Глава 32

Милана Когда дети засыпают, мы остаёмся вдвоём в гостиной. Минутная слабость и наши объятия подняли в душе такое цунами, что теперь успокоиться сложнее, чем кажется. Я нервно тереблю край рукава, Назар сидит напротив, медленно проводит пальцем по ободку пустой чашки. – Милана… – его голос звучит хрипло, срывается на шёпот. – Я передавал документы. Юрист сказал, что ты так и не дала ответ. Тебя не устраивают условия нашего развода? Я не знаю, что ответить. Я не знаю, хочу ли я. Муж спокоен, но это лишь видимость. – Ты сама говорила, что не можешь больше так, – он смотрит прямо на меня. – Мил, скажи мне. Только откровенно. Мы правда правильно решили и точно этого хотим? Я сжимаю пальцы. – Назар… – Но, черт возьми, ты должна быть уверена, что хочешь этого, – его голос становится жёстче, в глазах вспыхивает огонь. – Потому что, если мы подпишем эти бумаги, дороги назад не будет. Между нами искрит напряжение. Я слышу, как гулко стучит сердце, как становится жарко от его близости. Он наклоняется вперёд, наши лица оказываются слишком близко. – Ты правда хочешь, чтобы я ушёл? – его голос становится низким, проникает в меня и заставляет переживать снова и снова все, что было между нами. Я не могу ответить. Он изучает моё лицо, а потом медленно подаётся вперёд, касаясь кончиками пальцев моей щеки. – Скажи мне, Милана. Скажи, что я больше тебе не нужен. Я чувствую, как моё тело предаёт меня. Как накатывает этот оглушительный жар, который я так долго глушила. – Назар… Ты же все знаешь. Прошу, пожалуйста. Но он уже не слушает. Его губы накрывают мои, и я понимаю, что тону в нашем поцелуе, сладком и желанном. Но он вдруг отстраняется, тяжело выдыхает и проводит рукой по лицу, словно сдерживается. – Ты хоть представляешь, через что я прошёл за эту неделю? – Назар смотрит на меня так, что у меня перехватывает дыхание. В его глазах – буря. Гнев, боль, решимость. Всё вместе. Меня трясёт от эмоций, от усталости, от того, что он снова рядом, такой близкий, родной… – Если бы не этот ублюдок Вадим, гребаная Лера и их мерзкий папаша, то я бы просто с ума свихнулся. Но с другой стороны, я смог растащить тот узел, который они завязали. Мне нужно тебе много рассказать, Милана, – говорит он хрипло. Я киваю. В доме темно и тихо. Дети спят, а мне совсем не до сна. Мы стоим в гостиной, напротив друг друга, в полумраке. Назар долго молчит, смотрит на меня. В глазах всё та же буря. Муж рассказывает мне о том, что удалось узнать уже после того, как уехала. Документов и фактов, которые передал мне бойфренд моей подруги, юрист Евгений, было мало. Безопасники Назара выяснили куда более интересные факты. Нинель и Вадим – давние любовники, и пока не ясно, кто решил воспользоваться информацией о болезни нашего сына и подтасовать все так, чтобы Назар взял сына именитого доктора в свою фирму без особых проверок… – Зачем ты… Лере понадобился? – спрашиваю наивно. Ясно же, что Назар красивый мужчина, он всегда пользовался вниманием у женщин, хоть и был верен мне. – Вадим знал, что я не отпущу тебя просто так. Знал, что ты – моя семья. Он понимал, что я сделаю всё, чтобы сохранить брак. Поэтому решил, что ты должна уйти сама, и это выбьет меня з колеи. Так и вышло: семейные проблемы перевесили, я даже не заметил, как он взял предоплату и вывел на свои счета. Если бы не снегопады, то хищение показал только аудит, а это время, – его голос напряжён, словно он сдерживает себя, чтобы не закричать. Во мне что-то болезненно сжимается. – Что? – Он с Лерой давно это задумали. Я не верю, что Лера хотела меня. Она помогала брату забрать мои деньги, деньги фирмы. А Нинель им помогла. Я медленно качаю головой. Секретарша Назара никогда не вызывала подозрений, даже наоборот. Но они сделал всё, чтобы мы с мужем расстались, я и без того чувствовала себя никчёмной, беспомощной, болезнь сына стала благодатной почвой… Я зажимаю ладонями рот. Всё переворачивается внутри. Я вспоминаю, как мать Леры говорил мне, что я достойна лучшего. А потом Лера улыбалась, смотрела на моего мужа так, будто он уже её. – Господи… Все из-за денег. Меня мутит. Я медленно оседаю на диван. – Самое ужасное, что я узнал все правду только, когда ты ушла. – Почему ты все не рассказал? Зачем ждал так долго? – поднимаю на мужа глаза и вопросительно смотрю. – Потому что хотел, чтобы ты вернулась сама. Чтобы ты поняла, что я тебе нужен. И я многое понял, Милана. Наш развод я запомню надолго. Навсегда. Я никогда не думал, что мир перестанет существовать без тебя. Теперь я знаю, как без тебя и без детей пусто. Прости меня, девочка. Я не знаю, что сказать. Моё сердце бешено колотится. – Я изменился, Милана. Но если ты всё ещё хочешь развод, я дам тебе его. Но я все равно не отпущу. И добьюсь тебя снова, – он улыбается. Нам незачем играть в игры. И развод стал тяжелым испытанием, хоть мы и были лишь в шаге от него. Но этот шаг – в пропасть, наша семья для меня важнее амбиций. И… муж меня понял. Я не успеваю ответить. Муж снова целует меня. Глубоко, жадно. Все преграды и стены между нами рушатся, как карточный домик. Гнев, обида, боль – всё сгорает в этом поцелуе. Я хватаюсь за его рубашку, тяну его к себе, отвечаю, забывая обо всём. Его руки скользят по моему телу, крепко обхватывают талию. – Ты моя, – шепчет он. И я знаю: он не отпустит меня. Я тону в моем мужчине. В этом мгновении. Его губы горячие, ласки настойчивые, а руки – крепкие, сильные, удерживают меня так, будто боятся снова потерять. Я должна остановиться. Должна оттолкнуть его. Сказать, что не верю, что не могу. Но я не делаю этого. Я цепляюсь за него, как за воздух. – Назар… – выдыхаю я, отрываясь на секунду. Но он не даёт мне договорить. Его губы снова находят мои, его пальцы скользят по спине, огибая изгибы моего тела. Я вздрагиваю, когда он прижимает меня к себе ещё ближе. – Я не отпущу тебя, – его голос хриплый, наполненный страстью. – Никогда. Я чувствую, как он легко поднимает меня на руки и несёт в спальню. В тёмной комнате только лунный свет пробивается сквозь шторы, очерчивая его силуэт. Я чувствую, как сердце заходится в ожидании и предвкушении того, что будет. Он опускает меня на кровать, наклоняется, ловит мой взгляд. Я тянусь к нему, притягиваю за шею, снова ощущая его тёплые губы. Его прикосновения осторожные, но твёрдые. Назар снимает мою одежду так бережно, как будто он изучает меня заново. Как будто хочет запомнить каждую клеточку моего тела. Я чувствую его дыхание на своей коже, его губы – на шее, на ключицах, язык рисует узоры по груди, сжимая соски до сладкой, ноющей боли. Где-то под ребрами нарастает пожар, который я не могу остановить. Я больше не думаю, правильно это или нет. Я просто хочу моего мужчину, его руки, его поцелуи, его тепло. Дыхание становится грудным, глубоким, когда он крепче прижимает меня к себе и опускается сверху на меня. Голый, горячий, родной. Его рука лежит на моём животе, прокладывая дорогу ближе к трепетному центру. Ощущаю, как его дыхание касается груди, камушков сосков, спускается ниже и скользит по нежной кожи живота, лаская и возбуждая еще сильнее. – Я люблю тебя, девочка, – шепчет он, словно чувствует, что мне это сейчас так нужно. Я закрываю глаза. Он во мне, вколачивается сильными, уверенными толчками. Кожа пульсирует под его напором, мне хочется кричать и цепляюсь за его плечи, царапая и кусая его от сладкой истомы. Ночь разукрашена разноцветными искрами экстаза, я проваливаюсь в негу вместе с ним. Обнимаю его широкую спину, глажу темные волосы, целую любимые губы. И забываюсь. Он рядом. И впервые за долгое время мне спокойно.