Глава 26

Денис

Телефон вибрирует настырно. Не с первой попытки нашарив его рядом на матрасе, с трудом заставляю себя открыть глаза. Кому там неймётся?

Ролеты опущены в пол, в комнате темно, как ночью, поэтому экран нехило так слепит, до рези. Кривлюсь, отворачиваюсь.

Ванька наяривает. Проспался, деятель. Решил узнать, как я довёз его пассию?

Что ему рассказывать — надо подумать, а для этого как минимум проснуться. Пока я не могу сообразить, поэтому звонок отбиваю.

Когда у нас с Дианой закрутилось, от Семака я ничего не скрывал. Это было бессмысленно: Мейхер из тех девушек, чьи романы тут же попадают в светскую хронику. Даже лучше, что Ванька узнал от меня. Он за ней долго бегал, хотя понимал — шансов ноль: слишком высокого полёта птица, ресурсы нужны соответствующие. Новость о нашем романе он принял тяжело, почти месяц разговаривал со мной сквозь зубы. Потом смирился. Когда мы решили пожениться, вроде как даже порадовался за нас. Или сделал вид.

Сейчас ситуация похожая, но другая. С пиарщицей у Вани есть все шансы, и то, что я не в курсе, насколько далеко у них всё зашло, не отменяет того факта, что друг из меня паршивый.

Уставившись в потолок, я громко выдыхаю. Знал ведь, что так будет. Как только увидел её — торкнуло. Потому и бесился. На кой мне эти траблы, когда других по горло? Но всё равно полез. На инстинктах, на каком-то животном упрямстве. Как теперь разруливать — хер знает.

Ситуацию мы с ней не обсудили. Она сразу замельтешила: в душ по-быстрому забежала и мотанула в дом. С такими перепуганными глазищами, словно мы совершили преступление века, а не с кайфом потрахались.

Мне понравилось. Настолько, что сразу захотел ещё. Мучился потом на горбатом скрипучем диване, борясь с желанием вломиться в её комнату без приглашения. Представлял, как вхожу, ложусь рядом. Шейку тёплую целую, сосочки розовые трогаю, вхожу медленно, тягуче. Накрывало — жёстко. Заснуть так и не смог.

Батя её за стенкой храпел, точно демон из преисподней. Рано утром, когда приехал трактор, мы с ним пошли вытаскивать машины. После он предлагал сварить кофе и позавтракать вчерашними шашлыками, но я отказался. Выпил воды и поехал домой отсыпаться.

На часах — час дня, в башке гудит. Выбиваться из режима стало тяжело. Это в двадцать пять я мог всю ночь бухать и трахаться, а утром выпить кофе и пахать до вечера. Теперь после загулов я овощ. Вишнёвка ещё эта, будь она неладна. Хорошо, что сегодня выходной.

Переворачиваюсь на живот, зарываюсь лицом в подушку. Она мягкая, наволочка шёлковая. Нежная, как кожа девушки, что не выходит из головы.

Флешбеки ждать себя не заставляют. Стоны сдавленные, глубокие. Губы сочные, влажные. Веки опущены, подрагивают. Тонкое тело извивается в руках: горячее, податливое. Пахнет мёдом и ещё чем-то вкусным. Во рту сладко, в паху — свинец раскалённый. Член пульсирует в нестерпимо тугой тесноте…

Бля-я-а…

Дрочить после такого охуенного секса — это кощунство, но... придётся. Гусь уже шею раздул и тычется башкой в матрас, требуя продолжения. Ненасытный. Зажав его в кулак, встаю и плетусь в душ.

Картинки в башке настолько яркие, что за минуту кончаю. Вспоминая, как соски её торчащие облизывал. Зажмуриваюсь, упираюсь лбом в холодный кафель. Это не оргазм, конечно — так, жалкое подобие. Долго ещё стою под водой, пытаясь вымыть из памяти прошлую ночь. Слишком много дофамина для первого раза — ломка будет гарантированно.

В зеркало смотрю мельком: рожа мятая, заросшая. Надо бы побриться, но это уже завтра. Натягиваю трикотажные шорты и босиком спускаюсь на первый этаж.

Кухня залита солнечным светом, глянец на фасадах сияет. Я люблю порядок и срач обычно не развожу, а позавчера ещё и клининг был.

Запустив кофемашину, смотрю бездумно, как тёмные струйки наполняют чашку. Чтобы прийти в чувства, одной дозы кофеина будет недостаточно. Жму на кнопку ещё раз. Пока зёрна с сухим треском измельчаются, проверяю телефон.

От Семака пришло сообщение:

«Ты там живой? Случилось что?»

Случилось, Ваня. Что именно — тебе лучше не знать.

Сделав несколько обжигающих глотков, набираю его.

— Наконец-то! — орёт он в трубку так, что я её от уха убираю. — Думал уже ехать к тебе. Чего не отвечал?

— Да только проснулся, — зеваю.

— Та-ак, — тянет он заинтересованно, и я прямо вижу, как на том конце у него загораются глаза. — Тогда чем ночью занимался?

Сказать честно, что пялил в бане пиарщицу, у меня язык не повернётся.

— Ну чем-чем… — вздыхаю многозначительно.

Ваня понимает по-своему.

— То есть ты меня у Винников бросил, а сам поехал шлюх ебать? Втихаря?

В его голосе сквозит обида. Раньше совместные загулы были для нас нормой, но когда я надумал жениться, они прекратились. Исключением стал мальчишник на яхте, на котором я с чьей-то «доброй» помощью так круто подставился, что пришлось спасать репутацию.

— Не, друже, не угадал. Вместо шлюх была бессонница, но в ебеня я скатался, — усмехаюсь, сделав ещё пару глотков кофе. — Пиарщицу отвозил, если помнишь. Дача у неё в жопе мира, там грязища по колено. Рэндж теперь придётся отмывать.

Договорив, я нервно прочищаю горло. Ненавижу юлить и выкручиваться, но какие тут варианты?

Ванька в трубке укает, становясь серьёзным.

— Нормально довёз-то? Без приключений?

— До самой двери доставил, не волнуйся, — отвечаю максимально ровно, глядя на залитый солнцем газон за окном.

— Чёрт… Я вчера опять перебрал. Алинка, наверное, в шоке была. Говорила что-то про меня?

Вечно он так: накуролесит, а потом переживает и посыпает голову пеплом.

— Мы с ней только по делу общались, — держусь выбранной линии. — Она всё время фотки для сторис обрабатывала.

— Видел уже. Ты на них реально бог футбола. Роналду, мать его так! — ржёт Ванька.

— Диана тоже заценила. Снизошла до сообщения и разблокировала меня, — рассказываю и тоже посмеиваюсь.

— О как! Работает Алинкина стратегия!

— Да, с агентством не прогадали.

Я не хочу развивать эту тему. Вообще не хочу говорить с ним о ней — ни как о профессионале, ни как о женщине, а Ваня, как назло, настроен.

— Слушай, Дэн, я вчера не успел рассказать. Про нас с Алинкой. Тут такое дело… Короче, кажется, она — та самая. Серьёзно!

— Плохая затея, Вань — торможу я его.

— Не понял… В смысле?

Судя по ставшему глухим голосу, он напрягся.

— Пока работаете вместе — не стоит. Личные отношения внутри команды — это… непрофессионально.

Нехилыми усилиями воли я заставляю себя говорить спокойно и звучать логично, но на самом деле хочется просто рявкнуть, чтобы он её не трогал.

Ваня, вместо того чтобы прислушаться, спорить вздумал и подливает масла в огонь:

— Погоди. Она работает лично на тебя, я чисто на подхвате, не начальник ей. Субординацию мы не нарушаем, этику тоже. Не вижу проблемы…

— Я против, — отрезаю жёстко, как на совете директоров.

— Да с хера ли?! — вскипает он. — Мне что, теперь у тебя разрешения спрашивать, с кем трахаться? С какой радости, Дэн? Это касается только нас с ней.

Рассориться с лучшим другом из-за бабы — это последнее, что мне сейчас нужно, но нажать на тормоза не получается. Контроль над эмоциями летит к чертям.

— Ты не только мой друг, но и мой заместитель, не забывай, — давлю авторитетом, чётко осознавая, что бью ниже пояса. — Она сейчас работает на меня. Своё мнение я озвучил. Тема закрыта.

Ванька в трубке пыхтит, что это бред. По факту я с ним согласен, но назад не сдам — не в моих правилах. Вру, что у меня вторая линия, и сбрасываю вызов. Зря сразу так не сделал.

Какого я вообще так залупился?

В один глоток добиваю остывший горький кофе и до боли стискиваю челюсти. Давно я не чувствовал себя таким куском дерьма.

В башке, несмотря на двойной эспрессо, ни черта не прояснилось. Решаю съездить в спортзал: железо обычно помогает мне обнулить эмоции. Заодно машину сдам на мойку — пусть вымывают этот дачный чернозём.

День, начавшийся после обеда, пролетает стремительно. Из зала я выхожу с приятной усталостью и зверским аппетитом. Заказываю из любимого ресторана стейк и фирменный салат с доставкой на дом. Ужинаю на диване, запивая мясо сухим красным. Гадкое чувство, что я веду себя как скотина, никуда не делось. Оно осело где-то под рёбрами и давит при каждом вдохе.

Надо ей написать. Так или иначе, нам ещё работать. Я уже перевёл агентству за полное сопровождение и доволен её работой. Более чем.

Открываю наш вчерашний диалог про мазь от укусов. Хорошая, кстати, штука, работает. Следов почти не осталось. Или это её пальчики волшебные?

Чтобы долго не ходить вокруг да около, пишу конкретно:

«Надо поговорить».

Спустя минуту появляются две синие галочки. Ответа нет.

Выдерживаю пять минут. Пишу ещё одно:

«Наберу?»

Теперь не читает. Статус «в сети» пропадает.

Звоню. Она трубку не берёт. Повторно набираю. Снова безрезультатно.

Игры в игнор — последнее, чего я от неё ждал после вчерашнего. Это что за детский сад? Можно написать в общий рабочий чат, и она ответит через секунду, но давить не хочется. Злюсь.

Допив вино, отставляю бокал, и тут телефон вибрирует входящим. Я хватаю его, уверенный, что это моя пиарщица одумалась, но звонит Диана.