том, что она стала тебе изменять, потому что ты ей уже изменял со мной.

– Кому доказать? Международному суду?

– Отцу, кому же ещё.

– Зачем? Ничего не понимаю толком.

– Мне очень всё это неприятно, но мне тебе же не надо доказывать, что я не расставляла тебе капканы, не звонила, не напрашивалась в подруги, я вообще понятия не имела, что ты её парень. Ты сам принёс мне свою сумку и начал разные там…

– Чего она хочет от отца? Ты знаешь?

– Чтобы он забрал у меня магазин. Он ещё не переписал собственность помещения на моё имя. Он ждал, справлюсь я с бизнесом или нет.

– Почему она так себя ведёт? Я давно раскусил её характер, но такого представить себе не мог. Вы же сёстры!

– Мы сводные сёстры. У нас разные матери. Моя мама была первой женой отца. Она очень давно умерла, когда мне было одиннадцать. Прости, что позвала тебя на такой разговор. Я очень хотела, чтобы ты пришёл. Сейчас я дала им сигнал, что не буду слушать отца и разрываю с ними отношения. Я больше так не могу. Он на её стороне.

– Ты только поэтому меня позвала? – вопрос повисает в воздухе.