Глава 20

Артем Воронов

- Кто она? Я ее знаю?! - кричала Аня, размазывая слезы по щекам. - Нет, ты скажи мне! Скажи! Чем она лучше меня?

От ее крика звенело в ушах, а злость, завладевшая им после утреннего эпизода во дворе, опасно усиливалась.

- Лишний текст, Анна. У тебя сутки чтоб выехать, - рыкнул он.

- За что ты так со мной, Артем? - разрыдалась она, - Я же любила тебя.

Ага, да. Любила. Его бабло, эту квартиру, тачку, цацки, шмотки и курорты. Ну и статус его “девочки”. Вот это она любила. А вовсе не его. И Артем думал, что этого, в принципе вполне достаточно. Нажрался, так сказать, “любви” от Галины. И своей любви к Веснушке тоже… Нет, последней не нажрался. Отравился. На долгие годы. Так что все, не надо оно ему.

Было.

- Я все сказал. Вот номер телефона. Будешь готова - набери. Мой человек приедет, заберет ключи от хаты и тачки и отвезет тебя с вещами, куда скажешь.

Развернулся, ушел. Вслед донеслись рыдания, ругательства и даже что-то вроде бы об стенку разбилось. Ну, дает! Криво усмехнулся. Прыгнул в тачку, помчался к себе. Решение зафиналить историю с Анькой родилось не сегодня. Зато именно сегодня окрепло. Воронов больше не хотел ее, не хотел “так”...

А хотел он Веснушку. Чтоб она снова на него смотрела так, как десять лет назад, чтоб снова была его. Прощение хотел заслужить. После всего, что узнал о ней, о ее жизни, обо все, что девочка пережила из-за него, места себе не находил. Крыша ехала, на части рвало. Снова и снова крутил в голове полученную информацию.

А уж пацан. Руслан. Его сын. Которые его совершенно справедливо ненавидит. Даже если, то есть, скорее всего, по Веснушкиной наводке - справедливо. Вон сколько всего наговорил. Смелый, весь в него. Артем с первой встречи это понял. Классный. Точнее, Веснушка его классным воспитывает. А он, Артем, никакого отношения к тому, каким растет пацан не имеет. И нечего приписывать гены и биологию. То, каким растет сын, его сын, - заслуга Вероники…

Что ж ему делать? Как исправить все, что натворил? Заслужить прощение и… И, да, право быть в их жизни. Занять место, которое он хочет. Точно хочет. В этом Воронов был уверен настолько же сильно, насколько в том, что будет это ого-го как сложно. Или даже невозможно. А еще он был уверен, что сделает невозможное, но Веснушка и сын будут его.

Сунул в ухо гарнитуру, набрал номер. Трубку взяли после третьего гудка. Вот это да. А обычно не брали, если звонил в нерабочее. Прогресс? Вряд ли.

- Зачем ты звонишь? - очень строго и нервно.

- Узнать, как Руслан, - и это тоже, да. А еще ее голос услышать. Даже если ничего хорошего она не скажет.

- Руслан просто замечательно после того, как на его голову свалился отец, “утерянный” еще до его рождения, - а это уже ядовито, - Еще что-нибудь?

- Да. Как мне это исправить? - она имеет право так себя вести. Полное. Но это не значит, что он отступиться.

На том конце линии тяжкий вздох.

- Артем, скажи мне, пожалуйста, вот зачем это тебе, а? Для чего? Новое, необычное временное увлечение нашел - в папу поиграться? Разве ты не понимаешь, что этим травмируешь маленького и абсолютно ни в чем не виноватого мальчика? Неужели тебе в принципе плевать на все и всех, кроме себя любимого?

Больно. Это очень больно, что она так думает. Но, опять-таки, справедливо. По крайней мере, Веснушка хотя бы разговаривает с ним.

- Нет, Ника, мне не плевать. И нет, это не будет временное увлечение. Да, я знаю, что ты мне не веришь. Но это тоже ничего не поменяет. Потому предлагаю как-то договориться о том, чтоб я мог взаимодействовать с сыном предсказуемо и экологично, а не как сегодня.

- Он не хочет больше с тобой взаимодействовать. Заставлять я его не буду, извини, - еще один тяжелый вздох, - А теперь извини, но я должна идти. Хорошего тебе вечера, Артем.

Положила трубку, не дождавшись ответа. Он выругался. Отшвырнул гарнитуру так, что она отскочила от сиденья и завалилась под него. Ну и пусть.

Так, ладно. Никто не говорил, что это будет легко.

Вероника Михайлова

Я сделала глубокий вздох. Мысленно приказала себе успокоиться. Ну, глупо было рассчитывать, что воронов вот так просто возьмет и отступиться. Вот только зачем это ему? В то, что в нем внезапно проснулись отцовские чувства и еще какие-то там ко мне верить было более глупо, чем в инопланетян и всемирные заговоры. Может быть причина в том, что я ему отказала. Ну, вроде как охотничий азарт и все такое. Но зачем тогда сюда ребенка вмешивать?

Я качнула головой. Подумаю об этом позже. Сейчас моей задачей было документы сына из школы самбо забрать. И желательно сделать это так, чтоб не попасться на глаза Паше, которого я не хотела видеть в наилучшем случае никогда.

- Добрый день! Мой сын у вас тренируется. Я приняла решение прекратить его занятия и хотела бы забрать его документы и вернуть оплату за полугодие.

- О, вот как! А в чем причина, можно узнать? Быть может мы могли бы как-то…

- Нет. Это окончательное решение, - прервала я стандартный для подобных случаев спич менеджера, - Какие мои дальнейшие действия?

- Дело в том, что в договоре указана невозможность возврата денег…

- Тамара, что здесь происходит? - донесся из-за спину Пашин голос.

Я мысленно выругалась. Что ж мне не везет-то так, а?

- Да вот, Павел, наша клиентка передумала водить своего сына на занятия и хочет вернуть предоплату за семестр. Я как раз говорила, что это невозможно…

- Ну, почему же невозможно? Прошло только три недели с начала семестра… За вычетом суммы за посещенные занятия, вернуть остальное вполне возможно, если ты не знаешь. Вероника, я прошу прощения - это новый менеджер, который только закончил стажировку. Заполните, пожалуйста, форму и деньги поступят на указанный счет в течение десяти банковских дней.

- Спасибо, - выдержав его прямой взгляд, сказала я.

Тамара тем временем принесла мне образец заявления и предложила присесть за стол, чтоб его заполнить. На лице девушки была растерянность. Мне даже стало жаль ее. Знаю ведь, каково только начинать работу. Много новой информации, неуверенность, страх ошибиться и желание как можно лучше скрыть свою неопытность и сделать как можно лучший результат.

Заполнив бумаги, я отдала их девушке и, попрощавшись, ушла. Надеяться на то, что Паша не будет ждать меня в вестибюле было глупо. Но я все равно надеялась проскочить. Не вышло.

- Ника, давай поговорим.

- Я не хочу с тобой разговаривать, - отрезала я. - Между нами все кончено. Оставь меня в покое, пожалуйста.

- Тебе не кажется, что ты реагируешь неадекватно? Да, признаю, я совершил ошибку. Думал просто что мы с тобой в одном направлении смотрим и думаем одинаково, но оказалось, что это не так. И это нормально. Абсолютно. Я принимаю твою позицию. Почему ты не можешь принять мое право ошибиться?

Противный внутренний голос стал упрямо нашептывать, что, быть может, все так и есть? Ну, правда, очень глупо было бы пытаться меня так подставить. А Паша не дурак и не мог этого не предполагать. Да, Татка разделяет мое мнение. Но она очень переживает за меня. Да и вообще беременна и излишне категорична из-за гормональных всплесков.

- Я люблю тебя, Вероника. И люблю Руслана. Я отцом ему готов стать. И это не просто красивые слова, ведь я предложил тебе стать моей женой. А ты готова это все перечеркнуть из-за такой глупости.

Первый раз. Это был первый раз, когда он сказал мне о любви. Раньше вместо этого было, что я ему очень дорога. Не знаю почему мой мозг это отметил…

- Или, возможно, это просто предлог, чтоб слиться? Ну а что на горизонте же замаячил вариант побогаче, да?

- Не смей! - прошипела я.

- Что именно мне не сметь, Ника? Смотреть правде в глаза не сметь? Была такая вся влюбленная в меня, радостная и счастливая, что согласен на женщину с чужим ребенком. А как подвернулась возможность пристроить себя с прицепом поудачнее, так сразу же за нее схватилась… Вот только учти одну вещь: один раз он уже тебя поматросил и бросил и сделает это снова. Так что… Считай, что жадность фраера сгубила. Ты мне больше не нужна.

Сказав это, Паша развернулся и размеренным шагом двинулся прочь. Его широкая, прокачанная спина расплывалась перед моими глазами, как и все помещение из-за наполнивших их слез. Торопливо надев солнцезащитные очки, я бросилась прочь отчаянно стараясь не разреветься. Но только не от обиды на Пашу. Увы, не от этого. Но потому, что понимала - он прав. Прав насчет Артема. Люди не меняются. А я не могу себе позволить ошибиться снова ради Руслана.

Сев в машину, я торопливо вытерла слезы и проверила макияж. Потом заехала в супермаркет и купила там наш с Русланом любимый ягодный торт. Когда вернулась домой, из детской доносились звуки компьютерной игры.

- Сыно-о-ок, я дома, - крикнула я.

Звук тотчас же стих, а через несколько секунд сын появился в прихожей. Грустный с застывшим лицом. Я была готова убить Воронова за это. Господи, ну почему наши дети должны расплачиваться за наши ошибки.

- А я нам торт купила, - преувеличенно весело сказала я. - Ягодный.

Лицо мальчика просияло.

- Вот, держи. Порежь его и поставь чайник, а я пока переоденусь. Хорошо?

- Да, мам, - ответил он и направился с коробкой в кухню. На полпути остановился.

- А что там в школе было?

- Я забрала твои документы, предоплату скоро вернут. Все отлично. Сережа скинул тебе ссылку на курсы?

- Ага.

- Супер. Отправь мне, я посмотрю.

- Спасибо, мам, - сказал он и исчез в кухне.