Глава 22
— Варька, ну ты чего застыла?! — окрик Вики заставляет меня встрепенуться и выплыть из воспоминаний первых дней, когда я принимала реальность, осознавала ситуацию и пыталась понять, как быть и что делать дальше.
— Ну ты идешь?! Хватит в небесах витать!
Подруга отходит от двух девчонок и подходит ко мне, застывшей в отдалении от ресторана.
— Варь, что случилось? Почему встала столбом? — рыженькая курносая девушка заглядывает мне в глаза.
Моя соседка оказалась порядочным и надежным человеком. Вроде и болтушка — хохотушка, но серьезная, вот и сейчас я вижу в ее глазах беспокойство.
— Варька… ну… ты чего…
Не знаю, как ответить на ее вопрос, пожимаю плечами, а у самой на сердце кошки скребутся… предчувствием…
— Да хватит тебе! Пошли! Повеселимся, поболтаем, в люди выйдем! Ты как затворница ей богу!
Обращаю взгляд на великолепное строение и опять смотрю на подружку.
— Мне кажется это слишком дорогое заведение. У меня столько денег нет, — отвечаю наконец и прикусываю губу.
Соседка по общежитию хмурится, а затем улыбается весело и задорно.
— Конечно дорогое! В такое не зайти нам простым студенкам! Так в том и кайф. Я же тебе говорю парень Соньки тут в официанты пробился и у него есть бонусная скидка, вот он и решил шикануть милую свою порадовать, а Софья прекрасная в разгон пошла, решила перед подружками похвастаться, так что всем нам повезло. Счет будет со скидкой, так что расплатишься, а если не хватит, так я докину! Не боись. Побалуем твоего пузожителя, потом расскажешь ему о тетке Вике.
Веселая рыжуля заставляет меня улыбнуться. С ней действительно тревоги отходят, и я киваю, улыбнувшись.
— Ну вот! Гулять — так гулять!
Вика тащит меня в сторону кафе, я вливаюсь в поток подружек, весело щебечущих о слухах и сплетнях.
Дверь перед нами распахивает метрдотель и мы сразу же оказываемся в роскошном помещении, усыпанном живыми цветами, которые являются уникальным акцентом интерьера, а еще в у дальней стены лежат книжные полки.
Мило, уютно и запах…
Умопомрачительно пахнет корицей и ванилью. В свою беременность я стала очень чувствительна к ароматам, духи не переношу, сразу же позывы рвотные, а иногда нравятся те ароматы, которые раньше даже не замечала.
Но здесь. В белоснежном нутре с яркой зелеными растениями мне становится как-то спокойно и комфортно.
Странно, что я побоялась заходить сюда. Очень и очень странно.
Нас встречает официант — он же по совместительству парень Соньки. Высокий и сухощавый, сейчас серьезный, но в голубых глазах виден озорной блеск, когда он тактично здоровается с нашей группкой.
— Добро пожаловать на нашу Веранду. Прошу следовать за мной, — выдает уверенно, а я смотрю на Софию, как у нее щеки краснеют, как спина выпрямляется. И понимаю, что здесь в воздухе витает любовь…
Завистно ли мне?
Возможно. Не о таком я мечтала. Да и то, что приключилось со мной можно только в кино увидеть, мне бы тоже хотелось повстречать такого вот Петю — сверстника, полюбить и взрослеть вместе, решать вопросы, съехаться, работать, а потом уже и о детях задуматься.
Но как говориться человек полагает, а вот Бог располагает… Любимая поговорка моей мамы.
Я нисколечко не сожалею о том, что скоро стану мамой. Для меня это счастье, но вот когда смотрю, как Петр придерживает для Сони стул, как нежно проводит по ее плечу, скрытой лаской, мне тоже хочется…
Боже, как же мне хочется, чтобы Валид был рядом, чтобы я положила голову на его сильное плечо и поныла про то, что в последнее время у меня дико болит поясница, а еще долго стоять не могу…
Так и вижу картину, где он сидит на диване, закинув мои уставшие ноги к себе на колене и мягко гладит мои икры…
Проклятые мечты, которым не сбыться…
Петр придерживает стул так же и мне, сажусь немного неуклюже, но благо здесь мягкие сиденья, и я немного ерзаю, устроившись поудобнее.
— Так, мне пожалуйста тарталетку с малиной и еще чай с чабрецом.
Нарушает мои мысли звонкий голос миловидной блондинки Сони, которая на правах лидера нашей маленькой стайки делает первый заказ, весело и озорно посматривая на Петю.
Он же с невозмутимым видом принимает заказы девчонок, обращается ко мне, и я заказываю тот самый торт с соленой карамелью, который так хотела попробовать и молочный чай. Не знаю, что это такое, но только прочитав название, я безумно захотела попробовать…
Петя кивает и удаляется, а я вливаюсь в беседу. Девчонки на перебой хвалят Петра и выбор Сони. А она улыбается счастливо, глаза горят что называется.
Спустя короткий промежуток времени парень приносит наши заказы, и я на мгновение подвисаю, разглядывая шедевр кулинарного искусства, который сервирован на большой белоснежно тарелке с зеленой каймой.
Беру вилку и пробую…
Не замечаю, как уплетаю все пораженное и смакую последний кусочек.
Прикрываю на мгновение глаза получая настоящее удовольствие. Соль и сладость…
Кажется моему малышу тоже нравится, чувствую, как карапуз пинается и улыбаюсь, а когда я открываю глаза застываю с поднятой вилкой в руке…
Наш столик располагается так, что с моего места виден вход. И именно в это мгновение мой взгляд цепляется за нескольких мужчин, которые в этот момент входят в ресторан. Все в костюмах. От них веет властью, мужчины ведут свою беседу, улыбаются, обсуждают что-то, а я вот впадаю в полное оцепенение, потому что мне кажется, что я узнаю профиль одного из мужчин. Смоляные волосы зачесаны назад, весь в черном, верхние пуговицы сорочки не застегнуты…
Профиль, отдаленно схожий, напоминающий…
Мгновение и мужчина исчезает в толпе, которая быстрым шагом идет в противоположную от меня сторону, а у меня сердце заходится в груди. Бьется, как сумасшедшее, взглядом я рыщу по спинам мужчин и мне кажется, что узнаю одного, широкоплечего и мощного…
Наваждение…
Удар в сердце.
И на глазах у меня вспыхивают слезы. Все тело сводит, потому что мне всего лишь показалось…
Показалось…
Моргаю, чтобы заставить странное видение исчезнуть, а компания мужчин исчезает в глубине зала.
— Варя, ты побледнела… — слышу голос Вики и с трудом заставляю себя повернуть голову, чтобы посмотреть на подругу.
— Нет, все хорошо. Просто померещилось… — отвечаю быстро, а сама делаю глоток чая, вкуса которого я не чувствую.
Столько времени прошло, а Валид и все, что связано с ним вызывает острую резь в моем сердце.
Я пытаюсь заставить себя вернуться к разговорам и у меня даже получается. Не хочу думать, вспоминать, ничего не хочу.
Удается даже рассмеяться шутке Сони и именно в этот момент мне кажется, что я чувствую острую резь в виске, будто кто-то на меня смотрит, причем смотрит пристально, будто дуло пистолета наставляет, поворачиваюсь в ту сторону, откуда чувствую взгляд, но зал полный и ничего подозрительного я не замечаю.
Пары весело проводят время, разговаривают…
Ничего подозрительного. Просто это я схожу сума видимо, потому что впервые оказалась в месте, которое подходит для людей уровня Байсарова и теперь в каждом встречном — поперечном ищу его.
Глупо, конечно. Очень и очень глупо…
— Я на секунду отойду, — улыбаюсь девчонкам, — кажется чая перепила.
— Иди-иди, я как раз еще нам закажу попить. Тут есть мятный чай, со специями, надо попробовать. Тебе должно понравиться сочетание несочетаемого. Вообще это место как нельзя лучше подходит для беременных и их вкусов…
Девчонки смеются, а я улыбаюсь. Живот я скрываю под широкой одеждой, но уже мое положение особо и не спрячешь, так что подтрунивания я воспринимаю нормально, тем более что это все просто шуточки.
Киваю и поднимаюсь. Рядом проходит официантка и я спрашиваю у нее куда идти, на что получаю четкое направление.
— Спасибо!
Улыбаюсь миловидной девушке и иду в указанном направлении. Хоть и на лице у меня все еще живет улыбка, на душе опять поднимается тайфун.
Дохожу до нужной двери и распахиваю ее. Сразу же иду к раковине, включаю холодную воду и помещаю под струи дрожащие пальцы. Поднимаю глаза и смотрю в зеркало. Откуда на меня смотрит девушка с грустными глазами, немного бледная с ярко алыми искусанными губами.
Поход в туалет был предлогом, чтобы дать себе чуточку времени, отдышаться.
— Когда же ты уже забудешь его? — спрашиваю свое отражение, но ответа на вопрос так и не следует.
Прикрываю веки и морщусь, чувствую, как мой малыш опять пинается. Непоседа моя так ярко чувствует настроение мамы и сейчас малыш напоминает о себе, словно говорит, что я должна быть сильной. Нельзя раскисать. У нас еще много дел впереди, и мы обязательно справимся.
Киваю своим мыслям и умываюсь. Холодная вода охлаждает мысли, заставляет воспоминания отойти.
Нельзя видеть в каждом того, кто наплевал на тебя, которому ты никогда не будешь нужна…
Однажды мое глупое сердце поймет эту истину.
Я надеюсь на это…
Закрываю кран и вытираюсь бумажным полотенцем. Будь я в другом настроении, я бы оценила дизайн уборной, цветы и стружки ванили, которыми забиты маленькие прозрачные вазочки…
Сейчас нет. Отбрасываю бумагу в корзину, смело иду к дверям, выхожу, разворачиваюсь и меня будто молнией поражает, потому что в мою сторону идет та самая группа мужчин в меньшем составе. Их трое. И двое из них весело обсуждают что-то, улыбки на их лицах говорят о позитивном настрое.
Но вот третий. Тот, который возвышается над всеми в беседе не участвует.
Я лихорадочно пытаюсь понять, что делать. Как быть. Бежать, или же остаться стоять, потому что не факт, что меня узнают…
Мужчины стремительно приближаются ко мне. А я собраться не могу. Хочется забежать обратно в уборную и в какой-то миг мне кажется это правильным решением. Дотянуться до ручки и скрыться за дверью.
Мысленно уже решаюсь, как вдруг один из этих представительных людей бросает на меня взгляд.
Темные глаза. Пронзительные до ужаса. Яркие. Смотрящие так остро и холодно из-под широких соболиных бровей.
Восточный мужчина. Матерый. С хищными чертами. Хватает секунды, чтобы вспомнить кто именно передо мной. Сердце скачет в груди, как ненормальное, а губы беззвучно шепчут отрицание.
Не может этого быть…
Пожалуйста…
Мне кажется, что я падаю в пропасть, ноги слабеют, воздух комом становится в груди, а я в инстинктивном жесте накрываю руками живот…
Заур приближается не спешно. Смотрит на меня так. Что кажется сейчас дыру протрет. А мне становится страшно. Действительно страшно.
На мгновение пролетает трусливая мысль, что мужчина меня забыл. Не помнит. Мало ли сколько там у Валида девок, которых он почти что на ставку ставит в играх, но эта мысль исчезает.
Потому что Заур что-то говорит мужчинам, и она уходят вперед, не обращают внимание на меня, а вот восточный мужчина смотрит безотрывно.
Наконец прихожу в движение, хочу сбежать, спрятаться в туалете, порывисто цепляюсь за ручку, но сильная рука на моем локте не дает мне уйти.
Меня разворачивают и смотрят прицельно в глаза.
— Ну здравствуй, Варя… Давно не виделись…
Глубокий бархатный голос и у меня ноги слабнут. Узнал. Боже он меня узнал…
В глазах сразу же щиплет, слезы скапливаются, но не стекают по щекам.
— Здравствуйте, — отвечаю ломким голосом, а вот Заур опускает свой взгляд и смотрит на мой живот…
Прикусываю губу. Даже не знаю, что можно сказать. Просто стою. Секунду — другую. А Заур тем временем проходится по моей руке и берет мою ладонь в свою. До меня доходит, что он смотрит на обруч на моем пальце.
Не сняла…
Так и не смогла пересилить себя и сорвать с пальца клеймо Валида…
— Мне… мне нужно идти… Отпустите… пожалуйста…
Мямлю, голос дрожит, я перепугана до чертиков, в шоке, стрессе, дышать не могу и Заур поднимает взгляд на мое лицо, хмурит брови, понимает, что меня трясти начинает не на шутку.
Знобит сильно, и я уже начинаю бояться за своего ребенка. Сердце у меня в груди ходуном ходит.
— Успокойся. Варя.
Голос Заура наполнен силой и властью. Я не могу понять до конца что именно он сейчас думает, что чувствует, на что он сейчас давит, но неожиданно брат Валида отпускает мою руку.
— Успокойся…
Опять бросает слову и отходит от меня. Затем поворачивается и просто уходит. А я смотрю ему в след. Ничего не понимаю.
Это все?!
Я ожидала всего, боялась агрессии, да черт знает что уже надумать успела, но никак не ожидала, что этот матерый мужчина просто повернется и уйдет, а я буду наблюдать за его удаляющиеся широкой спиной…
Заур скрывается за поворотом и только тогда я выдыхаю.
А потом меня будто молнией ударяет, я быстро иду в зал, наклоняюсь к Вике, шепчу, что возникли неотложные дела, забираю свои вещи и просто убегаю. Скрываюсь бегством, потому что чувствую, что есть какая-то недосказанность в моем коротко срочном общении с Зауром, словно… не знаю. Что-то царапает мое восприятие.
Сильно царапает.
Я выбегаю на улицу. Действую на эмоциях. Не понимаю, как оказываюсь в своей комнате, хватаю чемодан и бегу.
Какая разница, когда уезжать. Я решаю, что время пришло. Заказываю такси и спустя сорок минут оказываюсь на вокзале и о чудо — мне везет! Удается обменять билет на поезд, который отходит вот прямо сейчас.
И только, когда оказываюсь в купе, я выдыхаю…
Вижу, как скрывается станция и прикрываю глаза. Именно в эту секунду слезы градом начинают течь по щекам, а мерный стук колес успокаивает…
— Убежала…
Шепчут губы, а внутри цветет боль, потому что даже если бы Заур решил, что я беременна от Валида, ничего бы мне это хорошего не принесло…
— Мы не нужны нашему папе… малыш, но я буду любить тебя за всех и оберегать буду…
Шепчу слова, а сама руку на живот кладу, малыш сильно пинается, видно мы перенервничали, а еще у меня начинает тянуть поясницу. Сильно…
Прикрываю глаза и пытаюсь устроится поудобнее, звоню маме и предупреждаю, что еду.
На сердце кошки скребут, я ложусь и пытаюсь уснуть. Живот начинает болеть все сильнее, а слезы страха текут по щекам.
Я просыпаюсь, когда поезд останавливается, смотрю в окно и понимаю, что мы приехали в мой родной городок, на перроне вижу маму и начинаю реветь белугой…
Машу ей, а она мне, но улыбка меркнет на лице матери, когда она замечает в каком я состоянии.
Сильная боль внизу живота скручивает моментально, и я чувствую, как у меня одежда, там внизу промокает…
— Боже… — шепчу и страх затапливает, мне начинают помогать люди, рядом кричит какая-то женщина, что нужно звонить в скорую, что рожают…
А я лишь молюсь, чтобы с моим сыночком все было хорошо…
Сирена оглушает. Скорая… Носилки… Лицо матери… и ее слезы, рука, сжимающая мою…
И боль… адская… невыносимая просто… она скручивает все тело…
Цепляю за руку в белом халате…
— Мой малыш… спасите моего малыша… — шепчу врачу…
— Тихо… дурочка… рожаешь… все хорошо будет!
Рявкает на меня, но в глазах я вижу напряжение. Боль затапливает сознание…
Нахожу себя в стенах больницы…
— Операционную! Быстро! Тяжёлый случай! Ребенок ножками идет!
Обрывки фраз и боль…
Мне кажется меня живьём режут. Нестерпимая адовая боль…
И слезы… Бесконечные… искусанные губы в кровь…
— Мой малыш… Прошу… умоляю… спасите его…
Больше ничего не чувствую. Мне надевают кислородную маску…
Теряю себя. Боли не чувствую и погружаюсь в какой-то вязкий мрак. Беспросветный… и последнее, что вижу…
Наваждение какое-то…
Но мне кажется, что в операционную врывается мужчина…
Черные смоляные волосы… резкие черты…
Черт возьми Валид…
Ты меня и на том свете преследовать будешь…
Последняя мысль и я отключаюсь…