Глава 31.

Мирон полушёпотом матерится, нехотя убирая пальцы с моей попки, отвечает на звонок. В ушах шумит, кровь в моём теле разогрелась градусов до сорока… Вся вспотела. Волосы мокрые, кожа в мурашках.

Даже не могу расслышать, на кого он там бранится по телефону. Я в этот момент застыла, затаив дыхание, ожидая наглого вторжения.

Какое счастье, нас прервали!

Или… всё же не счастье.

Внизу живота мучительно ноет, мне туда будто заложили бомбу, которая вот-вот рванёт.

Всё, что я сейчас хочу больше всего на свете, — подавить это адское напряжение.

Мирон был так близко, он уже прижался горячей плотью к моему входу и готов был наполнить меня до предела. Напомнить, что он здесь Господин! Напомнить мне о тех невероятных ощущениях, которые я испытывала когда-то давно и по которым соскучилась.

Я уже совсем забыла, как это… Нежиться в объятиях мужчины, двигаться с ним в одном ритме, стонать навзрыд, задыхаясь от горячих поцелуев…

Он был прав. Мне не хватает ласки. Не хватает острых ощущений. Прекрасного, голого, мужского тела! Настоящей любви… Особенно сейчас, когда я испытываю пляску гормонов.

Мирон недовольно вздыхает, сбрасывая вызов. Слышу, как шуршит одежда, щёлкает пряжка ремня. Я так и стою у стены, не в силах ни шевельнуться, ни моргнуть, пока он не начинает натягивать мои трусики на место. Оттянув резинку, отпускает.

Шлеп!

Она легонько врезается в моё бедро.

— Ой! — подскакиваю от неожиданности.

— Никуда не уходи! Я скоро вернусь и мы продолжим.

Вернув бельё на место, он также с лёгким махом шлёпает меня по булочке.

— Ай! Нет уж… — встряхиваю головой, усилием воли подавляя паршивый дурман. Этот шлепок быстро отрезвляет и приводит в чувства, прогоняя безрассудный прилив возбуждения.

— Как сказал, так и будет, ты в моём полном подчинении! — голос миллионера наполнился твёрдой ноткой. — Отработаешь за проживание в моём доме телом. Еда, одежда, апартаменты класса люкс! А ещё, самое главное, недостаток мужика в твоей дырочке! Я это всё восполню, не переживай! Когда вернусь… Жди меня, ведьмочка!

Затылком чувствую, как на лице этого бессовестного дьявола растягивается самодовольная, напыщенная улыбка. Доронин смеётся как дьявол в аду. Вот уж ирод!

— Ты ненормальный? — пыхаю я, резко оборачиваясь, но Мирон уже стоит у самой двери, нажимая на ручку.

Дверь хлопает, я слышу, как проворачивается замок.

Что?

Запер?

Гадёныш надменный запер меня на ключ!

Бросаюсь к двери, дёргаю её на себя — не поддаётся.

— Открой! — ладонью барабаню по косяку.

— Сиди смирно, егоза, я ненадолго.

— Ты совсем спятил? Мало того, что в квартире запер, так теперь площадь до одной комнаты сократил? — моё лицо уже раскраснелось от злобы.

— Расслабься. Я же сказал, я ненадолго. Бориса рядом теперь нет, а тебе я не доверяю. Посидишь пока в комнате.

Шаги отдаляются, потом я слышу, как хлопает входная дверь.

Ушёл…

Вот паразит!

Я отлипаю от двери, начинаю нервно расхаживать по комнате. Меня это бесит! Раздражает, что он имеет надо мной власть! Я напрягаю голову, думаю, какую бы пакость выкинуть?

Плюнуть ему в еду?

Банально…

Порезать его дорогущий костюм?

Ему плевать! Новый купит!

Клея в ботинки налить…

Я заулыбалась.

Детский сад какой-то!

Впрочем, я и так его уже вывела на эмоции, когда он застал нас с Борей. О да! Никогда не забуду это перекошенное, пылающее как факел лицо. Мирон ревнует… Что-что, а это я сто процентов увидела в его наглых, тёмно-синих глазах.

Надо ещё что-нибудь такое придумать.

Я очень сильно хочу сделать его жизнь невыносимой и превратить её в ад! Чтобы он сам меня выгнал и был счастлив избавиться от ведьмы.

— Проваливай! Убирайся! Контракт расторгнут! — в голове мелькает забавная картинка, как он рвёт в клочья важные бумаги. — Делай всё, что хочешь, только оставь меня в покое! Я готов даже твой чёртов долг простить!

Я потёрла ручки в предвкушении.

Ох, какие сладенькие мысли…

Побродив по комнате, я села на диван и немного успокоилась. Телевизор смотреть не хотелось — спасибо, хватило прошлого раза, телефона в комнате я не нашла.

От скуки меня начало клонить в сон, я даже не заметила, как опустилась на диванчик, как свернулась калачиком и провалилась в сон, поглаживая животик.

Малыш охотно отозвался в ответ приятными ворочаниями. Как же я это обожаю! Время летит поразительно быстро, сыночек стал уже таким крупным…

Спала я как убитая.

Телу было блаженно и хорошо.

Я полностью отключилась от внешнего мира и ни о чём не думала. А когда открыла глаза, удивилась! Почему я лежу не на диванчике, а на кровати? Заботливо укрытая мягким флисовым одеялом…

Но это ещё не всё!

Я чувствую, горячее дыхание на своей шее, чувствую наглые ручищи, которые окольцевали мою талию! Которые так по-собственнически поглаживают мой животик! И чувствую будоражащий жар чужого, накачанного тела, который проникает в каждую пору на коже, разомлевая сознание.

Возмущению нет предела!

МИРОН!

Как? Как этот наглец здесь оказался?

Как он так тихо успел вернуться, перенести меня с дивана на кровать, да ещё и нагло пристроиться сзади?!

Я чувствовала не только возбуждающий жар крепкого тела, его властную хватку, но и твёрдую, восставшую в трусах эрекцию, которая уперлась мне в попку.

Мои щёки позорно запылали.

Я совершенно случайно двинула бёдрами, отчего почувствовала, как член дёрнулся в ответ, напрягшись. И Мирон томно застонал…

Попробовала выбраться — нифига. Как боксёрский пёс вцепился в свою добычу.

Неожиданно руки мужчины ожили, они начали властно и уверенно бродить по моему телу, ощупывая его со всех сторон, так, будто оно принадлежало только ему.

И тут я отметила ещё одну находку!

На мне, кроме тоненькой ночнушки ничего не было.

Гад ещё меня и переодел!

И… почти залез своим гигантским, наглым инструментом в мои трусы.

От наглости у меня ком встал поперёк горла!

Одна рука занырнула под тонкий шёлк сорочки, нащупала грудь. Накрыла сверху, смяв.

— Хватит! Да что ты себе позволяешь! — я закричала как сирена, отбрасывая прочь поганые, блудливые ручищи. Мирона отвлёк мой крик, поэтому он хватку ослабил, вынырнув из дрёмы.

Судя по всему, ему снилось что-то эротическое… Раз он так вульгарно начал щупать меня везде и попытался засадить булочку в хот-дог.

Ай!

Извращюга!

Я быстро выпуталась из жаркого плена, царапнув нахала по руке, и слезла с кровати в поисках халата. Только так он на секунду ослабил хватку, этим давая мне фору.

— М-м-м, — сонно промурлыкал Мирон, подтягиваясь на простынях.

Нарочно отбросил в сторону одеяло, хвастаясь своим хозяйством, которое, натянуло черные боксеры популярного бренда как кол палатку.

— Ты как посмел, — фыркала я, затягивая пояс халата и вся дрожала.

— Я не смел, — вальяжно забросил руки за голову, наблюдая за мной словно царь за наложницей, ожидающий развлечений, — я захотел и взял. Мы ведь это обсудили.

Я возмущённо дунула на прядь волос, которая прилипла ко лбу.

— У меня сейчас нет желания с тобой разговаривать. Потому что это всё… тяжёлый слу…

Мирон приспустил трусы.

Этим он меня заткнул.

Я потеряла дорожку мыслей…

О, Господи.

Толстый гигант выскочил из укрытия, покачнувшись.

Быстро бросаю ладошку на глаза, отворачиваюсь.

— Хватит! Ты невыносим!

— Не веди себя как монашка! Ну же, возьми его в ротик… Предлагаю начать нам мириться. Что скажешь?

— Что? Мириться? С помощью секса? — я вообще оторопела от возмущения. Захотелось что-то тяжелое схватить и запустить в придурка.

— Я готов забыть всё, что ты мне сделала… за хороший, старательный минетик.

— Фу, блин! Мирон! Я надеюсь, ты шутишь! Видеть тебя не хочу!

Может он таким образом мстить мне собирается? Собирается меня унизить, показывая место как шлюхе… Из-за обид прошлого.

Со словами: “Все вы мужики козлы и пошляки!”, я выбежала из спальни, бросившись в душ.

Боже, дай мне сил, чтобы выдержать оставшиеся месяцы…

Я хочу сбежать. О, как же сильно я хочу устроить побег!

Но пока нет никаких вариантов: как именно это сделать.

Единственный план втереться в доверие к охраннику с треском провалился.

Забегаю в ванную, включаю напор на максимум, сбрасываю с себя одежду. Быстрее в душ! Прийти в себя, взбодриться, успокоиться. Не, ну каков наглец?! Что гавнюк мне предложил?!

Минетик…

А-а-а!

Я направляю холодную струю воды в лицо.

Если я так терпеть его не могу, почему у меня в бёдрах бушует торнадо?

Ураган начался тогда, когда я увидела, как гадёныш снял с себя трусы.

Такого я точно не ожидала.

Я стояла под душем минут тридцать, наверно, вообще не хотелось выходить и сталкиваться опять с напыщенной рожей. Я уже третий раз намыливаю голову. Массирую кожу головы, массируя. С яростью, от души, представляя, что прихлопываю Доронина тапком как таракашку.

Ох… Какие приятные мысли!

Я прям заулыбалась.

Пока вдруг не заметила, что вода из душа куда-то исчезла.

А я волосы уже пеной намылила. Пена попала мне на глаза и мне не было ни черта видно.

— Эй! Мирон! Это уже не смешно!!!

Отключение воды в душе, точно перебор.

Снаружи послышался топот.

Щелчок.

— Чего кричим?

Ой, нет!

Он, кажется, вошёл в ванную.

— Не подходи! Не смей на меня глазеть, я ведь голая!

И тут я поняла, что так спешила, так была возмущена финтами негодяя, что забыла закрыть дверь на щеколду.

А глаза щиплет…

И нечем даже лицо умыть.

Слышу, как кто-то довольно и вальяжно присвистнул.

Почувствовала, как наглые глазищи обшарили моё тело, как какой-то сочный кусок мяса.

Шаги.

Он крадётся ко мне, как хищник…

Готовится полакомится нежнейшей плотью.

Я начинаю мелко дрожать, обхватив плечи руками.

— Ох, как я вовремя заглянул!

— Пошел вон! Я буду кричать и… и-и-и вообще брошу в тебя шампунем!

Но он и не думал останавливаться, шаги звучали уже совсем рядом.

— Я предупредила.

Рукой пытаюсь нащупать сзади флакон, как вдруг из-за резкого движения, понимаю, что нога поскальзывается и я сейчас упаду!

— Диана, ёп! Держись!

Всё происходит неожиданно и моментально. Черт, перед глазами будто полжизни пронеслось. Едва не случилось что-то ужасное. Я едва не упала… Но сейчас крепко прижата к твёрдому, гладкому прессу. Мирон вцепился в меня как одержимый, прижав к груди. Вовремя успел подхватить.

— Ты совсем сдурела? Чего скачешь как коза? Ты ведь в положении… Что бы случилось, упади ты, а?

Слёзы вдруг надавили на глаза, я готова была расплакаться.

Как же сильно я испугалась…

Он прав.

Я могла упасть.

Спасибо его отменной реакции.

Не сдержавшись, всхлипнула, ответно обняв мужчину. От страха, я даже не заметила, что сама на нём повисла, вцепившись в натужные, твердые канаты мышц.

Неужели Мирон понял мою подавленность и смягчил голос? Он прошелся теплыми ладонями по моей обнажённой спине, слегка приласкал, я тут же выдохнула, расслабившись…

Если забыть обо всем, что между нами было, представить, что мы — чистый лист бумаги, он… стал бы для меня лучшим, самым идеальным мужчиной из миллиарда других, живущих на планете.

Пока я вдруг кое-что не поняла!

И быстро опомнилась, разозлившись.

Мирон стоял полностью голый передо мной.

А его возбуждённый член воткнулся в моё бедро…