Часть 3. Бегунья · Глава 40. На старт, внимание, марш!

Ясмина

Поначалу не верю тому, что слышу. Сижу ни жива ни мертва, смотрю на Захара во все глаза. А он поднимается и уходит. Даже не оборачивается, ведет себя так, будто меня уже в принципе тут нет.

Вздрагиваю, услышав резкий хлопок входной двери.

Действительно ушел!

Как только весь ужас происходящего наконец до меня доходит, чувствую, что меня начинает колотить.

Подскакиваю, непонятно зачем хватаю блюдо с гусем, несу на кухню. Аккуратнейшим образом обматываю пищевой пленкой, несмотря на то что руки начинают отчаянно трястись. Ставлю мясо в холодильник. Хлопаю крышкой, смотрю на магнитики, которые сама же и выбирала. Клубника, бананы, киви с забавными рожицами. Все во имя уюта, удобства, ощущения домашнего очага.

Сколько недель старалась, вила гнездо. Для кого? Для мужика, который даже мысль допустить не может, что я могу от него забеременеть? Что за чушь? Что за невероятнейший эгоизм!

Да, мы это не планировали. Но разве это повод выгонять меня на улицу?

Значит, без ребенка он меня любит, души во мне не чает, названивает по несколько раз за день, каждую ночь занимается со мной любовью. А с ребенком я ему на фиг не сдалась? Как так можно? Я не понимаю…

Точнее, понимаю.

Я просто ему надоела.

Отношения скисли, как вчерашние сливки, которые забыли на ночь убрать в холодильник.

Скоропортящаяся у Захара любовь.

Жаль, моя не такая, иначе сейчас не было бы так мучительно больно.

Вот это я дурища! Соблазнять его надумала, красное платье это проклятущее надела, неудобное. Тапочки на платформе купила, чтобы даже дома быть «на подъеме».

Скидываю не слишком удобную домашнюю обувь. Тянусь к молнии на спине, с треском расстегиваю, срываю с себя такую красивую, но совершенно неудобную тряпку. Пихаю прямо в мусорку.

И бюстгальтер этот дурацкий. Тесный, на грудь давит, хоть и создает эффект выпрыгивающих из декольте мячиков… Настоящая пытка! Скидываю и его, заодно стягиваю врезающиеся в попку трусики.

Остаюсь совершенно голая, лишь плечи покрыты аккуратными шоколадными локонами, которые целый час накручивала у зеркала.

Для кого старалась?

Руки сами тянутся к кудрям, пушу их, разрушаю так старательно созданную прическу, нахожу на холодильнике резинку, делаю высокую гульку. Прямо как есть голая иду в спальню. Натягиваю трусики-шорты, свободные джинсы, худи.

Он дал мне полчаса собраться? Ну что ж, поехали.

Открываю все створки шкафа и присвистываю.

Платья, юбки, брючки, джинсы, комбидрессы, гора сексуального белья, тонких кружевных ночнушек, чулок, туфли на шпильке. Даже бижутерия и та у меня теперь появилась к каждому наряду.

Накупила всего, запаслась барахлишком от всей души, и позабыла, что мне это не по чину. Нельзя мне вещами обрастать, потому что в любой момент придется бежать с насиженного места без оглядки.

Думала, останусь тут навсегда. Надеялась, что встретила настоящего мужчину, который позаботится и защитит. Защитник хренов! А я – ходячая наивность. Вроде бы взрослая девочка, как могла поверить в эти сказки?

Хорошо, что я не решилась рассказать ему про отца, тогда еще раньше выгнал бы.

Пора переходить на режим одного рюкзака.

Именно его и достаю. Новенький темно-синий рюкзак для походов в бассейн, который недавно купила. Вместительный. Что ж, этот подарок Захара я, пожалуй, оставлю. Остальное в новой жизни мне не пригодится.

Я больше никого не собираюсь соблазнять. И подпускать к себе тоже.

На хрен эту египетскую пытку под названием «Любовь». Ни одному мужчине больше в жизни не доверюсь, не нужны они мне. Дальше я сама по себе.

Чтобы запихать в рюкзак нехитрые пожитки, мне хватает пяти минут. Первым идет Тотошка, потом все остальное. Выхожу из спальни, прохожу по гостиной, кинув последний взгляд на накрытый стол. Целый день готовила ради того, чтобы не прикоснуться ни к единому блюду.

«Хочу, чтобы тебя здесь не было!» – оживает в голове голос Захара.

Эти его слова пробивают в моей груди здоровенную дыру. Такую огромную, что ничем ее не заполнить! С такой дырой не живут… Но мне как-то надо. Я жду ребенка.

Отворачиваюсь от стола и спешу в прихожую, натягиваю куртку, из обуви выбираю кроссовки, которые приобрела для бега. Чует мое сердце, побегать в ближайшем будущем предстоит немало. Такова моя судьба.

Выскакиваю из квартиры, спешу вниз, едва оказавшись на улице, перехожу на бег. Просто бегу, без цели. Один квартал сменяется другим, третьим, десятым, и я вдруг оказываюсь на незнакомой территории. Как так? Вроде бы изучила район вдоль и поперек, недаром каждый день тут гуляла, бегала с Захаром.

Эдак я скоро заблужусь, ведь на улице совсем темно! Не надо мне приключений. Для полного счастья не хватало только попасть в неприятности, ведь это большой город, тут может случиться все что угодно. Краснодар дружелюбен, только если у тебя есть деньги, друзья…

Да, денег у меня немного, но друзья-то появились, так?

Достаю телефон, собираюсь набрать Саше или Маше. Эти двое снимают двушку неподалеку от университета. У них есть диван для гостей, а заодно у каждой в груди по доброму сердцу. Выслушают, пожалеют, обогреют, позволят выплакаться.

Громко всхлипываю, мысленно уже находясь в объятиях подружек. На душе становится чуточку легче. Сейчас напрошусь к ним с ночевкой в качестве незваной гостьи.

Уже слышу в трубке длинные гудки.

И тут до меня доходит главное. У меня больше нет щита в виде надежного мужчины. Я больше ничем не защищена, к тому же засвечена, ведь уже не раз использовала здесь свой паспорт.

Что если отец все же бдит и ждет своего часа?

Если сейчас пойду к подругам, вполне могу навлечь на них опасность.

– Але, Ясь, – слышу в трубке голос Саши.

И… сбрасываю звонок.

Нельзя мне к подругам. Не имею я права так рисковать и собой, и ими. И в гостиницу нельзя. Мало того что это дорого в моем теперешнем положении, там меня смогут вычислить на раз-два. Кстати, по телефону тем паче могут вычислить!

Быстро вытаскиваю симку, выкидываю ее в кусты. Сам аппарат прячу в рюкзак уже выключенным.

Так… Подводим итоги. К подругам нельзя, в гостиницу нельзя, а куда можно?

Шепчу, размазывая по щекам слезы:

– Есть на этой Земле для меня место?