Глава 27

— Я купила макаронс!

— У меня есть просекко!

Мы с Полиной говорим одновременно и смеёмся.

Она привезла ключи от своей квартиры. Завтра утром у неё рейс в Португалию. Летит готовиться к свадьбе, а потом они с мужем переезжают в Канаду. В общих чертах я уже знаю, что они подписали контракты на работу в стационарном шоу в Монреале.

— Больше никакой кочевой жизни в фургончиках. Дом, муж, нормальный человеческий быт… Мы уже решили, что первым делом заведём кота, — радостно делится планами Поля, пока мы проходим в кухню.

Доставая из холодильника запотевшую бутылку, я сыплю поздравлениями со скоростью пулемёта. Выставляю бокалы, открываю коробочку с макаронс. Суечусь, создавая видимость приподнятого настроения. На самом деле мне не терпится вывалить на подругу новости, которые уже неделю лишают меня сна. Волнуюсь. Пальцы не слушаются, я рву кусками фольгу на горлышке, пока Полина не забирает у меня бутылку.

— Ты чего такая взвинченная? — прищуривается она, ловко расправляясь с проволокой.

Я резко выдыхаю и приваливаюсь спиной к дверце холодильника.

— Мне нужно напиться и выговориться. Срочно! Иначе взорвусь.

Раздаётся гулкий хлопок, облачко пара вырывается наружу. Подруга быстро разливает шипучее по бокалам. Я подхватываю свой, не дожидаясь, пока она поставит бутылку.

— За тебя и твою новую счастливую жизнь. Пусть всё сложится идеально!

Звонко цокнув о её стоящий на столе бокал, я одним махом осушаю свой. Колючие пузырьки обжигают горло и бьют в нос. Я морщусь и, не давая себе времени на трусливое отступление, выпаливаю:

— Короче. Я переспала с Берестовским!

С изумлённо распахнутыми глазами Полина медленно оседает на стул. Меня шок настигает следом. Одно дело — прокручивать это в голове, и совсем другое — сказать вслух. Слова кажутся оглушительными. Мы смотрим с Полей друг на друга в звенящей тишине.

— На родительской даче. В бане. На столе, — добиваю я, плюхнувшись напротив.

Поля шумно выпускает воздух. Я импульсивно хватаю её нетронутый бокал, в два глотка выпиваю его содержимое и встряхиваю головой:

— Сама не понимаю, как это случилось.

Я измучила себя этим вопросом за неделю. Как я могла переспать с клиентом — в голове не укладывается. С самой первой встречи наше общение нельзя было назвать приятным. Несмотря на общие цели, оно напоминало противостояние. Он меня раздражал!

Полина наконец приходит в себя.

— Я жду подробностей. Излагай.

Она заново наполняет бокалы и устраивается поудобнее, всем видом показывая, что не сдвинется с места, пока не узнает всё.

Я принимаюсь рассказывать. Подробно. Пытаюсь придерживаться хронологии, но получается рвано, сбивчиво и как-то коряво. Особенно когда доходит до интимных моментов, которые в этой истории ключевые.

— Когда он смотрит в глаза, меня будто парализует. От него такая дикая энергия идёт, такой чумовой магнетизм... Я теряю волю, понимаешь? Может, это феромоны, не знаю...

Изъясняюсь, как восторженная малолетка, очарованная старшеклассником. Лицо раскраснелось, губы от волнения пересохли.

Полина потягивает просекко и улыбается.

— Это та самая химия. С физикой тоже всё хорошо, как я понимаю?

— Более чем. Честно говоря, не думала, что может быть так… С первого раза — десять из десяти.

Прокрутив в руках бокал, я поджимаю губы. Нашла чем хвастаться.

— Влюбилась? — спрашивает Поля прямо.

— Нет конечно! — возмущённо округляю глаза, а лицо обдает жаром. — Это был просто секс. Разрядка. Я даже не уверена, что хотела. То есть… на подкорке вертелось, конечно, но я не планировала. Нас в одну секунду накрыло. Там ещё папина вишнёвка была, она тоже сыграла свою роль. — Я малодушно пытаюсь разделить ответственность с алкоголем, хотя понимаю, как глупо это звучит. — Мне теперь так паскудно на душе, Поль. Стыдно. Я же на него работаю…

— Что он об этом думает?

— Без понятия. Мы не обсуждали.

— То есть как? — вытаращивается Полина. — Вообще не поговорили?

Я мотаю головой:

— Рано утром он уехал. Вечером писал и звонил, но мне не до этого было. Как раз папу в больницу оформляла…

Тот день стал очередным испытанием для моей нервной системы.

Боли в груди и под лопаткой у отца начались ещё утром, но он не признавался. Лежал на диване бледный, вздыхал тяжело. Мама на него ворчала, что надо меньше пить, но после обеда ему стало совсем плохо.

По симптомам было похоже на сердечный приступ. Мы решили не ждать сельскую скорую, а сразу ехать в больницу. Отец стонал на заднем сиденье, мама беззвучно плакала, вцепившись в ручку двери, а я, выжимая из машины всё возможное, неслась по встречке, обходя глухую пробку на въезд в город. Было очень страшно.

Инфаркт, слава богу, не подтвердился. Оказалось, папа так рьяно выталкивал джип Берестовского, что у него зажало нерв. Но проблемы с сердцем тоже обнаружили, и довольно серьёзные. Правдами и неправдами мы с мамой уговорили его остаться в стационаре на неделю — дообследоваться и подлечиться.

С понедельника мне пришлось каждое утро ездить на другой конец города открывать его типографию. Ждать, когда придут бухгалтер и печатники, а вечером спешить их отпускать. Измоталась дико: и физически, и морально. Благо, Крикун вошёл в положение и максимально разгрузил меня по текучке.

Сейчас я курирую только кейс Берестовского: продолжаю модерировать его соцсети, координирую продвижение через блогеров и согласовала большое интервью с крупнейшим европейским бизнес-изданием. С Денисом мы общаемся исключительно в рабочем чате, подчёркнуто сухо и строго по делу.Со вторника его нет в стране.

— Он полетел по делам в Цюрих, а оттуда в Милан. Провести уикенд с невестой, — рассказываю я Поле, разливая по бокалам остатки просекко.

О том, что Дэн сейчас в Италии, мне сказал Семак. Диана вчера выложила сторис из аэропорта, а сегодня хвастается шопингом в известной миланской галерее. Я сопоставила.

— Они снова вместе? — уточняет Поля, вскинув бровь.

— Похоже на то, — развожу я руками, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Но я об этом не знала.

— Ну он и мудак! — фыркает Полина.

По факту я с ней согласна, но для себя Дениса зачем-то оправдываю. Возможно, это защитная реакция, но я думаю, что примирение случилось позже. Утром Мейхер завалила его футбольные фото сердечками, явно призывая к диалогу. Видимо, достучалась.

— Зато я профи в своём деле, — с гордостью заявляю, гордо вскинув подбородок. — Грязный скандал замяла, невесту с женихом примирила. Ещё и удовольствие получила! Во какая я молодец!

Бравада эта наигранная. На самом деле мне чертовски обидно. Дэн со мной разово перепихнулся, потому что в моменте, когда приспичило, я оказалась рядом. Со мной такое случилось впервые. Я не из тех, кто считает спонтанный секс нормой, поэтому ругаю себя и не могу простить. Несмотря на то, что мне понравилось.Особенно поэтому.

Поля слишком хорошо меня знает и фальшь улавливает, но решает подыграть:

— Правильно, Аля! После каждого разрыва должен быть такой «переходный» мужик. Удостовериться, что на бывшем жизнь не закончилось.

— Клин клином вышибают, как говорится, — поддакиваю я.

— Вот-вот! Секси-банкир — это разовый «вышибала». Транзитный пассажир. Ты помогла ему, он помог тебе. Взаимовыгодное сотрудничество, и никакой драмы. Слышишь? Никакой. Ты красивая, умная, сексуальная и достойна лучшего мужика на планете. И ты его встретишь! Давай за это выпьем!

Мы чокаемся и допиваем просекко. По телу разливается тепло и приятная слабость, в голове становится легко. Проблемы больше не кажутся такими неразрешимыми.

— Кстати, у меня завтра интересное свидание, — решаю выложить карты на стол.

— Дай угадаю. С его замом по безопасности?

— Да-а! Ваня везёт меня в пафосный загородный клуб играть в гольф, а после — откисать в спа. Целый день проведём вместе.

На этой неделе Семак еще более настойчиво зазывал меня поужинать, но я вежливо отказывалась, ссылаясь на занятость. Вчера утром моя «Хонда» не завелась. Я по рассеянности оставила в салоне свет, а старенький аккумулятор и так дышал на ладан. Вечером Ваня сам привёз и поставил мне новый.

— Похоже, он всерьёз за тебя взялся. — Поля многозначительно играет бровями.

Я закатываю глаза и расплываюсь в улыбке, игриво хлопая ресницами. Чего греха таить — такое прямолинейное и обстоятельное мужское внимание чертовски льстит самолюбию. Оно, как спасательный круг, удерживает меня на плаву и не даёт зацикливаться. Это то, что мне нужно сейчас.