Глава 13

*****

«Господин Шахар Раджат, приглашаю вас на неформальную встречу магов-студентов

из основ древних родов. Мы собираемся завтра, ** числа ** месяца, в девять часов утра

в малой гостиной клуба «Ахтарваведа», расположенного на территории Академии Магии.

С искренней надеждой на ваше присутствие,

Нерей Лакшти»

Лакшти, надо же. Почему-то именно от него я послания ожидал меньше всего.

А ведь логично, что именно он начал суетиться. Независимо от того, есть другие чужаки или нет, он-то уже однозначно стал мишенью. И то, что его род силен, его не спасет. Тут мощная коалиция нужна.

Не удивлюсь, если именно ее он и хочет собрать. Другое дело, что я не понимаю, зачем ему студенты. Работа на всех уровнях? Глава рода собирает старшее поколение, а Нерей — ровесников?

Ладно, без толку гадать. Завтра узнаю, встреча прямо с утра, до начала боев на Турнире, назначена. И да, я на нее обязательно схожу.

Первой в мой кабинет пришла Асан. Почти сразу за ней вошел Астарабади. И только минут через пять прибежал взмыленный Карим.

— У меня плохие новости, господа, — ровно начал я. — Но сначала… Из моих ближников только ты, Феришт, еще этого не видел.

Я заранее ухмыльнулся, предвкушая реакцию, и начал выплетать полноцветную сигналку.

Астарабади как завороженный уставился на разноцветные магические нити, которые мелькали в моих руках. Казалось, что ему хотелось протереть глаза и похлопать себя по щекам, но он не шевелился.

Закончив плетение, я активировал его и отправил на дверь кабинета.

— Да, я владею полноцветной магией, — подтвердил я.

— Как? — выдохнул Астарабади.

Хороший вопрос, от которого я раньше отмахивался. Но теперь, в свете раскрытия Лакшти, этот момент может иметь ключевое значение.

— Сегодня на Арене, — начал я, — Нерей Лакшти, наследник рода Лакшти, продемонстрировал владение такой же магией. Полноцветной. И, как вы понимаете, это видела огромная толпа зрителей. Поэтому я скажу вам как есть. Имейте в виду, это не просто родовая тайна. Это вопрос выживания рода как такового.

Асан едва заметно улыбнулась. Она единственная была в курсе и раньше.

Карим и Астарабади напряглись и синхронно чуть подались вперед.

— Я родился и вырос в другой реальности, — сообщил я. — Скорее всего, в предыдущую эпоху. В ту самую эпоху, когда полноцветная магия была нормой по всему миру. Сюда, в эту реальность и в это тело, меня призвал родовой камень. Настоящий Шахар Раджат погиб во время первой попытки пройти испытание на родовом алтаре. Теперь я — Шахар Раджат. И в то же время я — полноцветный маг. Я сохранил все свои знания и возможности из прежней жизни.

Карим побелел и вцепился в подлокотники кресла. Он явно хотел бухнуться на колени, но сдержал этот порыв. И правильно. Очень надеюсь, что он оклемается и будет общаться со мной, как прежде. Мне не нужен слепой фанатик, поклоняющийся самому факту моего существования.

А вот Астарабади порадовал. Его изумление тоже было видно невооруженным взглядом, но одновременно с тем он уже просчитывал новые варианты и перспективы. И от этого на его губах постепенно все ярче проявлялась предвкушающая улыбка.

— Сколько тебе было лет там? — спросил он.

— Тридцать восемь.

Астарабади удовлетворенно кивнул.

— Ранг? — продолжил расспрашивать он.

— Восьмой, — ответил я и добавил: — И десятый контроль.

Улыбка Астарабади стала откровенно хищной, он явно оценил открывающиеся возможности.

— И ты наверняка знаешь массу полноцветных плетений, — протянул он.

— Я тебе больше скажу, в своей реальности я был магом-конструктором, — хмыкнул я. — Я их не просто знаю, я могу их разрабатывать. Как минимум, любые защитные. И ваши одноцветные я тоже могу видоизменять. Защитные артефакты с нестандартным радиусом срабатывания помнишь?

— Ооо!

Астарабади практически фонтанировал восторгом. Дай ему волю, он бы по потолку бегал от избытка эмоций. Я даже улыбнулся настолько яркой реакции.

Жаль, но крылья ему придется обрубить.

— Феришт, ты не услышал начало, похоже, — сказал я. — Наследник рода Лакшти не просто владеет такой же магией. Он продемонстрировал это на Турнире!

Астарабади тут же подобрался и нахмурился. И чем больше он прикидывал варианты, тем мрачнее становился.

— Сколько вас? — спросил он.

— Понятия не имею, — пожал плечами я. — Но где двое…

— … там может быть сколько угодно, — кивнул он. — А если духи предков возродились не только в нашей стране… Хотя нет, если только в нашей — это еще хуже. Тут до новой Мировой Войны рукой подать.

Дьявол, ну только этого не хватало. А ведь он прав.

На несколько секунд повисла давящая тишина.

— Глобальные процессы мы пока рассматривать не будем, — сказал я. — Для начала нам нужно просто выжить. Приведите свои силы в боевую готовность. Так, чтобы со стороны это было особо не заметно, но действовать вы должны начать в любой момент. А сами пока думайте в сторону наихудших сценариев для рода. И вариантов их преодоления. Я не смогу заменить собой артефактный завод. Но и сбрасывать со счетов мои возможности не надо. Думайте и предлагайте. Что-то мы точно успеем сделать.

*****

Грузный седой старик стоял у окна и привычно смотрел вдаль. Дверь за его спиной открылась и раздался голос:

— Господин Кишори, приветствую.

Старик обернулся. Этот посетитель был одним из немногих, с кем можно было общаться глаза в глаза.

— Плетение? — приподнял бровь Кишори.

— Да, — кивнул Тагор Хатри.

Он встретил взгляд начальника и сосредоточился. Вызвав схему плетения, которую считал из памяти Ребиры Мехта, он одним волевым усилием толкнул ее в чужой разум.

Кишори моргнул и уставился в стену отсутствующим взглядом. Видимо, рассматривал добычу.

— Потрясающая работа, — произнес старик. — Потрясающе сложная!

Хатри молча кивнул. Да, полноцветное плетение было невероятным не только своими переливами цветов, но и структурой. Оно было трехмерным. И одного этого было достаточно, чтобы сделать его воплощение практически невозможным.

— Лакшти поставил этот щит мысленно, — добавил Хатри.

— М-да, — покачал головой Кишори. — Не приведи забытые боги жить в эпоху перемен.

Хатри лишь усмехнулся. Поздно. Эпоха перемен пришла, и им всем конкретно не повезло.

Старик моргнул и перевел на подчиненного привычный собранный жесткий взгляд.

— Что по Лакшти? — спросил он.

— Наблюдение за главой рода и наследником установлено, тревожные группы наготове по всему региону.

Кишори неопределенно покачал головой.

— Наследник Лакшти не должен достаться никому, — сказал старик. — Император ждет моего доклада завтра с утра. И пока он не решит, что делать с Лакшти, наша задача — защищать. Полноцветная магия — это стратегическая ценность для Империи. Головой за него отвечаешь!

— Так точно, — кивнул Хатри.

— А с наследником Раджат что?

— Работаем, — неопределенно ответил Хатри, но начальник знал его слишком хорошо.

Кишори злорадно ухмыльнулся и спросил:

— Да ты никак облажался, мой мальчик?

Хатри отвел взгляд и промолчал.

— На покровительство попытался его развести? — хмыкнул Кишори.

— Да.

— Говорю же я вам всем, тоньше надо работать. Тоньше.

— У него Астарабади теперь слугой, — сообщил Хатри. — Этот половину наших схем насквозь видит. С другой стороны, Аукцион в руках настолько слабого рода…

— Придержи гонор, — коротко бросил Кишори. — Шахар Раджат и сам по себе далеко не прост, не стоит его недооценивать. Тебе достаточно будет того факта, что он больше получаса спокойно пил чай со мной лицом к лицу?

Хатри изумленно уставился на начальника.

— Это многое меняет, — осторожно ответил он.

— Молодец, соображаешь, — скупо улыбнулся Кишори. — Поздновато, конечно, но еще небезнадежно.

Кишори жестко посмотрел в глаза подчиненному и не увидел в них страха. А зря, ошибки-то уже сделаны. И немало.

— Ты недооценил норов Каспадиа, — холодно сказал Кишори. — Недооценил силы Раджат… Мальчик мой, ты понимаешь, к каким выводам ты меня подталкиваешь?

Хатри сжал зубы и слегка побледнел. В этой организации служебное несоответствие — это смертный приговор. Даже для аристократа.

— Ладно, не будем пока об этом, — качнул головой Кишори, удовлетворившись его реакцией. — Ты умный мальчик, выводы сделаешь и своих ошибок повторять не будешь. Только помни, что сейчас не время для распыления сил. Сосредоточься на Лакшти. Это — твоя главная задача. Приоритет задачи по привлечению к нам Раджат понизить как минимум на два уровня. Не до него пока.

— Принято.

— Свободен.

*****

Вечер я посвятил созданию артефактов с полноцветными щитами. Уж что-что, а они точно пригодятся.

Скупиться я не стал. В каждый артефакт я вкладывал щит, который выдержит атаку местного седьмого ранга. Ну или пятого, если говорить о полноцветной магии. Собственно, и у меня самого, и у всех моих ближников были именно такие артефакты.

А пока возился с плетениями, я все никак не мог выкинуть из головы эпизод с Хатри. Сразу после демонстрации щита Лакшти я был несколько неадекватен. Однако я все запомнил, и сейчас вновь и вновь возвращался мыслями к тому же.

Хатри — менталист.

В моем мире ментальные техники были не отдельным разделом магии, а скорее набором методик. Это ближе к работе с праной, чем к магии, если на местные мерки переводить.

Однако что я знаю о менталистах этого мира? Они ведь могут владеть совершенно другими возможностями.

В конце концов, закончив третий по счету артефакт, я не выдержал и вызвал Асан.

Китаянка вошла, молча села в кресло напротив и устремила на меня вопросительный взгляд.

— Что ты знаешь о менталистах? — спросил я.

Асан удивленно приподняла брови и тут же поинтересовалась:

— Кто?

— Хатри.

Китаянка понимающе улыбнулась и сказала:

— Если ты опасаешься, что он мог подчинить Амайю, скажу сразу. Нет. Не мог он этого сделать. И никто в этом мире не может. Единственный род-обладатель шакти, которая могла вызывать галлюцинации, уничтожили около тысячи лет назад. Больше ничего, что было бы хоть как-то связано с внушениями, в мировой истории зафиксировано не было.

— Это можно не афишировать, — покачал головой я.

— Это рано или поздно вскроется, — тонко улыбнулась Асан. — К тому же я знаю, какая шакти у рода Хатри.

— Какая?

— Ментальный диалог, в котором невозможно солгать.

Я уважительно кивнул. Ценная штука, особенно для сотрудника спецслужбы. Пожалуй, я начинаю понимать, почему Хатри считают чуть ли не лучшей ищейкой ИСБ.

— Что ты сам знаешь о менталистах? — спросила Асан.

— У нас не было менталистики, как отдельного раздела магии, — пожал плечами я. — Это скорее приемы концентрации, ускорения восприятия и так далее. Способа прямого воздействия на чужой мозг у нас так и не изобрели.

— Здесь все ровно так же, — кивнула Асан. — Умелый манипулятор обычным разговором добьется куда большего, чем способны предложить эти шарлатаны от науки. Слухов ходит много, страшилок в народе — еще больше, но реальной базы под ними нет.

У меня гора с плеч свалилась после ее слов. Не знаю, как бы я жил с тем, что убил сестру, которая стала безвольной марионеткой в чужих руках.

А если Хатри смог заморочить ей голову — значит, там была основа для этого. Невозможно переубедить человека, у которого есть твердая внутренняя позиция. И уж тем более невозможно вложить в руки верному человеку нож и заставить его нанести смертельный удар.

— Спасибо, — просто сказал я.

Асан лишь тепло улыбнулась в ответ.

*****

Утром я приехал в Академию и направился к зданию клубов. Клуб с вычурным названием «Ахтарваведа» располагался на первом этаже. И сегодня он был закрыт для всех, кроме гостей Лакшти.

Я вошел в комнату, оформленную как небольшая уютная гостиная в бело-золотистых тонах, и молча кивнул всем присутствующим. Мне ответили такими же молчаливыми кивками.

В комнате было две девушки и четверо парней, включая меня. Только первый и второй курсы, похоже.

Обе девушки и один парень сидели в креслах. Я никого из них не знал.

А вот наследники родов Лакшти и Сидхарт насмешливо разглядывали остальных, стоя плечом к плечу у окна.

Я пока не понимал, чего ждать от этой встречи, но на этих двоих смотрел с опаской. Если их неожиданная дружба олицетворяет собой полноценный союз рода Лакшти и клана Сидхарт, то это очень мощная заявка на лидерство. Причем не в Академии, а в стране.

До сих пор великие кланы ни с кем из более-менее равных союзов не заключали. Сотрудничали в каких-то сферах, где-то отдельные контракты заключали, иногда объединялись во временные коалиции ради конкретной локальной цели, но и только.

Роды уровня Лакшти действовали так же, кстати.

А сейчас Лакшти и Сидхарт явно и очевидно заодно. Вопрос только в том, чего они хотят от нас.

И — почему именно от нас?

Даже на младших курсах Академии хватает представителей куда более мощных родов. Взять хоть Махападма. Древний род, великий клан. Та же Риджая Ришиару, соперница Лакшти на Турнире, из великого клана Мехта. Да, они все формально еще дети, но это ненадолго.

К тому же, подобные решения в любом случае не принимаются на уровне рядовых представителей родов.

Тем временем в гостиную вошел последний участник встречи, точно так же молча кивнул всем присутствующим и уселся в свободное кресло. И его я тоже не знал.

Очень странный состав.

— Благодарю, что сочли возможным принять мое приглашение, — Нерей Лакшти выступил на полшага вперед и склонил голову в общем приветствии. — Я собрал вас всех здесь, чтобы предложить присоединиться к нашему союзу.

Все-таки союз. Причем, похоже, официальный союз, раз Лакшти так открыто о нем заявляет. Нехило.

— Я понимаю, что вы не в праве принимать такие решения, — продолжил Лакшти, — однако вы как раз те, кто поймет подтексты и передаст главам своих родов мое предложение в точности. В ближайшее время все изменится. Устаревший подход к магии сменит более перспективная концепция. Вот эта.

Лакшти небрежно сплел что-то невнятное, но это было совершенно неважно. Главное, что в его руках мелькали магические нити разных цветов.

Он активировал свою конструкцию и кинул сверху легкое плетение-фиксатор. То самое привычное мне по прежней реальности плетение-фиксатор, которое я не нашел, чем заменить здесь.

Перед глазами всех собравшихся в воздухе повисла магическая сеть. Она переливалась как минимум четырьмя совершенно разными цветами.

Приглашенные замерли, уставившись на сеть.

Я тоже, собственно. Меня удивило скорее то, насколько легко Лакшти разбрасывается такими тайнами, но моя реакция оказалась созвучна остальным. Как минимум, я ничем себя не выдал.

Впрочем, он же наверняка не тот мальчишка, в теле которого возродился в этой реальности. Так что и эта демонстрация — явно не спонтанный жест юнца. Уверен, за этим детским лицом скрывается взрослый матерый маг из моего мира.

Сидхарт в полшага поравнялся с Лакшти.

Он только поднял руку, чтобы начать плетение, а у меня в сознании уже сложилась вся картина. Его привычка к рукопожатиям. «Медовая ловушка». Клинки в потайных креплениях на предплечьях, в точности такие же, как у меня самого. Потрясающее равнодушие к смертельному риску. Шикарная даже по меркам боевых магов моего мира подготовка…

Когда в руках Аргуса Сидхарт засияло полноцветное плетение, я уже не удивился.

Он выплел ровно такую же разноцветную сеть, как и Лакшти. И точно так же накинул сверху плетение-фиксатор.

Теперь посреди гостиной висели рядом две разноцветные магические сети.

То есть нас, чужаков, уже трое.

Похоже, кто-то решил, что все юные маги, вошедшие в основу своих родов этим летом, могут оказаться пришельцами из прошлой эпохи. У Лакшти изумительные аналитики. Потому что они угадали как минимум дважды: с наследником Сидхарт и со мной.

И, пожалуй, теперь я не удивлюсь, если полноцветными магами действительно окажемся мы все. Все семеро.

— В вашей воле сделать верный выбор, — тонко улыбнулся Сидхарт.