57. НОА

Все мое тело напряглось, окаменев от страха, когда я собиралась войти в комнату моего сына. Я не переступала порога. Женщина, стоявшая ко мне спиной, услышала меня и почти автоматически повернулась. У меня перехватило дыхание. Я знала ее, и это только напугало меня еще больше.

—Бри.

Рыжеволосая женщина, стоящая передо мной, не имела ничего общего с очаровательной девушкой, которая жила со мной несколько месяцев. Ее волосы были короче, почти до плеч. У нее были темные круги под зелеными глазами и ни капли косметики на ее крошечном лице. Она была одета в простые черные брюки и толстовку серого цвета. Я повторяю: ничего общего с той очаровательной девушкой, которая жила со мной несколько месяцев.

—Не отходи от этой двери, Морган..

Ее глупая манера называть меня, избегая моего имени, заставила меня крепко стиснуть зубы.

—О чем ты думаешь, какого черта ты здесь делаешь? — осведомилась я, не повышая голоса. Эндрю все еще спал, слишком близко к Брайар, которая наблюдала за ним, стоя у его кроватки, пока я не прервала ее.

Я увидела, как Брайар вынула руку из кармана, и блеснул металл ножа.

Мое сердце сразу сжалось.

Я сглотнула слюну и застыла на месте.

— Я хотела познакомиться с сыном Ника, — сказала она, поворачиваясь к кроватке и совершенно глупо улыбаясь.

От меня не ускользнула подробность упоминания Эндрю только как сына Николаса.

Я старалась сохранять спокойствие, хотя все, что я хотела сделать, это оттолкнуть ее от моего ребенка и выбежать из комнаты.

—Он прекрасен.… прибей его, - сказала она, наклоняясь и поглаживая его маленькую головку.

Я автоматически сделала шаг вперед, но свою другую руку, держащую нож, она выставила так, что прямо в меня впился острый конец холодного металла, мгновенно остановив меня.

—Я сказала тебе не двигаться, — прошипела она в ярости.

—Брайар, пожалуйста.… —умоляла я, когда она сунула обе руки в кроватку и подняла Эндрю на руки, который в этот момент проснулся.

Мой ребенок несколько раз моргнул, сбитый с толку, и когда я увидела, как он ищет меня взглядом, я поняла, что должно было произойти. Эндрю заплакал, нарушив напряженную тишину, воцарившуюся в комнате. Я крепко сжала ее руки, желая схватить его, желая успокоить. Ужасная ненависть пробежала по моему телу.

Тогда меня ничего не волновало, я бы убила ее, я бы убила ее, если бы она причинила вред моему ребенку.

Брайар прижала его к себе, чтобы он перестал плакать, и я была в смятении, когда нож, который она держала в правой руке, опасно приблизился к телу Эндрю

— Ты все неправильно поняла, —упрекнула я ее, видя, как она плачет, отчаянно желая, чтобы она отпустила его, чтобы она убрала это проклятое оружие подальше от моего новорожденного ребенка.

Брайар подняла на меня глаза и выглядела немного подавленной.

— Переверни его на животик.. — сказала я, контролируя свой тон голоса. — Вот так. . —Я кивнула, когда она сделала то, о чем я ее просила. В таком положении она держала ребенка одной рукой, а в другой - чертов нож.

Эндрю застонал, но в конце концов успокоился. Брайар была довольна, когда она убаюкивала его, напевая песню, которую он никогда не слышал до этого момента.

—Ты знаешь.. — сказала она, впиваясь своими глазами в мои. —у моей малышки тоже были голубые глаза. .

Я сглотнула слюну, не понимая.

— Я не делала аборта, — сказала она, вызывающе глядя на меня. — Отец Николаса дал мне деньги, чтобы я это сделала… Но я этого не сделала. Но потом... Я потеряла его, — заявила она, когда ее глаза увлажнились, подчеркнув их красивый изумрудно-зеленый цвет. — Вся моя семья отвернулась от меня, когда я призналась им, что была на шестом месяце беременности. Я пыталась это скрыть, но, в отличие от тебя, я не могла не толстеть. Все стало заметно практически с восьми недель.

Боже мой.

— Он был рыжеволосым, как и я, и у него были такие же глаза, как у Николаса.

Услышав, как она это сказала, мое сердце облилось кровью. Не только потому, что ее ребенок умер, но и потому, что этот ребенок тоже был от Николаса. Глядя на своего сына на руках у нее, я почувствовал панику при мысли о том, что с ним может случиться что-то подобное.

—Я смогла подержать его в руках только один раз.

—Брайар… мне очень жаль. .

Брайар подняла руку, державшую Эндрю, чтобы понюхать его маленькую головку.

— Я предупреждала тебя о Николасе. . но ты не послушалась.

На этот раз ее глаза смотрели на меня с ненавистью. Эндрю обеспокоенно заерзал.

—Брайар, пожалуйста. . пожалуйста, отдай мне моего ребенка, —умоляла я ее, заметив, как к моим глазам подступили слезы.

Брайар покачал головой.

— Я была раньше тебя, Ноа … — повторила она впервые назвав меня по имени, — Ты не заслуживаешь того, чтобы стать матерью раньше меня. . Николас не заслуживает этого ребенка.

Я не знала, что делать… В отчаянии я посмотрела в обе стороны в поисках чего-нибудь, что могло бы послужить мне оружием. Брайар была сумасшедшей, я всегда знала, что у этой девушки проблемы, она солгала мне, заставив поверить, что Ник спал с ней, находясь со мной, она солгала мне, сказав, что это он заставил ее сделать аборт . .

— Я лучше буду лучшей матерью, чем ты, — заявила она, беря сумку, стоявшую на пеленальном столике. Я не клала ее туда, Брайар, должно быть, приготовила ее, пока я спала. Я чувствовала себя худшей матерью в мире. Как я могла ее не услышать?

Мои глаза остановились на домофоне, который стоял рядом с детской кроваткой.

Он был выключен.

—Брайар, ты не можешь взять его с собой! — я умоляла ее вслух, когда она угрожала мне ножом и просила меня отойти от двери.

Эндрю проснулся и снова заплакал.

—Посмотри, что ты наделала! — закричала она, глядя на меня в ярости.

—Пожалуйста, отдай его мне, Брайар, я его мать!

Она начала всячески прижимать его к себе, Эндрю извивался у нее на руках, он был напуган, она держала его прямо там, где у него была сыпь.

—Отдай его мне, черт возьми, ты делаешь ему больно!

Плач ребенка наполнил комнату, нарушив тишину ночи.

Брайар положила рюкзак на землю, чтобы лучше контролировать Эндрю, и направила нож в мою сторону. Затем ее глаза, которые до этого момента были прикованы к моим, переместились в точку на уровне моего плеча.

Я услышала шум, и прежде чем я успела повернуться, кто-то схватил меня сзади, моя спина врезалась в твердую грудь, а рука прикрыла мне рот, заглушая крик, застрявший у меня в горле.

—Мне так хотелось тебя обнять, — прошептал мне на ухо знакомый голос.

Мое сердце перестало биться, чтобы начать самую быструю гонку в его жизни.

Майкл.

Я попыталась освободиться от его хватки, но он не позволил. Алкогольная вонь, исходившая от его тела, была отвратительной.

Глаза Брайар загорелись, когда она уставилась на моего обидчика, и я изо всех сил пыталась найти какую-то связь между ними обоими. Как это случилось, черт возьми? Как, те два человека, которые причинили мне наибольший вред, могли находиться в одной комнате и угрожали мне и моему ребенку?

— У тебя есть все, что тебе нужно, дорогая? — спросил Майкл Брайар, на что она кивнула, возвращаясь к рюкзаку с вещами ребенка.

Я почувствовала, как мной овладел ужасный страх, страх и ярость.

—Отпусти меня!

— Я заберу его у тебя, и ты не будешь мне мешать, — пригрозил он, даже не взглянув на меня.

Майкл потянул меня за собой, чтобы освободить Брайар дорогу.

—Подожди меня внизу, — сказал он властным тоном, которого я никогда не слышала из его уст.

У меня чуть не остановилось сердце, когда он начал приближаться к двери.

— Брайар… Брайар, пожалуйста. . верни его мне, пожалуйста. — Закричала я, пытаясь высвободиться из объятий Майкла.

Брайар на несколько мгновений остановилась. Ее глаза посмотрели на меня, затем остановились на Майкле и, наконец, на Эндрю.

—Извини, Ноа, — извинилась она, исчезая на лестнице.

—Нет! — закричала я изо всех сил, Эндрю истерично взвизгнул, и Майкл развернул меня так, что я ударилась спиной о стену.

— Ты думала, что собираешься продолжать свою чертову жизнь как ни в чем не бывало? Ты думала, я позволю этому засранцу заполучить тебя, а я ничего не буду с этим делать?

Я начала плакать безутешно. Я не могла поверить, что это происходит со мной.

Николас был далеко, Стив тоже. .

Потом я вспомнила разговор с Ником, который состоялся всего несколько недель назад. Я не обращала на него особого внимания, он всегда был так одержим моей безопасностью, всегда так беспокоился о том, что кто-то снова захочет причинить нам вред…

Теперь я лучше понимала, почему я настояла взять Стива с собой.. .

— Я установил в доме сигнализацию, Ноа, — сказал мне Ник, когда я подавала Эндрю бутылочку, ошеломленная и не в силах отвести глаз от своего ребенка. Брайар Учитывая вашу историю с сигнализацией и чтобы вам не приходилось вставлять ключи каждый раз, когда вы входите или выходите, я сказал им установить тревожную кнопку, тебе просто нужно нажать ее, и она сработает на центральном пульте. Ты меня слушаешь?

Я подняла глаза на ребенка и заискивающе улыбнулась ему.

—Да, да, паникёр, конечно, я тебя слышу.

Николас подошел ко мне со вздохом.

—Тревожная кнопка, Ноа, она под кухонной столешницей.

В этот момент Эндрю сделал несколько очаровательных глотков, и мое внимание снова отвлеклось. Николас вырвал ребенка у меня из рук, сердито глядя на меня.

— Черт возьми, Ноа, это важно!

Я смерила его взглядом и подняла руки.

— Я слышала тебя, но я считаю, что ты преувеличиваешь, но я поняла, а теперь дай мне Эндрю.

Ник вздохнул, покачал головой и отдал мне ребенка.

—Напомни мне, чтобы я еще раз показал тебе, где именно она находится. .

Но я его больше не слушала. . и я ему совершенно ничего не напомнила. .

—Десять тысяч долларов, которые он дал мне, чтобы я уехал, какое-то время спасали меня. . но у твоей подруги гораздо больше, чем десять тысяч долларов, не так ли, дорогая? — спросил Майкл, выводя меня из задумчивости.

Он хотел денег… Почему я не была удивлена?

—Ты сукин сын, —выпалила я, ненавидя его так, как никогда ранее.

Майкл сжал мою челюсть, и, прежде чем я смогла что-либо с этим поделать, он влепил мне пощечину.

— Не смей больше оскорблять мою мать. Ты меня слышала?!

Я дрожала от страха, но старалась быть сильной. Я не могла поверить, что он ударил меня. .

—А теперь скажи мне, где, черт возьми, находится сейф.

Я знала, что в нашей комнате есть один. Код был выбран Ником, это был день, когда мы впервые встретились.

Я сказала ему, где он находится, и он подтолкнул меня, пока я не добралась до спальни. Его глаза остановились на незастеленной кровати, красивой мебели и фотографии, которую мы поставили в рамку и повесили над кроватью. Дженна сделала ее для нас, где мы были втроем: Ник, Эндрю и я.

—Что бы сказал твой парень, если бы я снова трахнул тебя, и на этот раз на вашей семейной кровати? Ты думаешь, он бы снова тебя простил? Или он оставит тебя в покое, не колеблясь, как уже делал это два года назад?

—Ты болен, — сказала я, стиснув зубы и стараясь сохранять спокойствие.

Майкл засмеялся и подвинул шкаф, на который я ему указала. Позади находился серебряный сейф.

—Введи код.

Он потянул меня за собой, пока не оставил меня прямо перед собой. Я сделала то, о чем он просил и, когда он открыл сейф, его глаза загорелись.

—Черт тебя дери, с твоим парнем. . — воскликнул он, хватая пачки купюр, которые были там сложены рядом с некоторыми документами—. Если у него все это есть в его гребаном доме, я даже думать не хочу, что у него будет в банке.

Я с силой сжала кулаки.

— Возьми эти чертовы деньги и убирайся отсюда.

Майкл улыбнулся, сунул пачки пятисотенных купюр в рюкзак, который нес, а затем столкнул меня вниз по лестнице. Брайар сидела на диване, а Эндрю спал у нее на руках.

Когда я увидела, что с ним все в порядке, я почувствовала, что мое сердце снова забилось.

Мне было все равно на деньги… На моем месте я бы отдала ему даже ту одежду, что на нем была, но, пожалуйста, не причиняйте вреда Эндрю, пожалуйста, только не ему.

— Теперь мы можем идти? — нервно спросил Брайар.

— Минутку, дорогая, — ответил Майкл, обводя взглядом остальную часть комнаты.

Когда он потянул меня в сторону кухни, я почувствовала, как адреналин разлился по всем порам моей кожи.

«Где эта чертова сигнализация, Николас?»

Брайар встала с Эндрю на руках и последовала за нами. Мне было ненавистно видеть, как она держу его, как будто он принадлежит ей, как будто мой ребенок принадлежит ей. Майкл положил рюкзак, полный денег, на стол и заставил меня сесть на один из стульев. Брайар смотрела то на меня, то на него поочередно. Она выглядела, как маленькая девочка, ожидающая, что ей скажут, что она должна делать.

—Каков твой план, Майкл? — спросила я, пытаясь продлить его пребывание в этой комнате. Если они уйдут до того, как я успею поднять тревогу, я, скорее всего, больше никогда не увижу своего ребенка. —Забрать у меня деньги и моего сына, чтобы отомстить Николасу?

— Именно это я и собираюсь сделать, — ответил он, улыбаясь и открывая холодильник. Он взял пиво и пристально посмотрел мне в глаза—. Мне нравится видеть тебя такой напуганной… Меня сводит с ума то, что я хожу по этому дому, пью его пиво и знаю, что его семья в моей власти.

Я дрожала, сидя на стуле, задаваясь вопросом, как я была такой идиоткой, что не увидела, каким на самом деле был Майкл О'Нил.

«Ты всегда пытаешься оправдать ошибки людей…»

Слова Николаса поразили меня почти так же сильно, как пощечина, которую Майкл дал мне несколько минут назад. Я хотела видеть в нем хорошее, это было правдой, я хотела найти причину, по которой он воспользовался моей уязвимостью и теперь понимала, что добра во всем мире нет. Плохие люди существуют, это так просто.

Эндрю снова начала хныкать, и Майкл отвел взгляд от меня, чтобы впиться в моего сына.

— Я очень хотел познакомиться с маленьким Лейстером… — признался он, подходя и забирая ребенка у Брайар.

Я вскочила на ноги одним прыжком.

—Не трогай его! — закричала я, заставляя его плакать, как я и намеревалась.

Майкл проигнорировал мое предупреждение и погладил ее по маленькой головке.

— Он так похож на него, что вызывает у меня отвращение, — заметил он, снова передавая его Брайар.

Эндрю продолжал плакать.

—Он голоден, —объявила я, глядя Майклу в глаза, — позволь мне приготовить ей бутылочку.

Майкл весело улыбнулся.

— Я уверен, что ты умеешь просить лучше, — сказал он, подходя ко мне. Его алкогольное дыхание вызвало у меня рвотные позывы.

—Пожалуйста, — попросила я, пытаясь сдержать отвращение и ненависть, которые испытывала к нему.

Майкл обхватил меня за талию и зарылся ртом в мою шею. Я стояла как вкопанная и сдерживала слезы.

—Заставь его замолчать, — приказал он мне на ухо, отпустив меня секунду спустя.

Я почти сразу же отстранилась от него и обошла кухонный остров, чтобы взять бутылочку, сухую смесь и молоко. Пока я это делала, мои пальцы шарили под столешницей в поисках проклятой сигнализации.

Майкл тем временем допивал свое пиво с глупой улыбкой на губах. Я не понимала, почему он все еще там: на его месте я бы убралась, как только взяла деньги, но, увидев, как он себя ощущает, я поняла, что это было больше для того, чтобы заставить меня страдать, чем для того, чтобы сбежать с купюрами. Ему нравилось, как он хорошо выразился, занимать место Николаса в этом доме.

Я почти что-то поняла, когда мои пальцы наконец наткнулись на что-то под столешницей. Это была тревожная кнопка!

Я надавил на нее, молясь, чтобы полиция не опоздала.

Я согрела молоко на водяной бане. Когда бутылочка была готова, я подошел к Брайар.

—Позволь мне взять его у тебя, — попросила я с умоляющим взглядом.

—Нет, — отказалась она, выхватывая бутылочку у меня из рук.

Майкл наблюдал за мной.

— Знаешь, Ноа? — сказал он, сменив прежний веселый тон на гораздо более мрачный. —Я мог бы вернуть тебе его. . — заявил он, оглядываясь по сторонам. —Мы были бы счастливы, если бы ты отцепилась от кого-то вроде Лейстера. . Что происходит? Тебе нравится, когда с тобой обращаются как с дерьмом? Скажи мне… Я тоже могу это сделать, если ты этого хочешь.

— Оставь меня в покое! — я взвизгнула, столкнувшись с ним лицом к лицу. —Ты такой идиот, что собираешься всю свою жизнь провести в тюрьме?! И ты тоже! — крикнула я Брайар. —Разве ты не видишь, что он манипулирует тобой? Он сделал то же самое и со мной!

—Заткнись! — сердито приказала мне Брайар, —Майкл помог мне больше, чем что-либо или кто-либо другой. . мы уедем отсюда вместе… Правда? —сказала она, глядя на Майкла блестящими от волнения глазами.

Я покачала головой, ничего не понимая.

—Что, черт возьми, ты с ней сделал? —спросила я, поворачиваясь к нему.

Майкл собрался ответить, но тут вдалеке стали слышны звуки полицейских сирен.

Я бы с облегчением услышала их, если бы не то, что все, что меня волновало, это то, что Брайар не вернула до сих пор мне Эндрю. Если вмешается полиция и эта психопатка все еще будет держать его, я даже представить себе не могу, что может случиться.

Майкл повернулся ко мне, с грохотом поставив пиво на стол и крепко схватив меня за руку.

—Что, черт возьми, ты наделала? — сказал он, обращаясь ко мне.

У меня заскрипели зубы, но я улыбнулась.

—Тревожная кнопка. У тебя есть полсекунды, чтобы убраться отсюда.

Брайар испуганно посмотрела на Майкла, а затем на меня. Эндрю начал рычать и извиваться, возможно, из-за того, что интенсивность звукового сигнала усиливалась с каждым мгновением.

Майкл отпустил меня, взял рюкзак, лежавший на столе, и повернулся к Брайар.

—Давай, давай! — крикнул он, открывая дверь, ведущую в сад.

Брайар была до смерти напугана, это было видно по ее глазам. Эндрю плакал, и все, чего я, казалось, хотела, - это заставить его успокоиться.

—Брайар, верни его мне.… —умоляла я ее.

Майкл не стал ждать ни секунды дольше. Он вышел за дверь с рюкзаком на плече и не оглядывался.

Я хотела, чтобы полиция поймала его, я хотела этого всеми силами, хотя в то мгновение мои глаза могли смотреть только на женщину передо мной, женщину, у которой на руках был мой сын. Она начала пятиться назад, когда я подошла к ней и заставила ее отступить к входной двери, выходящей на улицу.

Она остановилась, испуганно глядя на меня.

—Мне очень жаль, Ноа.. .

Я думала, что умру, когда она открыла дверь, чтобы выйти. Рыдания Эндрю разрывали мне в душу. Мой ребенок страдал, а я ничего не могла поделать, его забирали, отнимали у меня. Мои худшие опасения сбывались, и я ничего не могла с этим поделать.

Затем из-за угла появились две полицейские машины. Увидев их, Брайар остановилась, ее глаза широко раскрылись.

— Я та, кто должен заботиться о нем, — сказала она, глядя на меня с ненавистью и крепко сжимая моего ребенка.

Его крики становились все громче, разрывая мое сердце на части.

Она выбежала на улицу, но прямо перед домом остановилась полицейская машина.

—Бросьте оружие! — приказал ей полицейский, направив на нее пистолет.

Я прикрыла рот рукой. Нет! Нет! Они могли задеть моего ребенка!

Брайар посмотрела на другую сторону улицы, но в этот самый момент подъехала еще одна полицейская машина, лишив ее всех шансов на спасение.

—Бросьте оружие! —снова закричали они.

Брайар посмотрела на меня, ее глаза наполнились слезами… секунду спустя нож упал на тротуар.

—Теперь осторожно положите ребенка на землю, отойдите на два шага и встаньте на колени!

Я задержала дыхание и впилась глазами в Брайар, которая выглядела абсолютно потрясенной. Она подняла Эндрю, поцеловала его в голову и медленно опустилась на корточки, пока не опустила его на землю. Малыш извивался и плакал, как никогда.

Из моего горла вырвался всхлип, когда Брайар отошла от Эндрю и сделала то, что ей сказали полицейские. Я подбежала к своему сыну, подняла его и прижала к груди: никогда в жизни я не чувствовала такого страха, никогда в жизни я не хотела кого-то убивать. Мои ноги дрожали, и я опустилась на колени на землю, боясь упасть. Эндрю плакал у меня на груди, пока я пыталась заставить его успокоиться.

Я даже не знала, что происходит вокруг меня, ничто не имело для меня значения, кроме как знать, что мой ребенок снова со мной.

—Мадам, позвольте вам помочь, — предложил полицейский, помогая мне подняться.

Я дрожала всем телом, с трудом сдерживая рыдания, вырывающиеся из горла.

—Майкл. . он сбежал через заднюю дверь.… — сообщила я, дрожа как лист.

Полицейский попросил меня описать нападавшего, и они отправили подкрепление на его поиски.

Они завели меня в дом, они хотели задать мне вопросы, они хотели, чтобы врач осмотрел меня и Эндрю, но я отказалась, попросила их оставить меня в покое и заперлась с Эндрю в его комнате.

Белое боди с пчелками, которое я надела на него перед сном, было все испачканный дорожной грязью. Я сняла с него грязную одежду и переодела его, продолжая плакать. Я села с ним на диван и не переставала его обнимать, пока, он наконец, не перестал плакать. Его маленькие глазки ни на мгновение не отрывались от моего лица.

—Все хорошо… — прошептала я, прижимая его к своей груди. —Все закончилось, моя жизнь. .

Только когда я поняла, что Эндрю крепко спит, я позволила себе спуститься с ним на руках в гостиную.

— Миссис Лейстер, нам нужно задать вам несколько вопросов, — объявил мне полицейский. —Ваш муж уже в пути, мы позаботились о том, чтобы сообщить ему о том, что произошло.

«Николас...»

Я не думала о нем ни разу. Мои мысли и внимание были сосредоточены только на ребенке, который сейчас безмятежно спал у меня на руках.

— Мы поймали Майкла О'Нила, мэм, — объявил мне один из находившихся там полицейских. —Он попытался сбежать, но мы с легкостью смогли его задержать. При нем не было оружия.

Я кивнула, хотя не почувствовала никакого облегчения. Я все еще не могла поверить в то, что произошло, я была в шоке и просто хотела запереться с Эндрю в его комнате и никого больше не видеть.

— Очевидно, что мистер О'Нил лечил мисс Палвин в программе для людей с психическими расстройствами.

Что? что?

—Брайар…? — спросила я, не веря тому, что услышала.

— Мисс Палвин была помещена в это учреждение четыре с половиной месяца назад. По-видимому, она пыталась покончить с собой, и ее родители заперли ее ради ее же блага. Мистер О'Нил, должно быть, незаметно вывез ее из центра.

Я не могла в это поверить… хотя наживаться на своих пациентах, казалось, было любимым занятием этого прирожденного негодяя. Я могла заметить удовлетворение Майкла, когда он обнаружил, что общается с кем-то из моего прошлого, а также из прошлого Николаса.

Я почти могла слышать разговоры между ними обоими: Брайар, обиженная тем, что пережила с Ником, и Майклом, который питался ее болью, чтобы шантажировать ее и побудить сделать то, что она сделала.

Я сдержала желание заплакать и следующие несколько часов провела, давая показания. Они позволили мне сделать это дома, я сказала, что ни в коем случае не собираюсь уезжать отсюда.

Я позвонила Дженне по телефону, когда полицейские ушли: я не хотела оставаться одна. Они с Лион приехали немедленно, пораженные и напуганные тем, что произошло.

—Я устала, —призналась я после того, как мы выпили чаю на кухне. Я продолжала прижимать Эндрю к себе, спящего на груди, и отказывалась отпускать его—.Я собираюсь немного отдохнуть.

Дженна кивнула и сказала мне не беспокоиться. Мне не удалось поговорить с Ником, потому что он прилетел первым рейсом в Лос-Анджелес и сейчас улетал.

Я забралась в постель с Эндрю рядом и попыталась немного отдохнуть. У меня все еще был страх во всем теле, и я не знала, сколько времени потребуется, чтобы прийти в себя после того, что произошло.

Я открыла глаза пару часов спустя. Мое сердце остановилось, когда я увидела, что Эндрю нет со мной в постели. Я в ужасе вскочила, но остановилась, увидев Ника, сидящего перед нашей кроватью, а Эндрю спал у него на груди. Его нос гладил его маленькую головку, а глаза переместились в мою сторону, когда он услышал, что я проснулась.

Я с облегчением вздохнула и расплакалась.

Николас присоединился к нам с нашим сыном на руках и подошел к тому месту, где я стояла неподвижная, не в силах перестать плакать и чувствуя себя такой виноватой, что едва могла открыть рот.

Это все была моя вина… Николас предупреждал меня о Майкле, а я не хотела его слушать. Конечно, это был Чарли, который дал ему мой домашний адрес… Мой сын мог умереть из-за меня.

—Ник. . — сказала я, безудержно рыдая. —Мне так жаль. .

Он притянул меня к себе и прижал к своей груди, наш ребенок все еще спал между нами.

Я зарылась лицом в его шею и позволила ему крепко обнять меня.

—Тише. . Ноа — прерывающимся голосом успокоил он меня, поднимая руку и я зарылся лицом в мои волосы. —Ты не виновата… Даже я не думал, что этот сукин сын может сделать что-то подобное. .

Я отстранилась от его шеи, чтобы посмотреть ему в глаза. Его красивые голубые глаза были налиты кровью и смотрели на меня так, как никогда раньше.

—С Эндрю все в порядке. . — сказала я, пытаясь утешить нас обоих.

—Если бы с вами что-то случилось. . я не знаю, что бы я делал, Ноа.

Я обняла его и поцеловала в щеку.

— Хорошо, что ты уже здесь, — сказала я, приближая свои губы к его губам.

Он крепко поцеловал меня, прижимая к себе на несколько минут.

—Он что-то сделал с тобой, Ноа. .? — спросил он, осторожно прикоснувшись к отметине, которая, должно быть, осталась на мне от пощечины, которую он мне дал.

Ник, казалось, затаил дыхание, со страхом ожидая моего ответа.

—Я в порядке. . он угрожал мне, но он меня не трогал, — ответила я, пытаясь говорить спокойным голосом, пытаясь доказать, что все было не так ужасно, даже если бы я пережила ад.

Его большой палец снова нежно погладил мою щеку.

— Я хочу убить его, —признался он мне секунду спустя, и я увидела, как ненависть пересекла черты его лица.

—Он проведет много времени в тюрьме. . этого будет достаточное наказание.

Ник притянул меня к своему рту, и наши губы слились в отчаянном, полном тоски поцелуе.

Когда мы отстранились, мы услышали, как Эндрю издал какой-то тихий звук, одновременно покачивая своей маленькой головкой. Он не спал и пристально смотрел на нас. Я улыбнулась, зачесав его копну волос назад.

—Я так сильно люблю вас, что даже не знаю, как это выразить, — сказал мне Ник, осторожно обнимая нас.

Мы втроем забрались в постель. Ник обнимал меня сзади, а Эндрю спит рядом со мной.

Они больше никогда не смогут причинять вред моей семье.