Эпилог

Я бежала подобрав юбки, боясь, что произошло непоправимое. Как это могло произойти в замке, в окружении нянек и слуг не понимаю. Я ворвалась в кабинет мужа.

— Рет! Рет! Адаир пропал! — слёзы крупными каплями стекали по щекам, руки дрожали, а сердце едва стучало от ужаса случившегося.

— Спокойно, — Рет отбросил бумаги и быстро подошёл ко мне, прижал к груди. — Куда может уйти ребёнок? Наверняка прячется где-то, вы опять в прятки играли?

— Его нигде нет, — придерживаю заметно округлившийся живот, кусаю губы не зная что делать и куда бежать за своим сыночком. — Мы не играли, я вышла, чтобы попросить принести нам сок, а вернулась его нет. Рет, я боюсь.

Пожалуй, самый большой страх — это потерять ребёнка. Хоть Гардар давно не пытается этого сделать, но остаётся Орабель, а может есть ещё кто-то кого пока не знаем.

— Любимая, тебе нельзя волноваться. Я его найду, слышишь? — он взял меня за плечи, заглядывая в глаза. — И тот, кто посмел его украсть пожалеет, что на свет родился.

— Вот видишь, сын, почему нельзя так делать? Мама плачет, а граф готов убивать всех, — Гардар держал на руках Адаира удерживая портал за спиной. — Ну что, я могу нас поздравить со вступлением сына в силу. Теперь, Эми, я займусь его обучением, но ночевать он будет дома, как и договаривались. А пока мы вас оставим, столько всего надо рассказать.

Я не успела что-либо сказать, как они исчезли в мареве портала.

— Вот видишь, любимая, всё хорошо, — Дарет поцеловал меня в лоб, обнял, вдыхая запах моих волос. — Наш сын стал взрослым.

— Ему всего пять лет.

— Он мужчина, поэтому не всего, а уже пять лет.

— Теперь придётся ехать во дворец представлять сына двору. Это ужасно, — я крепче прижалась к мужу.

— Зато Эйнар будет рад увидеть Аннет, — муж подвёл меня к дивану и помог сесть. С этой беременностью я чувствую себя ужасно неуклюжей. Когда носила под сердцем Адаира была более лёгкой и поворотливой.

— Я не понимаю, почему его так тянет к ней? Тринадцатилетний подросток и четырёхлетняя девочка.

— Любимая, просто у них одинаковая магия, Эйнару нет необходимости себя контролировать рядом с ней. К тому же девочка его будущая жена. Не ревнуй, тебя никто и никогда не заменит.

— Вот ещё, — я тряхнула головой, расправила несуществующие складки на платье. — Я не ревную. Аннет милая девочка, а вот её мама…

— Эмиии, хватит вспоминать.

Да, я не забыла, как Орабель хладнокровно отравила Дарета и только чудо помогло мне его спасти. После рождения Аннет мы вынуждены ездить во дворец, чтобы дети общались, привыкали друг к другу. Только детям как раз и не было нужды привыкать друг к другу, они мгновенно нашли общий язык. А вот мы с Орабель так и не сделали этого. Признаться, я и не пытаюсь находить общее. Впервые в жизни я не могу простить.

Гардара простила. В конце концов, он признался почему в ту ночь подошёл ко мне. Он в который раз сделал предложение Аше, а она отказала выдвинув новые требования. Гардар вспылил, даже работа не охладила его пыл. Злость и жажда сделать кому-то больно подтолкнули его ко мне. А когда я назвала его именем брата он убедился в правильности своего намерения.

Признаюсь, первым порывом было пожаловаться мужу с просьбой побить Гардара, но когда познакомилась с его Ашей, даже посочувствовала. Девушка капризна и своевольна, вьёт из него верёвки. Вот уже пять лет постоянно вспоминает скоропалительность брака (как король и приказывал на следующий день Гардар едва ли не на плече внёс Ашу в храм и сделал своей женой), но при этом также любит мужа всем сердцем. Два года назад у них родилась чудесная девочка.

Гаррард по-прежнему один, кружит головы юным прелестницам, а потом разбивает их сердца. Мы все ждём, когда же он встретит ту, что отомстит за всех обиженных девушек. Чтобы он прочувствовал каково это любить.

— Знаешь, я не смогу не вспоминать, ведь тогда едва не потеряла тебя. Но могу пообещать, что моя нелюбовь к Орабель никак не отразится на Аннет. Хочу верить, что девочка вырастит достойной принцессой и хорошей женой нашему мальчику.

— Всё именно так и будет, любимая. Не думай о плохом, лучше подумай о наших малышах, — Дарет погладил мой живот и, наклонившись, поцеловал его, тут же получив два пинка.

Дарет оказался великолепным отцом. Подумать страшно, что он мог так и не испытать радости отцовства. Как оказалось, тринадцать поколений назад наследник рода не признал своего ребёнка нагулянного на стороне и проклятие легло на весь род. Чтобы его снять двенадцать поколений должны были признавать своими чужих детей, которых признал отец, но не женился на матери, либо женщина была вдовой.

Дарет боялся мне об этом рассказать, думая, что я не поверю в искренность его чувств либо сбегу, а он влюбился. Вот так просто с первого взгляда. А когда узнал, что я и есть та самая девушка, спасшая племянника, понял, что не отпустит. Как он признался наличие у меня ребёнка было неожиданным подарком небес.

— Ты прав, нашим детям нужны положительные эмоции. И всё равно я волнуюсь за Адаира.

— Родная хватит, наш мальчик наследник двух родов, вобравший всю магию рода Форсберг. Он справится. Ведь у него самая лучшая мама.

— И два умных и сильных отца, — я потянулась за поцелуем, «смывая» страх и переживания, пробуждая нежность и уверенность в светлом будущем.

Конец