Глава 4

Милана Муж меня не стесняется, снимает боксеры, показывая свое мускулистое бронзовое тело. Назар брутальный, притягательный. В нем чувствует стать, порода, настоящий мужчина, который вызывает у женщин желание и восторг. Я понимаю Леру, которая готова была драться со мной из-за Юнусова. Он всегда идеально одет, будь то деловой костюм или небрежно расстегнутая рубашка. Каждая деталь его образа кричит о статусе и вкусе: дорогие часы на запястье, безупречно подобранный галстук или кашемировое пальто. Его движения плавные и уверенные, голос – глубокий, с хрипотцой, которой невозможно не заслушаться. Я смотрю в зеркало на себя. Последние месяцы дались сложно. Я ездила с Мишей по больницам, потом заболела Олеся. Но у дочери был вирус, а у сына… все намного серьезнее. Я растворилась в детях, забыв о себе. Забыв о Назаре. Из зеркала на меня смотрит женщина, с темными кругами под глазами от бессонницы, с пучком собранных волос, вместо светлого роскошного водопада, который так любил мой муж. Перевожу взгляд на любимого мужчину, которого не знала совсем. Но едва ли я могу строить из себя королеву, когда ранена в самое сердце. – Я плохо выгляжу из-за сына, Назар. Мне некогда красоваться, – шиплю, как затравленный зверь. – Я сделаю все, чтобы Мишу вылечить, – говорит с жаром мой муж. Не могу держать эмоции. Они выплескиваются потоком грязных слов. Сердце сжимается. – Почему ты не можешь прямо сказать, что нашел другую? Давай все решим! Давай разведемся, – сбивчиво говорю, стараясь держать голову высоко. Назар обычно не говорит много, но тут я получаю за то, что полезла к нему. – Что я должен сказать тебе?! Я вернулся с переговоров, заключил договор на поставку оборудования, улаживал наши семейные вопросы, а ты мне просто выносишь мозг, Милана! Хватит меня провоцировать, твою мать, – его громовой голос раздается над головой. – Как ты посмел впустить ее в дом? Дети все видели! Твоя подстилка бежала отсюда, сверкая голым задом! – Я должен за нее переживать, не пойму? Ты уже за меня все решила? Кого я трахал и в какой позе уже представила? – подходит вплотную, оборачивая полотенце вокруг мощных бедер. Я не дышу рядом с ним. Кислород будто кто-то выжег из легких. – Твоя Лера мне все сказала! Она хочет, чтобы ее целовал! Хочет тебя! Она ждала тебя в нашем доме! Я сама видела, как ты пялился на голую девку в моих сережках, которые заказал для меня на Новый год. И контракт ты подписал еще день назад, а мне соврал, что занят! Лишь бы я не явилась сюда, а поехала в наш дом! – качаю головой. Но Назар цепляется только за фразу о сережках и о его контракте. – Ты уже и это узнала. Хороша женушка! Давно ты вынюхиваешь все о моих делах, Милана? – рычит, оскалив белоснежные зубы. Я делаю шаг от него, но муж ловит меня крепкими руками, как добычу охотник. – Серьги были секретом, контракт – подписан сегодня, но ты говоришь иначе. Следишь за мной? Как узнала? – выгибает брови, а я в замешательстве. Никак я не узнавала. Эти новости дошли до меня случайно из-за новенькой секретарши Юнусова, которая, судя по всему, вообще не дружит с головой, раз выдает секретную информацию жене босса. – Твоя секретарша позвонила мне сама, вчера. Сказала, что мой подарок доставят позже. Ювелир перепутал заказ. Я сегодня звонила в офис, когда ты не брал трубку. И она сказала, что вы все подписали уже и отмечаете в ресторане. Поэтому я не стала ждать водителя, Назар. И приехала сюда, не зная где ты, – шепчу, глотая вязкую слюну. – Допустим. Я разберусь с Нинель. Подарок подарю другой. Еще лучше, – говорит муж, пригвоздив меня к себе. Я вырываюсь. Слишком больно и тяжело быть рядом с ним на таком расстоянии. Ловлю себя на мысли, что от кожи Назара тянет ее духами. Мне конечно это кажется, но мерзкий запах Лериного мускуса будто впитался повсюду. – Секретаршу ты тоже имеешь? – сверлю его взглядом. – Мне от тебя ничего не надо! Кстати, подарки Леры из секс-шопа в помойке, Юнусов! Она купила съедобное белье. Такой ты хотел Новый год, да? – с презрением выговариваю ему, срывая связки. Муж не реагирует никак. Его холодность и странное спокойствие бьет сильнее самых резких слов, грубых ругательств. Будто ничего не случилось. Будто все хорошо. – Она больше не побеспокоит тебя. Хреново, что дети увидели ее. Но ты сама виновата. Нечего было тащиться сюда без водителя. Еще одна такая выходка, Милана, и ты никуда не поедешь без меня, – говорит, глядя мне в глаза. Мороз проходится по коже, обсыпая меня тысячами мурашек. Еще раз? Он решил, что я стану послушной куклой в его руках. Предательские слезы размывают образ Назара. Его глаза цвета льда Арктики, высокие мужественные скулы, красивая линия губ, которые готова была целовать каждую минуту, все расплывается. Боль топит любовь, как лед топит пламя. Моя ладонь взлетает и касается мокрых щек. Сбитое дыхание не дает ничего сказать. – Леру свою держи на поводке. Ты никто, чтобы мной командовать, – в отчаянье говорю ему. Лицо мужа искажает, как от судороги. Темные брови сходятся на переносице, взгляд становится подобен грозовому небу перед мощной бурей. – Никогда больше так не говори. Я не бью женщин, Милана. Но еще раз услышу подобное, то сделаю для тебя исключение. Он цепляет меня за руку, будто хочет обнять или успокоить или заставить думать иначе. На лестнице возникает Тамара, прервав нашу с мужем перепалку. Назар расцепляет наши руки, а женщина отворачивается, смутившись. – Миланочка Александровна, там гости приехали. Они без машины, видимо, проехать не смогли, дорогу замело. – Где они? – раздраженно бросает муж. – У ворот. Мужчина такой импозантный, седой и женщина с ним, в возрасте, – выдает Тамара. Я не знаю, кто это. У нас нет таких друзей. Родители Назара на островах, их точно нет в городе. – Черт, это Иван Иванович приехал, – чертыхается Назар. – Иди встречай гостей, Милана. Я через минуту буду…. **** Муж смотрит на меня и холодно бросает: – Иди встречай. Я через минуту спущусь. Почему я должна встречать его гостей, как будто это моя обязанность? Но я не успеваю и шага сделать, как Тамара Николаевна распахивает двери перед семейной парой, которую вижу в первый раз. С улицы в дом врывается морозный вечер. Гости Назара стряхивают снег с пальто и смотрят на меня. Пожилая пара. Мужчина высокий, подтянутый, с густой сединой и цепким взглядом. Лицо умное, строгое. На бизнесмена он не похож. И не похож на человека из привычного круга моего мужа. Женщина рядом с ним – его полная противоположность. Тонкая, изящная, словно вырезанная из слоновой кости. Ее взгляд мягче, и в нем читается искренняя доброжелательность. – Добрый вечер, Милана, – говорит мужчина, будто знает меня. Голос у него низкий, уверенный. – Позвольте представиться, Иван Иванович. А это моя жена, Наталья Павловна. Я подхожу к ним. – Очень приятно, – говорю, пытаясь изобразить улыбку. Иван Иванович кивает, не отпуская моего взгляда, словно изучает. В этот момент в холл спускается Назар. На нем свежая рубашка, он успел переодеться. Сдержанная улыбка, идеальная осанка. Его голос звучит мягче, чем обычно: – Иван Иванович, Наталья Павловна, добро пожаловать. Простите за дорогу, погода нас подвела. – Да уж, Назар. Машину пришлось оставить. И пройтись, – смеется мужчина. – Не переживайте, Назар. У вас тут прекрасная трасса для ходьбы, даже без скандинавских палок работают все мышцы, – весело улыбается Наталья. Муж берёт их верхнюю одежду и разворачивается ко мне. – Милана, вы уже познакомились. Но я хочу добавить, пока детей нет. Иван Иванович Малых – известный врач, он будет оперировать Мишу, – произносит мой муж уже другим голосом, не так как говорил еще несколько минут назад. Сердце ёкнуло в груди. Доктор? Я поражённо смотрю на них. – Ох, Назар! Ваш муж не терпит полумер! Не оперировать, а для начала наблюдать. Возможно, Миша обойдется без операции, – забегая наперед говорит мне доктор моего сына. Я знаю его фамилию. И я бы никогда не подумала, что светило такого уровня будет заниматься с нашим сыном. Руки дрожат от напряжения, в голове крутится одно: почему Назар заранее не предупредил меня? – Мы с женой очень надеемся на вас, – говорит Назар. – Пройдемте к столу. Скоро будут бить куранты. Гости проходят в гостиную, рассаживаются за шикарным столом, который уже накрыла для нас наша фея Тамара. Я чувствую себя немного неуютно, но наряжаться для гостей я не собиралась. Сижу за столом в том же, в чём приехала, даже не успела переодеться. Боковым зрением смотрю в сторону Назара. Если бы муж хотел, чтобы я блистала перед его гостями, то вел бы себя иначе… Дети врываются в гостиную, смеются, но увидев посторонних сразу же затихают и идут ко мне. Миша, мой маленький упрямец, сразу по-мужски протягивает руку доктору, словно чувствует, что этот человек важен. Тот улыбается, взгляд его теплеет. – Я Иван Иванович. Будем с тобой дружить, Миша. Мой сын внимательно смотрит на него, будто что-то решает, а потом важно кивает: – Хорошо. Будем, – доверчиво улыбается сын и жмет крепкую руку доктора. Я чувствую, как волнение колотится в груди, ускоряясь вместе с пульсом. От счастья? От страха за сына? Сама не знаю… Разговор за столом идёт легко. Иван Иванович рассказывает о своей работе, переключая внимания на моих непосед. Он быстро находит контакт с Олесей и Мишей, и параллельно рассказывает о своих взрослых детях. – Знаете, у нас ведь с Наташей тоже сын и дочка, – он смотрит на меня с лёгкой улыбкой, – самое смешное, что я ведь растил педиатра и кардиолога, а получил в итоге Бизнесмена и Бизнес-леди. Наталья Павловна смеётся: – А чего ты хотел, Ваня? Они в тебя пошли. Сын и дочка практикуют, но… – она цокает. – Бизнес занимает все больше, они жертвуют практикой. Врачи сейчас такие. Назар тоже улыбается, кивая. – Ваш сын талантливый руководитель. С ним приятно работать, – говорит мой муж. Я сижу и наблюдаю за этим всем, стараясь понять, что я чувствую. Назар вдруг кажется мне таким… другим. Теплее? Или это просто маска? – Спасибо за приглашение. У вас прекрасный дом. А вы, Миланочка, настоящая красавица. Так и должна выглядеть главная женщина в жизни Назара. Да-да, это слова вашего супруга, не смущайтесь, – добавляет Иван Иванович. Я краснею от комплимента и еле сдерживаю улыбку. «Главная женщина?» Прямо так и сказал, Юнусов? Даже не понимаю, как реагировать. Все идет не как обычно. Назар открывается мне все с новых сторон. В голове все смешалось, и самое главное, что меня изнутри грызет предчувствие. Будто что-то еще произойдет....