Глава 16
Заур кивает, улыбнувшись. В глазах черти пляшут. Обольстительный мужчина, когда не смотрит зверем.
— Повеселись, брат, мой клуб в твоем распоряжении.
Валид кивает.
— Все заявленные гости пожаловали? — спрашивает с нажимом и мужчины скрещивают взгляды.
Что-то в лице Заура меняется. Мимолетно. Словно эти двое общаются без слов, на что владелец клуба лишь многозначительно кивает.
Ощущение такое, что кто-то из этих хищников расставил силки и ожидает лишь того, когда выбранная жертва попадется.
У меня от этого зрительного контакта словно ледяные мурашки по шее вниз бегут и в горле становится неожиданно сухо.
Опасные хищники. Признающие территорию друг друга.
Наконец, Байсаров кивает. И прерывает гляделки. Владелец клуба вновь становится радушным хозяином и переводит взгляд на меня.
— Рад знакомству, Варвара.
Мне надо бы, исходя из правил хорошего тона, ответить “взаимно”, но я не могу.
Мужчина понимает мое смятение и улыбается краешком губ неожиданно тепло и в глазах исчезает арктический лед.
Заура вновь окликают очередные гости, которые жаждут поприветствовать и поздравить владельца клуба.
Мужчина отходит, вижу, с каким почтением к нему обращается еще один явно влиятельный человек, которого сопровождает просто невероятно красивая девушка в ультракоротком мини.
Лицо кукольное. Идеальное практически. Без единого изъяна, словно подогнанное под определенные стандарты мерилом.
Стоит Зауру подойти, как красавица начинает лучиться улыбкой, но мужчина остается к прелестям шикарной красотки абсолютно равнодушным.
Даже не смотрит в ее сторону, и улыбка меркнет на лице девушки, она сильнее вцепляется в локоть весьма взрослого мужчины, если не сказать староватого, с заплывшей жиром шеей.
Заур, кажется, одним взглядом умеет как возвысить человека, так и вкатать его в грязь…
Мимолетная сцена, замеченная краем глаза, цепляет, но Валид сильнее притягивает меня к себе и шепчет на ухо:
— Пойдем, принцесса.
И Валид ведет меня дальше.
Оказываемся в другом помещении. Здесь все продуманно по ярусам. Пространство из одного перетекает в следующее. Здесь на потолках висят люстры. Их много. Много мрамора и золота, а я понимаю, что Валид ведет меня к лестницам, которые преграждают секьюрити.
Напрягаюсь отчего-то. Кажется, что здесь вход в совершенно иное место. Более закрытое. Доступ сюда дается лишь единицам.
На мгновение замираю, сбиваюсь с шага, Валид же чувствует мое странное смятение и наклоняется к моему уху.
— Ты со мной. Ничего не бойся.
Вот так коротко. Прямо. “Ты со мной”.
При появлении Байсарова охранники вновь как по щелчку расходятся в стороны, пропуская гостя к лестницам. На меня бросают короткий оценивающий взгляд. Как если бы рассматривали угрозу и, не найдя ничего подозрительного, принялись дальше исполнять свои обязанности.
Мы поднимаемся на этаж, где двери распахиваются перед нами, запуская в огромное пространство. Словно дворец оживший. Владения Заура, судя по всему, ярусные.
Каждый ярус имеет свою тематику, и вот этот вот…
Судя по всему, это закрытая часть только для ВИП-персон. Здесь снуют официанты, на подносах которых столбиками стоят бокалы с игристым напитком.
В длинных белых передниках. В перчатках и в жилетках. Даже персонал вышколен и соответствует идеальному интерьеру настоящего дворца.
Помпезно. Гротескно. Но даже в этой роскоши улавливается выдержанный стиль и работа дорогостоящего дизайнера.
При виде Валида мужчины приветливо кивают, обмениваются рукопожатиями. Валид непринужденно берет бокал с подноса замершего рядом официанта и, как это ни странно, не пьет сам, а передает мне.
— Расслабься.
К Валиду подходят мужчины. Преимущественно обсуждают дела. Но все же обстановка здесь располагает к тому, чтобы развлечься.
Рассматриваю гостей. Мужчины ведут деловые беседы. Их ослепительно красивые спутницы щебечут и звонко смеются. При этом стреляют глазами в сторону мужчин и мне почему-то кажется, что все они наблюдают за Валидом, не говоря уже о взглядах, которые я чувствую на себе.
Будто кто-то скальпелем проходится по позвонкам. Тянет поежиться или вовсе уйти отсюда.
Здесь я абсолютно чужая, а под дружелюбными масками скрывается абсолютное равнодушие, или же ненависть. Странное дело, не зная этих девиц, я ощущаю, как вызываю их явное недовольство.
Валид же словно чувствует мой настрой. Наоборот, приобнимает меня, властно кладет руку на бедро и смотрит в глаза.
И я на мгновение тону в этом темно-кофейном взгляде.
— Что, принцесса?
— Домой хочу, — отвечаю совершенно честно.
Вообще Байсарову не соврешь. Улыбается краешком губ, глядя мне в глаза, хочет что-то ответить, но нас прерывает наглая интонация и мужской голос:
— Надо же… Сам Байсаров почтил присутствием…
Валид резко оборачивается. И я вижу перед собой убеленного сединами мужчину. В элегантном костюме, в очках. Сухощавый. С острым взглядом и кустистыми бровями. Незнакомцу явно за пятьдесят, и я замечаю, что он вместе со своей процессией. Будто король рядом со свитой, которая стоит за спиной мужчины и ловит каждое его слово.
Рядом с ним как элемент интерьера возвышается блондинка. Вот именно что возвышается. Она на полголовы выше этого мужчины. Модельного вида девушка. Одетая в тонкое просвечивающееся платье, которое не оставляет места фантазии, и любой, кто бросит взгляд на нее, видит достоинства, выставленные на всеобщее обозрение.
Красивая. Сложенная подобно греческой богине. Здесь других не водится. Все девушки словно витринные экспонаты, скорее, напоминают кукол, которые добавляют лоска хозяину, потому что мужчина рядом оставляет именно такое впечатление.
Спутницы сильных мира сего наподобие аквариумных рыбок, которых коллекционируют, которыми хвастаются.
Рядом с ними я теряюсь. Обычная девчонка, не понимаю даже, что я здесь делаю рядом с Байсаровым.
По тому, как на него смотрят, понимаю, что любая бы захотела побыть на моем месте и это навряд ли из-за знойной внешности кавказца. Здесь, скорее, все вкупе, так как мой спутник оставляет за собой ореол власти.
— Шилов, — отвечает Валид и мужчина улыбается, словно сына родного увидел. Подходит и протягивает сухую руку для обмена рукопожатиями, которую Валид принимает.
У меня холод идет по спине от этой улыбочки, от того, какой взгляд незнакомец бросает на меня. Оценивает.
— Сколько лет, сколько зим, — отвечает мужчина, — не думал увидеть… говорят, у тебя проблемы организовались. Документы пропали…
Многозначительно подмечает, а цепкие глаза схлестываются с темным взглядом моего спутника.
— Мир слухами богат, — отвечает Байсаров, а я чувствую, как его пальцы сильнее сжимаю мое бедро.
— Ну что же, слухи всегда преувеличены… Кстати, я вот с Зауром договорился устроить небольшую развлекаловку для ближнего круга.
Валид прищуривается. Ощущаю, что здесь что-то происходит. Но не улавливаю сути.
— Предлагаю тебе стать участником игры. Ставки будут высокими, а победитель, как всегда, заберет все.
— Заманчивое предложение, Сергей Сергеевич, но ты знаешь, я не азартен.
Байсаров сама учтивость, как, впрочем, и его собеседник. Встреча сильных мира сего, где за каждым словом сокрыто нечто иное, филигранная работа по прощупыванию почвы. Я мало что понимаю в этом разговоре, просто интуитивно чувствую, что под этим милым общением сокрыто что-то устрашающее, пугающее.
И если с Зауром я чувствовала флер дружбы между мужчинами, то здесь откровенный военный нейтралитет, а может, и временное перемирие.
От того, как этот Сергей Сергеевич смотрит на Валида, бросает в дрожь, но когда этот мужчина обращает взор своих блеклых глаз на меня, вот тут у меня сердце заходится в неровном ритме.
На меня словно рыба смотрит. Холодная. Безжизненная. С мутными глазами. Такого не разжалобить. Страх сковывает и вдруг кажется, что мне сильно повезло, что меня подарили именно Байсарову, а не, скажем, этому Шилову. И тут дело не в том, что этот мужчина старик, хоть и моложавый. Нет. Здесь иное. В его глазах… они пугают…
— Неожиданно видеть тебя со спутницей, — проговаривает нейтрально, словно дань уважения проявляет, а у меня по спине мороз и рука Валида напрягается сильнее.
— Шилов Сергей Сергеевич к вашим услугам, юная красавица, а вас как звать?
— Варвара, — отвечает за меня Байсаров, словно жирную точку в разговоре ставит. Не дает продолжить.
— Приятно познакомиться, Варенька, — переходит на панибратский и улыбается Шилов. Зубы ровные-ровные, белые-белые, явно работа хорошего дантиста. Как это ни странно, они придают возраста мужчине. Неестественно видеть такой оскал у человека в возрасте Сергей Сергеевича.
Киваю, запоздало встрепенувшись, и Шилов опять переводит взгляд на Байсарова.
— Советую принять участие в игре. Ставка как всегда, а вот гран-при… я думаю, тебя заинтересует… один сталелитейный завод, кстати, слышал, что ты его хотел выкупить.
Ничего не понимаю из того, что говорит этот Сергей Сергеевич. Но чувствую, как повисает в воздухе напряжение.
— Ты ведь отказал мне, — отвечает Валид, — не хотел продавать…
Сергей Сергеевич только улыбается еще шире и его сухое лицо идет морщинами, словно полукругами, на щеках и лбу.
— Скажем так, сегодня хороший день. Мы празднуем открытие клуба хорошего человека, так почему бы и не расслабиться, тем более что Мухоматов решил поставить одни очень интересные документы на кон…
— Документы? — переспрашивает Байсаров.
И кажется, я начинаю понимать… По тону, по самой атмосфере, которая повисла в воздухе. Так пахнет озоном после грозы.
Вот и сейчас Сергей Сергеевич улыбается, словно поясняя:
— Ну ты же знаешь, что я люблю пощекотать нервишки. А чем старше становлюсь, тем скучнее. Все попробовал, все от жизни взял. Скучно становится. Двух жен схоронил, дальше уже все… Пока молод был, был интерес. Сейчас одну мою куклу меняет другая. Только старость приносит с собой равнодушие и уже ничего не заводит так, как хорошая партия с желанными для игроков ставками…
Пока мужчина говорит, у меня ноги слабнут. Перевожу ошарашенный взгляд на спутницу этого ненормального, как по мне, но девушка продолжает мило улыбаться, как неживая. Этакая фарфоровая кукла, полностью подчиненная воле своего хозяина.
Страшно становится от этого всего. А еще… от того, как смотрит на меня этот мужчина. Едкий взгляд. И еще… Мне его фамилия отчего-то знакомой кажется…
Только я не могу понять, откуда…
Чувствую повисшее напряжение в воздухе каждой порой. И ощущаю на себе странный взгляд Сергей Сергеевича. Мне от этого взгляда хочется почесаться и пойти искупаться заодно.
Валид молчит и, кажется, что уже и не ответит на предложение мужчины, который улыбается и говорит:
— Жаль, Валид, люблю достойных игроков…
— Я еще не отказался, Сергей Сергеевич, — улыбается уголками губ, и только я хочу вздохнуть облегченно, как Байсаров добивает, — я не против сыграть, особенно когда на кону ожидаются столь ценные ставки.
Шилов, получив этот ответ, вдруг начинает сиять, будто он знал, что Валид не откажет.
— Ну что же, тогда давайте пройдем за столик, — почтенно говорит Шилов и идет в сторону.
Байсаров тянет меня вслед процессии, вдруг наклоняется и шепчет мне на ухо:
— Ничего не бойся.
Проговаривает вроде и вскользь, а я на него смотрю, на лицо непроницаемое и не понимаю, что происходит.
Двери открываются перед Шиловым в отдельную лоджию, или даже не знаю, как это назвать. Огромная гостиная для особых гостей.
Здесь в центре стоит большой круглый стол. Очень красивый, деревянный, покрытый глянцевым лаком, в середине затейливый орнамент, а за этим столом стоит мужчина в форме, с черными нарукавниками, похожий на официанта, но я понимаю, что это кто-то наподобие крупье.
Я не бывала в казино ни разу, но понимаю, что здесь будет вестись какая-то игра с огромными ставками…
Большие мальчики — большие игры — большие деньги…
Взгляд скользит по помещению и останавливается на диванчиках, где в углу сидят несколько мужчин, потягивая кальян, и меня парализует.
В одном из них я узнаю Мухоматова. Мужчина окидывает меня цепким взглядом и приподнимает бровь. Будто не ожидал меня увидеть и удивлен. Пот начинает струиться по спине. Я чувствую, что здесь ведется какая-то игра, смысл которой я не понимаю от слова совсем, и кто здесь настоящий хищник, ведущий охоту, я не знаю…
Отчего-то не хочу оставаться здесь, бросаю взгляд на Байсарова, но по его лицу я ничего не понимаю. Маска. Без эмоций. Отрешенная. Холодная мина.
— Ну что же, господа, приступим! — командует Шилов и хлопает в ладоши.
Мужчины занимают места за столом, их спутницы становятся поодаль, общаются, их бокалы не пустеют благодаря снующим туда-сюда официантам.
— Запомни, что сказал. Ничего не бойся, — опять повторяет мне Валид и смотрит в мои глаза. Не мигает. Словно ждет подтверждения, что поняла его.
— Я хочу уйти, хочу домой… — выдыхаю едва слышно и Байсаров отрицательно качает головой, сжимает руку на моем локте, словно хочет услышать, поняла ли я его или нет.
Наконец, наши игры в гляделки заканчиваются тем, что я киваю, и Валид отходит, садится за стол, я же остаюсь за его спиной.
Не хочу отходить к девушкам, которые о чем-то болтают и смеются.
— Ну что же, господа, начнем, — командует Шилов и мужчина, которого я для себя нарекла крупье, вытаскивает карты и начинает тасовать.
Я наблюдаю за быстрыми движениями молодого мужчины, рассматриваю его бледное лицо и зализанные воском волосы. Если бы увидела его на улице, никогда бы не подумала о подобной профессии. Похож на преподавателя или учителя…
— Делайте ставки, господа, — раздается учтивый голос парня, и Сергей Сергеевич улыбается.
— Начнем с минималки, — бросает на стол фишки из тех, что разложены перед ним, — обычная ставка миллион.
Чуть не падаю, услышав о подобных минимальных ставках. Мухоматов поддерживает, так же поддерживает и Валид, и еще двое мужчин. Один из них блондин с холодными карими глазами, а вот второй весьма упитанный мужчина средних лет, весь какой-то жирный и неприятный.
За его спиной стоит его спутница в провокационном мини и пьет, поглаживая мужчину по покатому заплывшему жиром плечу.
Партия идет своим ходом. Я ничего не понимаю. Слышу только “повышаю”.
— Пять миллионов.
— Десять…
— Повышаю…
Ноги затекают стоять на одном месте, и я подхожу к столу, занимаю место за Валидом. Его карты лежат веером перед ним. Он в них даже не смотрит. Расслабленный. Спокойный. Таким же выглядит блондин по имени Александр, фамилия Смолин. Пока играют, общаются, и я запоминаю, кто есть кто за этим столом.
— Повышаю. Двадцать лямов тунгусских эвриков, — выдает Мухоматов и почему-то бросает едкий взгляд на меня.
То, что он меня узнал, я уже понимаю.
Отвожу взгляд и опускаю руки на стул Валида, опираюсь, устаю стоять, но не хочу на диванчик к тем девушкам.
Не знаю. Чувствую себя в безопасности рядом с Байсаровым. Как бы странно это ни звучало. В ореоле его ауры и спокойной энергетики лидера мне спокойно.
Учитывая, какие ставки идут за этим столом…
Мне страшно становится. Люди за этим красивым столом обладают баснословным богатством и властью, и это по-настоящему пугает, потому что, помимо игры в покер, здесь ведется и другая игра… разгадать которую я не могу, но буквально нутром чувствую некую недосказанность…
— Воздерживаюсь!
Отвечает на ставку сальный мужик с редкими рыжими волосиками. Замечаю, как он начинает потеть так, что уже пот по носу стекает.
— Пошла вон, дура! — рявкает вдруг на свою спутницу и отшвыривает ее наманикюренные пальчики от себя.
Через минуту этот мужчина по имени Лев Дмитриевич встает и отходит, явно проиграв… двадцать миллионов…
— Ну что же, господа, разогрев прошел на славу, пришло время для настоящих ставок…