Глава 2

Маяр.

Я чертыхнулся, когда мне позвонили с просьбой подъехать на семьдесят седьмой участок. Там сегодня открывали парк после масштабной реконструкции и просили моего внимания.

Можно подумать, мне нужна была их грамота. Тем более сейчас, когда дома ждет такая красотка. Предпочтительнее находиться рядом с ней, чем выслушивать лживые благодарности.

За годы руководства на асфальтно‐бетонном заводе, я повидал множество различных людей, выслушал тысячи слов благодарности и получило около двухсот грамот, которые пылились у меня на полке в шкафу рабочего кабинета.

И если я видел довольные лица горожан, которые действительно радовались, что им больше не придется ломать ноги по ужасной дороге, выбитой едва ли еще не при совке, то этим эмоциям я по‐настоящему верил. А вот эти бумажки ― лишь очередное подлизывание и намек на какое‐то дальнейшее личное сотрудничество.

Хрен вам, а не сотрудничество. Хотите красивые дороги и тротуары ― становитесь в очередь, составляйте проекты, договора и вперед. По-другому я не работаю. Знаю таких «друзей», которые мечтают водить со мной дружбу, но я был далеко не мальчиком, чтобы не понимать суть их подлизываний.

Это на начале карьеры я мог повестись на улыбочки и добрые слова, но не сейчас, когда в своем бизнесе я стал матерым волком. К тому же кому как не мне, выходцу из детдома, знать всю реальную сущность людей. Когда они чего‐то хотят от тебя, у них это на лбу написано. Хотя сами они этого не подозревают. Но я считываю по их лицам все. От закусывания губ, до нервного метания взгляда.

Эти людишки могут обмануть себя, но не меня.

Почему‐то в мыслях возникла официантка. Девочка с характером и стальными нервами. Вот она точно ничего не хотела от меня, не имела скрытых мотивов и желаний. А то, что ей надо было, она озвучила. Милли нужны деньги. Зачем? Меня не интересовало, зато она сама подтолкнула себя в мои руки, чему я и был рад. А остальное волновать меня не должно. Три месяца, и я дам ей развод. И хотя я знал, что она от меня ничего не хочет, брачный контракт я все равно составлю. А вдруг она умелая мошенница и хорошо играет с эмоциями.

Хмыкнул про себя. Да уж, можно подумать, я с такими не сталкивался. Нет, Миллиана точно не будет охотиться за деньгами. Просто что‐то произошло, потому ей и понадобились деньги. Она не юлила, а сразу сказала в лоб, и меня это порадовало в ней. Да и в целом характер у девчонки огонь. Другая бы уже сломалась, подчинилась моим приказам, и я бы трахнул ее в кабинете без зазрения совести. А эта не прогнулась, высказала свои пожелания, что снова‐таки меня удивило. Не каждая нашла бы в себе смелость на такое. Да и сколько у меня их было? Все готовы были раздвинуть ноги по щелчку. Еще бы, огромные деньги, статус. Наивные дурочки думали, что могут заполучить меня со всем этим. Едва ли не каждая считала себя особенной для меня и надеялась, что сможет на себе женить.

Смешно. Особенно учитывая тот факт, что однажды я уже был женат, и мне это дико не понравилось. Жена слишком чокнутая досталась. Надеюсь, с Милли будет попроще.

Хотя…

Интересно, спит девочка уже?

Я припарковался у ворот, жестом показывая охране, чтобы дали мне пару минут. Откинулся на сидении и, опустив стекло, глянул на окна своей спальни. Свет погашен, только ночник горит в другой части комнаты.

Ждет или уснула?

В любом случае, секса сегодня мне не видать. Да и подустал немного. После официальной части лицемерных улыбок меня пригласили на фуршет. Не скажу, что я был этому рад, но понимал, что именно там могут наклевываться серьезные предложения или заказы. Так и случилось. Один депутат подошел ко мне с серьезным разговором, который в ближайшие недели может закончится удачной сделкой.

Бросил взгляд на приборную панель. Одиннадцать. Нужно идти отдыхать.

Дал знак парням и уже через минуту припарковал автомобиль под навесом.

Забрал телефон и, выйдя на улицу, осмотрелся. Завтра вечером можно будет устроить посиделки на заднем дворе. Только бы официантка не заартачилась. С нее станется.

Зайдя в дом, отметил полную тишину. Взбежал по ступеням на второй этаж и, тихо открыв дверь в комнату, нахмурился. Какого хера?

Кровать пуста.

Я включил свет и прошел по комнате, подумав о том, что Миллиана могла быть в ванной. Но и там оказалось пусто. Голову посетили неприятные сомнения, и я размашистым шагом отправился в комнату к Заре.

Постучал несколько раз и услышал за дверью шорох. Уже хорошо. Не смылись.

Через пару секунд щелкнул замок, и передо мной появилось хмурое лицо официантки. Мой взгляд опустился на ее грудь, облаченную в хлопковую пижаму. Нужно поработать с этим вопросом, чтобы ночью надевала какие‐нибудь кружевные тряпки. А еще лучше спала бы голой.

– Что не так, Миллиана?

– Ты же… вы же сказали, что дадите мне немного времени…

– Я где‐то упомянул, что ты можешь спать в другой комнате?

– Нет, но…

– Быстро вернулась в нашу спальню. У тебя две минуты.

И, развернувшись, я ушел к себе, собираясь принять душ.

Удумала же, мелочь такая, к сестре идти спать. Повод нашла. Я, конечно, дал ей отсрочку в пару дней без секса, но это не значит, что спать она будет тоже отдельно. Это уже слишком.

Приняв душ, я уставший вернулся в комнату и довольно оскалился. Лежит с носом зарывшись под одеяло. Еще и на моей подушке. Ну ничего, мне это даже нравится.

Погасил свет в основной комнате и прошел к кровати. Милли делала вид, что спит глубоким сном, но стоило мне только поставить колено на матрас, как я тут же заметил, как она напряглась. Глупышка, думает, что я не держу своих слов?

Улегшись на кровать, я прикрутил ночник, забрался под одеяло и хмыкнул. Однозначно спать с женщиной мне нравится. Уже постель нагрета. Подвинулся ближе и, обхватив ее за талию, потянул в свои объятия.

– Ложись, приласкаю.

Почувствовал, как она вся напряглась, и мысленно покачал головой.

Уложил ее на свое тело и рукой прошелся вдоль позвоночника, услышав громкий выдох. Волнуется. Неужели думает, что я пойду против своего слова? Я бы с радостью, но ублюдком никогда не был.

– Спи, ― прошептал я и поцеловал ее в макушку.

Миллиана по‐прежнему была напряжена. Не верила мне, значит, ждала подвоха. Я даже дыхания ее не слышал.

– Милли, расслабься и выдохни. Я же сказал, что не буду тебя сегодня трахать. Что не так?

В ответ последовало легкое шевеление, а через пару минут она наконец‐то смогла выдохнуть. Постепенно ее тело обмякло, и через некоторое время я услышал ровное дыхание. Так‐то лучше. Сначала показалось мне, если бы не одно, но… теперь я четко ощутил на своем теле острые соски, которые впивались мне в бока. Это аут. Я и так еле держусь, охеревая с ее шикарного стройного тела с правильными, изумительными округлостями, так еще теперь и это.

Нет, точно это мне в наказание.

Крепко зажмурил глаза ― не помогло. Возникло стойкое желание положить девочку на спину, нависнуть сверху и впиться жадными губами в ее грудь. Терзать, посасывать, покусывать, чтобы стонала от желания вперемешку с болью. Чтоб умоляла взять ее прямо сейчас и трахать так долго, пока между ног не начнет саднит.

Ай, черт! Я бы все это сделал, если бы не обещание. А так я только спугну ее. Она же доверилась, уснула на моем плече, зная, что я ее не трону. А поступи сейчас иначе, она потом всегда будет меня жухаться. И так еще боится, а после такого и подавно.

Нет, сдержусь. Всего лишь две ночи, не больше. А потом буду делать с ней то, что захочу.

Все‐таки усталость сделала свое дело, и я уснул, продолжая ощущать на себе ее соски. Кажется, они мне даже снились.

Проснулся я в одиночестве, только подушка примятая говорила о том, что все это был не сон, и рядом со мной спала прекрасная официантка. Ну вот спрашивается, и чего ей не спится в такую рань? Боится, что я денег не дам? Так вроде же уговор.

Решив не гадать попросту, сходил в душ, переоделся в темно‐синий костюм и белую рубашку и уже собранный спустился вниз.

В гостиной никого не было. Я бросил взгляд за окно, отметив, что на улице сегодня идет дождь. Погодка так себе. По пути на кухню застегнул пуговицу на пиджаке и застыл у входа. За обеденным столом сидели две девушки и весело хохотали, подтрунивая друг над другом. Но стоило им заметить меня, как улыбки с их лиц слетели и девочки напряглись.

– Доброе утро.

– Доброе утро, дядь.

– Доброе, ― тихо ответила моя «невеста» и взгляд уткнула в свою тарелку.

– Как спалось на новом месте? Приснился жених невесте?

Милли зыркнула на меня колючим взглядом и снова посмотрела в свою тарелку, а вот Зара напротив, хмыкнула, открыто смотря мне в глаза.

– Еще и как приснился! Ваш племянник, Антон. Теперь я верю, что он моя судьба.

– Зара, ― шикнула на нее сестра, а я усмехнулся, присаживаясь за стол.

– Маяр Егорович, доброе утро. Что вам подать на завтрак?

– Доброе утро, Виталина Викторовна. Яичницу с колбасой, пожалуйста, и кофе.

– Хорошо, пару минут.

– И так, что по поводу тебя, Зара, и Антона.

– А что по поводу вас, дядь? Вы ночью с моей сестренкой сделали грязные делишки?

– Зара, помолчи, как ты разговариваешь? ― снова шикнула на нее официантка, а я улыбнулся.

– Не переживай, Милли, меня это не задевает.

– Кто бы сомневался, ― буркнула она и тут же осеклась.

Я бросил на нее строгий взгляд. Она может выговаривать мне в спальне, но не при других людях. И неважно, сестра это ее, или кто еще.

– Простите, ― тут же произнесла она и, схватив свою чашку, отпила кофе, таким образом пряча улыбку.

– Дядь, а вы всегда такой строгий?

– Разве? Мне казалось, я очень даже мягкий. Чем планируете сегодня заняться?

– А, нам нужно поехать прикупить Заре немного вещей. Через пять дней уже школа начинается.

– Ладно. Денег дать?

– Нет, у нас еще есть, ― растерянно ответила Милли, бросая на меня взгляды из‐подо лба. ― Я бы потом хотела приступить к работе по дому. Вы говорили, я смогу подобрать себе форму.

– Да, обратишься к Виталине Викторовне, она поможет, ― произнес я, как раз когда к нам подошла повар.

– Хорошо, Маяр Егорович, я с удовольствием помогу.

– Спасибо.

Завтрак проходил в тишине. Больше никто не произнес не слова, и я был за это благодарен. Не очень любил вести беседы по утрам, тем более, если я оставался неудовлетворенным. А такое состояние у меня будет минимум до завтрашнего вечера.

– Миллиана, проводи меня, ― приказал я, вставая из‐за стола и откладывая салфетку.

– До встречи, дядечка, ― услышал обращение Зары и мысленно чертыхнулся. Специально же дразнит.

– До вечера, Зара.

Милли последовала за мной. Уже в прихожей я развернулся и, схватив ее за руку, притянул к себе. Официантка охнула, но не отстранилась. Попробовала бы только.

– Деньги привезу через пару часов. Это чтобы ты не волновалась.

– Спасибо за заботу.

– По магазинам езжайте с моим водителем. Я дам распоряжение, чтобы через час подал машину. Успеете?

– Мы бы могли…

– Мы за городом. Еще претензии?

– Ни одной, ― покорно согласилась она, хотя я понимал, претензий у нее ко мне море, но озвучивать их сейчас будет не лучшим решением.

Я склонился к ее лицу и, смотря в глаза, оставил на губах легкий поцелуй.

– Прекрати зажиматься, и в сексе я люблю раскрепощенных девушек.

– Что‐то еще, господин?

– Остроумно.

Обратил внимание на злость в ее глазах и мысленно хмыкнул. Сопротивляйся, девочка, мне это нравится.

– Прикупи для себе какое‐то кружево. Не знаю, пеньюары, или что вы там обычно носите? Но не спи со мной в пижаме. Когда я буду к тебе прикасаться по ночам и брать то, что теперь принадлежит мне, ты должна быть в красивом белье. Но, как вариант, разрешаю быть вообще голой.

Достал из кармана карту и протянул едва ли не шипящей девушке. Злится малышка.

– Это для твоих тряпок. И запомни, я люблю красивое.

Заметил, что Милли не сразу согласилась брать карту. Вела какую‐то внутреннюю борьбу, но разум победил, и она все же сдалась. Прижала ее к груди, одарив меня гневным взглядом.

– Хорошего дня, кошечка.

– Фэээ, прямо как проститутке пожелал.

Я в ответ помолчал. Пусть думает, что хочет.

Выйдя из дома, я уселся за руль своего автомобиля. Водитель у меня имелся, но я любил больше, когда сам сижу за рулем. Да и в одиночестве побыть не помешает.

Отбросив папку с документами на соседнее сидение, выехал за ворота. Настроение ― отдыхать. Хорошо, что завтра суббота и будет время отоспаться. По крайней мере я на это надеюсь, ибо с Зарой можно ожидать чего угодно.

По дороге в офис набрал своего водителя, отдав распоряжение на счет девочек. Пусть теперь с ними возится и без дела не сидит.

Урегулировав некоторые вопросы в офисе и раздав распоряжения по паре объектов, я поехал в банк. Помня о договоренности с официанткой, я сразу же снял необходимую сумму денег и повез ее домой. Пусть полежит в сейфе, а вечером уже отдам Миллианне. Для порядка все же спрошу, для чего ей понадобилась такая сумма, да еще так быстро. Ну не в карты же она проиграла, в конце концов.

Миллиана.

– Слушай, сестренка, здесь так красиво! ― восторженно произнесла Зара, задрав голову и рассматривая невероятной высоты потолки, с которых свисали такие же огромные люстры.

– Да уж, привезли нас, так привезли. Я только вот сомневаюсь, что у меня хватит средств купить тебе хотя бы одну кофту в этом магазине.

– Так тебе же дядь дал карту на покупки, ― удивленно отметила младшая, посмотрев на меня хмурым взглядом.

– Нет, Зара, он дал карту, чтобы я купила кое‐что для него.

– Что, трусы со слониками?

– Нет. Идем искать, где тут дешевые магазины, под наш карман.

– Милли. А вы уже чпеко‐шмекались ночью?

– Зар, ты обалдела? Выражения подбирай! ― рявкнула я, чувствуя себя варенным раком. Так покраснела.

– Ну а что, можно подумать, я не понимаю ничего.

– Прекрати, пожалуйста. Я, между прочим, твоя старшая сестра, а ты так разговариваешь со мной…

– Ну, я думала, мы подружки, ― расстроено ответила она, остановившись посреди зала и прикусив губу.

Я выдохнула. Подошла к сестре и, подняв ее лицо пальцами за подбородок, посмотрела в глаза внимательным взглядом. Зара выглядела расстроенной, и мне это жутко не понравилось. Я не хотела, чтобы она думала, будто мы просто родственники, и на этом слове все. Это же не так.

– Малышка, мы подружки, и я хочу, чтобы ты делилась со мной самым сокровенным, как и я с тобой. Ты пойми, что ни одна твоя знакомая не будет лучшей подругой так сильно, как родная сестра. И ты должна понимать, что в любой момент от подруги можно ждать чего угодно. Нет, такие не все, безусловно, но бывает, что так случается. А я… даже если ты меня обидишь, я все равно тебя поддержу. Потому что мы сестры.

– А я не буду тебя обижать, ― сквозь грусть произнесла она, на что я тут же улыбнулась.

– И я не буду тебя обижать. Просто пойми, что есть вещи, которые я не могу обсуждать ни с кем. Вот была бы ты чуточку постарше, я бы с тобой делилась этими моментам.

– А когда ты сможешь со мной ими делиться? Когда мне восемнадцать стукнет?

– Думаю да.

– Как же долго ждать.

–Это тебе так кажется, ― хмыкнула я и щелкнула ее по носу. ― Пойдем уже искать тебе одежду?

– Пойдем.

Мы направились по огромному прямоугольному залу, в надежде все‐таки найти что‐то подходящее для нашего кармана. Но когда мы обошли сначала одно крыло, потом второе и даже весь нижний этаж, я поняла, что все напрасно. Здесь только для богатеньких тетей, которые взяли карточку у своего женишка или мужа. Вот как я сейчас. Только у меня был другой случай. За чужие деньги мне необходимо купить белье, если его можно так назвать. А для Зары покупать вещи в этом торговом центре я не могла.

– Поедем в другой?

– Да, только… ― я задумалась, как бы правильнее объяснить сестре, что мне нужно кое‐что купить.

–Что‐то случилось, Милли?

– Эм, не то, чтобы случилось, просто мне нужно кое‐что купить. Я тебе говорила, Бондарев просил.

– Ааа! Ну пойдем, купим.

– Может, я сама сбегаю? А ты меня здесь на диванчиках подождешь? ― кивнула в сторону уголка отдыха, в надежде, что сестра согласится.

– Ладно, ―кивнула она, а у меня словно гора с плеч, ― только быстро, хорошо?

– Конечно. Я скоро.

И, чмокнув Зару в щеку, я быстро рванула в тот магазин, который успела выцепить глазами в поисках чего подешевле. И хорошо, что он находился подальше от зоны ожидания сестры. Иначе попробуй объясни ей. Зара хоть и не маленькая девочка, но мне казалось, что говорить про свои интимные планы будет лишним. А вот насчет инструктажа, как и когда можно спать с парнями, это да. Это мы проходили не один раз, и я четко дала понять, что ей еще рано. Всему свое время.

Выбрав в бутике с баснословными ценами несколько видов комплектов кружевных пеньюаров и белья, я прихватила так же более скромный, но не менее сексуальный пеньюар кремового оттенка, в комплект которого входил шелковый халат длиною в пол такого же цвета. В этом наборе были кружевные только рукава и вставка на пеньюаре в области талии. Но, между прочим, набор смотрелся очень привлекательно. Не пошло, но… Так, мне вообще какая разница? Покупаю так, словно я буду им любоваться. Как же! Все для этого… наглого хозяина.

Быстро примерив все и убедившись, что в целом смотрится неплохо, я прошла на кассу, чтобы оставить там нехилую сумму денежек за эти тряпки. Ох, никогда не понимала, зачем платить так много за то, что можно купить и подешевле.

На кассе мне мило улыбались и готовы были едва ли не спеть за то, что я делаю им такую прибыль. А мне хотелось закричать, что это не я, не я делаю. А Бондарев, наглый нахальный самец. Но пришлось молчать. И, как только получив чек, сбежать подальше от удушающей атмосферы пафоса, богатства и лживых улыбок.

Да им плевать на меня, они радуются, что какая‐то дурочка купила на едва ли не пятьдесят тысяч белья. Господи, какой маразм. Зачем Маяру все это?

Возвращаясь к сестре, я шла более или менее удовлетворенная. Казалось, что самое сложное уже позади. А вот купить младшей одежду ― это куда проще и приятнее. Но с таким настроением я пробыла недолго. Ровно до того момента, как возле одного из бутиков не увидела Бондарева, мило улыбающегося красивой молоденькой брюнетке. Его рука покоилась на ее талии, а взгляд говорил красноречивее слов…

Мое сердце колотилось как бешенное, пульс подскочил, и я готова была бежать отсюда куда глаза глядят, но понимала, что мне не должно быть до этого никакого дела. Я не ревновала, конечно, нет. Но я и не должна быть одной «из». Мысль о том, что он собирается спать параллельно еще с кем-то, неприятно резанула душу. Но я постаралась держать себя в руках. Я всего лишь договорная жена, и не имею права предъявлять ему нечто подобное. Просто попрошу об одолжении.

Еще раз бросив взгляд на счастливую парочку, чувствуя себя преступницей, тихо сбежала с места преступления.

Я не должна была их видеть. Не должна. Но увидела, и теперь это стало главной проблемой.

– Все купила? ― уточнила Зара, заметив мое приближение.

– Да. Пойдем отсюда. Нам еще надо за покупками в другой магазин.

– Ладно. Ты мне не покажешь, что купила?

– Дома, ладно?

Мне хотелось поскорее уйти отсюда, чтобы случайно не столкнуться с Маяром и его девушкой. Иначе я не сдержусь, и будет скандал, а я не в том положении, чтобы закатывать скандал. В конце концов, я не ревную, мне просто очень неприятно, что помимо меня он спит еще с кем‐то. Это унизительно. Мне нужно остыть, угомонить свои чувства и дождаться вечера. Тогда уже нормально поговорить и разъяснить все нюансы.

Постаралась выдохнуть, но волнение наросло такой силы, что я едва могла дышать.

Дальше мы поехали в торговый центр для простых смертных. Выбрали для Зары всю необходимую одежду и обувь. Она только кривилась, глядя на туфли.

– Ну это же мрак, нет, систер, я такое не хочу, ― приговаривала она, а я лишь пожимала плечами.

Не хочет, так не хочет, заставлять не стану. Найдем другое. Мне тоже важно, чтобы сестра оставалась довольна. Она не наглела, не выпрашивала то, что мне не по силе купить, но и отказывалась брать в принципе то, что ей не по душе.

– Давай в следующий раз? Может еще будет новый завоз.

Я соглашалась, и мы шли в другой отдел. После было нижнее белье и сумка для учебников. Хотя… помня себя в ее годы, мы не сильно‐то и носили учебники в одиннадцатом классе.

– Все, вроде бы ничего не забыли.

– Банты точно не надо? ― с прищуром поинтересовалась я, зная, что сестра не любит это дело у выпускников.

– Точно. Это же первое сентября, а не конец учебного года. Вот в мае и купишь мне банты.

– Хорошо.

– Милли, а мы много потратили сегодня, да?

– Достаточно, ― метнула вверх брови и вздохнула. Наконец‐то немного расслабилась. ― Сейчас сложно мало потратить, собирая ребенка в школу.

– Я подросток, а не ребенок.

– Тем более, ― хмыкнула, расплачиваясь за сумку. ― Спасибо. Всего доброго.

– И вам спасибо. До свидания.

Мы вышли из магазина, и сестра забрала у меня пару сумок.

– А ты что‐то хотела? Почему спрашиваешь за деньги?

– Да, часы мне нравятся, скелетоны.

– Ох…

– Но, если брать хотя бы не из самых дешевых, чтобы не так быстро поломались, тогда это не меньше тысячи.

Я остановилась и повернулась к сестре. Мне было понятно ее желание, и очень хотелось сделать для нее этот подарок, но с учетом потраченных средств я просто не могла.

– Малышка, не сейчас. Я куплю тебе, но не сейчас, ― я заметила, как в секунду ее глаза погасли, и в них появилась грусть, ― я обещаю, куплю, просто немного попозже. Тебе сейчас в школу еще много денег надо будет, а я все сразу не потяну.

– Ладно. Я понимаю, Милли.

Она понимала, а грусть в глазах никуда не исчезла. Если бы я только могла.

– Я обещаю, сестренка, как только мы вылезем из этого дерьма, нам станет проще жить. Я больше не буду копить на долг, и мы сможем с тобой покупать то, что хотим. Ну, в пределах разумного, конечно.

– Милли, не оправдывайся. Все хорошо. Ты и так слишком много делаешь, ты пошла на жертвы ради меня. А часы, вон… на телефоне глядеть буду. Поехали домой?

– Домой, ― хмыкнула я, понимая, что, как не крути, а на ближайшие три месяца дом Бондарева и наш дом тоже.

По приезду из города Виталина Викторовна накормила нас вкусной солянкой. Признаться честно, мне было некомфортно оттого, что для нас кто‐то готовит еду. Нет, я не брезговала. Повар у Маяра ― женщина чистая и опрятная, более того, с ней очень приятно общаться. Просто я не привыкла, что меня кто‐то обслуживает. Зачем? Если я и сама в состоянии приготовить вкусную еду. Но спорить с Бондаревым я не собиралась. Себе дороже. Да и женщина делает свое дело, за что и получает деньги. Я же не могу лишить ее работы.

– Виталина Викторовна, Маяр говорил, что я могу к вам обратиться на счет униформы.

– Не поняла, вы о чем, Милли?

– Ну, дело в том, что я здесь не просто новая, эм… ― как бы корректнее выразиться, ― я не просто невеста Маяра, я еще буду и подрабатывать.

Женщина нахмурилась, но спрашивать ничего не решилась. Видимо понимала, что лезть на чужую территорию со своими вопросами не самый лучший вариант.

– Конечно, я сейчас принесу. Какой размер вы носите?

– Сорок второй.

– Хорошо. Одну секундочку.

– Зашибись, ― просвистела Зара, когда узнала, что я буду здесь работать. ― Я все же думала, что мы обойдемся без этого. Разве твоя свобода ― недостаточная цена?

– Мне кажется, кто‐то пару часов назад хотел часы?

– Да, но это не значит, что ты должна работать из‐за меня.

– Зара, я не работаю из‐за тебя. Я работаю для нас. К тому же, у меня тоже могут быть свои потребности.

– Да, извини.

А вечером, когда я убирала гостиную, домой вернулся хозяин. Я напряглась немного, но встречать его, и уж тем более делать вид, что мы счастливая пара в ожидании предстоящей свадьбы, не собиралась.

– Добрый вечер, ― бросила я, проходя мимо Маяра на кухню.

Он одарил меня хмурым взглядом и перехватил за руку.

– Разве ты не собираешься встречать меня с работы?

– То есть?

– Можно хотя бы для приличия подойти ко мне, не говоря уже о чем‐то большем.

– Простите, с непривычки, ― буркнула первое, что пришло в голову.

– А еще мне не хватает твоей улыбки. Ты так и будешь хмуриться, или я тебя силой держу?

А ведь он прав. Силой меня никто не держит. И если я захочу сейчас уйти, то я уйду, только останусь без денег, и тогда у меня отберут квартиру, а потом и сестру.

– Нет, ― я постаралась улыбнуться, но получилось не совсем искренне, ― Маяр, у меня к вам есть разговор. Мы можем пройти в кабинет?

– После ужина?

– Да, конечно, ― согласно кивнула я и вздрогнула, когда в кармане формы зазвонил телефон.

Бросив взгляд на экран, поняла кто звонит и мысленно чертыхнулась.

– Извините, я на минутку.

И быстро убежала вверх по лестнице. Маяру знать о моих проблемах необязательно.