Эпилог
Виктория
Я всегда была против насилия. Но поступок Олега оценила и приняла. Пришлось осознать, что есть мир, в котором правила далеки от морали. И, к сожалению, мир этот был не настолько далек от нашей жизни.
Развод Демьяну дался непросто. Его склочная супруга не раз и не два попыталась подпортить нам нервы. Но каждый раз мой любимый мужчина упреждал удар и отгораживает нас от происходящего.
Я видела, как он злился, чувствовала это, и старалась дать то, чего ему не хватало — покой, семью, любовь.
С каждым днем отношения между нами словно выходили на новый уровень. Мы становились семьей. Настоящей.
Я вернулась на работу, а Демьян выгнал Арса из Дайнекса. Просто поставил условия отцу, что либо он, либо Арсений. И тому пришлось подчиниться.
Знакомство с его родней произошло спустя неделю после официального развода Демьяна. Как оказалось, отец Юли тоже не отошел от инфаркта и довольно быстро скончался в больнице.
Таким образом наша безопасность перестала быть по ударом.
Родители Демьяна приняли новость о нашем браке настороженно. Впрочем, это была скорее формальность — дань семейным традициям — поприсутствовать на семейном ужине.
Больше мы туда не ездили. И я была этому даже рада. Когда увидела родителей Демьяна, ужаснулась. Арсений попытался в своей манере пофлиртовать со мной, но любимый быстро урезонил брата, и дальнейший вечер прошел весьма напряженно.
Единственное, что немного заинтересовало Зверева-старшего — наследник. Вот только Демьян сразу пресек попытки того как-то повлиять на будущее внука.
— Я сам решу, где и как будет учиться мой сын. Это моя семья и мои правила.
В общем, отношения так и не наладились между сыном и отцом, но, кажется, никто из них об этом не сожалел.
Проект “Мираж” потихоньку шел своим чередом. Богдан ходил в сад, а мы с Демьяном наслаждались друг другом. От пышной свадьбы я отказалась, поставив условие, что либо мы просто тихо распишемся, либо я и вовсе не пойду за него замуж.
Тогда Зверев пошел еще дальше — однажды вечером просто приехал домой и положил передо мной свидетельство о браке и мой паспорт.
— Ты… Ты как до этого додумался? — охнула я.
— Сама же сказала — просто расписаться.
— Но я думала… — растерялась я окончательно.
— Так ты расстроена, что ли? Хотела сама закорючку поставить? Тебя же не выдернешь из-за этого Миража, — раздраженно произнес уже теперь муж.
— Но ведь ты и сам знаешь, что сейчас очень важный этап…
— Поэтому-то я и не стал тебя отвлекать.
Вот такая вот странная забота. Почему я так торопилась все успеть с проектом? Потому что тем утром решила проверить одну догадку, которая теперь лежала в кармане и ждала своего часа.
Две полоски, которые наверняка должны шокировать моего любимого не меньше, чем он меня этим штампом… Я же помнила о том диагнозе, который так уверенно раскрыл мне муж…
Демьян
Я никогда не стремился к семейной жизни. И когда мне навязали брак с Юлей, думал, что как только появится возможность размотаться с ней, никогда и ни за что не повторю этот опыт.
Как же я ошибался.
Выяснилось, что рядом с Викой и Богданом я всего этого очень хотел. Хотел поставить на ней клеймо — окольцевать, спрятать и посадить под замок. Потому что мужики смотрели ей вслед, даже зная, что она со мной. А она самозабвенно погружалась в работу, даже не замечая этого.
Зато замечал я. И ревность день ото дня точила меня.
Но я был женат! И Юля делала все, чтобы затянуть бракоразводный процесс. Конечно, в итоге я все же добился своего, а на следующий день договорился о том, чтобы подать заявление с Викой.
Но ей было некогда. Опять. Они с Устиновым на пару практически не вылезали из своих чертежей. И мне бы настоять, надавить, но она выглядела такой счастливой… Пришлось наступить себе на горло и придумать обходной путь.
Пока все организовывал, так сложилось, что отец с матерью пригласили меня на семейный ужин.
Я подозревал, чем это все закончится, но Вика настояла — сказала, так будет правильно. И раз уж она выкроила для этого время, я не стал отказываться.
Арсений предсказуемо повел себя как придурок, а отец… В общем, ничего хорошего не вышло. Мне бы очень хотелось, чтобы у Богдана были любящие бабушка и дедушка. Но, увы, это так и осталось мечтой. Потому что мать моя никогда не была любящей. И время не изменило ее, не сделало мягче.
Жизнь понемногу налаживалась — я привык просыпаться не один, привык, что по утрам Богдан мог прибежать к нам в спальню. И вместо раздражения, что мне не дали побыть с любимой женщиной, я чувствовал щемящее душу тепло.
Виктория была лучшей. Идеальной. Даже мое решение с оформлением наших отношений приняла относительно спокойно. Хотя я ждал взрыва и какой-то ссоры. Даже отчасти не был против — ведь после мы бы обязательно помирились в горизонтальной плоскости. И не обязательно в спальне…
Все шло своим чередом — бизнес, семья. Периодически я пытался связаться Олегом, который ушел в глубокое подполье. И порой мне казалось, что он напрочь пропал с радаров. Но в такие моменты Полянский давал о себе знать, и меня отпускало. Я знал — он вернется. Так что просто ждал друга.
И в итоге дождался. Правда, Олег не просто удивил меня — шокировал. Настолько, что я далеко не сразу принял и понял его мотивы. Но это же Полянский… Разве мог я оставить его без поддержки? Конечно, нет. Как и он не оставил меня. Впрочем, наше с ним приключение не мешало мне наслаждаться семейной жизнью.
Я был счастлив. Точнее, думал, что был счастлив. Ровно до того дня, как Вика не решила устроить нам особый вечер.
— Что-то случилось? — спросил я, увидев ужин на двоих. — Где Богдан?
— У Светы. Останется с ночевкой.
— Зачем? У нас большой дом, — нахмурился я.
— Да, но… В общем, сегодня особенный день.
— Я что-то забыл, да? — с досадой спросил, пытаясь понять, в чем накосячил. Ведь женщины придавали огромное значение всяким там датам, тогда как я считал это ерундой.
— Нет. Но у меня для тебя есть новость. Точнее, сюрприз.
Настроение тут же поползло вниз. Такие вот заходы я не любил. Обычно это ничем хорошим не заканчивалось.
— Вика, что случилось? Что-то плохое?
— Почему сразу плохое?
— Ну, ты нервничаешь.
— Немного, — натянуто улыбнулась она. — Знаю, мы с тобой это не обсуждали, и пока я не очень понимаю, как мы дальше будем — возможно, тебе это все придется не по душе…
— Да что такое? — не выдержал я ее бормотания. — Ты встретила кого-то другого?!
— Что? — Ее удивление было настолько искренним, что меня слегка отпустило.
— Тогда что?
— Вот, так будет проще, — она протянула мне какую-то штуку. Я машинально взял ее в руку и стал разглядывать.
На маленьком экране было высвечено 4–5 недель.
— Это что? — на лице Вики отразилась настоящая мука, и мне стало не по себе.
— Я беременна, Демьян. А 4–5 недель — это срок.
Я ошарашенно посмотрел на жену.
— Что ты? — переспросил я.
— Я помню про твой диагноз, — занервничала она, — и ты, наверное, начнешь думать, что…
Договорить я ей не дал — схватил в охапку и поцеловал.
Жадно. До боли в губах. А в голове билась только одна мысль — я стану отцом! Снова!
— Черт, неожиданно как-то, — выдохнул, когда все же отпустил Викторию.
— Ты рад? — осторожно спросила она.
— Конечно! Почему ты удивляешься?
— Ну, Богдана ты увидел уже взрослым, и там сходство было очевидное…
Только тут до меня дошло, чего именно она опасалась.
— Мне даже в голову не пришло сомневаться, — прошептал, глядя ей в глаза. — Ты же моя, правда?
— Твоя.
— Значит, все правильно.
Она улыбнулась уже куда увереннее и потянулась ко мне. И, черт возьми, наверное, это был самый счастливый момент в моей жизни. Ведь у меня появился шанс наверстать упущенное. Пройти путь, который я пропустил, вместе с ней. С любимой женщиной.