Глава 19

— Княжича убили!

— Вы слышали?

— Говорят, комендант пропал!

— Граф Апраскин? Что же теперь будет?

Столовка бурлила. Слухи разносились по лагерю быстрее пожара. А всё потому, что уборщица, пришедшая убирать кабинет коменданта, своим визгом перебудила всю округу.

Мы вчетвером сидели за своим столиком и наслаждались завтраком.

— По делом ему будет, если найдут, — тихо буркнул Олег.

Маша осторожно кивнула.

Герцогиня Света изумлённо на них уставилась.

— Были с ним конфликты, — за ребят пояснил я, глядя на девушку. — Но, думаю, сначала стоит рассказать об этих конфликтах Игнатову. Не сомневаюсь, что он скоро будет тут. Но пока его нет, нужно успеть спокойно поесть. Давайте не будем терять время! — закончив речь, я с упоением принялся закидывать в себя рисовую кашу, закусывая бутербродом с маслом.

— Полностью согласна! — энергично поддержала меня герцогиня.

Хм, а она начала есть местную пищу с куда большим энтузиазмом.

Правда, Света опять не доела, оставив по меньшей мере треть каши в тарелке. Ох уж эти аристократы — чуждо им простолюдинское «вылизать тарелку до блеска». Ведь если ты съел всё, что было на тарелке, значит голодный, значит недоедаешь, значит род не может прокормить тебя и, стало быть, у рода проблемы. А вот взять себе одному десять блюд и от каждого отъесть крапаль — это правильно, это по-аристократически.

— Интересно, к каким изменениям приведёт этот инцидент в глобальном смысле, — задумчиво проговорила Света, размешивая ложечкой кофейный напиток.

— Эм… ты о чём сейчас? — спросил Олег.

— О политике, о чём же ещё? — удивилась герцогиня. Но, быстро сообразив, с кем она сейчас разговаривает, принялась пояснять: — Ерофей Степанович, как вы знаете, происходил из княжеского рода Щербатовых. И его род, по сути, в союзе с графским родом Апраскиных, из которого происходит комендант Архип Семёнович. Оба рода, как и некоторые другие рода, публично поддерживают царевича Дмитрия. И после такого происшествия… возможно, у них начнётся вражда.

— Вражда внутри одной фракции? — уточнил я.

Герцогиня молча кивнула.

Хм, это я неплохо зашёл вчера коменданту в кабинет. Царевич Дмитрий, конечно, всего лишь девятый сын. Влияния у него немного… С другой стороны, он всего лишь на четыре месяца младше меня — у нас с ним разные матери. А значит, сейчас Дмитрий уже совершеннолетний и успел получить Метку во время солнцестояния этого года.

В отличие от меня, Дмитрий не терялся из виду аристократической публики. Более того, он и перед народом уже выступал по телевизору. И не один раз. И «Вкурсе» свой ведёт, как и некоторые другие наши братья.

Неожиданно в голове возник вопрос, который я тут же поспешил озвучить:

— Послушай, Света, а твой род тоже поддерживает какого-нибудь царевича?

— Да, — удивилась она. — Царевича Алексея. А что?

— Да ничего такого, просто любопытно. Странно вообще, что аристократы публично поддерживают разных царевичей, — проговорил я, изображая вчерашнего простолюдина.

— А что с этим не так? — усмехнулась девушка.

— Ведь должен остаться только один! — неожиданно влез в наш разговор Змея. — Что будет с теми аристократами, кто поддерживал неправильную сторону?

— Да ничего не будет, — пожала плечами Света. — Ну может, небольшое временное ослабление, не более. Проигравших будет слишком много, чтобы всех вырезать. Будут договариваться, торговаться.

— М-м-м… — протянул Олег. — Ну да. Логично. Круто, что ты так в этом всём хорошо разбираешься. Я думал, тебя только битвы интересуют.

— Эй! — возмутилась герцогиня. — Вот это сейчас обидно было. Послушай меня внимательно, Олег, и заруби себе это на носу. Аристократ может специализироваться на чём-то одном. Но иметь хотя бы общее представление, как работают другие сферы жизни, он должен.

— Понял, запомнил. Спасибо за науку, — с серьёзным видом проговорил Олег и обозначил поклон.

Света снисходительно улыбнулась. А затем заметила мой взгляд и удивлённо хлопнула длинными ресничками.

— Чего, Максим? — пролепетала она. — Тоже что-то спросить хочешь?

«А как лично ты относишься к моему брату — третьему царевичу Алексею?» — вертелось у меня на языке. Я осознал, что, если мне придётся открыто конфликтовать с братьями, мне бы не хотелось оказаться по разные стороны баррикад со Светой. И уж точно не хотелось бы ее убивать.

Однако ничего спросить я не успел, так как в столовую влетел курсант и закричал:

— Полковник Игнатов приехал! Я только что его видел! И с ним куча народу…

В столовой вновь стало невообразимо шумно. Не время сейчас обсуждать фракции царевичей Российской Империи.

* * *

Спустя два часа я сидел в кабинете в штабном здании лагеря напротив мужчины с залихватскими усами и лысиной. Игнатов глядел на меня и хмурил свои кустистые брови:

— То есть помимо конфликта с княжичем, у тебя был конфликт и с майором Апраскиным и другими курсантами?

— Был, — кивнул я. — Вы сами предупреждали, что в лагере могут оказаться те, кто не жалует личных стражей. Но я и подумать не мог, что одним таким окажется Комендантом корпуса.

Игнатов раздражённо выдохнул и недовольно посмотрел на мой телефон, лежащий на столе между нами. Я таки решил показать ему запись нападения на Змея. Раз уж в лагере Корпуса всё равно будут перестановки, пусть заодно и присмотрят за теми аристократами, которые тут останутся среди неофитов.

Запись же, сделанную в кабинете Апраскина, я демонстрировать не стал. Легко объяснить, как ты в темноте на улице подкрался к злодеям, увлёкшимся избиением одного парня. А вот как ты залез в кабинет, когда там полно народу, объяснить нелегко.

— А ещё ты говоришь, что видел, как вчера вечером майор Апраскин уходил от здания штаба? В штатском и озираясь по сторонам?

— Всё верно, — кивнул я.

Раз уж я рассказал об этом друзьям, то логично поведать и Игнатову? Если говорить всем одно и то же, меньше риск попасться на несостыковках.

— Скажи мне, а какого лешего ты шлялся ночью рядом со штабом⁈ — покраснел от возмущения Игнатов. Вся эта ситуация с пьяным убийством курсанта комендантом лагеря не добавляла полковнику спокойствия.

Я тяжело вздохнул и покачал головой:

— Алексей Михайлович, — вкрадчиво проговорил я. — Вы ведь видели видео? Тем вечером я вышел погулять и, пойдя на шум, увидел, как избивают моего друга и соседа. Вы видели, что я им пригрозил всё рассказать вам. Вроде бы они поуспокоились на время. Но мне было тревожно. А тут ещё Маша что-то хандрила, и Змей ходил вокруг её домика, размышляя как бы её утешить. Я опасался, что моего друга вновь могут избить. Но и стоять рядом не мог. Сами понимаете, если бы у него с Машей начало что-то складываться, а тут я над душой у них стою, ну? Вот и приходилось гулять по лагерю, воздухом дышать.

Покачав головой, Игнатов откинулся на спинку кресла. Несколько секунд он молчал, очевидно, размышляя о произошедшем.

— Тебе стоит присоединиться к Корпусу официально, — неожиданно заявил он твёрдо и уставился на меня немигающим взглядом.

— Я уже высказывался по этому поводу и мнения своего не изменю, — улыбнулся я. — Более того, я прошёл первую аномалию во время сборов в лагере и хочу получить законную увольнительную.

Игнатов на миг замер, сбившись с мысли:

— А это тут при чём?

— Просто напомнил вам. А то мало ли, придумаете отговорку ввиду сложившейся ситуации.

— Эй, курсант Белозёров, проявляйте побольше уважения к старшему по званию и по возрасту!

— Простите.

— Ты неискренне просишь прощения, — он придавил меня тяжёлым взглядом.

Я хмыкнул, беззаботно посмотрев ему в глаза.

В который раз за наш разговор Игнатов тяжело вздохнул и проговорил:

— Будет тебе увольнительная, но точно не сегодня и вряд ли завтра.

— Принимается, — кивнул я.

— Максим, — проговорил он отеческим тоном.

— Да?

— Кто-нибудь может захотеть тебя проучить, — он указал на мой телефон. — Ты даже не представляешь, на что способны аристократические рода.

— Да полно вам, Алексей Михайлович! — усмехнулся я по-доброму. — С чего бы им меня хотеть проучить? Из-за детских разборок? К тому же, я думаю, случившиеся вы просто так не оставите. Как минимум, разъяснительные беседы проведёте с теми, кто запечатлён на видео.

— Проведу, — сверкнул он глазами. — Пусть в Корпусе, порой и происходят… нехорошие вещи. Пусть он не так идеален, как хочется мне многим стражам — мы не должны из-за этого спускать с рук нарушение наших же правил. Ладно, Максим. Иди уже. Скорее всего, тебе ещё придётся давать показания ВКЖ. Хоть убийство и произошло на нашей территории, да ещё и во время работы обучающего лагеря, совсем уж не допустить комиссаров к расследованию мы не можем.

Мы с Игнатовым поднялись одновременно и пожали друг другу руки.

* * *

К полковнику Игнатову мне пришлось ещё раз вернуться на допрос. А всё потому, что дружки убитых княжича и коменданта — те трое высокородных мерзавцев, знали, что Апраскин принудил Машу явиться к нему. Ну и рассказали на допросе, что граф ждал девку. Может, она в курсе. У Маши стали спрашивать подробности… В общем, она и рассказала, что я отговорил её идти.

Причём Маша на допросе подала всё так, как и было — что я неправильно её понял и думал, что с неё трясут деньги.

Собственно, Игнатов вызвал меня уточнить, почему я ничего не рассказал о конфликте Апраскина с Машей, хотя и показал видео драки со Змеем.

— Алексей Михайлович, — закатил я на это глаза, — я тут учусь быть аристократом, между прочим. Раз уж получил Метку. И мне кажется, аристократам не чужд некоторый такт. Честно говоря, я очень сомневаюсь, что комендант Машу вызывал к себе из-за денег, — я поморщился и, скрипнув зубами, добавил выдуманную подробность из своей биографии: — У нас в интернате молодые парни-воспитатели звали себе по вечерам смазливых девочек для другого.

Игнатов на это смерил меня восхищённым взглядом и похвалил. Сказал, что я поступил по-мужски.

Затем-таки прибыли комиссары из ВКЖ, снова принялись нас допрашивать. Причём на меня даже давить пытались. Мол, чего шарился по округе? Всё это подозрительно! Что ты скрываешь?

— Погодите⁈ — очень убедительно хлопнул я ресничками. — Эм… Вы что? Меня подозреваете? Серьёзно? Вы хотите на меня это дело повесить, господа? А вас ваше же начальство не засмеёт? Да и потом… Ладно, у меня была дуэль с княжичем. Но ведь и граф пропал.

— Вот и нам интересно, куда ты дел тело, — холодно проговорил высокий черноволосый комиссар.

— Это бред, — махнул я рукой. — Обвинять стража-неофита в том, что он бесшумно прикончил опытного стража с прокаченной Меткой? Ещё и тело без следов спрятал? Серьёзно? Господин комиссар, вы только что перешли грань. Я — аристократ, и вы не имеете права меня голословно обвинять.

Тут вмешался второй комиссар, отыгрывающий роль доброго следователя, и извинился за поведение напарника. Напарник тоже пробурчал извинения, и вскоре меня отпустили.

Лагерь гудел ещё несколько дней, пока всё более-менее не устаканилось. За это время я успел прочитать все заинтересовавшие меня книги из местной библиотеки.

А полковник Игнатов оставил в НОКСе своего зама, а сам временно вернулся на пост коменданта полевого лагеря.

Собственно, он лично и подписал мою увольнительную. И вот, в один прекрасный день я после занятий отправился в город. Я обязан был вернуться к началу утренних занятий. То есть мог пропустить ужин, ночёвку и завтрак.

Окрылённый ожидающими меня часами свободы я вышел за ворота лагеря.

— Добрый вечер, господин, — поздоровался со мной давешний таксист. Тот самый, который возил меня в первый день по Новосибирску. Я ещё случайно его сына от досрочной отправки в иной мир спас.

Он стоял возле машины, облачённый в чёрный костюм и белую рубашку. На его шее красовался галстук-бабочка.

— Привет, Виталя, — я протянул ему руку. Мужик сперва растерялся, но затем крепко её пожал. — Гляжу, побрился и подстригся? Тебе идёт. Похож сейчас на киношного шпиона— Джеймса Бонда. Клиентки, поди, засматриваются?

Ну а что? Высокий, статный, а сейчас ещё и живот втягивает. Мечта любой одинокой бухгалтерши за тридцать пять.

Виталя чуть смутился, поблагодарил меня и добавил:

— Если и засматриваются, то я смотрю только на дорогу. Я женат.

— Да вроде многожёнство в этой стране никто не запрещал? — усмехнулся я. Настроение у меня было хорошее.

— Я однолюб, — заявил он гордо. А затем, чуть стушевался и добавил: — Да и дорого это очень. И… хлопотно.

— Хм… — я задумался над его словами, садясь на заднее сиденье. Так-то да, если у тебя нет огромного особняка со штатом слуг, то с тремя жёнами и свихнуться можно.

А ведь неодарённые ещё и плодятся как кролики!

В самом деле для заурядного простолюдина смысла в многожёнстве не так уж и много.

— Сейчас в Жуковку едем, ничего не поменялось? — уточнил Виталя, когда машина тронулась с места.

— Да, конечно. Если этот жилой комплекс в самом деле так хорош, как ты расписываешь.

— Я в своих словах уверен, господин. Вы спрашивали что-нибудь с хорошим ремонтом, в неплохом месте с парковкой и рестораном. Это оно. Плюс несколько закрытых красивых двориков, а к услугам жителей — спа-зона, тренажёрный зал и бассейн. Из минусов только то, что отель Армада находится на территории этого жилого комплекса. А так… вроде всё здорово.

Когда я вчера написал Витале и спросил, сможет ли он меня покатать, таксист с радостью согласился. Одновременно я поинтересовался, сможет ли он что-нибудь посоветовать по аренде приличного жилья.

Виталя смог. Как оказалось, у него немало постоянных клиентов и есть одна довольно крутая риелторша. Виталя мне переслал ссылку на объект, я ознакомился и принял решение, что меня устраивает. Осталось вживую посмотреть.

Конечно, я и сам глянул в интернете несколько вариантов. Но, откровенно говоря, времени и желания заниматься вдумчивым самостоятельным поиском у меня нет.

Нужен личный помощник.

Но сначала машина!

Хотя проверенный таксист у меня, похоже, появился. И это хорошо, учитывая, что от моего жилого комплекса до точки постоянных аномалий больше ста километров. Хорошенько так придётся покататься туда-сюда.

Но! Жить в какой-нибудь деревушке поближе к аномалиям или уж тем паче в палатке, мне совершенно не хочется. Спасибо, но я накушался подобной жизни в прошлой жизни (ха-ха, каламбур). Я не против походных ночёвок под открытым небом, не против, если они длятся несколько недель, но если есть возможность жить в комфорте, не вижу причин ей не воспользоваться.

Внезапно все мои рецепторы взвыли.

Жажда убийства!

И она приближается!

— Тормози!!! — резко закричал я, повернувшись влево и активировав покров.

Мы ехали по пустой двухполосной дороге. И сейчас с нами поравнялся мощный внедорожник. Его заднее правое стекло было опущено, и из окна торчало дуло автомата.

Виталя заметил это и ударил на тормоз. Внедорожник вылетел вперёд, как раз в тот момент, когда открыли огонь.

Раздался грохот, и меня здорово тряхнуло. Я всем телом врезался в переднее сиденье. Если б не покров, сломало бы как куклу.

Я не понял, как так вышло, что машина разблокировалась. Но щелчок я услышал. Примерно в этот момент я осознал, что после торможения Витали нам сначала влетели в зад, а затем нас выбросило в кювет.

Тачка не перевернулась, а остановилась, когда бампер упёрся в толстый ствол берёзы.

Распахнув дверь, я вышел из машины с чёрной «бейсбольной битой» в руках.

На обочине стояло три старых внедорожника, а перед ними выстроилось тринадцать человек в чёрных лыжных масках. Трое из них держали в руках автоматы, ещё шестеро — пистолеты.

Один мужик в джинсовом жилете глянул на экран своего смартфона, а затем на меня.

— Это он! — буркнул мужик. — Огонь!

Покушение? Заказное? Серьёзно? Ну и кто же тот смельчак, который отправил за моей головой этих смертников?