Глава 41. Адаптация. Он

Захар

Не суждено мне быть счастливым в этой жизни. Не суждено, и все тут.

Давно забил на баб, а на Ясе чокнулся, сломался. И что? Хапнул счастья, Захарушка? Теперь хапни горя, да так, чтобы больше ни одну тварь дольше одной ночи видеть не хотелось.

Я узнал о том, что моя девушка мне изменяет, всего каких-то несколько минут назад. И за эти несколько минут я стал изуродованным внутри калекой. Весь изломан, ничего не чувствую, кроме адской боли и желания как-то эту боль унять. Но в мире нет столько анальгетиков, чтобы мне помочь.

Интересно, как ей было с другим, нормально? Мы же с ней спали каждую треклятую ночь, что провели в моей квартире. Как она это делала – днем с ним, вечером со мной? Или же бегала к другому исключительно в дни моих командировок.

Говорила, что со мной первым испытала удовольствие. Получается, научилась кувыркаться как надо, вошла во вкус и пошла испытывать навыки на других. Какого хрена она это сделала? Какого долбаного хрена?!

Все, я в официальной завязке. Не нужны мне никакие отношения. Ни жена, ни уют этот гребаный, ничего вообще. Не переживу еще одну измену, хотя вряд ли смогу еще кого-то полюбить так, как Ясю. Самое яркое в моей жизни чувство.

А-а-а… грохните меня кто-нибудь по башке, вырубите на хрен. Может, тогда чуть полегче станет. Почему мне так паршиво из-за предательницы?

Сижу на лавочке через два дома. Смотрю на часы, жду ровно полчаса. Минута в минуту, секунда в секунду. Как только заветная стрелка отмеряет цифру двенадцать, подскакиваю, спешу обратно в квартиру.

Залетаю на свой этаж, вихрем проношусь по лестничной клетке в квартиру.

– Ты еще здесь? – спрашиваю нарочито громко, видя, что в прихожей обуви практически не убавилось.

И тут натыкаюсь взглядом на открытую ключницу. Перед уходом я ее закрывал… А теперь открыта, но ключи здесь, хотя Яся, наоборот, почти всегда забывает их туда повесить, хранит в сумочке. Типа оставила? На, Захарка, ключи от твоей сраной квартиры, не нужны они мне.

Сука!

Понимаю, тупо, я ведь сам ее выгнал, и все же дико злюсь от того, что ее нет. Обхожу все комнаты, проверяю, не спряталась ли где? Даже под кровать заглядываю.

Но нет! Ее, конечно же, там нет.

Неожиданно меня с головой накрывает разочарование.

Я на ругань настроился!

Честно сказать, не ожидал, что молча уйдет. Девушка же. Они, как правило, молча не уходят. Где истерика? Битье посуды? Пощечину мне влепила бы, что ли? Или кулаком в рожу… Она может, я ее сам учил.

Обойдя квартиру, также замечаю – она почти ничего не взяла с собой. Вообще, по-моему, только свою псину плюшевую и захватила. Этот гаденыш больше не смотрит на меня с прикроватной тумбы.

Но почему не взяла ничего остального? Могла прихватить хоть что-то. Немного своих платьев, например, она же их любит.

Впрочем, было глупо предполагать, что она соберет все свои вещи в течение тридцати минут и навсегда исчезнет из моей жизни. Еще помотает нервы… Не хочу ее больше видеть, не дам ей такой возможности.

Достаю телефон, набираю Ясе сообщение: «Как устроишься, напиши, куда прислать вещи».

Кратко, ничего лишнего… Перечитываю раз двадцать перед отправкой. Наконец нажимаю кнопку.

Почти слышу, как поет свою трель соловей – такой звонок она установила на сообщения. Но это лишь звуковой обман, ведь Яси в квартире нет, соответственно, телефона тоже, хотя планшет лежит на кровати.

Жду минуту, две. Но она не читает сообщения. Странно, почему? У нее довольно громкий звук телефона, должна бы услышать даже на улице. К тому же есть вибро.

Не нужны ей вещи, что ли? Ни я, ни подарки мои. Почему? Другой кавалер щедрее? Тогда какого рожна собралась воспитывать ребенка со мной?

Не понимаю!

Я ничего в этой жизни не понимаю и не пойму.

Кое-как добредаю до гостиной, усаживаюсь на диван – как раз напротив стола, который ломится от угощений.

Наверное, мне было бы проще, если бы Яся поорала, швырнула в меня блюдо с оливье, обозвала козлом. Но не просто так ушла! Будто ждала, что я ее выгоню. Этот ее тихий уход убивает.

Безразличие ранит больнее всего.

Куда пошла? Сразу к нему? Или к подружкам своим. Если б некуда было, конечно, уж просто так из дома не увильнула бы.

Смотрю на всю эту роскошь, расставленную на белой скатерти, без сомнения очень вкусную, и удавиться хочется. Романтический ужин кажется насмешкой.

За каким чертом она все это готовила? Чтобы я за красотой убранства не заметил ее лживых глаз? Я же ее обожал, ни в чем не отказывал, пылинки сдувал. За что она так со мной?

В тридцатый раз за последние пять минут проверяю телефон. Но мое сообщение остается непрочитанным. Почему не читает? Почему не отвечает?

Уже на меня забила. Уже про меня забыла. Ну и скорость!