= 34 =

— Вы серьезно?!

Кейт двумя пальцами держала прозрачное платьице и возмущенно сверлила взглядом мужчин, развалившихся на диване в гостиной.

— Малыш, сбавь тон, — попросил Дэвид, поморщившись.

— Примерь, — предложил Джеймс.

— Вы хотите, чтобы я в этом появилась в клубе? И без белья?!

Игнорируя предупреждение Дэвида, Кейт нервно притоптывала ногой. С таким же успехом она может идти в клуб нагишом, разницы никакой.

— Когда мы познакомились, ты была без одежды, — напомнил Дэвид. — Да и до того, как ты разделась, твой наряд мало что прикрывал.

— Да, но тогда я была сама по себе, — простонала Кейт. — А теперь я ваша! Почему вы хотите, чтобы на меня все пялились?

— Потому что ты красивая, и мы хотим, чтобы нам завидовали, — ответил Джеймс.

Он смотрел на Кейт с благодушной улыбкой, тогда как Дэвид хмурился, поджав губы. Пожалуй, она слишком разошлась. Он предупреждал, что предпочитает вежливое общение.

— Пойду, переоденусь… — пробормотала Кейт, сгребая в охапку платье, чулки и какие-то ажурные тряпочки.

— Здесь, — произнес Дэвид голосом, не терпящим возражений. — Переодеваешься здесь или в клубе сидишь в апартаментах под охраной.

Лучше бы он этого не говорил. Кейт закусила удила, позабыв обо всех правилах.

— А я могу вообще дома остаться! Не хочу смотреть, как вы развлекаетесь с другими!

— Ты уже оставалась дома одна. Помнишь, чем это закончилось? — сказал Джеймс.

Дэвид промолчал, но Кейт не вынесла его осуждающего взгляда. Подошла ближе, опустилась на колени и склонила голову. Она больше не задумывалась, как нелепо это выглядит со стороны. Ей казалось естественным принести извинения за резкий тон именно так.

— Простите, сэр.

Дэвид даже не пошевелился. Кейт коснулась лбом его колена — никакой реакции.

— Пожалуйста… — выдохнула она уже в панике.

— Джей, ты был прав, Кейт еще рано… — Дэвид покачал головой. — Она не умеет себя вести. Я не готов бить ее стеком за каждую ошибку.

— Может, она постарается? — мягко заметил Джеймс.

— Дэвид… — У Кейт защипало в носу. — Джеймс… Я больше не буду!

От того, как по-детски это прозвучало, запылали щеки. Она чуть не вспылила опять: как будто это не они недавно обсуждали ее будущее, договаривались о встрече с Марком. Кейт ездила в магазин с Джеймсом, пока Дэвид принимал пациентов, и готовила, когда Джеймс и Дэвид ушли за покупками вместе. За этим треклятым платьицем, черт бы его побрал!

Кейт вовремя прикусила язычок. Все верно, мальчики начали игру, ведь они предупреждали, что вечером так будет. А Кейт не смогла переключиться, пока «воспитательный» взгляд Дэвида не напомнил ей о том, что она подчиненная.

Интересно… Очередная странность и, наверняка, далеко не последняя. Кейт действительно раскаивалась, и стыд жег ее изнутри. Это не воспринималось, как игра. Это было частью ее самой. Какой-то особенной частью, подвластной воле Дэвида. И, пожалуй, и Джеймса тоже.

Кейт очутилась на коленях у Джеймса раньше, чем из глаз закапали слезы.

— Ты ее избалуешь, — проворчал Дэвид.

Однако Кейт заметила, что его взгляд смягчился, и, ответив на поцелуй Джеймса, она с чистой совестью потянулась за тем же самым и к Дэвиду. Тот не разочаровал — и поцеловал, и шлепнул по попе, заставляя Кейт вскочить.

— Переодевайся, малыш — напомнил он.

Кейт дернула молнию на юбке. По идее, после того, что между ними уже было, стесняться ей нечего. Это какая-то ложная скромность… Обнажаться перед своими мужчинами даже приятно.

Хм… Интересно, а она имеет право называть их своими?

— Малыш, ты слишком много думаешь, — заметил Дэвид.

— А? — растерялась Кейт. — Это… плохо?

— Вообще, хорошо. Но не сейчас. Просто расслабься и получай удовольствие. Тебе не надо думать, решать и анализировать. Не надо переживать и бояться. Мы сделаем все, чтобы тебе было хорошо.

— Я… знаю. — У Кейт перехватило дыхание. — Но я хочу, чтобы и вы… получили удовольствие.

— Это в твоей власти, и это легче, чем ты думаешь.

— Но что мне делать?

— Довериться. Это все, что нам нужно.

— Хорошо…

Кейт, наконец, разделась.

— Сначала чулки, — велел Дэвид.

Кружева оказались бюстгальтером с открытыми чашечками: он только поддерживал грудь, подчеркивая ее форму. А ткань платья драпировала лобок и попу, пряча от посторонних взглядов самое интимное. Конечно, если стоять прямо.

— Ну, что я говорил? — Дэвид обратился к Джеймсу. — Ей идет.

— Шикарно, — согласился он. — Но кое-чего не хватает.

— Это не нам решать, — возразил Дэвид.

— Но мы же предложим?

— Естественно.

Кейт невольно улыбалась, слушая их разговор. Понятно, что братья о чем-то уже договорились между собой, и приятно, что ее мнение будет решающим. Но что они хотят ей предложить?

— Малыш, подойди.

Повинуясь жесту Джеймса, Кейт снова опустилась на колени.

— Мы говорили о том, что хотим провести с тобой сессию в клубе.

Она согласно кивнула.

— В моих апартаментах, то есть в привате, — продолжил Дэвид. — Однако мы хотим провести какое-то время и в общем зале. Тебе тоже на пользу понаблюдать за другими, да и оставлять тебя одну… не вариант.

Кейт насупилась и покраснела. И возразить нечего — она мастер по поискам приключений на мягкое место.

— Но есть один нюанс, малыш. Саба в клубе — для всех, если она не принадлежит кому-то.

— Я принадлежу! — вырвалось у Кейт.

К счастью, Дэвид не рассердился, что она его перебила.

— У тебя на лбу это не написано. Мы, конечно, можем не спускать с тебя глаз весь вечер, хотя это несколько…

— Неправильно, — подсказал Джеймс.

— Да, точно. Но есть и другой способ сообщить всем, что ты занята.

— Какой, сэр? — спросила Кейт, так как он замолчал.

— Ошейник. Никто не тронет сабу, которая носит ошейник хозяина.

Как собака?! Кейт слышала об ошейниках, но как-то не задумывалась, что это коснется и ее. Впрочем, если это для того, чтобы ее защитить… И это статус… Да, статус! Она не просто саба, она принадлежит Дэвиду и Джеймсу.

— Он только для клуба, детка, — произнес Джеймс. — Но если ты чувствуешь, что пока не можешь его принять…

— Могу, — поспешно перебила его Кейт. — То есть, хочу. Да, пожалуйста! Я хочу быть вашей.

Она охнула, когда Дэвид достал ошейник: тоненький, кожаный, с красивой маленькой пряжкой. Он больше походил на украшение, чем на атрибут подчинения хозяину. И в этом тоже чувствовалась забота: о ее комфорте, благополучии.

Кейт наклонила голову и подняла волосы, подставляя шею.