Глава 40

Настя

Игорь буквально заталкивает меня в комнату, пока его дружок Костя не успел окончательно выйти из себя. А я тут причём? Это он какой-то нервный. Упрекает своих подчинённых, что те боятся Диму, а сам-то что?

Дверь за спиной закрывается с тихим щелчком замка. Я оглядываюсь, собираясь пройти дальше, но замираю, услышав приглушённые голоса за стеной. Невольно прислушиваюсь.

— Она же не пострадает?

— Как же вы меня заебали с этой девчонкой! — раздражённо рычит Костя. — Что ты, что рыжий… Весь план из-за одной тёлки похерили!

В ответ раздаётся смешок, полный ехидства:

— Сам же сказал, что всё по плану.

— Да ну⁈ Игорь, ты где сейчас должен был быть? Я на кой чёрт тебя в город затаскивал? Чтобы ты через месяцок из ментовки свалил и тут отсиживался⁈ Ебать ты мне помог!

— Мы так не договаривались. Она моя. Ты мне её обещал!

— И она тут, — хмыкает Костя. — Я свою часть сделки выполнил. Только пусть под ногами не путается. И так раньше времени начали. Нихера не готово…

— Много оружия не хватает?

— Десять ящиков. Всё, они лавочку прикрыли. Там такой досмотр на КПП… Даже по одному стволу если вывозить, всё равно не прокатит. Дима ребят с другой базы вызвал. Новых пацанов. Выслуживаются теперь, шавки столичные…

Голоса постепенно затихают, словно уходят дальше по коридору. В груди сжимается тревога, сердце бьётся быстрее, отбивая нервный ритм.

Я нахожусь на втором этаже, и прыгать отсюда слишком высоко. Облезлые стены вокруг. Мебели почти нет, лишь большая, на удивление удобная кровать.

Лежу на постели, разглядывая трещины на побелке от скуки. Почти засыпаю, когда слышу щелчок замка. Дверь приоткрывается, и в проёме появляется голова Игоря.

— Ужинать пойдёшь?

— Пойду.

Гордость сейчас неуместна. Я жутко голодная. В последний раз я ела мороженое у подруги, а нормальную еду — ещё утром. Завтрак, приготовленный моим мужем.

Я так хочу к нему… Хочу домой. Хочу почувствовать тепло и безопасность. Пусть уже заберёт меня отсюда. Пусть всё как-то ускорится, я не знаю… Сколько мне здесь торчать⁈

Ещё и за него переживаю. Мой муж, конечно, профи, но они на шаг впереди. Я боюсь, что он пострадает. Дима же не знает, кто из его людей предатели, кто готов подставить в самый неподходящий момент.

Игорь спускается вместе со мной на первый этаж, в тот большой зал. Туда же подтягиваются мужчины. Собираются у импровизированно накрытого стола. Контейнеры с роллами, коробки из-под пиццы, шашлык…

Но передо мной ставят совсем другое — контейнер из ресторана. Полноценный, нормальный ужин, а не эта сухомятка, которую едят остальные.

Игорь собирается сесть со мной, но в этот момент у него звонит телефон. Он извиняющимся жестом показывает, что ему нужно отойти, и уходит куда-то в сторону, разговаривая по телефону.

Я начинаю ужинать, стараясь не обращать внимания на окружение, на шум и разговоры, на взгляды, которые то и дело цепляются за меня.

— Слава, ты мою сумку для роддома забрал из машины? — строго спрашиваю, глядя, как он подходит к общему столу.

Охранник почти садится, но на секунду зависает. Моргает глазами, будто пытается понять, что я от него хочу.

— Конечно. Как говорили — всегда с вами.

— А ты сумку другую со спицами тоже взял? — прищуриваюсь.

— Да, — улыбается Слава. — Надо?

Я киваю.

— Принеси мне их, пожалуйста. И сумку для роддома тоже. Там одежда для сна есть. Поешь сначала. Куда подорвался-то?

Тот смущенно хмурит брови. Устраивает свою пятую точку на стул и сразу же тянется к пицце.

— Слышь, швабра! — грубый голос раздаётся с того конца стола. — А ты не прихуела, ли⁈ Не забыла, что ты в заложницах? Это тебе не пятизвёздочный отель!

Медленно перевожу взгляд в сторону говорившего мужика. Наглая морда. Взгляд ещё хлеще, полный презрения и злобы.

— Ну да. Я бы вряд ли снимала номер в пятизвёздочном отеле с таким количеством мужчин, — проговариваю спокойно, смотря ему прямо в глаза. — И тебя в гости точно не позвала.

Его лицо мгновенно перекручивает злоба. Глаза сужаются, на скулах ходят желваки.

— Ах ты шалава… — цедит. — Язык прикуси! И вообще, какого хрена она с нами жрёт? Давайте её в чулан посадим. Хватит с этой сучкой нянчиться.

Мой водитель, не отрывая кнопочный телефон от уха, устало бросает:

— Сиди ешь, а. Мы тут сами как-нибудь разберёмся.

— А ты чё меня затыкаешь⁈ — взрывается татуированный, морщась с неприязнью. — Ещё и девке в два горла прислуживаете… Не забыли, зачем вы здесь и почему, нет?

У-у-у… Да у них тут серьёзные внутренние разногласия в банде. Не подружились ребята Димы с чужаками. Каждый разговор превращается в словесную перепалку. Я здесь меньше суток, а уже успела услышать столько ругани и матерных слов, что начинаю уставать от этой атмосферы.

— Я прекрасно помню, — скалится Слава. — Это вы здесь туристы. Хуй знает зачем приехали…

Тот наглый, весь в татуировках, толкает друга в плечо и, не сводя взгляда с нас, кивает подбородком.

— Смотри-ка, а у нас, похоже, предатели. Не знают, на чью сторону встать. То за рыжих, то за нас… Чё, ребят? Минус два рта. Тем более таких неуверенных.

Только он успевает направить ствол в нашу сторону, как сидящий рядом лысый бородач, которого я недавно угощала пирогом, резко перехватывает оружие и бьёт ему по лбу. Быстрый, резкий удар — и в комнате воцаряется гробовая тишина.

— Ты, похоже, наелся, — спокойно говорит лысый. — С тебя хватит. А с Анастасией мы сами разберёмся. Она нормальная. Я не позволю обращаться с ней, как с животным.

Он продолжает есть, будто ничего не произошло. Даже не смотрит в мою сторону.

Если честно, я удивлена. Все полгода я думала, что не нравлюсь работникам Димы. Они всегда реагировали на меня нейтрально, даже холодно. Лишний раз не подходили, а если обращалась я, отвечали быстро, сухо и по делу. И всё. Сейчас они ведут себя так же, но… я вдруг замечаю, что на самом деле ко мне хорошо относятся. Просто делают вид, что они все такие серьёзные и брутальные.

— Слав, у тебя левая симка ещё рабочая? — водитель обращается к нему, слегка нервно. — Дай, я жене позвоню. С этого что-то не идёт.

— А она у тебя где? — протягивает ему телефон.

— В это время уж дома должна быть.

— Ты семью не вывез, что ли? — Слава удивлённо вскидывает брови. — Я жену с детьми ещё месяц назад к тёще в деревню отправил!

— А я на море, — легко вставляет лысый с того конца стола, пожимая плечами. — И жену, и предков с сеструхой. Мало ли.

Водитель мрачнеет. Сильно. Взгляд мельком скользит к нему, потом снова возвращается к Славе.

— Я не собирался. Чёт не подумал… — бормочет он, прикладывая к уху другой кнопочный телефон. Руки дрожат.

— Если дозвонишься, пусть берёт руки в ноги и на выезд из города, — советует кто-то из ребят. — Это Диму мы завтра завалим. А там ещё трое двинутых!

Многие мужчины быстро доедают и возвращаются к делам. Обсуждают, где сделать растяжки, кто-то спрашивает про коробку с минами…

Я плохо понимаю детали, но суть улавливаю с пугающей ясностью: они готовят засаду. Для моего мужа. Здесь. А я… я — приманка. Он должен прийти спасать меня и угодить прямо в эту ловушку.

— Слав, ну что тебе не хватало? — тихо спрашиваю я, наклоняясь к нему. — Зачем вот это всё?

— Анастасия, долгая история, — грустно отвечает он, смотря на кусок пиццы в руке. — Трудно рассказать. Может, сам дурак…

— Ты ещё пожалуйся ей и обратно попросись. Ссыкло! — доносится со стороны едкий комментарий. Мы оба не обращаем внимания.

— Сильно расстроились? — Слава поднимает на меня глаза, в них мелькает что-то похожее на сожаление.

— Я с тобой проводила больше времени, чем с мужем. Конечно, расстроилась, — устало вздыхаю, поглаживая живот. — Он же тебя убьёт, Слав.

— Или мы его, — холодно отрезает охранник. — Посмотрим ещё, кто кого.

После ужина меня снова отправляют в комнату. Лежу на кровати, ворочаюсь с боку на бок, но заснуть уже не получается. Вместо этого я прислушиваюсь к шуму внизу, к грубым мужским голосам. Подхожу к окну, наблюдая за их неспешной суетой.

Скучно. Мои вещи так и не принесли…

Немного подумав, решаю спуститься вниз. Шаг за шагом, медленно спускаюсь по лестнице. Осторожно, словно боюсь, что меня заметят. Оглядываюсь по сторонам и цепляюсь взглядом за Игоря, который сидит на диване и уже внимательно наблюдает за мной.

— Ты чего спустилась?

— Пить хочу.

Игорь кивает, тянется к пакетам и достает бутылочку с водой — новая, ещё холодная. Я подхожу ближе, беру её и делаю несколько глотков. Чуть не давлюсь, когда громко хлопает дверь и по пустому залу эхом прокатывается бодрый голос Славы.

— А я как раз к вам иду!

Оборачиваюсь и вижу, как он идёт с сумкой для роддома, которую я просила принести. Аккуратно упакованная, прозрачная — как положено по правилам. Хотя Дима говорил, что мне до их правил должно быть пофиг — мол, всё предоставят. Роддом платный, блатной. Лучшие врачи города. Но я всё равно закупила всё сама, по списку, чтобы хоть как-то успокоиться. Надо же было чем-то занять голову.

В общем, смотрю я на эту сумку, и в голове внезапно вспыхивает идея. Чёткая, дерзкая. А что, если использовать Игоря? Он ведь явно ко мне неравнодушен. И бойцы Димы ко мне относятся неплохо…

Можно ведь сыграть на этом. Попробовать сбежать. Главное — изобразить всё убедительно. Включить актрису. Чуть-чуть игры, импровизации и давления на мужскую жалость.

Я же ничего не теряю. Если получится вырваться отсюда — отлично. Через врачей свяжусь с мужем, дам сигнал. Если нет — ой, ложная тревога. Это тренировочные схватки, я тут ни при чём.

— Ай-й… — шиплю, прижимая ладонь к животу. Кривлюсь, стараясь изобразить боль. Надеюсь, выходит правдоподобно.

— Что такое? — Игорь рывком поднимается с дивана. — Насть, ты в порядке?

Чувствую тепло его ладони на плече. Собственно, что я и говорила. Влюблённый, жалостливый… Это мой козырь.

— Да, вроде…

— Снова тренировочные? — хмурится Слава, скрещивая руки на груди.

— Надеюсь, — улыбаюсь уголками губ, делая глубокий вдох. — Что-то долго в этот раз. Меня ещё на ужине прихватывало. Не сильно. Сейчас больнее. Ай-й-й… Чтоб тебя!

Я утыкаюсь лбом в плечо Игоря. Скулю и вою, обнимая живот.

Меньше минуты прошло. С такой частотой схваток я бы уже давно рожать начала. Но они тупые мужчины. Что они поймут? И что вообще о родах знают?

Даже Слава, у которого трое детей, ничего толком не понимает. Как он говорил: отвёз, когда жена позвонила, забрал, когда позвонила. Вот и всё!

— Ты почему не сказала? Чёрт, тебе в больницу надо. Слав, дай её сумку!

«Да-да-да! Правильно! Увези меня отсюда!»

Охранник сразу подчиняется. Мои вещи полицейскому отдаёт. Нас провожает к выходу.

— Можете на моей тачке поехать.

— Да у меня своя есть, — Игорь помогает мне идти. — Насть, не переживай. Всё будет хорошо. Я тебя одну не оставлю.

Выходим втроём на улицу и движемся в сторону автомобилей мимо оглядывающихся на нас мужчин. Я намеренно опускаю глаза вниз, стараясь не поймать ничей взгляд. Мысленно молюсь, чтобы мой план сработал, и мы уехали отсюда как можно скорее.

— Я чёт не понял, — резко обрывает тишину Костя, заметив нас. — А вы чё тут шарахаетесь⁈

— Настя рожает. Ей к врачу надо, — суетливо бормочет Игорь, останавливаясь у машины. Он нервно роется то в одном, то в другом кармане, пытаясь найти ключи. — Я отвезу её в больницу, потом вернусь. Или с ней останусь… Не знаю. Вы без меня же справитесь?

Костя смотрит на него как на умалишенного.

— Ты чё несёшь? Какая больница? Какие врачи⁈ Хуйнёй не занимайтесь! Заприте её. Вон, Игорь. Ты же самый полезный. Что ей там надо…? Горячую воду? Пусть рожает сама. Мне вообще похуй!

— С ума не сходите, — спокойно встревает лысый, опуская деревянный ящик на землю. — Нам нужен только Дима. Увезите её в больницу, пусть рожает себе спокойно. Без криков, без визгов здесь. Без лишней суеты. Часики её всё равно здесь. А нажать кнопочку два раза и вызвать сюда рыжих любой идиот может!

— Вот именно! — подхватывает Игорь. — Это что за полевой роддом такой⁈ А если осложнения? Ей нормальная больница нужна!

— Ты её привезёшь, и через десять минут прискачут рыжие! — парирует какой-то татуированный. Точно не из местных.

— В соседнюю область можно отвезти, — предлагает один из ребят Димы. — Девчонка не рыжая. Они даже не подумают про Ржавого и кому-то там звонить. Тёлка без документов. Примут уж. Особенно, если надавить немного.

— Ага. Давайте ещё охрану ей приставим! — саркастически бросает один из «Костиных». — Захватим для неё какую-нибудь больницу целиком. Врачей для неё вызовем. Какого-нибудь главврача. Всех. Бросим готовить засаду и вот этим всем займёмся. Отличный план!

— Да не надо мне всех! Я сам справлюсь! — психует Игорь.

Обстановка накаляется с каждой минутой. Бывшие бойцы Димы яростно спорят с отморозками Кастета за моё право уехать. Слова становятся всё резче, голоса — громче, а взгляды — злее.

Спор быстро перерастает в шумную ссору, почти драку, и сюда на переполох подтягиваются мужчины.

Любопытные, блин. Каждый вставляет свои пять копеек, раздувая конфликт. Родить успеешь, пока они наболтаются и решат, что куда!

Невольно затаиваю дыхание, чувствуя спазм живота. Настоящий. Он начинается где-то глубоко внутри. Нарастает, словно волна, и вот уже весь живот каменеет, превращаясь в твёрдый, болезненный ком.

В ответ на это неприятное ощущение, пальцами сжимаю предплечье Игоря. Вою про себя, пытаясь унять дрожь. Глубокий вдох, выдох.

«Чёрт, сейчас вот вообще не время…»