Глава 16

Дуэль в первый день в новом учебном заведении… Я прям как герой одной из тех книг, которыми зачитывались мои осколки души. С той только разницей, что в лагере я собираюсь пробыть буквально несколько дней.

После озвученного вызова, герцогиня изо всех сил пыталась сгладить углы — мол, в лагере дуэли запрещены. На это княжич ответил, что официально лагерь начинается лишь после выступления коменданта. Света явно хотела продолжить спор, но поймала мой взгляд и тут же передумала.

Дальше всё стало ещё веселее — мы вышли из столовой на улицу, и направились к одному из полигонов. По пути нас попытался остановить страж-инструктор, но наткнулся на ту же отговорку, что и Света:

Лагерь ещё не начался. А значит, мы пока просто гости-аристократы. А раз так, то «хозяин дома» обязан предоставить гостям место для дуэли, если у них возникли не разрешаемые противоречия.

Судя по толпе, которая нас сопровождала — многие спешно оставили завтрак, чтобы насладиться зрелищем.

На полигоне нас встретил очередной страж-наставник. Вежливо, но твёрдо он попросил дождаться прибытия коменданта.

Я не удивился, когда увидел давешнего майора — того высокого и резкого мужика, с которым вчера повздорил Змей. Именно он — страж первого ранга граф Архип Семёнович Апраскин, и был комендантом нашего лагеря.

— До моей речи, официально открывающей лагерь, ещё сорок три минуты, — выслушав других стражей и сверившись с часами, громко заявил он, а затем глянул на княжича.

Взгляд этот мне не понравился. Граф и княжич выглядели в тот момент как жулики-сообщники.

— Поэтому даю добро на дуэль по законам Империи, а не Корпуса Стражей! Но как комендант лагеря, оставляю за собой право остановить дуэль в любой момент. Возражения?

Разумеется, ни у кого их не оказалось.

И вот мы стоим друг напротив друга. Княжич торжествующе скалился. А я громко спросил:

— Я ведь имею право сделать ставку?

Княжич нахмурился и скосил взгляд на мою левую руку:

— У тебя нет родового оруженосца! А значит, и нечего предложить для ставки! Ставить деньги или недвижимость я считаю ниже своего достоинства.

— Ну так поставь оружие, — пожал я плечами.

Княжич скривился ещё сильнее. Его откровенно бесили мои слова и моё поведение.

— Повторяю, — процедил он. — У тебя нет ничего, достойного моей ответной ставки.

— Хорошо, — кивнул я. — Так и запишем. Струсил.

— Ты вновь меня оскорбляешь⁈ Довольно слов! Начали!

Он полыхнул энергией, и из его наруча-оруженосца вылетела прекрасная синяя алебарда с серебряными вставками. Энергия княжича наполняла оружие.

Эм? Зачем он царапнул свой палец кончиком алебарды?

Едва артефакт отведал крови хозяина, как по нему пронеслись белоснежные молнии.

Хм, так вот ты какой — родовой артефакт? Могучее оружие, которое годами улучшают представители одного рода, и которое в итоге становится почти бесполезным для тех, в ком нет крови создателя или его потомков.

Эта алебарда с молниями — огромная ценность рода княжича. Но для других будет лишь репутационным трофеем, практически неприменимым в бою.

Вот оно что… Вот почему он так хотел сразиться со мной на дуэли… По местным законам противника можно на дуэли убить. Правда, потом ВКЖ — Внутренний Корпус Жандармов — спецслужба, занимающаяся исключительно разбором конфликтов между аристократами империи, начнёт расследовать причины и ход дуэли. Может огромный штраф влепить, если увидит, что победившая сторона где-то действовала не по чести, или повод был совсем уж мелочный для того, чтобы убивать соперника.

Но княжичу явно плевать на штрафы. Уж не знаю, весь его род такой мерзкий, или он один такой избалованный гад, но он явно привык брать всё, что пожелает, силой.

Он вскинул к небу алебарду, и во все стороны от неё полетели белоснежные молнии. Они покрыли землю полигона, точно искрящаяся паутина.

Если бы я не улучшил своё Сосредоточение, меня бы могло и сжечь так, что только пепел бы остался.

А княжич скалится, радостно заливая всё молниями! Думает, наверное, что стража-неофита его убийственный артефакт сто процентов должен одолеть!

Покалывает… да…

Я медленно зашагал вперёд, наблюдая, как пыжится княжич. Он пока ещё был уверен, что дожмёт меня. Он совершенно не думал, что его маленьких запасов энергии не хватит, чтобы продемонстрировать весь потенциал родового артефакта.

На его лице застыла торжествующая улыбка…

Я же прислушался к своим ощущениям. Мой «Энергетический паразит» уже развеялся. Слабенький он пока, всего лишь начального уровня. Но я чувствую, что сгусток моей энергии (а «паразит», по сути, им и является), подключившись к энергетическому контуру на руке княжича, сжёг ему часть плоти. И, кажется, нарушил часть контуров.

Сейчас княжичу должно быть очень больно активировать Метку.

Правда, в бою со мной он решил её вообще не использовать, отдавая все силы родовому артефакту.

Идиот.

Я подошёл к нему на расстояние метра. Княжич заревел и рубанул меня алебардой. Похоже, до него начало доходить, что его бесчисленные молнии не смогли сбить мой покров.

Уйдя в сторону, я уклонился от алебарды и резко схватил его за запястье.

Вновь влил энергии туда же, куда и вчера. Княжич закричал, разжав пальцы.

Увы, я не могу прикончить этого мерзавца на глазах у кучи людей, хотя и в своём праве. По идее в текущей ситуации, когда я взял его в захват, я должен его красиво вырубить без лишнего членовредительства. Чтобы всем показать, насколько я благородный воин, и минимизировать претензии к моей скромной персоне.

Княжич ещё и контроль над покровом потерял от боли в руке.

Тьфу. Слабак!

Я прошептал ему на ухо:

— Если ты полезешь ещё раз ко мне или другим людям, убью.

А затем одним ударом сломал ему ноги.

— Стоп! Стоп! Хватит! — вылетел на полигон комендант корпуса. — Белозёров! Отойди от Его Сиятельства.

Я поднял обе руки, показывая, что никому вредить не собираюсь, и пошёл прочь.

— Медиков сюда! Живо! — кричал комендант за спиной.

* * *

— То, что случилось с Его Сиятельством недопустимо, Ваше Сиятельство! — пылко проговорил юный страж-неофит из баронского рода Артемьевых.

Он с жаром смотрел в глаза графу Апраскину — коменданту лагеря. Разговор проходил в кабинете коменданта, и, кроме Апраскина и Артемьева, здесь присутствовали ещё двое.

Оба неофиты. Один из баронского рода, другой из графского.

Обсуждали эти четверо, разумеется, произошедшую сегодня утром дуэль.

— Я всё понимаю, — твёрдо сказал комендант, обращаясь к Артемьеву. — И меня, как и вас, выводит из себя мысль, что какой-то безродный пёс смеет оскорблять княжича, и всех нас. Что он дерзит герцогине. Что в Корпусе Стражей столь возмутительные устои. Но прошу, вас. Не горячитесь. Мои, — он скривился и выплюнул это слово: — Коллеги… уже доложили графу Игнатову о сегодняшней дуэли. Граф был в ярости. Но, как вы понимаете, сделать ничего не мог, — комендант злорадно хмыкнул. — Но теперь этот Белозёров, как и прочая чернь с Метками, на время лагеря штатный страж. А что это значит?

— Что? — заискивающе спросил барон Артемьев.

Двое других неофитов покачали головами.

— А это значит, что мы не можем публично разобраться с Белозёровым, — терпеливо проговорил комендант. — К нему сейчас вообще не нужно привлекать внимание, а то не дай Бог Игнатов всё бросит и лично примчится в лагерь! Оно вам надо?

Юноши отрицательно помотали головами. Удовлетворённый реакцией слушателей комендант продолжил:

— Вот и я не хочу потерять это место. Ведь здесь я с вами могу хоть немного, но изменить Корпус. Наказать выскочек. А стало быть, рисковать нельзя. Господа, предлагаю пока не трогать Белозёрова.

— Закрыть глаза на его хамство? — возмутился барон Артемьев.

— Нет, лишь на время позабыть о нём самом. А пока нам и без него есть кого поучить, господа. Не один лишь Белозёров своим поведением оскорбляет истинную аристократию.

* * *

Идя на ужин, я погрузился в глубокие раздумья. Денёк с самого утра выдался насыщенным — дуэль с княжичем после завтрака и победа в ней. А затем — выслушивание поздравлений от особо впечатлившихся личностей.

Например, герцогини и Змея.

А после, когда ещё и парочка стражей-преподавателей меня поздравила, незнакомые ребятки-неофиты из не особо знатных стали охотнее ко мне подходить. Должно быть, думали, уместно ли общаться с тем, кто навлёк на себя гнев княжеского рода?

Я тогда об этом не думал. Меня больше забавляло, что преподаватели оказались на моей стороне — им явно не по нраву, когда в Корпусе пытаются навести аристократические порядки, будто в бальной зале.

Корпус — военизированная организация. Тут не до пустой учтивости и заносчивости на ровном месте.

В общем, княжича отвезли в медсанчасть. Алхимия, лекарства, если повезёт — одарённые с целительскими Метками — и вскоре княжич встанет на ноги. Учитывая ещё и тот факт, что сами по себе одарённые восстанавливаются быстрее обычных людей.

После весёлой драчки была скучная речь коменданта, а затем начались занятия.

Ничего нового там я не узнал.

Но на два часа смог заглянуть в библиотеку при лагере.

И там тоже меня ждало разочарование. Новых знаний по итогу тут сущие крупицы. Короче, самое большое — через неделю можно будет спокойно отсюда валить.

Примерно с такими мыслями я шёл к себе в домик с книжкой под мышкой — выпросил у библиотекаря почитать до завтрашнего утра.

От размышлений меня отвлекла занятная картина — впереди на дорожке я увидел спины гоп-компании высокородных отморозков.

С камерами слежения в лагере всё отлично — их тут нет. Корпус вообще, как я понял, не особо любит тратить деньги на всякую мишуру, если она напрямую не связана с аномалиями. Так что я без проблем растворился в мире и прогулялся вместе с ребятками прямо до кабинета коменданта.

Послушал интересный разговор.

Убедился, что комендант — главный отморозок. Из тех служак, кто НЕ преследует интересы трёх сторон — личные, Родины и рода. Кроме собственных интересов, других у него нет.

Не удивлюсь, если узнаю, что родственнички тех ребят, которые в его кабинете строили злобные планы, помогли нашему коменданту с карьерой.

Но мне как-то плевать на его карьеру. Куда хуже, что этот гад решил поучить жизни не только меня, но и других личных дворян.

Я начинаю понимать, что имела в виду моя капитан Лиза и граф Игнатов, когда пытались меня предупредить. Даже в славном военизированном Корпусе Стражей — оплоте защитников человечества, процветает кумовство и консервативная зашоренность.

Нужно б навести немного порядок.

— Добрый вечер, Максим, — с улыбкой сказала Света, когда я столкнулся с ней недалеко от столовой. — Проголодался?

— Ага. Слушай, у меня к тебе просьба, — быстро произнёс я. Света лишь удивиться успела, как я продолжил: — Можешь пригласить Машу Семёнову поужинать за нашим столом?

Герцогиня застыла, а затем сверкнула глазами и елейным голоском, который не сулил ничего хорошего, спросила:

— Могу. А что, она тебе нравится?

— Я с ней не знаком, — пожал я плечами. — Но она нравится Змею. Честно говоря, хочу немного помочь парню. А почему ты спрашиваешь?

— Ах это для Олега? — зачастила она. — Ну раз для Олега, то ладно. Конечно, позову. Хорошо, что не для тебя. О… это ж она, да? Пойду спрошу у неё.

И убежала. Глядя ей вслед, я подумал, что тому, кто станет мужем нашей герцогини, если он не захочет жить в моногамии, придётся хорошенько воспитать Свету. А то ишь, собственница! И откуда это только в ней? Аристократы с Метками постоянно гибнут, ещё и зачатие случается у одарённых реже, чем у обычных людей. Избытки энергий отца и матери конфликтуют друг с другом. Так что единственный выход для воинственных аристократов с Метками, чтобы одарённые не вымерли, это многожёнство.

По этой же причине от женщин требуется лишь овладеть своей Меткой и немного прокачать её. А основной «воинский долг» ложится именно на плечи их мужей.

* * *

День прошёл — и хрен с ним. Вот и мой второй день в этом благословенном месте покатился к закату. Я всё сильнее убеждался в том, что надолго задерживаться в лагере для меня нет смысла. По сути, лагерь очень полезен тем, у кого нет возможности получить опыт, знания и ЕБС в другом месте. То есть личным дворянам вроде Змея. Или же мелкопоместным дворянам, у которых нет собственных сильных родовых стражей.

Но и тем, и другим лагерь даёт возможность наладить связи.

По сути, и мне не помешало бы налаживать связи с другой мелочью, но…

Скучно! Хочется свершений. И машину быструю. Двадцать пять ЕБС, необходимых для закрытия «обязаловки» по обучению в лагере, я и сам могу добыть.

Но для этого нужно отсюда убраться. И желательно на законных основаниях. Как это сделать, я размышлял на лекции о тактике малых групп в аномалиях пещерного типа. Собственно, на этой же лекции я и получил ответ:

— Курсанты, во время прохождения обучения в лагере у вас будет возможность набрать необходимые для его завершения двадцать пять единых балов стражей, — под конец возвестил страж-преподаватель. — Для этого уже с этой недели вы начнёте посещать аномалии группами по четыре курсанта и один преподаватель, как вам вчера и сказал майор Апраскин. Я собираю свою группу на завтра. Есть желающие?

Я вскочил с места, быстрее, чем остальные курсанты успели понять слова преподавателя.

— Я!

— И я! — через миг рядом со мной уже стояла герцогиня и решительно смотрела на преподавателя, затем повернулась ко мне и улыбнулась.

— Я тоже пойду! — отозвался Змей с задней парты.

Герцогиня посмотрела на Машу Семёнову и предложила ей присоединиться. Так сформировалась моя первая в этом мире «полноценная» группа.

Вечером за ужином Света возбуждённо обсуждала с ребятами предстоящий поход. Олег пытался ей с умным видом поддакивать и косился на Машу, я с меланхоличной улыбкой слушал болтовню новых друзей.

Мы идём в аномалию ранга «Хищник», то есть в самую начальную. Когда-то давно такие аномалии именовали рангом «Мышь». Но «гонять мышей» — обидное занятие для стражей, которые рискуют жизнью. Потому самый слабый ранг переименовали, дав ему более благозвучное название.

— Слушайте, а я вот что думаю… Препод же будет филонить, верно? — спросил Олег и, заметив хмурый взгляд герцогини, зачастил; — В смысле не будет биться в полную силу. Его задача проследить, чтобы нас не кокнули, не более того. Получается, мы будем сражаться вчетвером? А нужно-то… по уму учиться сражаться в стандартной пятёрке?

Я улыбнулся, Олег всё-таки внимательно слушает лекции. Стандартная группа зачистки небольшой аномалии — пять человек. Ну или группа разведки для крупной аномалии, куда потом может прийти полноценный рейд.

А ещё Олежа делает правильные выводы.

Но стоит ему кое-что прояснить:

— Ты прав. Но преподаватель всё равно не будет стоять в сторонке. Я думаю, по силе он будет изображать неофита.

— Хм… — задумался Олег, а потом повернулся к Семёновой и, расправив плечи, проговорил: — Маша, не волнуйся, если что, я защищу тебя.

Я видел, как возмущённо распахнула рот герцогиня. Уверен, скажи я ей то же самое, Света бы запротестовала в духе: «Я воин, мне не нужна защита! Мы должны поддерживать друг друга! И…» и так далее. Вот и сейчас она явно была готова вступиться за воинскую честь Маши, но не успела.

— Спасибо, Олег, — сдержанно проговорила Мария.

Света удивлённо хлопнула ресничками.

Я же чуть не рассмеялся. Сейчас в голове Светы происходит процесс сложного осознания того факта, что люди разные. Что обычная девушка, только что ставшая личной дворянкой, которую не воспитывал род воинов-аристократов, точно не станет в опасной ситуации отказываться от защиты.

Когда после ужина я читал у себя в комнате очередную взятую из библиотеки книгу, невольно задумался о том, что комендант лагеря и его благородная гоп-компания сегодня никак себя не проявили. А я ведь поглядывал за ними. Даже пару раз растворившись в мире для этого.

Злодеи как будто и забыли о том, что хотели кого-то проучить.

Хм…

Я оторвался от книги. То ли описание слабых точек монстра из аномалий — краснозадого ограина, показалось мне скучным, то ли моё подсознание вместе с интуицией постучались в дверь моего разума.

Ага, снова стучатся.

А не слишком ли давно хлопнула входная дверь домика, когда Олежа покурить выходил? Пора бы ему уже и вернуться.

Млять, говорил я ему, курение убивает.

Вскочив с кровати и растворившись в мире, я стремглав бросился на улицу.