Глава 19

Утро встречает меня головной болью, а все потому, что ночью я не смогла сомкнуть глаз. Металась на постели с одного боку на другой. Места себе не находила. На душе кошки скребли. Все прокручивала в голове события вчерашнего дня и пыталась успокоиться. Настроиться на нужную волну. Однако никак не удавалось. Стресс дал о себе знать.

Я приподнимаюсь на локтях и оглядываюсь по сторонам, словно откладывая в памяти эту спальню. Каждую деталь. Вообще всю квартиру, в которой жила все это время. Она стала моим убежищем. Тем местом, в которое хотелось возвращаться после трудового дня. А все благодаря Ренате. Если бы не она, даже не представляю, что со мной случилось бы тогда…

Боюсь думать о подобном.

Жаль, что придется расстаться с этим домом. Но иначе никак. Решение уехать из города абсолютно осознанное. Наверное, стоило это сделать давно. Я же наивно полагала, что обо мне забудут… как и обещали. Но нет же, меня захотели добить. Видимо, всех моих душевных страданий им было мало. К сожалению, это так.

Безусловно, сейчас отчаиваться уже нет смысла, однако после встречи с братом и отцом, а затем с бывшим мужем у подъезда, в душе собирается горечь. Надеюсь, это со временем исчезнет. Иначе быть не может. Я переболею. Пройду этот путь и начну новый жизненный цикл.

Я тяжело вздыхаю и прикладываю ладонь к груди, словно отсчитывая сердцебиение.

Этот город когда-то подарил мне надежду. Первую любовь и мечты о будущем. А затем жестоко забрал все, оставив лишь пустоту в душе.

Я встаю с постели, жмурясь от пробивающихся сквозь тонкие шторы солнечных лучей. Новый день – новая жизнь. Так и получается. Сегодня я сделаю решающий шаг. Тот, который поставит жирную точку в моей прошлой жизни.

Вдали от Альпарслана и моей семьи я больше не буду думать ни о ком, кроме собственного здоровья и здоровья моего ребенка. Я не стану тратить нервы на людей, которые того не стоят. И больше не буду тащить непосильный груз вины и сожалений. Достаточно.

Признаю, начинать с нуля крайне сложно. Да и терять стабильную работу с хорошей заработной платой – тоже. Однако обстоятельства принудили меня измениться. Теперь, наученная горьким опытом, я не повторю прошлых ошибок. Лишь забота о собственном комфорте.

У меня уже есть деньги. Почва под ногами, опыт за плечами и уверенность, что в любую минуту мне помогут друзья, которых я приобрела с потерей родных мне людей.

«Все обязательно будет хорошо», – шепчу я, автоматически кладя ладонь на живот.

Иду в ванную и умываюсь, готовлю себе легкий завтрак, стараясь не думать о плохом. И вдруг, словно вспышка, ко мне приходит осознание, что со всеми этими событиями, которые подвергли меня в шок и подействовали на нервы, я совершенно забыла о подруге. Лейле. Сумасшествие, не иначе. Надеюсь, когда-нибудь я смогу спокойно жить. Без этой тяжести в груди.

Я набираю номер Лейлы и ожидаю принятия звонка.

– Дарина? – слышу голос подруги и мгновенно улыбаюсь.

– Привет. Как ты? Поговорили с мужем? Извини, у меня в жизни такой дурдом творится, что из головы вылетело тебе позвонить и выяснить, где ты…

– Да ничего, – спокойно отзывается она, хотя тема тяжелая. – Я в порядке… Почти.

– Лейла? – Я хмурюсь, краем уха улавливая тихий всхлип. – Ты снова плачешь? Так поговорили с Бураком? Что он сказал?! Как Али?

– Меня даже впустили в дом, – горько усмехается она. – Правда, временно.

– Что значит – временно? – недоуменно переспрашиваю я. – И почему ты ко мне ночью не пришла?

– Долгая история, Дари, – отвечает она едва дыша. – А ночевала я у бабушки. Помнишь, я тебе рассказывала о ней?

– Да. А почему у нее? А сын где?

В трубке повисает затяжное молчание, и я напрягаюсь, чувствуя, как по телу словно пробегает электрический разряд. Подруге явно сложно об этом говорить.

Лейла хороший человек, и сейчас мне очень больно за нее. За то, что случилось в ее семье. Не знаю, как бы я смогла выстоять и не сломаться в такой чудовищной ситуации и колоссальной несправедливости со стороны мужа.

Иной раз я думаю, что у меня в жизни все еще более-менее неплохо. Потому что все познается в сравнении. Я бы не хотела в один день оказаться на улице без права на голос и без своего ребенка. Это слишком жестоко. Это самый большой удар для любящей матери.

Я ставлю телефон на громкоговоритель возле раковины, а сама начинаю мыть чашку и пару тарелок, в которых была еда.

– Али остался дома, – спустя какое-то время шепчет Лейла.

– Как это?! Бурак что, не дал вам увидеться?

– Мы с ним увиделись, – с трудом выговаривает подруга. – В общем, все нормально, Дарин. Правда не хочу вдаваться в подробности. Давай как-нибудь потом расскажу все? Договорились?

Я чувствую, что Лейла не хочет нагружать меня информацией и беспокоить, однако по ее голосу понятно, что все ни черта не нормально.

Я поджимаю губы и нехотя отвечаю:

– Договорились. Просто я очень за тебя переживаю.

– Мои отношения с Бураком – это отдельная тема для разговора… Кажется, после моего появления в том доме все только усугубилось. Но мы это обязательно с тобой обсудим. Сейчас на повестке дня другая проблема. У меня сын заболел, Дарина. Я в больнице рядом с ним.

Я тут же выключаю кран и вытираю салфеткой руки.

– Лейла! – возмущенно выпаливаю я. – И ты молчишь о таком! Помощь какая-нибудь нужна? Может быть, я приеду, м?

– Нет, – вздыхает она. – Ничего не нужно, Дарина. Я справлюсь. Лучше позже встретимся и поговорим. Ладно? Так будет правильнее. Созвонимся еще.

«Встретимся», – проносится у меня в голове. Вероятно, этого не будет. Потому что тогда я буду уже далеко отсюда.

Естественно, и я не стала нагружать ее своими заботами. Даже о переезде ни слова не сказала. У Лейлы и так в жизни полный раздрай. Меня еще не хватало со своими умозаключениями и выводами, сделанными после встречи с братом и отцом.

– Как скажешь, Лейла, – с тревогой соглашаюсь я. – Здоровья Али.

Отключаю звонок. Очень надеюсь, что с ее сыном все будет в порядке, и он поправится. Краем глаза поглядываю на настенные часы и иду к своему шкафу, чтобы одеться. Нужно пойти на работу и нормально поговорить со своим боссом.

После того, как они с Альпарсланом подрались возле подъезда, Руслан не поднялся ко мне в квартиру, хотя я ждала этого. Абрамов просто уехал на своей машине, бросив напоследок что-то моему бывшему мужу. Явно что-то нецензурное. Это было видно по перекошенному от злости лицу Чакырбейли. Но большего он и не заслуживает. Именно из-за него моя жизнь перевернулась вверх дном. И расхлебывать все пришлось мне. Выслушивать упреки со стороны родных, получать один за другим удары судьбы, несмотря на мое положение…

Больше я этого не желаю. Я изо всех сил старалась жить дальше в этом городе, потому что на тот момент другого варианта не было. Но не теперь. Это выше моих сил.

Сегодня я отказываюсь от пешей прогулки, а из-за утренних пробок добираюсь до работы за тридцать минут. Хотя пешком могла бы добраться гораздо раньше. Надеюсь, шеф уже в своем кабинете. Я дико нервничаю, но откладывать разговор на потом не имеет смысла.

Перед тем, как зайти к Руслану, я прочищаю горло. Тереблю подол платья и с глубоким вздохом все же решаюсь постучать в дверь, держа в одной руке заявление об увольнении, которое написала еще дома.

– Зайдите, – слышу хрипловатый голос по ту сторону, и вхожу в кабинет.

Шеф сидит на своем кресле, опустив голову и устало потирая переносицу. Видно, что он не выспался. Мне сразу же становится ужасно неловко и стыдно за ту ситуацию, что произошла вчера. Потому что Руслан не обязан разгребать мои проблемы, тем более – участвовать в разборках с бывшим мужем. Но из-за меня ему пришлось это сделать. И ведь не в первый раз.

– Это я, – тихо говорю, пряча за спину документы.

– Дарина, – улыбается он и поднимает голову.

Я замираю, не в силах сказать ни слова. Меня одолевает ужас. По телу проходит дрожь. Потому что под глазом Руслана виднеется огромный фингал, а, опустив глаза ниже, я замечаю и другое… Разбитую губу.

– Господи… – Я зажимаю рот ладонью и в два шага оказываюсь возле него. Обеими ладонями беру его за лицо и начинаю осматривать пораженные участки.

– Это после вчерашнего так?! Руслан! Почему ты ко мне не зашел? Я бы обработала как следует. Все ведь из-за меня, – удрученно заключаю я. Мне так жаль… Так жаль… Давай я схожу за мазью!

– Стой, Дарина.

Рука Руслана вдруг касается моей, останавливая мои попытки помочь ему.

– Что? – Я хмурюсь, выгибаю бровь. – Дай хоть как-нибудь искупить вину за это недоразумение. Альпарслан не должен был приходить. У нас же договор… Он нарушает его из раза в раз. Просто не знает, что такое совесть. Поэтому позволь мне позаботиться о тебе, пока я в городе…

– Все в порядке. – Уголок его рта ползет вверх. – Слышишь? Я жив. Здоров. Стою на ногах. Остальное – ерунда.

– Точно? – Я тревожно вглядываюсь в его карие глаза.

– Конечно, – кивает Руслан и смотрит вниз, туда, где наши руки касаются друг друга. Тяжело сглатывает. – Лучше садись напротив.

Я поджимаю губы, понимая, что вторглась в его личное пространство, и делаю, как он приказывает. Сажусь за стол, непослушными пальцами распрямляя складки на платье и, прищурившись, интересуюсь:

– Чего он хотел? Чего хотел мой бывший муж, Руслан? – повторяю вопрос.

Шеф откидывается на кресле.

– Есть смысл об этом говорить, Дарина? – усмехается он. – Изменит ли это твое мнение о нем? Думаю, нет. Альпарслан – подонок, каких поискать. Он не должен был подходить к тебе. Не имел права после всего, что натворил. Тем более когда у него есть другая женщина, которая беременна от него.

– Лариса, – добавляю я. – Ее так зовут.

Босс злится.

– Я ее видел, Дарина. Она тебе и в подметки не годится. Где ты – и где она? Разные планеты. Альпарслан заслуживает только такую, как она. Пусть катится к ней, а тебя больше не трогает. У тебя своя жизнь. А у него – своя. Не так ли?

– Так, – соглашаюсь я.

Безусловно, Руслан прав, но от этого не лучше. Если я не уеду из этого города, они продолжат донимать меня. И жить мне по-человечески не дадут. Не знаю, смогу ли я, находясь на нервах, родить здорового малыша? Большой вопрос.

– Если он к тебе приблизится хоть на метр, если еще раз… – с яростью говорит Руслан, – я его уничтожу. Мало ему не покажется.

Уголки губ Руслана дергаются вниз, а желваки на его лице начинают ходить ходуном.

– Нет. – Я качаю головой. – Когда я уеду, все изменится. Тебе больше не нужно будет защищать меня. Мне стоило сделать это раньше. Тогда бы ты не пострадал.

– Дарина…

– Это моя вина. – Я с сожалением указываю на его фингал. – И только моя.

Горечь затапливает нутро, и я едва сдерживаюсь, чтобы позорно не разреветься. События набирают обороты, а разбушевавшиеся гормоны сводят с ума. Удивительно, как я в принципе еще на ногах стою.

– Ты неправильно рассуждаешь, Дарина, – прерывает мои терзания шеф. – То, что я тебя защитил, – нормальный мужской поступок. Так нас с Рустамом обучал отец. Защищать тех, кто слабее. Тех, кто в беде. Всегда помогать им, потому что добро непременно вернется к тебе. Даже когда его уже не ждешь.

– Глядя на вас, кажется, что до этого я жила в скорлупе и не знала о существовании адекватных здравомыслящих людей. Сам видел моих родственников, – добавляю едва дыша. – Знаешь… Это казалось мне нормальным. Мужчина должен зарабатывать, а женщина – ждать его с работы. Никогда не показывать свой характер, и даже если тебе что-то не нравится, проглатывать все и улыбаться. Меня так воспитывали. Иного я не знала. Наверное, поэтому мне так тяжело перестраиваться сейчас и принимать новую реальность. Я стараюсь, да… Но это чертовски сложно, Руслан. Особенно когда из раза в раз прошлое вторгается в мою жизнь.

Абрамов хмурится и поджимает губы.

– Альпарслан вообще не должен был приближаться к тебе, – говорит он наконец. – Ты ничего такого не сделала, чтобы подвергаться нападкам со стороны бывшего мужа и родственников. Ты никому ничего не должна. Запомни. Если будешь тащить груз вины, они непременно воспользуются твоей слабостью. Твоей добротой. И сделают тебе еще больнее. Все, что они уже сделали, – недопустимо. Так нельзя. Так с родными людьми не поступают. Никогда. А бывшие мужья, у которых все хорошо на личном фронте, не влезают в жизнь своих бывших жен, понимаешь?! Думаю, у него не так все и прекрасно. Но это не означает, что после совершенного его стоит впускать в свою жизнь. Это исключено. Человек, который любит, в первую очередь тебя уважает. Ценит. Альпарслан же плюнул на тебя и развлекался со своей любовницей, пока ты страдала и плакала по нему. Верно? Если человек однажды тебя предал, то предаст еще. И еще. Это замкнутый круг. Поэтому вычеркни, пожалуйста, понятие жалости и вины. Ни к чему это. Шанса таким людям давать не стоит. Они плюнули в твою душу. Растоптали.

С каждым словом Руслана я понимаю, что он абсолютно прав. Каждая его фраза – точна и попадает в цель. А ведь так и есть: я постоянно находила причины и жалела людей, которые этого недостойны. Лишь потому, что так делала моя мать. Так меня учили. Другого пути я не знала. Да и сложно перестраиваться, когда много лет жила по одним правилам.

Но пора меняться. Пора наконец-то повзрослеть и начать думать о себе. Порой жизненные обстоятельства принуждают тебя это сделать. Понять, кто тебе друг, а кто враг, можно только тогда, когда пройдешь испытания, которые уготовила судьба.

После нашего с Русланом разговора я кладу на стол заявление об увольнении.

– Это что? – Руслан становится темнее тучи.

– Я уезжаю. Поэтому написала заявление.

– Зачем время на всякую ерунду теряешь, Дарина? – В голосе босса слышатся недовольные нотки. – Чем будешь заниматься в другом городе? Не волнуйся, я найду тебе занятие. Без работы ты в любом случае не останешься.

Абрамов сжимает в руке бумагу, превращает ее в шарик и бросает в мусорное ведро.

Кивнув, я улыбаюсь и выхожу. Остаюсь до конца рабочего дня, чтобы привести документы в порядок и закончить дела. Все же его доброта и умение сопереживать многого стоят. Непрофессионально будет, если не сделаю все, что в моих силах, перед тем, как уехать из города.

Закончив, спускаюсь на первый этаж и заказываю такси. Последний пункт назначения – моя близкая подруга. Именно благодаря ей я смогла встать на ноги и не стала биться о стену, жалуясь на жизнь. В трудный момент она протянула мне руку помощи, и поэтому с моей стороны правильно попрощаться с ней перед отъездом.

– Дари? – Рената открывает дверь своей квартиры, удивленно вскидывая брови. Она сейчас в домашнем халате. Явно не ожидала меня увидеть.

Подруга пропускает меня внутрь, и я прохожу, втягивая носом аромат еды, приготовленной ее руками, и старательно улыбаясь.

– Я с новостями.

– Надеюсь, с хорошими? – Она тревожно вглядывается в мои глаза.

Я отрицательно мотаю головой, и Рената поджимает губы, притягивая меня к себе. Именно в этот момент я понимаю, что по ней буду скучать особенно сильно. Мне будет не хватать ее поддержки.

Мы проходим на кухню, где я начинаю рассказывать о том, что вчера со мной произошло. Кто приходил в компанию. И про Альпарслана тоже. О том, как он заявился к моему дому и подрался с Русланом.

– Меня мучает совесть, Рена, – скрипя зубами, заявляю я, глядя на то, как подруга порхает по кухне, готовя еду. – Абрамов вчера нехило получил от него. Фингал под глазом. Разбитая губа. Он из-за меня пострадал! Руслан сказал, что ничего страшного, но это не так.

– Дарина…

Подруга убавляет газ на плите и поворачивается ко мне.

– Все вообще не так! – продолжаю я. – Моя жизнь покатилась в бездну, и пока я в одном городе с ними, выбраться из нее будет невозможно. Мне стыдно Руслану в глаза смотреть, а он еще и подбадривал меня. Разве я заслужила такое к себе отношение?

– Конечно, заслужила. – Рената в два шага оказывается возле меня. – Ты помнишь, что я тебе говорила: Абрамовы не бросают. Рустам с Русланом – такие… Они всегда горой за близкого. А ты стала нашим родным человеком. Понимаешь?

Я прикусываю губу.

– Я все равно виновата. Из-за меня столько проблем… А ведь Альпарслан – партнер Руслана. Что теперь делать? Как они будут после такого сотрудничать?

– А уж об этом точно не думай. Не твое это дело – за мужские поступки отвечать. Раз сделал это… Раз ударил твоего бывшего мужа… значит, думал о последствиях. Ничего. Не этот – так другого найдут. Невелика потеря.

Я киваю, и именно в этот момент к нам подбегает сын Ренаты – Мурат. Он начинает проситься к ней на руки, но подруга указывает в сторону плиты, где готовится еда, и мальчик недовольно складывает ладошки на груди.

– Давай я с ним посижу? – предлагаю ей.

Рената довольно улыбается, а я с Муратом иду в зал, куда он меня ведет смотреть мультфильмы.

Сидя перед телевизором, я постоянно ловлю себя на мысли, что хотела бы иметь такого же сына. Чтобы он с упоением слушал меня. Чтобы рассказывал свои истории из детского сада, как делает это Мурат. Обнимал меня и шептал, что любит. Идеальная картинка из будущего.

Когда мультфильм заканчивается, Мурат тут же убегает в детскую, найдя интересную игру на своем планшете. Я со вздохом начинаю листать каналы, пока не останавливаюсь на одном из них. Здесь всегда показывают новости.

Именно в этот момент в зал заходит Рената.

– Что это ты смотришь?

– Мурат убежал, и я решила… – Осекаюсь на полуслове, когда вижу на экране лицо своего бывшего мужа.

– Известный бизнесмен Альпарслан Чакырбейли, который совсем недавно развелся с женой, изменявшей ему все это время, уже нашел утешение в объятиях незнакомки, – говорит диктор. – Кто же она? Его новая женщина?

Я тут же переключаю канал пультом, однако на другом все то же самое:

– У крупного бизнесмена появилась новая любовь после развода с женой-изменщицей!

Дальше показывают видео, как Альпарслан обжимается с… Ларисой в кафе. Она что-то шепчет и кладет ладонь ему на плечо. Со стороны они выглядят, как любящая пара. Хотя так оно и есть. Наверное…

– Та же девушка вчера была замечена в свадебном салоне… – продолжает диктор. – Она радостно примеряла платья, явно готовясь к торжеству. Что же происходит в личной жизни известного бизнесмена? Неужели он так быстро переметнулся от прошлой жены к новой девушке? Так быстро нашел замену? Ожидать ли нам свадьбы? Судя по лицу его избранницы, она будет совсем скоро. Следите за новостями…

Мужчина что-то еще говорит, но я уже не слышу. Руки начинают трястись. Перед глазами снова и снова появляются картинки из свадебного салона. Счастливые лица и заголовки новостей.

– Дарина! – кричит Рената, пробиваясь сквозь мои мысли.

Я заторможенно перевожу на нее взгляд.

– Что? – Пульт выскальзывает из рук.

Подруга, видя мое состояние, прижимает меня к себе и начинает успокаивающе гладить спину.

– Дарина, родная… – шепчет она.

– Альп счастлив с ней… Они уже и свадьбу готовят, – сквозь боль выдаю я. – Это невыносимо. Просто невыносимо, Рената… Я с разбитым сердцем, а он… думает жениться. Зачем тогда вчера приходил?! ЗАЧЕМ?! Чтобы похвастаться, что живет дальше?! Без меня?! Или на свадьбу пригласить хотел?

Я всхлипываю в плечо подруги, цепляясь за обивку дивана.

– Мне нужно уехать. Покинуть этот город. Срочно. Я уже не могу здесь находиться. Видеть его счастливым в объятьях другой – выше моих сил. Особенно после того, что он сделал. И сегодняшняя новость тому свидетельство.

– Ты уверена? – Подруга разнимает наши объятия. – Неужели это единственный выход?

– Да. В общем-то, это и есть причина моего прихода к тебе, – киваю я, протяжно вздыхая. – Просто сейчас я в очередной раз убедилась в правильности своего решения, Рената. Я уеду. Иначе и быть не может.