ГЛАВА 4
- Богиня, что скажешь мне? – решилась я на вопрос.
Как-то не обращалась никогда к богам, некогда было. Да и к кому идти? Какого покровителя выбрать? Я не азартна и не насколько в себе уверена, чтобы обращаться к Судьбе, Победе, Войне или Триумфу. К богине-Матери или Деве? Но как-то не по моему образу жизни к ним идти, а до Заступницы еще рано: здоровье радовало, а заработка хватало.
- А что ты хочешь узнать? – прищурилась довольно Судьба.
Она мне сейчас так сильно кошку, наевшуюся вкусных сливок напоминала, что стало не по себе. Вот сейчас начнет со мной играть, забавляться, а расхлебывать всё мне придется. Еще не известно, что Судьба мне подкинет в жизни, слишком довольна собой она была.
- Спрашивать о том, принимать ли мне предложение твоей почитательницы или нет, я так понимаю, смысла нет, - начала аккуратно, внимательно следя за выражением глаз златокудрой богини.
- Та-ак, - протянула она, - Это почему же? Может быть, я как раз пришла к тебе, чтобы помочь с выбором. Смотрю - человек колеблется, а я помочь могу.
Слова выговаривает так, будто кошечка мурлыкает, растягивает гласные и грассирует на «р».
- Потому что я уже поняла, что это именно ты привела Ингрид ко мне, - твердо ответила ей.
- Это только твои предположения, - погрозила она пальчиком с золотым коготком.
Ох, да на ней и платье все золотом переливается. Вырез низкий, соблазнительный, ножки в босоножки на каблучке обуты, ткань шуршащая, летящая. А в глазах золотой огонь полыхает, если она их распахивает и щуриться перестает. Красива богиня, этого у нее не отнять. Соблазняет, завлекает, золотом манит.
- Попросить тебя можно? – оторвавшись от созерцания переливающихся янтарей в золотых подвесках в мочках ушей, спросила Судьбу.
- Так быстро? – немного удивилась она, - Ну, что ж, проси. Даже интересно.
- Покажи свой черный лик, - с замиранием сердца попросила божество.
Страшно было увидеть Черную судьбу, но ещё более страшно, если накажет за такое. Ведь она и рассердиться может, ох что тогда …
- Удивила ты меня, Кетрин, - недовольно покачала головой богиня, - Никто в первую встречу о таком не просит.
- А в какую просит? – спросила я, с трудом понимая, что говорю.
- Ни в какую, - весело улыбнулась в ответ Судьба, - От меня черной все стараются убежать и отворачиваются, если являюсь к кому-то другому.
- Они люди, не обижайся на них, - попросила неожиданно даже для самой себя.
- Знаю, что люди, - повела недовольно точеным плечиком богиня.
Странно, но вот что чувствует богиня - мне не удавалось понять. Только живое выражение лица помогало ориентироваться в ситуации. Впрочем, Судьба не особенно и таилась.
- А зачем ты меня об этом просишь? – прищурилась вновь богиня, словно пыталась прочесть мои мысли. Кстати, не удивлюсь, если окажется, что она в самом деле это может.
- Хочу знать, чем для меня может обернуться жажда легкой наживы, - дала честный ответ.
Богиня задумчиво посмотрела на меня, даже поднесла кисть руки к лицу и покусала белыми зубками ноготок. Золото в глазах полыхало, будто Судьба пыталась прикинуть шансы. Что ж, мне самой это было интересно.
- Что ты знаешь о том, как складывается судьба человека? – сделав какие-то свои выводы, спросила меня богиня.
- Да как она может складываться? Летит человек по жизни, как лист бумаги. С рождения он чистый и белый, а со временем, чем больше соприкасается с чем-то, то и оставляет на нем свои отметины. Если это грязь, то листок становится серым, темным, мрачным, если это радужные цвета, то на нем к концу жизни можно рассмотреть картину художника, автором которой был сам человек, - дала ей ответ.
- Все так, только немного не так, - согласилась со мной Судьба, - Ты рассуждаешь о жизни, как о листе, летящем по ветру. А что ты скажешь о том ветре, что его направляет?
- Как повезет, лист не может управлять ветром, - пожала плечами в ответ.
- Лист бумаги, как ты правильно сказала, не может управлять ветром, но вполне может его использовать. Например, корабли: они идут своим курсом при любом дуновении. Им страшен только полный штиль, что случается весьма редко, - сказала Судьба.
- А еще ураганы и шторма, что весьма опасны, - тут же вклинилась я в ее рассуждения.
- Опасны, но жизнь вообще штука опасная. Ты обратила внимание, что никто еще живым из нее не выбрался? – рассмеялась мне в лицо богиня Судьбы.
И как это понимать? Она считает, что я совершаю ошибку, собираясь принять предложение Ингрид, или наоборот, позарившись лишь на треть вознаграждения? Почему-то мне казалось, что ее муж откажется от меня, не одобрив всю эту затею.
- Не о том сейчас речь, - отсмеявшись, произнесла Судьба, - Я бы стала рассматривать жизнь людей, как ленту или дорогу. Вот она тянется, бежит прямо, или извивается – это не столь важно – и доходит до такого места, где нужно принятие решения. Не каждый человек способен что-то поменять в привычном укладе, иногда перемены болезненны и могут отозваться на близких, и тогда он продолжает жить дальше, думая, что не принимал ответственности за свои поступки. На самом же деле он сделал выбор, хотя до конца этого не понял, в пользу прежней жизни. Ничего не поменять – это тоже принятие решения, и за каждым таким шагом идет своя цепь событий. Люди часто обвиняют меня в том, что я им подстраиваю плохую жизнь, а на самом деле каждый раз я даю им шанс что-то изменить, и вот потом уже они сами делают свой выбор.
- Но ведь он иногда бывает не осознанный, - возразила ей.
- Но это не означает, что человек не несет ответственности за свою жизнь, - ответила мне Судьба, - Подумай сама, разве можно винить богиню в том, что она предлагает изменить свою судьбу? Только часто не очень хочется отказываться от привычного уклада жизни. Кому-то сложно уехать на обучение из родительского дома, а кому-то решиться и признаться в своих чувствах любимому. Третий не может решиться бросить торговлю, не приносящую доход, и попробовать что-то новое. Вот ты, например, - резко поменяла богиня тему, - сколько бы еще собиралась оставаться в борделе, если бы к тебе не пришла Ингрид?
- Не знаю, - несколько опешив, ответила ей.
- Я направила к тебе Ильзу, чтобы ты увидела свое будущее без перемен, - сообщила мне довольная богиня.
- Это я уже поняла, - отозвалась ей ворчливо, - Только больно уж все гладко складывалось.
- Хм, хочешь перемен через проблемы? – задумалась тут же Судьба.
- Нет, нет, это я к тому, что сразу стало понятно, что к этому делу кто-то из богов руку приложил, - поторопилась заверить ее я.
Не хватало еще решать проблемы и преодолевать трудности. Мне вполне хватало и того, что у меня есть сейчас.
- Нет, ты определенно права! Слишком все гладко, - тряхнула своими золотыми кудрями богиня, - Будут тебе проблемы, да таки-ие …, - протянула она так сладко, что сердце обмерло.
- Не надо, пожалуйста, - запинаясь, попросила ее и прижала в испуге руки к груди.
- А вот и первая просьба, - обрадовалась Судьба тут же.
- Вторая, - поправила ее.
- Что вторая?
- Вторая просьба. Первая была – показать твой черный лик.
- Ох, твоя правда, совсем забыла. Но это так не весело, - протянула мне в ответ божество, - Хотя, почему бы не исполнить?
Если до этого вокруг все было светло и золотилось от образа богини, то в тот миг, когда она повернулась ко мне другой стороной, все почернело вокруг. У Судьбы не было спины, на её месте я снова встретилась с коварным божеством. Лицо почти серое, в глазах - черное пламя, волосы цвета воронова крыла, одежда - как у вдовы, с глухим воротом и длинными рукавами. Губы недовольно сжаты, а из-под длинных рукавов черного платья выглядывали не изящные кисти, а узловатые костяшки.
- Ну, как? Хороша? – глухо проговорила недовольным голосом Судьба.
- Страшно, - ответила ей честно.
- Это хорошо, это правильно, - кивнула она мне, - Если бы солгала, да сказала бы, что по нраву, только такой я бы за тобой и смотрела. А в черном лике характер у меня скверный.
И захохотала громко. Жутко. Протяжно. С надрывом.
От ужаса мурашки побежали по коже, волосы на голове зашевелились. Вот она – настоящая, азартная богиня Судьбы. Только от твоей удачи зависит, каким ликом к тебе она повернется. Мне еще повезло, что ко мне пришла Судьба, а не Война. Та богиня злее всех остальных, редко кому показывается в добром облике, предпочитая нести с собой разруху и голод.
- Что ж, будут тебе трудности, - оглядела меня еще раз очень внимательно черными глазами Судьба.
- Ты … - от волнения облизала пересохшие губы, - что, я совершаю ошибку, если соглашусь, и умру?
Черная судьба всегда приходила для того, чтобы забрать жизнь людей. Ей было без разницы, от болезни человек мается, или попал в переделку. Жестокость азартной богини не знала пределов, она с легкостью разлучала любимых, родных.
- Умрешь? – переспросила Черная судьба и ненадолго задумалась, - Нет, это не интересно. Поживи еще, будет забавно наблюдать за всеми вами. Нет, определенно, не ты умрешь.
- А кто? – встревожилась не на шутку, уловив легкую оговорку богини.
- Со временем ты все сама узнаешь, - последние слова донеслись до меня уже из мрачного облака.
Громыхнуло так, что я испуганно ахнула и распахнула глаза, вмиг проснувшись. Карета плавно покачивалась на хороших рессорах. Не удивлюсь, если она снабжена магическими гасителями, помогающими с комфортом преодолевать даже самый длинный путь. За окном лило, как из ведра, молния полыхнула в отдалении, и я начала безотчетно считать. Громыхнуло на десяти. Гроза очень близко. Ветер трепал одежду наших охранников, но военные сидели все с той же выправкой, не сгибаясь под сильными порывами. Мокрые плащи взлетали, напоминая крылья огромных птиц, или даже драконов, головные уборы напоминали шлемы, у многих теперь хорошо было заметно оружие, прикрепленное к поясу. Надо отдать должное, что муж Ингрид побеспокоился о безопасности своей жены.
Новая молния располосовала почти черное небо, и гром грянул практически сразу. Мы попали в грозовой фронт, и если нам не повезет, то следующий удар вполне может попасть в карету. Я не погибну – это мне обещала богиня Судьбы, а Ингрид? Встревожено посмотрела на спутницу.
В полумраке кареты ее лицо выделялось на мягких подушках, глаза широко распахнуты, но в них не промелькнуло и тени испуга. Будто она тоже знала, что смерть в ближайшем будущем ей не грозит.
- Дождь, - произнесла я, чтобы хоть как-то развеять молчание между нами.
- В горах дождь летом обычное явление, близость моря сказывается, - тихо отозвалась мне Ингрид.
Она произнесла эту фразу таким слабым голосом, что я всерьез забеспокоилась о ее состоянии.
- Как вы себя чувствуете? – пересела к ней на скамью и положила теплую ладонь на ее лоб.
Прохладный и озноб.
- Каждое утро мне тяжело просыпаться и вспоминать о том, что я больше не могу иметь детей, - произнесла женщина, - Не беспокойся, подай мою сумку.
Я поискала глазами названный предмет и заметила искомое рядом с головой женщины. Квадратная сумка из коричневой кожи висела на специальном крючке. Протянула руку и сняла достаточно тяжелую часть женского имущества. Ингрид медленно приняла вертикальное положение и запустила руки в недра своей сумки, вытащила квадратный пузырек из темного стекла и поднесла к губам. Запахло полынью и пустырником.
- Успокоительное? – поинтересовалась у нее.
- Особый состав, - ответила она мне, - мне целитель сам приготовил. Успокоительное, и в то же время для поднятия сил. Тревожиться перестаю, но в сон не клонет.
- А мне можно? – попросила ее.
- Волнуешься? – вскинула она на меня глаза, но пузырек протянула, - Два глотка.
- Волнуюсь, - не стала скрывать очевидного и послушно отпила указанную дозу.
- Кетрин, мой муж очень хороший. Все, что нам будет нужно - это убедить его в правильности моего плана. Он никогда тебя не обидит, а все сложные вопросы я возьму на себя.
- Госпожа Ингрид, вы же сами толкаете своего мужа на измену, - мягко проговорила ей.
- Я много думала об этом, - слегка свела она брови к переносице, - Физически, в этом ты права, всё будет выглядеть, как измена, но душой Дрегас останется моим. В его чувствах я более чем уверена. Все, что мне останется сделать – это убедить в том, что подарив нам таким образом наследника, он не нанесет мне обиды.
- Вы странная женщина, - покачала головой на ее слова, - Собираетесь убеждать собственного мужа, что его измена вас не ранит.
- Кетрин, когда вы встретите своего единственного, то потом сможете понять мои чувства, - улыбнулась она мне в ответ.
- Нет, такого самопожертвования я никогда не смогу понять, - уверенно сказала ей.
- Мы предполагаем, а Судьба подкидывает такие ситуации, что либо человек становится сильнее, либо ломается на любом жизненном отрезке, - грустно улыбнулась мне женщина, затем положила кисть руки на мою руку и слегка сжала, - Мы всё преодолеем. Я обещаю, что всё в итоге закончится хорошо, нужно лишь достойно прожить этот год.
У меня такой уверенности в будущем не было. Я все еще сомневалась в том, что нужно принимать её щедрое предложение. Ингрид, безусловно, внушала доверие, ее чувства я читала, как открытую книгу, она честно говорила о том, что ее заботило и тревожило. Как женщина, я вполне ее понимала, однако такое самопожертвование для меня далеко от понимания. Со слов женщины, Дрегас не казался чудовищем и с ним не должно быть проблем. Кроме того, меня вполне устроит и треть от вознаграждения, если «наш муж» откажется от всей затеи. Только что-то мне подсказывало, что Ингрид не остановится на полумерах, она будет стремиться к тому, чтобы принести счастье в свою семью. Что ж, придется признать, что среди аристократов тоже бывают порядочные люди.
На узкой горной дороге бушевала стихия. Дождь шел, не переставая, с шумом падая на крышу кареты, стуча в стекла дверей. Серость, ветреность, сырость, гром, молнии, полыхающие в опасной близости - как нельзя лучше отражали мое внутреннее состояние. Я металась в своих мыслях и рассуждениях. Такой шанс выпадает не каждому, но и условия сделки весьма необычны. На что решиться? Мои мысли возвращались к господину Дрегасу. Рассмотрев все возможные варианты, решила так: посмотрю на «нашего мужа», а потом уже буду определяться.
Подковы лошадей неожиданно застучали по брусчатке. Дорога и до этого шла по каменистой горной местности, но теперь покрытие под ногами было явно рукотворное. Я с любопытством приблизилась к окну, стараясь рассмотреть хоть что-то сквозь серую пелену дождя. С моей стороны отвесная скала стала отступать, высвобождая больше пространства для людей и строений, которые стали мелькать, сиротливо притулившись к каменной стене. В окно с другой стороны кареты виднелись лишь грузные тучи, лениво пролетающие между гор. Только тогда поняла, насколько мы высоко поднялись по горному серпантину.
- Приехали, - оживилась Ингрид.
- Здесь ваш дом? – поинтересовалась я, понимая, что это конец нашего пути.
- Орлиное гнездо, - с гордостью ответила женщина мне, - Небольшой домик в горах.
- Интересно, здесь есть цивилизация? – пробурчала я, вспоминая дома тех людей, что жили вдали от столицы. А уж про дома тех, кто работал на фабриках гномов, и говорить не хотелось.
- Не беспокойся, все удобства присутствуют, - заверила меня хозяйка владений.
Карета остановилась и дверца открылась, Ингрид поднялась и оперлась на протянутую мужскую руку.
- Дрегас уже прибыл? – поинтересовалась она у кого-то снаружи.
- Да, - был короткий ответ.
- Кетрин, здесь стоит защитный полог от непогоды, можешь смело выходить, - позвала меня женщина.
Опасливо высунув нос, заметила, что нас окружает что-то наподобие воздушного коридора, по стенам которого стекала непрерывным потоком дождевая вода. Брусчатка под ногами была мокрая - небольшие ручейки находили небольшие углубления и стекали в одном направлении, не образовывая луж, но на голову ничего не лилось, что весьма обрадовало. Несмотря на заверения в том, что удобства присутствуют, сушить длинные волосы и намокшее платье без магии - весьма длительная процедура.
Воздушный коридор защищал от дождя, но не изолировал от шума. От каждого раската грома я вздрагивала, тихо поминая Бездну. Ингрид шла первой, охрана осталась у кареты, а впереди нас ожидали слуги у гостеприимно распахнутых дверей. Хозяйка приветливо поздоровалась с каждым, называя по имени, меня представлять не стала, но никто из обслуги не проявил чрезмерного любопытства, лишь почтительно склонившись при нашем прохождении мимо них.
- Дрегас уже здесь, - взволновано проговорила Ингрид, - Кетрин, я хочу вас сразу же познакомить. Будет такой эффект внезапности.
- Может быть, не стоит так быстро? - ухватила ее за рукав, стараясь притормозить стремительную женщину.
- Нет, я лучше знаю своего мужа, - улыбнулась она мне в ответ.
Пришлось согласиться с ее доводом и молча следовать за ней дальше по дому. Он и в самом деле был небольшой по размерам, но удачная планировка как будто раздвигала пространство.
- Торонт, где Дрегас? – спросила Ингрид у появившегося на нашем пути целителя.
Мужчина с благородной сединой на висках выглядел весьма представительно, морщины лишь кое-где украшали лицо, лишь подчеркивая его мужественную красоту. Целитель почтительно, но коротко поклонился, приветствуя нас, кинул в мою сторону быстрый взгляд и ответил глубоким бархатистым голосом:
- Он в кабинете, прибыл всего полчаса назад.
- Замечательно! – чуть ли не подпрыгнула на месте от радости Ингрид.
- Вы не представите нас? – попытался остановить её вежливым вопросом целитель.
- После! У меня срочное дело к Дрегасу! – уже на бегу выкрикнула ему женщина, утаскивая меня за руку.
Я обернулась и успела заметить озадаченно-недовольное выражение лица господина Торонта, которым он нас проводил. Кажется, здесь всегда соблюдали церемонность, а почти детский поступок хозяйки дома не пришелся по вкусу целителю, но возражать он не посмел.
- Дрегас, как же я соскучилась! – распахнув дверь влетела в кабинет Ингрид.
- Дорогая! – воскликнул «наш муж» и подхватил в свои объятия жену, закружив вокруг себя.
В глазах обоих супругов было столько счастья от долгожданной встречи. Их чувства были радостными и неподдельными, они наслаждались моментом встречи, посылая друг другу столько любви и нежности, сколько могло вместить в себя сердце человека.
А на меня медленно и верно наползал ужас понимания. «Наш муж» – дракон! Бездна, только не это!