Глава 38

Толкаю тяжёлую дверь и выхожу на свежий воздух. Прохладный ветерок обдувает лицо, заставляя вздрогнуть.

Впереди, на большом беговом круге, плотной группой бегают молодые парни. Ровная осанка, сосредоточенные лица, мокрые от пота футболки.

— Чё вы плетётесь как черепахи⁈ — рявкает Ржавый, стоящий в стороне. — Увеличить темп в два раза! Живо!

Ищу русую макушку среди бегущих. А когда нахожу — ступаю прямо на резиновое покрытие дорожек и иду наперерез бегущим.

— Куда ты выскочила-то⁈ — голос свекра звучит резко, почти испуганно. — А ну уйди с площадки! Снесут же, дура!

Я не реагирую. Вообще. Просто встаю посреди круга, лицом к приближающейся толпе. Парни начинают обтекать меня с двух сторон. Кто-то матерится сквозь зубы, кто-то удивлённо косится. Мне всё равно.

Ловлю взглядом Данила. Жестом показываю: стой.

Он тормозит прямо передо мной, тяжело дыша. Лицо пунцовое, волосы мокрые, прилипли ко лбу. Грудь ходит ходуном. Я молча сую ему телефон почти в нос.

— Это правда?

Его глаза лихорадочно бегают по тексту, затем поднимаются на меня.

— Прости-и… — Данька кривится, словно от боли. — Слушай, ну у меня был не очень большой выбор. Либо пуля в голову, либо делаю, что скажут. Ты же этих рыжих знаешь…

Сердце делает болезненный кувырок и будто проваливается куда-то вниз. В горле встает ком. Я так хотела, чтобы он сейчас рассмеялся и сказал, что это всё чушь, вброс, фейк. Но он не смеётся.

— Заткнись, пиздюк! Я тебя убью щас! — Владимир Леонидович уже почти рядом, его шаги гулко отдаются в ушах.

— Дима тоже в этом участвовал? — спрашиваю севшим голосом.

— Не думаю, — качает головой брат. — Когда вы вдвоём приехали, он вроде не в курсе был. Это мамка с Ржавым всё порешали. Он ко мне приехал, ствол к башке приставил. А на костылях далеко не убежишь, — нервно усмехается, мельком глядя в сторону. Владимир Леонидович уже почти дошёл до нас.

Данил резко меняется в лице и стартует, продолжая бежать.

— Ишь какой, а! — шипит свёкр, останавливаясь рядом со мной. Провожает его взглядом несколько секунд, затем поворачивается ко мне, нахмурив брови.

— Ну чё ты сопли-то размазала?

Я провожу ладонью по щекам, стирая слёзы, которые даже не заметила, как начали стекать.

Ощущение, будто меня красиво и цинично развели. Пошли по самому простому пути — не пытались наладить отношения, не завоевывали доверия, не стали стараться. Обвели меня вокруг пальца как наивную дуру.

Владимир Леонидович знал, что я в положении, и всё равно тряс оружием перед моим носом, угрожал. Актёр, блин! Напугал меня до трясучки. И эти люди в квартире… Костя за волосы оттаскал. Слава… он меня не случайно узнал, его предупредили?

Это что за странное сводничество такое⁈ А ещё были подобные случаи? Где я ещё могла повестись???

— Я верила вам, — тихо говорю, глядя ему прямо в глаза. — Вы же… Вы мне как отец. Я ещё никогда так не разочаровывалась в людях.

— Настён, ты…

Он пытается что-то сказать, но я не слушаю. Поворачиваюсь и ухожу с тренировочной площадки, возвращаясь обратно в здание. Ищу своих охранников, собираюсь уезжать.

Уже почти на выходе меня перехватывает Дима. Идёт навстречу и ускоряет шаг.

— А ты куда?

— Поеду, — отвечаю сухо, не желая объяснять.

— Так дома никого нет. Батя тут, Антоха тут… — хмурится. — Кто тебя там охранять будет?

— Я к подруге поеду. Не домой

Я почти дошла до двери, когда он вдруг преграждает мне путь. Пытается взгляд поймать.

— Что-то случилось?

— Всё нормально.

Его глаза внимательно изучают моё лицо, и я вижу, как его брови сходятся на переносице, выражая растущее недовольство.

— Не ври мне. Я же вижу, что нет.

Тяжелый вздох вырывается из груди. Честно, я старалась. Попыталась быть понимающей женой. У него и без меня хватает проблем, и я не хочу усугублять ситуацию своими слезами и скандалами. Но он же сам выпытывает!

— Ты знал, что твой отец меня подставил? — резко смотрю ему в глаза. — Или вы с ним всё-таки в сговоре? Брак-то ты предложил, а не он…

Несколько секунд тишины. Он молча разглядывает моё лицо, будто определяясь с ответом.

— Нет, я только потом всё узнал.

— И ничего не сказал, да?

— Я же не дебил! — фыркает.

— Нет, — отвечаю я холодно. — Ты не дебил. Ты такой же лгун, как и они.

Обхожу его и успеваю сделать всего шаг к двери, как мускулистая рука ловит меня под грудью, обнимая сзади. Подбородок ложится на моё плечо. Я дёргаюсь, пытаясь вырваться. Только не получается!

— Дима, блин…

— Не пущу, — тихо, прямо в ухо.

— Пустишь, пустишь… Не доводи меня!

Я снова дёргаюсь, отчаянно пытаясь освободиться. Думала, слова подействуют, но нет. Он держит меня так же крепко.

— Я узнал, когда тебя уже домой перевёз. Если бы сказал, ты бы заднюю дала… — его голос звучит глухо. — Да, батя немного перегнул палку с запугиванием. Но я не при делах. Кроме того, что положением воспользовался. Но ты это и так знала… Объясни хоть на что обиделась.

— Да не хочу я сейчас с тобой разговаривать. Отпусти меня! — требую я. — Дима!

За спиной слышится тяжёлый вздох. Руки ослабляют хватку, и я наконец отступаю к двери. Хватаюсь за ручку, готовая уйти, но в спину летит его голос:

— Только давай без фокусов, а? Вот сейчас и в твоём положении нам это нахуй не нужно.

Оглядываюсь, бросая через плечо:

— Главные фокусники тут вы!

Он серьёзно смотрит на меня, скрестив руки на груди:

— В любом случае будь аккуратнее и на связи.

Демонстративно поднимаю телефон, показывая, что я на связи, и выхожу на улицу следом за своими охранниками. Не дозвонится до меня — у них тоже телефоны есть.

Мы с Ариной сидим на диване, утопая в мягких подушках. У каждой в руках по ведёрку мороженого, которое мы едим его большими ложками, будто героини какого-то сериала. Удобно, когда всегда есть кого послать в магазин.

— Даньку это всё равно не оправдывает, — вздыхает Арина. — Он мог бы согласиться, но предупредить тебя. Не думаю, что они правда бы его убили.

Не знаю, смогли бы или нет. Это сейчас он рыжим косвенная родня, а тогда не был. Да и где рыжие шутят, а где говорят всерьёз — знают только сами рыжие.

— Они, конечно, забавные. Сначала творят полную дичь, а потом удивляются — а почему никто не хочет с нами общаться⁈ Действительно, почему???

— Ой, я один раз в багажнике прокатилась, мне хватило, — нервно смеётся Аришка.

Мы переглядываемся, и я снова окунаю ложку в своё ведёрко, смешивая подтаявшее мороженое с ещё твёрдым и шоколадной крошкой.

— Сильно расстроилась?

Я отправляю ложку в рот, снимая с неё мороженое.

— Наверное, больше злюсь, — отвечаю, немного подумав. — Как дала бы Диме по лбу!

Показываю этот жест, резко взмахнув рукой с ложкой. В этот момент раздается резкий стук в дверь.

— Ведьма, — смеётся подруга.

— Да ну тебя, — улыбаюсь в ответ. Именно ради этого я и приехала к ней — чтобы отвлечься, немного поднять настроение. Мы месяцок, наверное, не виделись.

Охрана осталась на лестничной клетке, караулят меня у двери. Наверное, что-то надо. Мельком проверяю телефон на наличие уведомлений. Вдруг Дима меня потерял и не может дозвониться, поэтому через них решил до меня достучаться. Но всё чисто: ни смс, ни звонков.

Последний звонок от Димы был около трёх часов назад — он спрашивал, доехала ли я. Я ответила, что всё в порядке, и… Всё, он больше не дёргал меня. Владимир Леонидович тоже звонил пару раз, но трубки от него я не брала. А новых звонков вроде как нет.

Открываю дверь и выглядываю. Передо мной стоят мои охранники и ещё один мужчина — в таком же строгом форменном костюме. Его короткая стрижка напоминает ёжик. Лицо с грубыми чертами, а взгляд холодный и без настроения.

— Что?

— Анастасия Михайловна, нам пора ехать, — говорит Слава спокойно, но с оттенком настойчивости.

— Я ещё не закончила. Когда скажу — тогда и поедем.

Пытаюсь закрыть дверь, но рука неожиданно хватает её, не давая закрыться.

— Да вы уже заебали сиськи мять! — грубо бросает «третий» мужчина.

Он резко распахивает дверь и грубо перехватывает моё запястье. Быстрыми движениями расстёгивает ремешок моих умных часов и передаёт их Славе.

— Убери подальше, — приказывает. — Только не проебите. Кастет сказал, они нам ещё пригодятся.

Я пытаюсь возмутиться, но едва успеваю выдавить «Эй!», как резко замолкаю. Медленно опускаю глаза и смотрю на дуло пистолета, приставленное к моему животу. Сердце начинает бешено колотиться, дыхание замирает.

— Ты чё творишь? — резко вмешивается Слава. — Совсем с дуба рухнул, что ли⁈

— Вы должны были привезти её ещё час назад. Не можете с беременной бабой разобраться — не мешайте, — рычит он через плечо, а затем обращается ко мне. — Чё зенками хлопаешь⁈ Ноги в тапки сунула и за мной!

Я с опаской разглядываю его лицо, затем перевожу взгляд на Славу.

— Что происходит? — спрашиваю строго, пытаясь взять ситуацию под контроль.

Он переминается с ноги на ногу и опускает глаза, избегая моего взгляда. Водитель смотрит смелее, но как-то виновато…

Никто из них вмешиваться не собирается, да? Вот защитнички!

— Прокатишься с нами кое-куда. Давай-давай, шустрее. А то щас босая до тачки пойдёшь!

Страх накатывает волной, я медленно отступаю, пытаясь продеть ноги в обувь. В этот момент слышу голос подруги за спиной:

— Настя?

О, чёрт…

Рука с пистолетом дёргается в сторону и раздаётся громкий выстрел. Я оборачиваюсь в панике, но подруги не видно. Успела отскочить⁈ Успела же???

— Да и хуй с тобой, — грубо бросает мужчина. — Давай, пошли бегом. Мы уже торопимся.

Он хватает меня за локоть и тащит к лестнице. Я спускаюсь вниз, быстро перебирая ногами — всего второй этаж, но кажется, что бегу марафон.

Меня заталкивают на заднее сидение старого седана, не моей машины. За рулём всё тот же водитель. Слава сидит на переднем, а рядом со мной этот грубый мужик.

Машина трогается, и он сразу достаёт телефон. Звонит кому-то.

— Мы её забрали, короче, — говорит. Потом поворачивает голову ко мне. — Мобила твоя где?

— Телефон остался в квартире.

Тот прищуривается недоверчиво.

— Ты слышал? — бросает в трубку. — Да, досмотрим на выезде. Но я думаю, реально не взяла. Мы её внезапно дёрнули, как сказал. Димону не успела звякнуть. Ага, на связи.

Меня везут куда-то за город. Заброшенное, кажется, то ли завод, то ли склад — глухое, облезлое здание, затерянное среди деревьев. Снаружи оно выглядит так, будто давно никому не нужно, краска облупилась, окна запылились, а внутри — неожиданно прилично. Видно, что здесь не просто заброшка, а место, где кто-то долго и тщательно обустраивался.

Я медленно прохожу внутрь, оглядываясь по сторонам. Голоса, которые слышались снаружи, резко обрываются, и в помещении наступает гробовая тишина. Все взгляды устремлены на меня.

— Смотрю, всё те же лица! — нервно улыбаюсь. — Здороваться не буду, утром виделись.

Обвожу взглядом мужчин в комнате. На диване сидит крепкий лысый мужчина с бородой — тот самый, которого я ночью угощала своим пирогом. Он морщится, закрывает глаза своей лапищей и трёт виски.

— Ё-ё-ё…

— Нам пиздец, — с нервным смешком говорит кто-то другой из толпы.

— Да ладно вам, — фыркает тот, что меня сюда притащил. — Представляете, сколько он за неё заплатит?

— Нахуя мне дохлому столько бабок⁈ — грубо отрезает лысый.

Одумались, что ли? Больше похоже на то, что их вообще не предупредили о моём похищении.

— Анастасия Михайловна, присаживайтесь, — говорит Слава, указывая на кресло, которое освобождает для меня один из мужчин.

О-о, наконец-то. Хоть один джентльмен в этом сборище!

Случайно ловлю взгляд парня, уступившего мне место. Он стоит за спинкой дивана, наклоняется к плечу лысого мужчины и тихо шепчет:

— Может, вернём её, пока не поздно?

— Чтобы нас ещё быстрее порешали? — раздражённо отвечает бородач. — Не тупи. Она нас видела.

В большом зале человек двадцать, может чуть больше. Среди них легко узнать людей Димы, но есть и другие — с бандитскими рожами. Вроде тех, кто залетал в салон тёти и предлагал крышу.

Эти чужие вызывают у меня лёгкое беспокойство, но в целом… страх как будто пропал. Я не чувствую привычной дрожи в коленях. Наоборот, удивительно спокойна. Несмотря на то, что они — предатели, я ощущаю себя не заложницей, а скорее женой начальника, сидящей среди его подчинённых.

А вот удивляться не перестаю! Потому что слышу звук открывающейся двери и замечаю приближающегося Игоря. Его появление вызывает бурю смешанных чувств.

— Вы совсем уже? Руки ей освободите, — бросает полицейский. Или уже нет, если с бандитами связался.

— Но Кастет сказал…

— Развяжи девушку, — настаивает Игорь. — Это не Василиса, она тебя не побьёт. И с животом далеко точно не убежит.

Тот, что привёл меня сюда, поджимает губы. Идёт ко мне, раскрывая на ходу складной нож. Наклоняется и перерезает стяжку.

Я вздыхаю с облегчением, растирая запястья, которые уже начали неметь. А потом — медленно поднимаю глаза, встречая взгляд Игоря, который присел передо мной на корточки. Большое красное яблоко протягивает.

— Рад тебя видеть, — улыбается парень, тепло смотря на меня. — Пойдём, я тебе комнату покажу.

— Хочешь экскурсию в подвал провести? Или где вы там пленников держите?

— Нет, почему же? Я тебе свою спальню отдам.

— Не стоит. Я не планировала задерживаться здесь так надолго. За мной скоро муж приедет.

По залу прокатываются ехидные смешки, но при упоминании Димы улыбка Игоря исчезает. Его лицо становится мрачным, жёстким, полным неприязни. У них примерно одинаковая реакция друг на друга.

— Пока ждёшь — проголодаешься. Ешь давай, — говорит Игорь, берёт мою руку и аккуратно вкладывает в неё яблоко. — Пошли со мной.

— Я с тобой никуда не пойду, — чеканю, смотря ему в глаза. Наклоняюсь и яблоко на журнальный столик кладу.

— Настя, — голос Игоря становится резче, почти приказным. Взгляд давит, но я не отступаю. Упрямо сижу, глядя на него спокойно и безразлично.

— Чё ты до неё докопался? — раздаётся басистый голос одного из мужчин. — Пусть сидит, раз хочет. На виду же. Меньше херни натворит.

Игорь недовольно хмурится, но отступает. Я остаюсь сидеть в комнате среди мужчин, наблюдая за происходящим. Кто-то перебирает оружие, другие возятся с картой, обсуждают планы. Несколько человек уезжают — из обрывков разговоров понимаю, что Дима отправлял их с поручением, и им уже нужно возвращаться, чтобы не вызвать подозрений.

Вокруг суета, похожая на ту, что на военной базе у мужа, но здесь всё другое…

Интересно, Дима уже заметил мою пропажу? Как скоро придут за мной? Что с Ариной? Чёрт, когда я вернусь домой?!?

— Кастет, там… — чей-то голос сбоку прерывает мои размышления.

— Пять минут и подойду, — знакомый голос заставляет резко повернуть голову. — Добро пожаловать, Анастасия Миха-ална.

В его тоне столько пренебрежения и неприязни, что внутри всё сжимается.

Я смотрю в глаза Кости, а потом медленно оглядываю его с головы до ног, словно вижу впервые.

Это он — Кастет⁈ Он же… Он приближённый Димы! Один из доверенных лиц. В курсе почти всего. Как же близко был предатель…

Слава подходит к нему, обращается как-то нерешительно:

— Слушай, может, не надо было её впутывать?

— Тебя кто-то спрашивал⁈ — фыркает с высокомерием Костя. — Надо, не надо… Давай я сам решу⁈

— Решаешь ты, но огребём-то мы все вместе! — вбрасывает кто-то из толпы.

— Особенно мы со Славкой, — добавляет мой водитель. — Мы же её, вроде как, охранять должны были.

Костя обводит всех взглядом — строгим, холодным, словно судья на процессе:

— Чего вы боитесь? Рыжих? — резко, с нотками презрения. Он делает паузу, давая своим словам осесть в напряженной тишине. — Воровали — нормально всё было. Работали на стороне против — блядь, нормально. Деньги считали — тоже всем заебись было. А как жену спиздили — о господи, что же мы будем делать?!?

— Ну это же его! — пытается оправдаться Слава.

— А ты пиздил чьё?!?

— Ты не путай стволы и жену с ребёнком, — спокойным, грубоватым тоном влезает лысый. — Это, блядь, вообще не одно и тоже!

— Она помешалась, — отрезает Костя. — Может быть, её не ёбнем. В остальном — всё под контролем, всё по плану. Работайте! Хватить ссать!

Но никто не двигается. Все смотрят на него, словно вкопанные.

— Для тех, кто не понял, — продолжает Костя, голос становится ещё холоднее, — мы не сможем сосуществовать с рыжими в одном городе. Мы их убираем и становимся королями здесь. Всё это наконец-то закончится. То нельзя, это нельзя… Теперь мы будем здесь править!

Я не выдерживаю и вставляю с улыбкой:

— Ну-ну. Удачи вам!

Костя стреляет в меня взглядом, который буквально прожигает насквозь. Мол, как я смею перебивать его шикарный монолог.

— Ты что-то сказала, дорогуша?

— Да вот интересно стало, — отвечаю я, не сбавляя улыбки. — А что изменится-то? Один самодур поменяется на другого? Свято место пусто не бывает.

— А ты чё, за них? — хлёстко спрашивает. — Они тебе угрожали, манипулировали, против воли замуж выдали… Антоха тебя посреди белого дня украл!

— Ну да, было такое, — киваю. — Вы, кстати, не сильно отличаетесь. Привезли меня в какую-то халупу, забрали против моей воли. Это раз. Два — да, я за них. Они, может быть, и диковаты, но далеко не глупые. А ты — очередной придурок, который захотел власти и денег побольше.

Я разочарованно качаю головой.

— Он ведь тебе, козёл, доверял. А ты его предал, получается, — продолжаю. — Их тоже предашь, когда тебе невыгодно будет? Или они тебя предадут раньше? А, мальчики? Так же перейдёте к другому, новому хозяину, когда воровать будет не у кого или нечего?

Обвожу взглядом мужчин, которые работают на Диму — по крайней мере, официально.

— Вы украли жену Димы. Вы молодцы! — подначиваю. — У вас же почти у всех семьи! Есть дети, жёны… Что с ними будет? По-вашему — не дай бог Дима выживет… Что делать-то будете?

— Хорош базарить, — злобно рычит Костя, перебивая меня. — Ты всё равно тупая овца. Ты ничего не понимаешь!

Я медленно провожу ладонью по большому животу, чувствуя под ней шевеления малыша. На выпад реагирую безразлично, максимально спокойно.

— Да куда уж мне.