Глава 15. На запах крови

Дворец Имперского следопыта

За столом царила тишина. Двое неспешно вкушали ужин. Хозяин дворца — с присущей грацией и лёгкостью, гостья, не по статусу посаженная слева, — аккуратно и настороженно. Ей не хотелось ошибиться и вызвать недовольство господина. Однако же, несмотря на безразличие партнёра, взгляд Синдии то и дело скользил по профилю жениха. С безукоризненно зачесанными назад чёрными, прямыми волосами, с выразительными чертами лица и глазами цвета чистого янтаря, он казался Син прекраснее всех виденных ранее мужчин. Его алые губы дразнили её, обогащая мечты, прикрытая рубашкой грудь пробуждала воображение, а длинные и ловкие пальцы заставляли желать касаний.

Син не знала, с чего следует начать воплощение их с Корнелией плана. С ухаживаний? Намёков? Или беззастенчивого соблазнения, о котором упоминал Сентьон ранее?

Синди прикусила губу.

— Никак не можешь наглядеться, моя молчаливая радость? — поднял взгляд вампир, и щёки Син немедленно запылали. — Определилась, чего желаешь сильнее?

— Чтобы вы были сыты и довольны, мой господин, — опустила глаза невеста. Сентьон хмыкнул.

— Наполни мне бокал.

Син тут же уставилась на жениха.

Намёк на статус прислуги? Предложение войти в круг доверенных и самых близких?

— Да, мой господин.

Непринуждённая улыбка Сентьона сбивала Син с толку, а в его глазах плескался неопределённый вызов. Замявшись на короткие секунды, Синди поднялась, подошла ближе и подняла прозрачный графин со светло-красным напитком. Со всем почтением и аккуратностью потянулась к бокалу и, впервые в жизни, исполнила роль не то прислуги, не то жены. Однако, когда Син почти наполнила бокал, размытым движением вампир отодвинул тот в сторону, и капли крови разлетелись по белой скатерти.

— Ох!

Синди дрогнула и прижала графин к груди, в немом ожидании глянув на жениха. Тот едва заметно сдвинул брови.

— А Корнелия уверяла, будто ты способна угодить мне в чём угодно, — оборонил он небрежно. — Убирать не собираешься?

Син встрепенулась, опустила на стол графин и, схватив со своего стула салфетку, суетливо принялась промокать испорченную скатерть, наверняка зная, что избавиться от пятен не выйдет.

Позвать служанку? Продолжить? Но примет за глупую или старательную?

Тихий смех заставил Син замереть.

— Послушная и преданная — мечта любого господина, — пояснил Сентьон, но едва надежда вспыхнула в сердце невесты, добавил: — Любого, кто желает нанять прислугу.

Синди стиснула зубы.

Значит, услужливой с ним быть не стоит?

Она откинула салфетку прочь.

— Очень хорошо, что наши взгляды совпадают. — С гордым видом Синдия прошла до места. — Надеюсь, прислуга во дворце достаточно старательна.

— Желаешь убедиться? — предложил вампир, наклоняясь к невесте.

Предлагает права супруги или проверяет?

— Ну что вы, мой господин, я не смею.

— В самом деле? — улыбка Кельна стала шире. — Шаткость твоего положения всё ещё не стёрла рамки приличий?

Лицо Синди застыло в маске любезности. Сердце затрепетало в волнении.

Насколько же раскованной нужно стать?

Сентьон ухмыльнулся.

— Ты что же, беспокоишься о чести и морали? Совсем не в отца? — Син нахмурилась. — Не может быть, не разделяешь его рвений? Считаешь, бороться за цели любыми способами — недопустимо?

— Цели должны быть оправданы и благородны, — выдавила младшая госпожа Вернет, когда Сентьон умолк в ожидании. — Его методам нет оправданий — я признаю и понимаю.

— А твоя цель занять место Корнелии — оправдана? — вопросил жених, пристально вглядываясь в ореховые глаза самопровозглашенной невесты. Син сглотнула невольно и вздохнула глубже, решаясь.

— Корнелия никогда не признает вас, мой господин. Её страх перед вами огромен, и тот эффект от зелья давно снят. Истинной любви между вами никогда не случится, если вы не станете применять нечто подобное на ней снова. Отпустите её. Если хотите наказать за побег — я приму что угодно за неё. И отца. Прошу вас, господин, пусть всё останется как есть. Ваша власть над банками со мной будет абсолютна. Нет нужды рушить жизни.

Сентьон хмыкнул и откинулся на спинку стула.

— Говоришь, как Корнелия в день помолвки. С тем же отчаянием предлагая себя. Идеальная для любой прихоти, самая подходящая, лучшая из лучших. — Вампир ухмыльнулся снова. — Забавно. Только вот, — наклонился над столом Сентьон, — именно она приглянулась первой. Заинтриговала безрассудной решимостью и затаённой страстью. Мне теперь не просто позабыть её легко, понимаешь? Нужно что-то особенное.

Кожа Синдии покрылась мурашками, сердце забилось пойманной птицей, а по телу прокатилась обжигающая волна запретных желаний.

— На что ты готова? Сумеешь вытеснить её образ до того, как она придёт ко мне?

Син облизнула вдруг высохшие губы и тихо шепнула:

— Да, мой господин.

Поместье Маули

Тонкая корка застывшей крови красовалась прямой, небольшой линией от запястья к локтю. Замораживающее заклятие эльфа до сих пор не позволяло в полной мере ощутить ни простые прикосновения, ни боль. Хотелось растереть кожу до нетерпения, почувствовать, и я развязала повязку, едва удалось уединиться в саду поместья Гальтеса Маули. И теперь смотрела на рану, как на полотно будущего.

Остаться ли мне с Гальтесом? Тогда проблема с вампиром станет решена сразу и окончательно. Сентьону не будет больше смысла держать моих друзей, а как исчезнет выбор невест — ему ничего и не останется, как взять Син в жены и управлять её приданным. Возможно, во имя мести он устроит моей семье не лучшие времена, но станет ли вредить репутации супруги и, считай, себе самому так уж сильно? Хотя, нечего и сомневаться, некоторые личности того заслуживают.

Со злорадной ухмылкой припомнила последний указ любимого братца.

Это даже ничего, если этот неподражаемый имперский сыщик немного выпустит пар, уделив особое внимание Надину. Или даже отцу? Те, кажется, в странных отношениях. Не скажется ли это чем-то непредсказуемым? Впрочем, что такого, даже будучи самым уважаемым вампирским главой Багряного клана, он сможет предпринять против отца, окольцованный на его дочери?

Ухмыльнулась и расслабилась.

Ничего непоправимого делать он не станет. Разумеется, он — то ещё чудовище, но не безумен же? Так что, стоит лишь состояться нашей с Гальтесом свадьбе, и гадать над судьбой и неустанно бояться погони отпадёт необходимость. Останусь жить в родной Империи, закончу школу, стану магом, пусть и никудышным, попытаюсь стать достойной женой, нарожаю детишек, буду жить долго и счастливо…

Невольно скривилась, тихонько застонала и спрятала лицо в ладошки.

Всемогущий, почему я, даже будучи свободным и неприкосновенным магом, должна выходить замуж не по личной привязанности? Конечно, быть с торговцем или нет — решение моё, но так ли разнообразен выбор? Если не за нелюбимого, то за монстра. О свободе — могу ли мечтать? Даже с кольцом сокрытия, как всё обернётся на самом деле? Если не найдёт в течении двух недель, в самом ли деле вампир успокоится и женится на Синдии, не намереваясь мстить? Или откажется от контракта и погубит весь род Вернетов?

Глубоко вздохнула и вгляделась в тёмное звёздное небо.

И зачем я ему понадобилась? Подумаешь осмелилась предложить обмен, разве не ясно, что выбора у меня не было, а Син могла просить и лучше? А тот случай в саду… Ох, что за кошмар!

На миг прикрыла глаза, вновь вспоминая и ужасаясь собственной несдержанности. Распутству!

Как замечательно бы стало, если бы Синди перечеркнула все мои неожиданные способы для его покорения! Тогда бы он и думать забыл и обо мне, и о расплате.

Призадумалась.

Интересно, что им движет больше всего? Ущемлённая гордость? Желание взять своё любым способом? Или, на забаву Вездесущему, личные предпочтения?

Вздрогнула.

Не дай-то Бог! Тогда никакие попытки Син не возымеют эффекта! Хотя, станет ли такой как он отказываться от неё и от банков крови ради личного? Вот уж сомнительно!

С облегчением хохотнула.

Нужно только суметь скрываться по истечение месяца, чтобы до свадьбы беспрепятственно сменить невесту не вышло. Только… как же неприятно вышло с Гальтесом! Теперь бросать его вот так — удар по совести. Само собой, Алейрон позаботится о своём господине, и вскоре его чувства потеряют насыщенность, оставляя лишь отголоски любви, но до тех пор…

Нащупала в кармане последний портальный камень, улыбнулась.

— Он непременно справится, как и я где-нибудь в закоулках Кайрита под самым носом у этого кровопийцы!

Усмехнулась.

— Думаешь, получится? — раздалось за спиной проникновенное, и я подскочила с лавочки как неудавшаяся преступница.

Женщина в обтягивающем кожаном наряде ухмылялась мне с клыками.

Вездесущий прокляни!

Лихорадочно сунула руку в складки платья и сжала камень перемещений. Резкая боль в порезанном днём предплечье стала частью пространственного перехода. А после мелькнувшая картинка самого безопасного места стала явью, возвысившись вокруг прибрежным лесом Туманного моря.

Вокруг меня и вампирши.

— Хорошая реакция, — одобрила посланница Сентьона, крепко держа за руку на ране. — Только нам не сюда.

Кровавые янтари смотрели пристально и насмешливо, улыбка на чувственных губах пугала и не оставляла выбора. Опасность — я чувствовала её каждой клеточкой тела, и сила во мне пребывала на грани.

Ни за что не дамся ей!

Дёрнулась, намереваясь отдалиться и дать отпор неполноценной магией, как тонкие пальцы вампирши сжались сталью, и вместе с болью ощутила тепло и влагу на раненной коже. Взгляд ищейки тут же скользнул вниз, крылья носа затрепетали.

— Хм-м, как странно пахнешь, — протянула она, метнув в меня взгляд, наполненный подозрением. — Всё любопытнее, отчего господин пожелал тебя. — И её потемневшие до багрового глаза впились в мои. — Я провожу, — пообещала она певучим низким голосом, задержавшись языком на заострённом клыке, — интересная девочка.

Она чуть потянула на себя, и страх заполнил сознание.

Только не к нему!

Почва под ногами взметнулась вверх, гибкие колючие стебли, не давая и шанса, извернулись и обхватили вампиршу плотным коконом. Растение крепло и ширилось на глазах, искореняя возможность к побегу каждое мгновение, истраченное кровопийцей на изумление. Я же, боясь не удержать контроль и попасться, резко выдернула руку. Краткий приступ боли, и я отскочила назад, запнулась и едва не упала.

Кто-то придержал меня за спину.

Взгляд метнулся на незамеченного свидетеля, и облегчение накатило волной.

Спасена!

Да только, стоило Алейрону посмотреть на обездвиженную вампиршу, как он будто превратился в камень. Широко распахнутые серые глаза смотрели с неверием.

— Шептунья, — оборонил он не своим голосом, вдруг разжимая хватку и отступая, словно я оказалась прокаженной.

Без поддержки рухнула на землю, едва успев упереться ладонями. Горячая влага потекла по запястью, но всё внимание приковал эльф. Я никогда не думала, что увижу подобное. Никогда не представляла, что такое возможно. Однако же, правильные черты представителя загадочной расы предельно отчётливо искажались в глубочайшем неверии и будто даже страхе.

Все прочие заботы разлетелись в мгновение ока, оставляя в голове гул неопределённых вопросов, а в душе укол боли.

Отчего? Разве же я…

Краем уха различила тихий хлопок портала.

— Не станем медлить, — раздалось торопливое сбоку, и плечо вновь сдавили, а чернота портала немилосердно оставила в воспоминании ошеломлённого эльфийского телохранителя, не сдвинувшегося и на миллиметр для моего освобождения.

Храни Всемогущий, да что с ним случилось?! Почему он так смотрел на меня?

— Не думай о глупостях, крошка, — схватила меня за подбородок вампирша, вперившись кровавыми глазами. — Вы не смогли бы быть вместе в любом случае. В особенность от того, что он чистокровный, а ты — почти уже собственность моего господина.

Она вдруг дёрнула за палец с кольцом сокрытия, неуловимо быстро коснулась домашнего платья, что отыскал для меня Алейрон по приказу Гальтеса, и я осталась в нижнем белье за считанные мгновения. Изумлённо вздрогнула, спешно прикрылась и в потрясении окинула взглядом сорванную одежду и ухмыляющуюся вампиршу.

Что за…?!

— Добро пожаловать во дворец Сентьона Кельна — представителя крупнейшего клана вампиров на континенте и непревзойдённого сыщика самого Императора, — с лёгким поклоном поприветствовала меня посланница в светлой комнате, глумливо ухмыляясь. — Будьте любезны, дорогая сбежавшая, переодеться и привести себя в порядок. Мой господин весьма придирчив к нарядам своих протеже.

Зло сузила глаза и стиснула зубы.

Это что ещё за приветствие?! Намёк на безрассудный побег? Так с ним теперь всё ясно. Или же это указание на то, что неприглядно выгляжу на фоне остальных увлечений кровососущего монстра?

Презрительно хмыкнула, подавляя отчаяние.

— Пусть мирится с чем есть, раз раздаёт приказы на похищение, пренебрегая всеми нормами гостеприимства.

Я потянулась к платью у ног, как перед глазами мелькнуло стальное лезвие, а платье обзавелось разрезом от груди по пола. Замерла с вытянутой рукой, медленно и гордо выпрямилась.

— Это у вашего господина напрочь отсутствуют манеры или же вы столь своевольны?

Ухмылка вампирши стала шире.

— Одевайся, малышка, если не хочешь приветствовать господина в чём есть.

Невольно сглотнула, на миг представив. И тут же ощутила пылающий жар на щеках и шее.

— Поторопись, — усмехнулась сыщица, пристально разглядывая меня и будто оценивая. — Или я подумаю, что осмотрела тебя недостаточно тщательно. Быть может, под бельём ты прячешь ещё один портальный камушек?

Багровые глаза остановились на кровоточащей ране.

Напряженно дёрнулась.

Так это она рассеивает помощнице внимание?

— Так и быть, однако прежде мне нужно обработать порез. Найдётся ли для столь желанной гостьи вашего господина необходимое?

Вампирша не сводила странного взгляда с пореза, точно он не давал ей покоя.

— Для гостьи — едва ли, но для будущей невесты…

Она резко подняла голову, впиваясь взглядом и будто намереваясь вызнать некую тайну, но задумчиво хмыкнула и размытой тенью исчезла из виду, прикрыв дверь.

И что за реакция?! Мне стоит чего-то опасаться? А если Сентьон поведёт себя также? Хотя, скорее, в его случае будет иначе…

Воспоминания о безрассудном поступке перед побегом вспыхнули так податливо и отчётливо, будто только того и ждали. Поспешно прижала прохладные ладошки к разгоряченному лицу и тихо застонала.

Проклятье Вездесущего, почему никак не забыть это безумство?! … Ох, но что, если его намерения претерпели изменения и теперь он станет разглядывать меня, как и его ищейка? Может ли быть, что за время побега Сентьон Кельн настолько разозлился, что теперь жаждет расплаты и уже давно подыскал методы?

Мгновения страха сгинули от внезапной догадки. И я расслабилась, хмыкнув.

Ну конечно, эта девица запугивала меня нарочно! Вот уж прогадала, я не стану вестись на провокации. Здравый смысл необходим сейчас как ничто иное.

Скользнула взглядом по непригодному платью. Поглядела на себя. Нахмурилась.

Где тут должны быть наряды?