6.8 Всадники Апокалипсиса

Вторая неделя. Вторник

На следующий день Элоиза появилась на работе в отличном расположении духа. Ну и что, что опоздала на четверть часа? Ехала-то вон откуда, да еще проспали. То есть, Себастьен свой будильник выключил, решив, что это слишком рано, и они проснулись в половине восьмого. Во дворце — нормально, чтобы неспешно встать, собраться, позавтракать и прибыть в офис. Но не у черта же в ступе!

В общем, собирались быстро и очень быстро, по чашке кофе им вчерашняя дама прямо в руки всунула, а потом еще принесла к машинам по стакану и паре тостов с собой. Себастьен ехал не во дворец, и его ждали к десяти, он, посмеиваясь, предложил Элоизе свою машину — она не крепость, конечно, зато быстрее. Она вздохнула тяжело — на самом-то деле ей пришлось очень по душе это предложение! — и напомнила, что раз уж у них конспирация, то увы. У её тетушки Полины таких машин отродясь не было. Поэтому она с удовольствием воспользуется его любезным предложением… в другой раз. Тогда он очень серьёзно попросил её торопиться осторожно и сообщить, когда доберется.

Элоиза первым делом, придя в кабинет, села и сообщила, а потом попросила что-нибудь поесть и нырнула в работу — приключения приключениями и проверка проверкой, а работать надо.

Сначала к ней явился господин Джильи. Он отметил её опоздание, даже позволил себе пройтись по этому поводу. Правда, Элоиза слушала-слушала, а потом глянула на него так, что очередное слово ощутимо застряло у него в горле.

Тогда он прокашлялся, глянул на неё, как ни в чём не бывало, и пригласил вечером прогуляться и поужинать.

Элоиза прикрыла глаза и прислушалась к его мыслям. Да, он очень хочет остаться с ней наедине в нерабочей обстановке. Поскольку теперь она знала, для чего это ему, кроме как просто развлечься, то постаралась не злиться, не закипать, а легко и бесстрастно отказать. И попросить его пойти и заняться уже делом.

Перед самым обедом к ней зашел Карло. Он заговорщицки оглянулся, приложил палец к губам и плотно закрыл за собой дверь.

— Добрый день, донна Эла, — и поставил на стол перед ней небольшую плетеную корзинку, накрытую салфеткой.

— Добрый день, дон Карло. Что это у вас?

— А вы взгляните, — он подмигнул ей.

Она приподняла салфетку и с удивлением обнаружила там отлично изготовленные фигурки — таракана, скорпиона, паука и слизняка. Подняла на Карло удивленный взгляд.

— Что это?

— Ну как же! Это вот ваш господин Джильи, — он вытащил из корзинки рыжего таракана и поставил перед ней на стол.

Таракан был как настоящий, только вместе с усами достигал длины в пол-ладони. Усы шевелились.

— Забавно. Усы похожи, — отметила Элоиза. — А дальше?

— Вот наш господин Куарта, — он высадил перед ней скорпиона, уже размером в ладонь. — Смертоносен, ядовит, но перед точно нацеленным подкованным каблуком абсолютно бессилен. Далее — господин Тортора, ночной кошмар Бернара Дюрана, — из корзины появился чёрный паук с длинными лапками. — Сидит в кабинете, который себе затребовал, и плетёт оттуда свою паутину. И наконец, представляю вам господина Сассо, на голову которого Варфоломей уже неделю призывает все громы небесные, — из корзинки появился бело-коричневый слизняк. — Уже перевернул несколько ценных растворителей и по общей неповоротливости порвал новый холст. Ещё, говорят, глотнул в мастерской какой-то прозрачной гадости, думал, что вода, Бруно еле откачал этого идиота.

— Четыре всадника нашего апокалипсиса? Версия Карло Каэтани? — усмехнулась она.

— Вроде того, ага. Ибо несут они нам чуму, — он бросил в корзинку слизняка, — войну, — туда же полетел паук, — голод, — следом отправился таракан, — и смерть, — последним оказался скорпион. — А вы их что, совсем не боитесь? — Карло скорчил жалобную рожу. — Они же как настоящие, только больше…

— Не боюсь. Я вижу, что они не настоящие.

— Так вас и не разыграть, получается? — он продолжал жалобно не неё смотреть.

— А зачем разыгрывать меня? Лучше разыграйте этих достойных людей, — она кивнула на фигурки.

— Да Лодовико их уже отфотал, из фоточек наделаем всякого, — пожал плечами он.

— Фоточки — хорошо, но посмеяться можно и помимо них, — она взяла из корзинки в ладонь таракана. — Сейчас применим первого.

— Что вы хотите сделать? Это произведение искусства! Его нужно сдать в музей! — заверещал Карло, впрочем, предвкушая что-то интересное.

— Еще успеете, — хмыкнула Элоиза и вышла из кабинета, спрятав таракана в ладони.

Брат Франциск поднял от монитора удивленный взгляд.

— Госпожа де Шатийон, что-то случилось?

— Нет пока. Скажите, вам это насекомое кого-нибудь напоминает? — она показала секретарю таракана.

Брат Франциск усмехнулся.

— Напоминает. Мне будет позволено не говорить, кого именно?

— Конечно. Если заметите что-нибудь странное, не удивляйтесь. И ему не говорите, хорошо?

— О чем не говорить? — удивился монах.

— А увидите, — озорно улыбнулась она.

Брат Франциск переглянулся с Карло, оба синхронно пожали плечами.

А Элоиза шла дальше, в кабинет сотрудников. Вошла, поздоровалась, подошла к Донато Ренци и стала у него вполголоса спрашивать какую-то ерунду про работу их базы данных. В процессе сделала страшные глаза, приложила палец к губам и показала на мирно читающего очередной отчет господина Джильи. Перемигнувшись с Иво ди Мори и Хуаном Пересом, на цыпочках подошла сзади к означенному господину, сделала себя незаметной для него, достала таракана и прицепила ему на плечо. Дунула, закрепляя сцепление силиконовых лапок с тканью пиджака, наложила небольшой морок, чтобы жертва ничего не видела, и вернулась к столу Донато.

Ответом ей были пять пар восхищенных глаз и четыре поднятых вверх больших пальца. Брат Франциск сдержал эмоции и просто одобрительно на всё смотрел.

Элоиза громко поблагодарила Донато за консультацию и вышла из кабинета. Карло и брат Франциск последовали за ней.

— Донна Эла, а остальные трое? — Карло подмигнул ей.

— Господин Каэтани, стоит ли впутывать госпожу де Шатийон в такое дело? — нахмурился брат Франциск.

На его лице отчетливо читалось: «Вы же там все такие крутые, сами не можете, что ли?»

— Брат Франциск, мне абсолютно ничего не угрожает. С господней помощью я справлюсь. Скажите, дон Карло, где можно застать господина Куарту?

— Он с утра домогался Лодовико, — увидев удивленные выражения лиц, уточнил: — Что-то от него хотел, каких-то документов и просмотра каких-то записей с каких-то камер, Лодовико отбрехивался. Можем пойти туда.

В кабинете Лодовико действительно обнаружился господин Лоренцо Куарта — высокий статный молодец лет тридцати пяти, у которого из-под воротника и манжет задорно торчали хвостики от татуировок. Болтали, что в спортзале на его плече можно увидеть помянутого скорпиона. Он был похож на кинозвезду — с волнистыми черными волосами и небольшой бородкой, а на мир смотрел наглыми синими глазами. Элоиза подумала, что такому должно быть раз плюнуть заморочить голову любой барышне, не только глупой и несчастной, и уговорить её хоть на что. Элоиза поступила просто — сначала похлопала ресницами, затем на пару минут ввела его в ступор, посадила скорпиона ему аккурат туда, где, по слухам, была аналогичная татуировка, замаскировала, и освободила носителя.

— Дон Лодовико, спасибо. Вы мне очень помогли, — улыбнулась она и в сопровождении Карло выплыла из кабинета.

Затем они навестили финансовый отдел и реставрационную мастерскую, где Элоиза отвлекала внимание жертв умело брошенными репликами и банальным отводом глаз, и размещала насекомое — слизняка на воротник господина Сассо, паука на спину господину Торторе.

— Донна Эла, ну вы даете! Они что, ничего не видят?

— Скажем так — не обращают внимания. Потом увидят. Когда кто-нибудь им об этом скажет. Они же обедают в нашей столовой?

— Да. Точно, обед же скоро, вот веселье-то начнется!

— Вот пусть пока так и ходят. До обеда и на обед. А там посмотрим.

* * *

Во время обеда все четыре новоявленных всадника Апокалипсиса произвели ожидаемый фурор.

Сотрудники палаццо д’Эпиналь молчали, как рыбы, но, стоило жертвам отвернуться — за глаза тихо смеялись и фотографировали их на всё, что находилось в карманах. Усы таракана и лапы паука угрожающе трепыхались, скорпион шевелил хвостом. Слизняк, казалось, медленно перемещался по воротнику.

Элоиза сидела с Анной, Карло и Лодовико. Они уже почти закончили обед, когда сверху спустился отец Варфоломей и взгромоздился на стул.

— Покажите же мне эти бесовские украшения, тоже хочу посмотреть, — тихо сказал он, устраиваясь на стуле.

— Смотри, — Лодовико повёл бровью в сторону стола в самом центре залы, где сидели четверо героев.

— Красавцы. Наш-то точно слизняк, за что ни схватится — всё грязными руками заляпает. И девушкам моим проходу не даёт.

— Он тоже? — насторожилась Элоиза.

— Кстати, да, донна Элоиза, есть информация по контактам, о которой просил Себастьяно, — Лодовико серьезно и мрачно взглянул на неё.

— И что?

— И то, что каждый из них, кроме господина Джильи, хоть по разу да встречался с какой-нибудь сотрудницей из нашего штата. Преуспевает господин Куарта — у него таких свиданий насчитывается целых пять, с разными барышнями.

— Все хотят посмотреть татуировки? — фыркнула Элоиза. — Откуда барышни?

— Самые разные. Две официантки, одна из службы Анны, одна из службы эксплуатации здания, двое — из юристов, двое — художники. Это те, кто в принципе был замечен в хождении на свидания с означенными господами.

— А контакты были только с барышнями?

— Нет, не только. Господин Куарта и господин Тортора разом встречались сначала с Маттео из сетевиков, а потом с Коррадо из юридического отдела.

— Шантаж? — раздумчиво произнесла Элоиза в пустоту.

— Этих господ есть, чем шантажировать? — тут же отреагировал Варфоломей.

— Всех есть, чем шантажировать, — пожал плечами Лодовико. — Узнаем.

И в этот момент двери распахнулись, и в обеденную залу вплыл его высокопреосвященство кардинал Сторчио. Он оглядел зал и прямо направился к столу, за которым сидела его команда.

— Господа, есть срочный вопрос, — начал он, и вдруг резко переменился в лице, разинул рот и вытаращил глаза. — Что это, господа? Что это? — задыхаясь, говорил он, показывая одной рукой на усы таракана, а второй — на жало скорпиона. — Вы что, с ума сошли? Они шевелятся! Они настоящие! — с последним воплем кардинал рухнул на пол.

Господа из команды Сторчио переглянулись недоуменно… и увидели. Прежде, чем хоть один вскочил и осмотрелся, несколько вспышек с разных сторон прорезали зал.

Двое случившихся в зале медиков из штата Бруно, Стефано и Кристиано, подбежали к кардиналу, довольно быстро привели его в чувство и помогли подняться.

Первым из-за стола подскочил Куарта, оглянулся. Увидел в глазах окружающих любопытство и сдержанное веселье. Подошел к столу, за которым сидела Элоиза и прочие.

— И как это понимать?

— Возможно, кто-то и переборщил с чувством юмора, но согласитесь, сын мой, сделано было очень изящно, — произнёс Варфоломей, поглаживая пузо.

Куарта фыркнул.

— Это теперь так называется, да?

— Посмотрите, как красиво это насекомое, — вступила в диалог Элоиза, ей показалось нечестным то, что она всё устроила, а теперь отсиживается за широкими спинами. — Можно сказать, произведение искусства. А вы немного побыли объектом интерактивной инсталляции.

— Вы ведь госпожа де Шатийон, правда? Ух, какая вы, оказывается! — из синих глаз в её сторону так и брызнули искры. — Ладно, инсталляция. А почему никто ни слова не сказал?

— А ты сам бы сказал? — хмыкнул Карло, глаза его тоже искрились весельем. — Только хорошо подумай, прежде чем говорить «да».

— Тьфу на вас, — Куарта отцепил скорпиона от плеча и хотел было сунуть в карман, но Карло выхватил фигурку.

— Эй, не твоё. Нужно вернуть хозяевам.

— А ты знаешь хозяев? — поинтересовался Куарта.

— Найду, — сверкнул зубами в улыбке Карло.

Подошел, снял слизняка с шиворота Сассо, мизинцем подцепил паука у Торторы, второй рукой забрал таракана Джильи. И в ответ на возмущенные взгляды вежливо произнёс:

— Приношу извинения уважаемым господам от имени всего штата сотрудников. Полагаю, ничего подобного больше не повторится.

Уважаемые господа переглянулись, поднялись и вышли. Все четверо.

— Ты вправду думаешь, что это было хорошо, сын мой? — спросил Варфоломей.

— Это была провокация, честно говоря, — Карло тут же стал серьёзным. — Вот и посмотрим, на какие действия мы их подтолкнули таким образом.

Варфоломей посмотрел на Лодовико. Тот скривился.

— Не скажу, что в восторге, но смысл именно такой. И Себастьяно в курсе. И донна Элоиза нас поддержала.

— То-то я подумал, что без вас не обошлось, — вздохнул Варфоломей в её сторону. — Ну, смотрите, герои. Если станет ещё хуже… — он строго глянул на всех четверых и вышел.

Анна рассмеялась.

— Да ладно, зато смешно. Эла, ты классно всё сделала, что они ничего не заметили. И я даже не буду спрашивать, как это тебе удалось. Нет, правда — ходят тут, хамят, пристают, везде лезут, и не скажи им ничего в ответ! Кстати, о других наших делах. Лодовико, на выходные всё в силе?

— Да, — подтвердил тот. — Вы с донной Элоизой подобрали образ?

— Почти. Нужна куртка. Я ищу. И украшения ты бы сам посмотрел, что ли. Меня тут же уносит просто рассматривать, а ты посмотришь, как художник.

— Ты думаешь? — нахмурился он. — Ладно. Донна Элоиза, когда можно посмотреть, что там у вас есть, и отобрать подходящее?

— Не знаю. Сегодня тренировка, может быть — завтра? — растерянно сказала она.

— Ладно, завтра. Всё, я пошёл. Карло, пошли тоже.

— Да, разбегаемся, — Анна подмигнула Элоизе и унеслась.

Последнее действие разыгралось в кабинете Элоизы сразу же после обеда. Господин Джильи пришёл, сел и кисло спросил:

— И что это было?

— Вероятно, розыгрыш. Господин Каэтани даже извинился перед вами за него. Я понимаю, это вряд ли приятно, но надеюсь, что вашу самооценку не уронить искусственным тараканом.

— Мне нужно знать, кто это сделал!

— А вам есть разница, кто это сделал?

— Конечно! Я считаю, вы должны мне об этом сказать!

— А почему вы считаете, что я знаю?

— Потому, что вы там сидели с этим Каэтани и с вашей подружкой и тоже смеялись!

— Что-то мне подсказывает, что вы тоже изо всех сил пытаетесь создать ситуацию, в которой смогли бы над всеми здесь посмеяться. И вам ли обижаться на то, что кто-то вас опередил?

— Раз вы так думаете… — он гневно вздохнул и вышел, бормоча по дороге: — Надо же придумать — таракан! Хотя бы скорпиона дали, или паука!

— Ладно, не ещё одного слизняка, — сказала Элоиза себе под нос.

В этот момент телефон Элоизы заурчал и выдал сообщение.

* * *

«Сердце моё, я слышал, вы опять на высоте? Я восхищён!:)»

«Благодарю вас за лестное мнение обо мне, но думаю, что при наличии возможности вы бы тоже решали вопрос всеми доступными средствами %)»

«Мои средства жёстче и их можно применить только раз. А вы помогли всем посмеяться:)»

«С моими тоже следует обращаться осторожно»

«А теперь скажите, сердечко моё, фея Элоиза, гроза жирных священников и насекомообразных вандалов, ради всего святого — КТО УВОЛОК МОЮ ЗАПОНКУ?»

(пауза в переписке на несколько минут)

«Ой»

«Что — ой?»

«Извините, пожалуйста. Я не специально, честное слово»

«Не специально? Жаль. Я было уже подумал:)»

«Обменяемся?»

«Только вечером, я ещё не вернулся»

«Извините ещё раз»

«Всё в порядке, просто забавно»

«Что вам кажется забавным?»

«Смотрю на свои рукава и улыбаюсь»

«Вы сохраните свою репутацию до вечера?»

«Думаю, да:) У вас сегодня тренировка?»

«Да»

«Пусть кто-нибудь довезет вас туда, а потом к котам, поужинаем»

«Я и сама доеду»

«Не сомневаюсь:) Не будем множить колёсные сущности без необходимости:) Я вас очень прошу:)»

«Ок»

«Ура»

«У вас красивая запонка, кстати»

«А ваша интересная»

«Чем же?»

(пауза в переписке на несколько минут)

«Элоиза, извините, но окружающая действительность требует моего внимания. Обнимаю, до вечера:)»

«До вечера:)»

* * *

Элоиза сидела за столом и смотрела на манжеты сорочки. Да, в правой была её запонка с монограммой — первые буквы двух её имён, а в левой — обсидиановый прямоугольник с крошечным бриллиантом в углу. Они же совсем разные! Ну как можно было перепутать? И хорошо ещё, что никто не заметил.

Она погладила черную запонку кончиком пальца. Нарочно не придумаешь! Никогда ни у каких своих мужчин она никаких их вещей не брала и не носила. И морщила нос, когда ей о чем-то таком рассказывали. И вот сама докатилась!

Или не докатилась? Или, может быть, это по-другому называется?

Да классно это, и точка. Целый день носить на себе его предмет, и чтобы этого никто не заметил.

Она встала из-за стола, прошлась по кабинету, заглянула в ванную комнату, улыбнулась своему отражению в зеркале, потянулась хорошенько. А потом села за работу и не отрывалась до вечера.