5

Я стараюсь сосредоточиться на работе. Хотя бы самые срочные задачи разобрать. Но получается с трудом.

На душе полный раздрай. Вроде бы включаюсь в очередной проект, начинаю что-то печатать, а потом в голове снова мелькает Аверин — и все. Одной мысли хватает, чтобы полностью выбить из колеи. Просто зависаю, глядя в экран.

Паника захлестывает. Эмоции душат.

Ну почему он появился именно сейчас?

Все же было так хорошо. Спокойно, ровно. А теперь будто ураган ворвался в мою реальность и разнес привычный мир вдребезги.

Еще не разнес.

Одергиваю себя. Всю волю прикладываю, чтобы направить внимание на работу. Нужно закончить.

— Новый босс уехал, — замечает Софи.

Смотрю на нее. Меня хватает только чтобы рассеянно качнуть головой.

— Я думала, он только на обед, но нет, смотрю, до сих пор не вернулся, кабинет пустует, — прибавляет она. — Кстати, а ты обедала?

— Сначала закончу, — роняю и снова переключаюсь на дисплей.

Правда теперь у меня вообще ничего не складывается. Потому что думаю не о продвижении в СМИ нового заказчика, а о том, что Аверин уже тут обосновался. Кабинет выбрал. Похоже, задержится. Но этого стоило ожидать.

— Алена, ты мне совсем сегодня не нравишься, — сокрушенно вздыхает Софи. — Ну как это? Пропустить обед.

— Ничего, я все равно не голодна.

— Ты слишком много работаешь, — продолжает она. — Прекращай. Красивая женщина вообще не должна столько работать.

— Ты работаешь, — замечаю, глянув на нее с улыбкой.

— Для настроения, — пожимает плечами. — Чтобы дома не торчать. У мужа своя культурная жизнь, у меня — своя. А ты не переводи тему. Вот скажи, когда ты последний раз была на свидании?

Больше двух лет назад. С Авериным.

Память услужливо подбрасывает наш поход в ресторан.

— Давно, — выдаю вслух. — Извини, мне надо срочно это закончить.

— Новый босс недоволен?

— Да, — киваю. — Он разнес мой проект по полной.

Софи закатывает глаза.

— Ему нужно расслабиться, — говорит она. — Он всем недоволен. А тебе нужно сходить на свидание. Пока не стала такой же занудой. И не говори про ребенка. Есть няня. Она может присмотреть. Задержаться, если надо.

Упоминание про моего сына обжигает.

А если бы Аверин услышал?

Нет, ну он вряд ли бы стал свидетелем нашего разговора. Но это же в любой момент может произойти. Кто-то в офисе бросит какую-нибудь фразу. Да хотя бы просто спросит, как мой Миша. И все.

— Тебе плохо? — вскидывается Софи, поднимаясь со своего кресла и подходя к моему столу. — Ты так побледнела…

— Да, мне не очень хорошо.

— Сделать тебе кофе?

— Пожалуйста, — выдаю тихо.

— Я быстро.

Остаюсь в кабинете одна. С трудом перевожу дыхание. Настолько сильно меня пробирает.

Нет, нужно что-то с этим делать. Успокоиться. Найти выход.

Но какой выход тут можно найти?

С одной стороны мне немного легче дышится, когда Аверина хотя бы в самом офисе нет. Но с другой стороны — проблема не решается. И не решится.

Лучше бы мне найти другое место работы.

Однако если он узнает правду. Ничего уже не поможет.

Сама не знаю, как беру свои чувства под контроль и умудряюсь выполнить все поставленные на сегодня задания.

Софи ускользает раньше, а я немного задерживаюсь. Проверяю телефон, читаю сообщения от няни. Она периодически отправляет мне фото, видео, короткие отчеты о том, как проходит день.

Смотрю на сына. Невольно улыбаюсь.

Становится легче, просто потому что вся моя сила в моем малыше. Ради него на все пойду. Только бы мой маленький был счастлив.

Что ему может дать Аверин?

Даже думать об этом не хочется. Знаю, как он старшего своего сына воспитал. Тот видимо рос в атмосфере полной вседозволенности.

Качаю головой, отгоняя дурные мысли.

Нет, сейчас еду домой. Мне нужно быть в хорошем настроении. Никакой тяжести, тревоги.

Мой малыш меня чувствует. Не раз замечала, как легко ему передается мое состояние.

Выхожу из офиса, на автомате вызывая такси.

Машины сюда приезжают быстро. Минута-две. Но тут на моем пути показывается двое мужчин.

— Добрый вечер, мадам Золотарева, — заявляет один из них. — Извините за беспокойство, но вам необходимо проехать с нами.

Цепенею. Что?

Люди Аверина.

Эта мысль мелькает первой. Потому как других вариантов у меня попросту не возникает.

Ну а кто еще это может быть? От кого?

Смотрю то на одного, то на другого.

— Не волнуйтесь, — прибавляет тот человек, который уже ко мне обращался прежде. — Я думаю, это не займет много времени.

— Нет, — отрицательно качаю головой. — Я не могу никуда поехать.

Рядом как раз притормаживает такси.

— Это моя машина, — замечаю.

Шагаю в сторону.

— Боюсь, вам придется ее отпустить, — замечает второй мужчина.

И перед моими глазами появляется полицейское удостоверение.

— Что происходит? — роняю, ощущая, как напряжение, все сильнее сковывает тело. — По какому вопросу вы…

— Вам все объяснят.

— Не нужно беспокоиться.

Они общаются со мной очень вежливо. И правда — как будто пытаются успокоить.

Один из них подходит к такси, немного общается с водителем. И тот отъезжает дальше. А вскоре на этом месте паркуется уже совсем другая машина.

— Прошу вас.

Мне открывают дверцу. Приглашают туда.

Что-то царапает внутри. Возникает смутное дежавю.

Однажды меня затолкали в машину Аверина. Силой. Но там были не полицейские, а его охранники.

— Мадам, — меня мягко подгоняют.

Приходится шагнуть вперед, сесть в машину.

Какие вопросы ко мне могут быть у полиции?

Ума не приложу.

По пути мне никто ничего не объясняет. Но чем дальше мы едем, тем сильнее становятся подозрения.

Это все центр. Самый центр. Сердце Парижа.

И я не помню, чтобы рядом был какой-то полицейский участок. И вообще, разве не странно, что меня так прямо под офисом забрали?

На меня подействовало удостоверение. И то, как эти люди держались. Уверенно, профессионально.

Но что если…

Когда авто притормаживает перед отелем «Плаза», у меня сердце обрывается. Холод пробегает по телу.

— Вы действуете по распоряжению Аверина? — спрашиваю.

— Тише, мадам, вам все объяснят.

Дверца открывается.

Теперь меня приглашают выйти.

Но я не спешу.

— Вы понимаете, что поддельные удостоверения… — начинаю я.

— Удостоверения настоящие, — слышу в ответ.

— Вам лучше выйти, — добавляет.

Не похоже, будто есть выбор.

Эти двое провожают меня до самого номера. По просторному холлу, по коридору. К лифту. И дальше наверх. В самый роскошный люкс.

Мы как-то снимали тут рекламную компанию. Как выглядит номер знаю. Сама ведь потом отбирала снимки для промо.

— Приятного вечера.

— До свидания.

Надо же как вежливо.

Со мной прощаются и закрывают дверь.

Сразу проверяю ручку — не поддается. Сейчас номер изнутри не открыть. Сколько не пробую повернуть замок — напрасно.

Ну просто отлично.

Оборачиваюсь. Осматриваюсь. Не выдержав, обхожу номер, и понимаю, что тут пусто.

Аверина здесь нет. И такое чувство, будто и не было. Нигде не замечаю его вещей.

Растираю гудящий затылок.

Мне домой нужно. К ребенку.

Первым делом набираю няню.

— Извините, я задержусь, — говорю. — Форс-мажор.

— Хорошо, я поняла.

— Я пока не знаю, когда вернусь.

— Не волнуйтесь, Алена. Я буду вас ожидать.

— Спасибо большое.

Тянет спросить про Мишу. Задать несколько привычных вопросов. Но тут делать это опасаюсь.

Лучше не рисковать.

Аверин может появиться в любой момент.

Прощаюсь с няней и убираю телефон.

Меряю комнату шагами, прохаживаясь из одной стороны в другую.

Наталкиваюсь взглядом на панель управления. Тут можно не только регулировать свет и температуру в номере. Тут есть кнопка связи с администрацией внизу.

Подхожу. Жму. Еще не знаю, что скажу, может просто вызову обслуживание в номер, и как только дверь откроется, уйду.

Хотя внизу могут ждать. Но здесь должен быть еще один выход. Тоже по съемке помню. Через него заносили аппаратуру, чтобы не беспокоить гостей отеля.

Но все мои идеи бесполезны.

Связи нет. Сколько не нажимаю — ничего. Никто не отвечает.

Аверин все предусмотрел.

Судорожно выдыхаю, обессиленно опускаюсь в кресло.

Ладно. Может быть получится договориться. Что-то сказать ему, как-то объяснить.

Прокручиваю в голове разные варианты. Тем лишь сильнее себя изматываю. Постоянно смотрю на время.

Уже слишком поздно.

Ночь.

Но так он и сказал сразу: приехать ночью.

Когда позади слышится звук открываемой двери, резко поднимаюсь и оборачиваюсь.

Тяжелые шаги все ближе и ближе.

В проеме показывается Аверин. Отбрасывает пальто куда-то в сторону. Смотрит на меня. Жестко, пристально.

Нет. Мы не договоримся.

А дальше понимаю это особенно четко. Когда он ослабляет галстук, стягивает через голову, бросаю вслед за пальто. Туда же отправляется и пиджак.

Аверин проходит мимо меня. Усаживается в кресло. Вальяжно разваливается, небрежно выдает:

— Долго так стоять будешь?

— Нет, мне домой пора, — говорю, с трудом выдерживая его давящий прожигающий взгляд.

— Никуда ты не поедешь, — отрезает.

— Нет, я…

— Раздевайся.

— Что? — мои брови сами собой взлетают вверх.

— Ты слышала.

Он смотрит на меня исподлобья.

— И почему я должна раздеваться? — бросаю нервно.

— Я так хочу, — заключает невозмутимо. — Хочу, чтобы ты мне голая отсасывала.