Глава 15
Валид подъезжает к особняку, минуя пост охраны. Молча выходит. И совершенно неожиданно обходит автомобиль, открывает дверь с моей стороны и помогает мне выбраться из огромной махины.
— Пойдем, принцесса.
Не отнимая своей руки, ведет меня в дом. Замечаю слегка удивленные взгляды его охранников. Он ведь уже сказал мне, что отношения не для него и, кажется, одна и та же женщина дважды в его доме не появляется. Потому что даже бывалые крепкие охранники, мягко говоря, смотрят на нашу пару с удивлением, которое длится мгновение, а затем так же бесследно исчезает с этих безэмоциональных лиц.
Большой дом Байсарова при свете дня смотрится еще более масштабным. Его роскошный фасад украшают четкие линии и геометрические фигуры, интерьер же действительно поражает своим размахом. Но во всем улавливается определенный стиль, лоск.
Не знаю, куда себя деть, что говорить и что делать, как к нам выходит женщина. В тот день я ее не видела. Невысокая. Худенькая. Ее можно было бы принять за молодую издали, но чем ближе она подходит, тем яснее я вижу, что она в летах.
— Хозяин, — кивает почтительно, а у меня чуть челюсть об пол не падает.
Надо же. Хозяин…
— Проведи Варю в мою комнату.
Дает распоряжение и оборачивается ко мне.
— Приведи себя в порядок. У меня намечено вечером мероприятие. Как раз займешь место моей спутницы, раз уж теперь ты живешь в моем доме, появлюсь с тобой, заодно и проверим парочку версий…
Говорит словно между прочим, а я не совсем понимаю, к чему он клонит. Но молчу. Упрямо всматриваюсь в глаза Валида.
— Все мои вещи остались в общежитии. И если это приглашение, то ты его явно как-то не так делаешь.
Опять улыбается, смотрит на меня пристально.
— Мы, кажется, уже с тобой договорились, Варя. Я говорю — ты делаешь. Какое-то время ты проведешь со мной, так что учись понимать меня.
— Ты же сказал, что не будешь заставлять, — упрямо твержу, вглядываясь в темные глаза, которые, кажется, вспыхивают и всполохи на дне сетчатки мерцают.
— Я не буду заставлять, принцесса, мне этого не нужно, но ты будешь привыкать ко мне. Сегодня не трону. Не трону, но это не отменяет того, что ты должна быть готова к вечеру и сопроводить меня. В моем мире есть мероприятия, где необходимы спутницы. И это одно из них.
Говорит со мной уверенно, словно сделку обсуждает. А в принципе это она и есть.
— Мне нечего надеть.
Осматривает меня с головы до пят, а я вдруг вспоминаю, что вообще-то на дороге сегодня лежала, и, скорее всего, сейчас и выгляжу как жертва дорожно-транспортного происшествия.
— Да. Тебе определенно нечего надеть, — отвечает многозначительно, а я не понимаю, к чему он клонит.
Пожимаю плечами. Надеюсь, что Байсаров соблаговолит оставить меня на сегодня в покое. Слишком многое пришлось пережить, но Валид улыбается краешком губ.
— Через час, думаю, вопрос с “нечего надеть” решится…
Поворачивается к застывшей изваянием женщине и кивает. Не спешу сказать Валиду, что вообще-то я помню, где находится его спальня.
Поэтому молча следую за женщиной, которая проводит меня на второй этаж и застывает у двери. Обращаю внимание, что женщина не входит в спальню.
Прохожу внутрь и замираю, как только взгляд останавливается на кровати, где я стала женщиной с Валидом. Не могу заставить себя двинуться, не знаю, что делать, но понимаю, что Байсаров действительно заставляет меня снять все ограничители, он приучает к себе.
Зачем ему это, я не знаю.
Сразу же направляюсь в ванную комнату. Хочется помыть руки после того, как я ими по грязному асфальту шарила, но стоит посмотреть на себя в зеркало, как я застываю. Не думала, что успела так запачкаться, лицо словно в саже, от слез на щеках грязные разводы.
Волосы взлохмачены…
Не верю, что вот в таком вот непрезентабельном виде я могла так завести Байсарова… Чучело на полях выглядит и то получше…
Пытаюсь развеять свои тяжелые мысли, но не получается. Скидываю с себя одежду и иду в душ. Здесь только мужские ароматы и они напоминают запах кожи Байсарова. Не задерживаюсь долго в душевой. Быстро надеваю халат, который мне велик, босыми ногами шлепаю в спальню.
Усталость подкатывает внезапно, осматриваюсь по сторонам в поисках дивана, которого здесь нет. Выбирать приходится между тем, чтобы прилечь на кровати и обосноваться в кресле.
Весьма неудобном и узком, не предназначенном для сна.
Но я не могу побороть себя. Просто не могу. Лечь в постель Валида — означает попасть в тот вечер, вспомнить все, что он со мной творил.
Не понимаю своих чувств. Одна часть меня нестерпимо хочет оказаться на простынях Байсарова, а вот второй до жути страшно.
Поэтому я просто забираюсь в кресло, подгибаю под себя колени, и выбрасываю волосы на спинку, развешиваю, чтобы высохли.
Как это ни странно, но стоит прикрыть веки, как я засыпаю даже в такой не самой удобной позе, сворачиваюсь в комочек и отключаюсь.
Не понимаю, в какой именно момент тело словно меняет позу, а голова опускается на мягкую подушку.
В ноздри забивается горьковато-сладкий запах. Смутно знакомый сквозь пелену сна, какой-то расслабляющий…
— Даже не пытайся отдалиться, принцесса… Уже не получится…
Сквозь дымку сна слышу мягкий обволакивающий голос и кажется, что кто-то шелковой лентой проходится по щеке. Приятно.
Улыбаюсь сквозь дрему и падаю в глубокий сон. Просыпаюсь же резко. Подрываюсь и обнаруживаю себя лежащей в обнимку с подушкой, в постели Валида.
Взгляд бегает по комнате и сразу же цепляет платье, которое, подобно насмешке, лежит на том самом кресле, где засыпала я…
Кажется, Валид дает понять, где именно он хочет меня видеть. Не могу понять, это он обо мне так заботится или же демонстрирует, что приказы следует исполнять.
Странно и непонятно. Отбрасываю мысли и выбираюсь из кровати. Красивое платье цвета морской волны привлекает взгляд, и я приближаюсь к креслу, трогаю ткань. Беру в руки великолепный наряд, прикладываю к груди и рассматриваю.
Безукоризненное платье. Лаконичное, но вместе с тем не остается сомнений, что оно стоит баснословно дорого. Рядом с креслом замечаю туфли на высоких каблуках.
— Надо же…
Выдыхаю и цепляю одну, рассматриваю, обращаю внимание, что все моего размера. На кресле оказывается также и маленький серебристый клатч.
Вряд ли это все подбирал Валид, скорее всего, дал распоряжение, и все подобрали, но сам факт…
Меня отвлекает стук в дверь. На пороге оказывается та самая женщина, которую Валид просил меня сопроводить.
Встречаюсь взглядом с женщиной, которая учтиво произносит:
— Господин приказал привезти вам все необходимое и распорядился, чтобы вы были готовы через двадцать минут. Если позволите. Косметика.
Обращаю внимание на пакеты в ее руках с вензелем знаменитого магазина бьюти-средств.
Хмурюсь, на что экономка ничего не отвечает. Просто оставляет пакеты у двери, кивает и уходит.
Странное поведение женщины напрягает, но, с другой стороны, я не знаю традиций и правил дома Байсарова, а что здесь есть какой-то четкий регламент, я уже чувствую.
— Двадцать минут, — повторяю, забирая пакеты.
Валид, наверное, не слышал, что иные женщины собираются куда-то как минимум пару часов. Но я никогда не уделяла много времени своей внешности и сейчас не собираюсь. Поэтому, покопавшись в косметике, я выбираю всего пару тюбиков. Слегка подкрашиваю ресницы, наношу блеск для губ и ставлю пару штрихов в виде отдающих лазурью тенями.
Проводу расческой по волосам. Повезло, что они не нуждаются в сушке и вьются от природы. Справляюсь я минут за пятнадцать. Надеваю платье и туфли, а вот когда смотрю на себя в зеркало…
Слышала, что одежда может менять человека, но чтобы на столько.
Девушка в зеркале выглядит изысканно и красиво, утонченно. У нее тонкие ключицы, которые подчеркивают перламутрово-лазурные бретели платья.
И взгляд у нее томный, какой-то чувственный…
Словно предвкушающий…
Отмахиваюсь от мыслей, забираю клатч и выхожу из комнаты. Прохожу к лестницам и берусь за перила. Все же я не совсем хорошо чувствую себя на каблуках и боюсь упасть.
Аккуратно ставлю ножки на ступеньки, от соприкосновения каблучков с мрамором раздается мерный цокот, а взглядом я ищу Валида, которого в холле не оказывается. Замираю в растерянности.
Не знаю, что же мне дальше делать. Прохожусь по холлу. Останавливаюсь у овального стола, украшенного бутонами живых роз. Вдыхаю аромат цветов в задумчивости, как вдруг ощущаю прикосновение горячей руки к моей спине, вздрагиваю.
— Принцесса… ты прекрасна… — слышу голос бархатистый, раздающийся у самого уха.
Его горячие пальца проходятся по моим волосам и открывают шею, убирая пряди на спину, а затем чувствую его горячее дыхание. Мурашки бегут по коже. Хочу повернуться, отойти, но вторая рука Валида ложится мне на живот и притягивает к сильному телу.
Ощущаю его всего, чувствую аромат терпкого парфюма, а затем обжигающий поцелуй прямо в шею.
Вздрагиваю и чувствую кожей его улыбку.
— Чувственная Варя.
Выдыхает, опять заставляя мурашки ползти по моей спине, а затем я ощущаю холод металла на коже.
Байсаров же закрепляет украшение на моей шее.
Разворачивает меня в своих руках, чтобы встретить мой изумленный взгляд. А я на него смотрю. Глаз отвести не могу от восточного красавца. Одетый в безукоризненный костюм. Волосы зачесаны в модельной стрижке. Глаза темно-кофейные, маслянистые. Они впиваются в меня, скользят по моему лицу, будто лаская.
Большим пальцем дотрагивается до контура моих губ.
— Такая свежая, естественная девочка.
В голосе настолько ласковые нотки, что я просто плавлюсь. Не могу не поддаться харизме этого мужчины. Даже чувствую, как щеки и кончики ушей начинают гореть.
Сам же рассматривает меня, опять убирает мои волосы. Ему явно нравится играть с длинными прядками. Улыбается, обнажает зубы. Крепкие. Белоснежные.
— Зачем… зачем это? — спрашиваю в чистейшем удивлении, опускаю взгляд на драгоценность, но мужчина лишь поправляет кулон, который уже теплеет.
— Ты идешь со мной, принцесса.
Говорит так, словно ответ какой-то дает. Но я не понимаю. Хочу возразить. Сказать, что этот подарок лишнее, но Валид не дает мне и слова сказать, притягивает меня к себе и целует.
Сминает мои губы, целует со всей страстью. Со всем пылом, подхватывает под попу и неожиданно сажает на стол, расталкивает мои ноги коленями, притягивает к себе, заставляет льнуть к его сильному торсу так, что подаренный кулон царапает мою кожу.
Именно эта колкая секундная боль отрезвляет. Вздрагиваю в руках мужчины и упираюсь ладошками в его литые плечи.
Разумеется, он сильнее и мне его не оттолкнуть, но Валид останавливается. Проводит языком по моим губам, словно хочет унести мой вкус с собой.
Чуть отстраняется и смотрит в мои глаза, уже наполненные слезами, а я лишь шепчу тихонечко
— Ты… ты… обещал…
Пауза повисает мучительно долгая. И лишь спустя тяжелое мгновение Валид выдыхает. Обдает мое лицо горячим дыханием.
Рывок и меня стаскивают со стола. Ноги, обутые в высокие каблуки, становятся на пол, но Валид не убирает рук. Держит меня за плечи, продолжает смотреть в мои глаза.
— Как пожелает моя принцесса, — отвечает, чуть приподняв уголки губ в ухмылке, — я не трону тебя сегодня, не трону до тех пор, пока сама не попросишь и сама не отдашься…
Его слова такие порочные, такие горячие, что я губы кусать начинаю. Внезапно ощущаю, что мне не хватает его прикосновений, его жара…
Но Байсаров больше не дает мне времени. Мужчина уверенно берет меня за руку и ведет на улицу.
Мы садимся в автомобиль, ожидающий у самых дверей. Водитель плавно выезжает, а я смотрю в окно. Больше Валид меня не трогает. Все время проводит в телефоне, просматривая какие-то сводки и принимая звонки.
По тому, как он общается и какими именно суммами ворочает, я понимаю, что попала в какую-то хитрую игру сильных мира сего…
Миллионы на сделках, обороты какие-то и еще куча разной терминологии, которую я не понимаю.
Один из звонков, на который отвечает Валид, происходит на чужом для меня языке. А я прислушиваюсь к гортанным звукам и интонациям.
Красивый язык. Немного непривычный. Даже жесткий. Или же это из-за тех интонаций, которыми разговаривает Валид.
Я кошусь на мужчину в безукоризненном костюме. Байсаров действительно выглядит шикарно. Бизнесмен. Только вот никуда не девается его сходство с пиратом из восточных сказок. А еще его кольца на пальцах…
Кажется, он их не снимает. Очень странные орнаменты по ободкам. Заметные мне сейчас с того ракурса, с которого я смотрю.
Отчего-то кажется, что там какая-то скрытая символика и эти кольца говорят человеку, знающему что-то.
— Что именно тебя так заинтересовало, Варя? — вздрагиваю.
Не ожидала я, что мужчина уже закончил свой разговор и рассматривает с интересом меня.
Поднимаю глаза и встречаюсь с темными безднами, в которых опять огонь разгорается, и чудятся красные всполохи.
— Твои кольца, — отвечаю совершенно честно.
Приподнимает бровь. Словно говорит мне “продолжай”, и я опять опускаю взгляд на серебристые ободки.
— Они странные. Никогда не думала, что кольца на мужских пальцах могут смотреться так мужественно. Отчего-то мне кажется, что это не дань моде…
Поднимаю взгляд и смотрю в стремительно темнеющие глаза мужчины, Валид же вдруг запрокидывает голову и начинает смеяться. Открыто. От души. А я замираю. Рассматриваю широкую шею, опоясанную воротником сорочки, смотрю на выпуклый кадык, на твердую линию челюстей и крупные сильные зубы.
Красивый до неприличия. Мужественный. Наконец, отсмеявшись, смотрит на меня, а у него в глазах смешинки все еще стоят и улыбка становится нежной.
— Любознательная Варюша… скажем так. Это не для красоты. Скорее, знаки отличия, принятые у моего народа. Не каждый может надеть такое кольцо.
Валид поясняет мне, а я в шоке смотрю на этого мужчину. Уж никак не ожидала, что он ответит.
Киваю. Не решаюсь продолжать более эту щепетильную тему. Но благосклонное настроение Байсарова не исчезает, я отворачиваюсь к окну, смутившись, но чувствую его взгляд кожей, ощущаю, будто ласкает меня не прикасаясь. У него очень мощная энергетика. Темная. Я бы сказала, трудно переносимая и отталкивающая. Но рядом с этим мужчиной мне комфортно.
Не знаю, как так получается, но я не жду от него резкости, не жду удара, что ли. Он какой-то надежный. Располагающий и это несмотря на то, что у меня порой от него мороз по коже. Словно две сущности в нем уживаются. Темная, от которой хочется бежать сверкая пятками, и вот такая вот неожиданная… не то, чтобы светлая… не могу даже мысленно слов подобрать, чтобы охарактеризовать этого мужчину, но ясно становится одно — Валид Байсаров умеет отвечать за свои слова и, несмотря на всю ершистость и бескомпромиссность своей натуры, он умеет быть мягким.
Та самая мягкость меча, закованного в кожаные ножны, как делали древние варвары. Вот такие вот ощущения…
— О чем думаешь, красавица?
Опять застает врасплох и я вздрагиваю. Вижу в окне отражение его лица. Он смотрит на меня.
— Обо всем, — не лгу я ему, уже поняла, что это бесполезно.
Приближается и у виска моего воздух ноздрями тянет. Так по-животному…
— О чем именно? — спрашивает, будто знает, что я о нем размышляла, и я поворачиваю голову, чтобы увидеть эти темно-кофейные глаза настолько близко, что темные изломы на сетчатке подмечаю.
— О тебе, Валид, я думала о тебе и о том, как свела нас судьба…
Скользит взглядом по моему лицу. И приближается, касается моей щеки рукой.
— С огнем играешь, красавица, — выдыхает угрожающе как-то и в этот самый момент машина останавливается.
Байсаров убирает руку. Выходит из автомобиля, спустя мгновение дверь с моей стороны открывается и Байсаров как истинный джентльмен протягивает мне ладонь.
Ловит меня за пальчики, помогает выйти и кладет мою ладонь на сгиб своего локтя. Демонстративный жест, указывающий на то, что я пришла с этим мужчиной и принадлежу ему.
Он идет по улице к высокому зданию, на первом этаже которого стоит охрана. При виде Байсарова ребята в костюмах просто расступаются.
Без единого слова. Один взгляд Валида и секьюрити опускают глаза, при этом произнеся:
— Приятного вечера.
Я иду рядом с опасным мужчиной. На мгновение накатывает какая-то слабость и головокружение. Словно ощутив мое смятение, Валид неожиданно опускает свою руку на мою талию, притягивает к себе.
— Расслабься. Все хорошо, ты со мной, — шепчет на ухо, и я киваю.
Почему-то я верю этому мужчине, пытаюсь подстроиться, исполнить его приказ. Потому что такие, как Байсаров, не просят. Даже в мягкой форме — его слова прямое выражение приказа.
Мы проходим в закрытое помещение. Как это ни странно, я ожидала, что здесь будет громкая музыка и биты, как было в клубе Мухоматова. Но здесь этого нет. И я понимаю почему.
Это открытие. Именно открытие заведения. И здесь присутствуют только избранные, только те, кого пригласили.
— Валид, дорогой! — раздается громогласный голос мужчины и Байсаров поворачивает голову, а я вижу стремящегося к нам мужчину.
Матерый. Взрослый. Изысканный какой-то. Явно восточных кровей. Черные глаза смотрят остро из-под соболиных бровей.
Легкая небритость подчеркивает широкие и острые скулы. Чем-то этот мужчина отдаленно похож на самого Валида.
— Заур, — Байсаров кивает и мужчины обмениваются крепкими рукопожатиями, улыбки на их лицах говорят о том, что встреча приятная.
— Не ждал, брат, не ждал, что подъедешь на открытие, — отвечает, судя по всему, хозяин этого люксового заведения.
— Не мог пропустить, — в той же манере отвечает Байсаров.
На меня явно друг Валида бросает быстрый взгляд. Острый, подобно бритве. Смотрит как на приложение к мужчине, который пришел в это злачное место.
А мне неожиданно холодно становится. Словно для меня важно мнение этого огромного мужчины, который так открыто улыбался Валиду.
Хочется передернуть плечами и вообще пойти и накинуть на плечи пальто, прикрыться. Потому что одним взглядом Заур словно сказал, что именно думает о девушках, сопровождающих таких мужчин, как Байсаров. Кажется, этому есть даже западное звонкое название “эскорт”, но по факту взгляд черных глаз Заура слишком явно сказал мне, что на подобных женщин этот мужчина смотрит как на пыль, которая оседает на его дорогущих глянцевых туфлях.
С каждой миллисекундой мне становится все больше не по себе, как неожиданно Валид притягивает меня к себе и, прямо смотря в глаза Зауру, произносит:
— Познакомься, брат, моя спутница — Варвара…
Байсаров произносит все тяжелым и давящим тоном, а смоляная бровь Заура с каждым его словом ползет все выше, и мужчина вновь обращает на меня свои черные глаза.
В этом освещении его глаза именно черные. Глубокие. Сливающиеся со зрачками. Пронизывающий, опасный взгляд. Он словно на частицы меня разбирает, изучает, присматривается.
— Очень приятно, Заур, — наконец, отвечает и голос у него глубокий, рокочущий.
— И мне… — выдавливаю из себя ответ и чисто интуитивно жмусь к Валиду, словно ищу у него защиты, потому что чувствую в этом мужчине какую-то скрытую дикую агрессивность, которая, правда, исчезает после того, как Валид обозначает меня.
Ощущение такое, что вот только что Байсаров совершил нечто, что в корне изменило отношение его друга и, судя по всему, владельца всей этой роскоши.
Заур слегка мне кивает, улыбнувшись лишь краешком губ, а вот глаза… Эти темные глаза сверкнули, или это блик попал, но отчего-то мне показалось что вот сейчас этот мужчина что-то для себя понял.
— Надо же, братишка…
Опять выдает Заур, но на меня больше не смотрит. Его прямой взгляд устремлен на Байсарова. Словно эти двое сейчас общаются безмолвно.
Валид ничего на это не отвечает и Заур улыбается подобно радушному хозяину и теперь его внимание адресовано не только дорогому гостю в лице Байсарова, но и мне.
— Наслаждайтесь. Все в вашем распоряжении. Как, кстати, вам мой скромный клуб?
— Заур, не льсти себе, скромность — это явно не про тебя… — подкалывает мужчину Валид.
— Нравится?
Смотрит на меня, а в глазах смешинки, немного ироничные, но в целом тот прошивающий холод пренебрежения исчезает бесследно и от этого мне становится уютнее.
— У вас красивый клуб. Но, честно говоря, мне не нравится.
Две пары мужских глаз, как по команде, останавливаются на мне. Взгляд Заура сначала кажется ошеломленным, неверящим.
— Почему?
— Слишком многолюдно. Ярко, — умалчиваю о своем не самом приятном опыте знакомства с подобным злачным местом, хотя клуб Мухоматова при всем своем лоске уступает этому в разы.
Взамен заканчиваю свои слова чистосердечным признанием:
— Честно говоря, вообще домосед и не любитель подобных мест…
Не знаю, что я такое говорю, но с каждым моим словом улыбка на лице мужчины становится все более теплой, словно он под дождем котенка увидел и вот думает, как его угораздило оказаться на улице.
— Надо же, брат, надо же…
Повторяет и опять на Байсарова смотрит, который прижимает меня к себе сильнее, и рука оживает, с моей талии ползет на бедро, словно свою территорию демонстрирует.
— Мне определенно нравится ваша искренность, Варвара, — подмигивает игриво и взгляд на Байсарова переводит, переходит неожиданно на другой язык, который я не понимаю, но уже слышала, как на нем разговаривал Валид.
Спустя короткую паузу Заур получает ответ на русском, а я примерно понимаю, что именно спрашивал владелец клуба:
— Где взял, там больше нет, брат…