Глава 8

Кирилл привез Петю к обеду в воскресенье. И выглядели они оба крайне напряженными. А Кирилл даже каким-то взлохмаченным, будто его за волосы таскали. Неужели они подрались? – Петь, привет, – улыбнулась я и раскрыла объятия, чтобы обнять его, но он насупился и скрестил руки на груди. – Так мне теперь с этим жить? – Со мной. Просто мы временно пока будем находиться тут. – Он тебя выгоняет с ребенком? – Нет! – в один голос сказали мы с Кириллом. Ох, он был злющий. Я таким его еще никогда не видела. – Слушай, шкет, прекращай давай нервы мотать. Сказано – будешь жить здесь, поэтому руки в ноги, снимай уличную обувь и пошли смотреть твою комнату. Саша старалась успеть ее украсить к твоему приезду. Петя перевел взгляд волчонка на Кирилла и – я готова была поклясться – собирался вцепиться в него, как настоящий маленький вер, но сдержался. Он молча снял кроссовки, надел выданные тапки и без настроения пошел за мной и Кириллом. В комнате он молча обошел убранство, поджав тонкие губы, и сел на кровать. – Ну как, тебе нравится? – спросила я. – Нет, – буркнул он и опустил голову. – Вот же мелкий… – остальное Кирилл проглотил, а потом вцепился пятерней в волосы и уже спокойнее обратился ко мне. – Я съезжу по делам, Саша. Что-нибудь купить к ужину? – Ничего не нужно. Спасибо. – Ладно, – вздохнул Кирилл. Потом подошел к Пете и потрепал его по макушке. – А ты веди себя хорошо. – И ушел. Я присела на кровать, которую застелила темно-синим космическим комплектом, и зажала ладони между ног. – Тебе что-то конкретно не нравится? Или я не угадала с тематикой? – Мне здесь не нравится, – голос у Пети задрожал, и он вдруг обнял меня крепко, уткнувшись в бок. – Я хочу жить только с тобой! Этот вер плохой. Он сказал, что я тут надолго. Я нахмурилась – зачем такое говорить Кириллу? Мы же с ним обо всем договорились. – Кирилл, наверное, имел в виду, что ты уже не вернешься в приют. Ты теперь в семейном кругу. – Он твой жених? – Нет, он же вер, ты что, – рассмеялась я. – Кирилл – очень влиятельный и богатый человек. Я у него работаю и проживаю временно, пока не накоплю нужную сумму на переезд и жизнь с детьми. А тебя он забрал по моей просьбе. – Я сестренку хочу, – вдруг сказал Петя. – Я ее буду защищать. Как и тебя. А он пусть отдельно живет раз такой богатый. Я прижала к себе Петю и поцеловала в макушку. – Скоро узнаем девочка или мальчик. Я тебе первым расскажу. Но, Петь, ты ведь не дрался с Кириллом? – спросила я как бы между прочим. Петя сжал меня крепче. – Немножко. – Немножко это насколько? Господи, неужели я оказалась права в своих догадках! – Ну только за волосы схватил пару раз в машине. – Почему? – я старалась показать, что не переживаю и совсем не волнуюсь. – Потому что он назвал тебя своей Сашей, а ты моя! Мои щеки покраснели от смущения: Кирилл назвал меня своей? Да нет, Петя просто недопонял. – Не делай так больше, хорошо? Мы с Кириллом друзья и я для него свой человек. Понимаешь, Петь? – Нет, он сказал «Моя Саша», – отрезал он как-то совсем по-взрослому. По-мужски. – А ты моя! – Твоя-твоя, – улыбнулась я и растерла руки Пете. – Будешь суп от своей Саши? – Не хочу. – А придется, – улыбнулась я и выпустила его из объятий. – Ты же мой Петя. Через несколько дней нас посетили представители опеки и сотрудники из ювеналки, чтобы проверить насколько же Пете здесь хорошо. Я старалась не реагировать на вопросы, которые, по-моему, мнению к делу не относились. Петя тоже был настороже, и вел себя послушно, подробно рассказывая, как ему тут все нравится. В общем, нагло врал, потому что буквально вчера они опять сильно поцапались с Кириллом. Петя ему грубил и огрызался, не давал общаться со мной, запрещал называть меня Сашей, и я воочию видела, как лопается терпение у этого властного и холодного мужчины, как наливаются яростью глаза. Еще чуть-чуть он бы перестал видеть в Петьке мальчишку, а оставил для своего восприятия лишь вера, противника. Перед усыновлением я читала много литературы, чтобы сдать нужные экзамены, и про деление ролей в семье тоже читала, но совершенно не была к этому готова, да еще настолько быстро. Они оба, как древние звери, делили меня между собой. Неужели у всех веров так? А мой ребенок… а вдруг он тоже вер, и Петя будет ревновать меня и к малышу. А малыш к нему. Тоня мои переживания внимательно слушала, но лишь хмыкнула и что-то там в своей голове крутила. А в конце разговора просила лишь не нервничать. Да я бы с радостью! Но, когда тебе каждый вечер надо останавливать центнер злости, обиды и ярости, то не переживать очень сложно. – Так вы няня? – еще раз зачем-то уточнила худая девица в очках-кошках. – Не няня, а Саша. Это моя Саша, – вдруг поправил ее Петя. Девушка зависла с занесенной ручкой над блокнотом и перевела взгляд на Петю. – Что это значит? Петя хмыкнул и покачал головой, мол, что тут непонятного: – Мама моя, вот что. А никакая не няня. Поднос с кексами чуть не выпал из моих рук. Петя так никогда не говорил, но я смотрела в его ясные глаза и понимала, что он действительно так для себя решил. И принял меня. Все присутствующие работники перевели свой взгляд на меня. – Так вы невеста Кирилла Громова? Он не указывал, что усыновление будет произведено парой. – Мы не… – начала я, но сразу остановилась. – Это конфиденциальная информация. Господин Громов не обязан извещать о своем статусе кого-то ни было, кроме семьи. И это было правдой. Он был вером. Неприкосновенным. А они тут нос суют. Похоже, женщины поняли, что перешли черту и извинились, а вскоре оставив копию положительного заключения, и удалились. Когда в квартире снова стало тихо, Петя сел за стол и сложил свои руки, глядя на меня. Он так внимательно смотрел на меня, что мне стало не по себе. – А разве ты не мама? – обиженно спросил он, и я сразу обняла его, прижала к себе. – Конечно, Петенька, я твоя мама, я позабочусь о тебе. – И он нам не нужен, – насупился Петя. – Он тебя у меня заберет. – Почему? – удивилась я. Кирилла он явно невзлюбил. – Потому что ты его. Мы это чувствуем. – Мы? – Веры, – поджал губы Петя. Его статус не был подтвержден. Да и в приюте вряд ли бы такое сделали. Им лишние разбирательства не нужны. Но с Кириллом эту ситуацию нужно было обсудить кровь из носу. – Петь, не переживай, никто меня не заберет. Кирилл не злой волк, просто очень строгий, но справедливый. Поэтому ничего не бойся. Все будет хорошо. Петя неохотно кивнул мне, а я сразу пододвинула ему тарелку с кексами и принялась готовить свежий чай. День мне сегодня весь сбили, так что я решила заняться обдумыванием конкурсного десерта на следующий тур. *** Тоня подошла к ресторану, в котором в тот роковой день проводили корпоратив. Сегодня на смене как раз была ее знакомая, и Тоня надеялась, что разузнает что-то интересное. Она вошла внутрь, поприветствовала хостес и уже собиралась спокойно пройти за девушкой в служебное помещение, как краем глаза заметила знакомую блондинку. Она повернула голову – и точно – та самая девица, что ворвалась к Громову в офис. Кристина. А вот рядом с ней сидел мужчина, которого Тоня не переваривала от слова совсем. Артур Саганов. Мерзкий тип. И что же за дела у них?! – Тонь, ты идешь? – позвала ее Ленка, выглянув из служебки и махнув рукой. Тоня быстро шмыгнула в большой кабинет, разделенный перегородками, и прошла за Леной на небольшую кухню. – Ты чего там зависла? – спросила она. – Слушай, а часто к вам Саганов ходит? И вот эта девица, что сейчас с ним? – Ты про Вяземскую? – Да. – Ну на этой неделе второй раз. Сидят, заказывают только кофе. Тоня напряглась – уж больно странная пара из них выходила, учитывая, что эта Кристина так вешалась на Кирилла. – Так, вот держи список корпоратива. – Лена протянула распечатку, и Тоня принялась читать фамилии. – И точно больше никто не приходил? Лена задумалась, пока заваривала чай в кружке. – А был. Точно, был! Как же его. С Потаповым твоим друзья. – Громов? – Да, точно, Громов. Зашел такой весь с суровым лицом, а потом куда-то исчез. Видимо, быстро уехал. Тоня забрала у Лены кружку и отхлебнула чай. Все-таки он кандидат номер один. И похоже ребенка он планирует забрать. А Петя? Зачем тогда он с Петей помог? Или своего заберет, а пацана Саше отдаст, чтоб слезы не лила? Тоне в это верить не хотелось. Только вот Кирилл Громов на колено с кольцом перед подругой не вставал и замуж не звал. Если бы за репутацию семьи переживал, то явно бы не стал тянуть. – Все хорошо, Тонь? Ты бледная какая-то? – Спасибо, Лен. Я побегу. Мне еще по делам нужно. Спасибо. Ты мне очень помогла. – А, хорошо, беги, – попрощалась Ленка и проводила к черному выходу. Тоня вышла на улицу и замерла, сжимая ручку сумки. И что ей теперь делать?! Сашу нервировать нельзя… – Значит, понервирую Громова. «Нервировать» Громова пришлось аж в студии журнала «Бизнес сегодня». После того как Тоня попросила передать свое имя, ее наконец-то пропустили внутрь. Она честно дождалась окончания видео-интервью для их канала и вышла с Кириллом на небольшой балкон. – Что-то случилось с Сашей? – спросил он напряженно, и все сомнения отпали. Вот он, отец ребенка! – Случилось, – грозно ответила Тоня. – Вы случились, Кирилл Викторович. И позвольте узнать, как долго планируете скрывать ваше отцовство? Или вы хотите забрать ребенка у Саши? – Антонина, – опешил Кирилл и подавился словами. – Что значит забрать?! – Это ваш ребенок? – насела на него Тоня, почти нависнув над Кириллом. – Мой, – не стал отпираться вер. Тоня сжала кулаки и победно произнесла: – Я так и знала! Но зачем вы тянете? Зачем, Кирилл? Саша же так переживает. Еще этот конкурс… – Она победит, – вдруг сказал Кирилл. – Не-ет, – протянула Тоня. – Вы с ума сошли! Саша вам не простит, если узнает. – Я не сделал ничего плохо. Я просто выровнял позиции. Как Саша и боялась – ее Каракин действительно купил жюри, ну а я просто перебил его сделку. – Вот же урод, – выдохнула Тоня и ойкнула. – Извините, хотела сказать – не профессионал. Но Саше все равно скажите, не разводите тайны, Кирилл. Поговорите с ней. – Тоня, я обещаю, что поговорю, но давайте после ее конкурса. Не хочу, чтобы у нее пропал запал. Она так увлечена. Создает рецепты. – Да, это может ее выбить. Ладно, но обещайте, что через месяц вы все-все расскажите! – Тоня навела указательный палец на вера. – Обещаю, – улыбнулся Кирилл. – Вы – отличная подруга. Все разузнали. – Все, да не все. Вы же тоже не знаете, кто Сашу опоил. Вот, и я не смогла… Погодите, Кирилл, а Кристина Вяземская получается отвергнутая претендентка в ваши невесты? – Уже отвергнутая. – Я сегодня видела ее с Сагановым, – произнесла Тоня и подняла взгляд на Кирилла. – Не нравится мне это. – И мне, – потер нервно подбородок Кирилл. – Спасибо, что сказали. Я займусь ими обоими. Тоня попрощалась с вером, но от предложенной поездки до дома отказалась. И, как назло, полил сильный дождь, даже зонт не спасал. Казалось вода просто повсюду! Тоня встала на остановке, собираясь уже вызвать такси, потому что толкаться в метро с такими же промокшими, как она, ужасно не хотелось. Да и вообще не было настроения находиться сейчас среди людей. – Да, чтоб вас! – чертыхнулась она, глядя на сразу подросшие ценники в приложении, и отскочила от испуга, когда около нее затормозил черный седан. Стекло плавно опустилось, и Тоня увидела лицо Потапова. – Антонина, запрыгивайте, довезу вас, куда скажете. Тоня поджала губы и малодушно призналась себе, что в такую погоду не откажется даже от такой компании. – А вы тут какими судьбами, Владимир Владимирович? – приглаживая распушившиеся волосы, спросила Тоня у самого противного вера в ее жизни. – К Кириллу заезжал, но не успел перехватить. Уже завтра переговорю. А вы сами какими судьбами? – А я вот его перехватила. По делу. Глаза Потапова прищурились. Недобро. – И по какому такому делу? – Так вас оно не касается. Это личное, – фыркнула Тоня. – Едем домой, – резко сказал Владимир своему водителю и усмехнулся, глядя на злющую Тоню. – Высадите меня немедленно! – Нет! – Владимир, это похищение. – Это поездка по доброй воле. Вы, Антонина, сами сели в мою машину. – В первый и последний раз. – Вряд ли, – усмехнулся Владимир. – Завтра вам придется сесть в машину еще раз, если захотите уехать из моего загородного дома. Тоня замолчала, чтобы совсем не разругаться с Потаповым. Дом наверняка немаленький, так что найдет себе угол для сна, но не будет упрашивать вера отвести ее домой. Заодно порасспрашивает про тот корпоратив.