Глава 11. Хилое сильное

Эдгар уезжает из поместья уже через час. Стою, прижавшись любом к стеклу, смотрю, как он важно шагает по тропинке в сторону золотых ворот. Около клумб с гортензиями он оборачивается и пробегает глазами по окнам, словно почувствовав, что я смотрю на него. Но я успеваю шагнуть в сторону, так, чтобы с улицы меня не было видно. Еще не хватало, чтобы он заметил, как я провожаю его взглядом.

Мне хочется рвать и метать. Не понимаю, как Эдгар умудряется вызывать во мне такие противоречивые эмоции, но меня то кроет желанием подбежать к нему и нарваться на близкий контакт, то жаждой влепить по его смазливой физиономии огненным шаром.

Секс-игрушку я, конечно, послушно оставлять до возвращения Эдгара не собираюсь. Вынимаю ее сразу же и испепеляю немедленно. Не собираюсь я прогибаться под Ставинского в таких вопросах. Что я, дура, что ли? Нет, дура, конечно, что ввязалась во всю эту историю и влипла в ней по самую макушку, но дура не конченная. Пока что. Вроде бы…

Вот, кстати, и огненная магия вернулась, ни с того ни с сего. Второй раз уже — после тесного контакта с Эдгаром, чтоб его, Ставинским. Хм…

Мне очень нужно выплеснуть свою ярость куда-то, но в голову не приходит ничего, кроме привычных мне физических нагрузок. Рукопашных боев или магических дуэлей, благо магия вновь вспыхнула во мне успокаивающим пламенем. Интересно, позволят ли мне тут с кем-то размяться? Вроде как по всем вопросам мне тут следует обращаться к элементалю. Что ж..

— Базилио! — восклицаю я в надежде, что он быстро откликнется.

К счастью, он появляется почти мгновенно. Вылетает из ближайшей стены и зависает передо мной в воздухе.

— Вызывали, госпожа?

— Да. Мне… нужно потренироваться. Размяться физически. В идеале бы подраться с кем-нибудь, хотя бы с ребятами из охраны. Есть у меня такая возможность?

Базилио склоняет голову на бок и задумчиво смотрит на меня полупрозрачными глазами.

— Потренироваться? Вы имеете в виду боевые искусства?

— Магические бои, боевые искусства… Все что угодно, лишь бы отвлечься. Мне нужно поддерживать свою форму в тренировочных боях.

— Я должен спросить на это разрешение у хозяина, госпожа.

— Но я же всего лишь…

— Никаких "но", госпожа. Я уже допустил оплошность с вами и понес наказание. Больше такого не повторится.

— Наказание? — хмуро переспрашиваю я, оценивающе глядя на элементаля.

Хм, не вижу в нем каких-то дефектов, которые могли бы свидетельствовать о "наказаниях".

— Да, госпожа, — сухо кивает Базилио. — Хозяин отказывается подпитывать меня своей энергией минимум неделю, по его заявлению.

— Целую неделю? — ахаю я.

Неделя без энергии для элементаля равносильна едва живому состоянию. Эти духи привязаны к своим "хозяевам" и полностью зависят от их энергетической подпитки. Им нужно совсем немного для активации внутренних стихийных резервов, но — ежедневно. И каждый день без такой подпитки вынуждает элементалей обходится только внутренними ресурсами, которые быстро истощаются и за пару недель могут иссушиться полностью. Поэтому целая неделя без такого "питания" — это очень, очень много.

— Я… не хотела, чтобы так получилось, — тихо говорю я. — Может… Может, Эдгар смягчится и…

Мои слова заглушает звонкий хохот Базилио.

— Хозяин? Смягчится? Ой, ну вы даете, ну вы меня рассмешили!.. Вы же знаете хозяина, госпожа. Он не может смягчиться. Нет такой встроенной функции в нем. Отсутствует с рождения.

— Не с рождения, — хмуро качаю головой я. — Не был он раньше таким… жестким. И вообще…

— Ну как знаете, госпожа, — пожимает плечами Базилио. — Нравится вам верить в такие сказки — верьте на здоровье.

— Но когда мы вместе учились…

— Вы бы еще в младенчестве его вспомнили! — фыркает элементаль, и его облик идет рябью, как всегда, когда дух сильно раздражен. — Люди меняются, знаете ли. Проснувшаяся сила верховного мага вообще здорово влияет на человека, а уж помноженная на вкус власти, запах денег и абсолютную безнаказанность… творит страшные вещи. И в конечном итоге искажает сознание. Если и есть нынче в хозяине что-то доброе и светлое, то оно погребено под руинами такой тьмы, что я не представляю даже, какое солнце должно осветить его. Так что подождите тут, госпожа, сейчас я спрошу у хозяина и вернусь.

Базилио вновь исчезает легким порывом ветра, и мне остается только ждать, погрузившись в воспоминания о прошлом. Но элементаль появляется всего через пару минут, сияя от радости.

— Разрешил! Господин разрешил!

— В ножки ему кланяться за это не надо, я надеюсь? — фыркаю я.

Но сама тоже улыбаюсь до ушей. Что ж, одной хорошей новостью больше.

— А кто будет моим партнером? — спрашиваю я, едва поспевая за шустрым элементалем по лабиринту коридоров. — Мне нужны лучшие бойцы!

— О, не беспокойтесь, партнер у вас будет лучший из лучших!

Хм, интересно, кто же он? Воображение рисует картинку огромного мускулистого оборотня, злобно скалящегося на меня и нападающего без предупреждений. Это было бы прекрасно! Самое то для выплеска негативной энергии и заглушения в себе ненужных эмоций.

Однако на подходе к поляне на заднем дворе поместья, предназначенной для тренировочных сражений, ко мне закрались смутные сомнения. На поляне нас ожидает один лишь Франкур, тощий рыжеволосый паренек из числа прислуги Ставинского.

— Ну и где тот великий воин, о котором ты мне все уши прожужжал? — спрашиваю я у элементаля, который в самом деле всю дорогу восхвалял мне "великого бойца".

А тот радостно кивает на Франкура:

— Так вот же он! Лучший из лучших, как я и говорил.

Я уныло окидываю взглядом долговязого рыжего парня, наличие мышц у которого вызывает у меня сомнение. Ну, положим, с подносами он точно справится, может и в магии что-то мыслит, но куда ему врукопашную со мной драться? А мне бы сейчас всё и сразу.

— Какой-то он хиленький… Без обид, Франкур, но я ж тебя одной левой уложу, — тяжело вздыхаю я и виновато улыбаюсь.

Франкур тоже улыбается. Широко, лучезарно. Склоняется в полупоклоне и произносит:

— Конечно, госпожа, никаких обид, я понимаю…

А миг спустя он хватает меня за запястье и с легкостью перекидывает через себя так, что я лечу добрых пять метров, прежде чем упасть на песок. Я не успеваю ни отследить толком движения нападавшего, ни тем более отреагировать, меня хватает лишь на то, чтобы смягчить свое приземление и не проехаться лицом по песку. В шоке оборачиваюсь к Франкуру, который скромненько так стоит передо мной, сложив руки в замок. Его огромные зелёные глаза выглядят до безобразия невинно.

— Вы в порядке, госпожа? — улыбается он, протягивая мне руку.

— Называй меня просто Ариана, — говорю я, все еще находясь под впечатлением от неожиданной силы Франкура.

Не каждый боец пограничья может так легко и просто поймать меня врасплох, ох не каждый. Интересно, тут вся прислуга с подобными "сюрпризами"?

— Как скажешь, — кивает Франкур.

И мне, определенно, нравится, как быстро он переходит на "ты".

Я собираюсь взять Франкура за руку, но в последний момент разглядываю вязь жалящего заклинания, готовую сорваться с его ладони, и отпрыгиваю влево ровно в тот момент, когда молния уже устремляется в мою сторону. Тут же вскакиваю на ноги, принимая боевую стойку, и возмущенно восклицаю:

— Эй, мы так не договаривались! Я была не готова!

— В реальном бою никто не будет предупреждать тебя о нападении, — ухмыляется Франкур. — А тебя следует проучить и сбить с тебя спесь. Ты же бывший агент разведки! Должна понимать, что внешний облик противника может быть обманчивым. Необязательно обладать недюжими физическими размерами и звериным оскалом, чтобы уложить кого угодно на лопатки. Ты ауру-то мою видела?

Хм, мне даже в голову не приходило его сканировать. Я сощуриваюсь, глядя на Франкура таким особым зрением, которое позволяет оценить магический потенциал противника. И тихо ахаю, невольно делая шаг назад. Ну ничего ж себе! Мне бы и в голову не пришло, что в этом теле может таится такая мощь.

— Ты дракон, что ли?

— Воздушный, — самодовольно кивает Франкур.

— Но ты совсем не похож на воздушного дракона!

— Это в тебе говорят стереотипы, не более того. Я лучший в своем роду, господин Ставинский других при себе не держит. Ну так что, может мы уже начнем?

Франкур с силой топает ногой, и песок под его ногами вздымается в воздух и летит в мою сторону колючими иглами. Я еле успеваю заслониться стеной огня и в ответ посылаю огненный вихрь, от которого Франкур отмахивается безо всяких усилий.

После этого мы начинаем носиться по тренировочному полю, как сумасшедшие. Песок и огонь летят во все стороны, порывы ветра подхватывают языки пламени и сплетаются воедино. Мы сражаемся так, будто от этого зависят наши жизни, и периодически пересекаемся в рукопашном бою. Мне ни разу не удалось уложить Франкура на лопатки, а вот самой еще раз пять пришлось полетать над песком.

— Беру все свои слова обратно, ты нереально крут, — говорю я два часа спустя, выдохшись окончательно и распластавшись на песке.

Пот стекает с меня в три ручья, а Франкур лишь немного запыхался. Смотрю на него с благоговейным трепетом и искренним восхищением. Вилх, я даже в тайной разведке Шаренхола таких ребят не встречала!

— Откуда ты такой взялся? Научишь меня создавать такие же крутые щиты?

— Если господин Ставинский разрешит, — пожимает плечами Франкур и весело подмигивает мне. — Думаю, тут многое зависит от тебя и твоего поведения. Но господин заинтересован в том, чтобы тебе тут было комфортно и увлекательно, так что может пойдет навстречу и разрешит мне научить тебя некоторым особым приемам. Спроси у него сама.

Я хмуро качаю головой, но ничего не говорю. Ничего я не буду у Ставинского спрашивать, еще чего! Больно много чести. Ладно, подумаю обо всем этом позже, а пока что мне нужен прохладный душ и чистая одежда.