Глава 18

Первым делом я в невидимости сгонял на разведку. В штабном здании Корпуса, как я и рассчитывал, было тихо — преподаватели, как и курсанты, живут в домиках, а обслуживающий персонал в общежитии.

Наш комендант единственный — кто жил в штабе. В его кабинете была красивая тяжёлая дверь, ведущая в смежное помещение. За ней холл, спальня, ванная… Вероятно, прошлый комендант был работящим человеком, раз так всё устроил. Ну или по местным негласным законам Комендант должен быть всегда на рабочем месте?

Иных объяснений, почему мерзавец Апраскин живёт в штабе, у меня не придумалось.

Я убедился, что в здании он один. Более того, дверь кабинета была не заперта. Этот гад явно не ждёт непрошеных гостей. Я не стал заходить внутрь — расположение комнат я успел выучить во время прошлых посещений.

Покинув штаб, я вышел на улицу. Близится час «Х». Медлить нельзя! Но нужно как-то сделать так, чтобы Маша не добралась до штаба. Если там повсюду будут её отпечатки, девочке не поздоровится.

Чёрт, она вышла из своего домика. Заозиралась по сторонам, явно не желая, чтобы её видели. Всё, что происходит с ней, она воспринимает как унижение. Она не хочет, чтобы другие знали о её связи с комендантом. Стыдится этой связи…

Хотя пока что связи как таковой нет.

И не будет!

Но как её не допустить в штаб?

О! Змей, чертяка! Беспокоился о подружке и нарезал круги вокруг её домика. А внутрь не лез после того, как один раз его послали. И вот сейчас он перехватил девушку, начав ей что-то втирать.

Ха! Так просто она от него не сбежит. А значит, у меня есть время закончить начатое.

Я рванул обратно в штаб, мысленно потянувшись к душе, поселившейся под моим сердцем, в Сосредоточении.

«Поможешь? Я знаю, что ты проснулась. Я чувствую».

«М-м-м-а-а-а…» — лениво протянула зверюга и передала мне настолько яркое ощущение зевка, что я сам зевнул во весь рот. А затем ещё одну конкретную мысль:

«Лень».

«А ты не охренела? Ты мне должна, помнишь наши договорённости?»

«Потом…»

«Тогда я тебя прямо сейчас отключу от питания», — на этой мысли я временно перекрыл основной контур, через который зверюга подключалась к моей энергосистеме.

Дикий ужас был мне ответом. Меня аж самого начало знобить.

Я перекрыл ещё два контура. Потоньше.

Зверюга начала фонтанировать гневом и яростью. Моя личная способность из прошлого мира позволяет мне ощущать направленную на меня жажду убийства. Очень странно, когда жажда твоего убийства исходит из твоего же тела.

«Ты в себя-то приди, чудище мохнатое, — мысленно проворчал я. — Тут ещё есть несколько контуров, которые можно перекрыть».

«Открой!» — взвизгнула она.

«Ты себя плохо вела и теперь наказана».

Я ощутил целый калейдоскоп мыслеобразов. Зверюга явно пыталась понять, как выйти из текущей ситуации. Пусть она и эволюционировала, но её мозги до сих пор весьма ограниченно функционируют.

«Извинись и сделай то, что должна», — подсказал я.

«Извиняю», — скрупулёзно составила нужную мысль зверюга. Я тяжело вздохнул. С этим чудищем ещё работать и работать. И, похоже, придётся ей объяснить подробно концепт извинений. Чем отличается «Извини, пожалуйста», от «Извиняю».

А то ей всё едино.

Даже сейчас она чувствует мои ворчания и бурлит эмоциями, до конца не оформленными в мысли. Но я могу вычленить её любимое:

«Жалкие людишки, все усложняют».

В общем, зверюга согласилась, когда я вновь нырнул в здание штаба. А после этого я помог ей с материализацией, и…

Чуть не сел прямо в холле штаба.

Уровень энергии в моём теле резко бухнулся вниз. Проклятье! Аж в глазах на миг помутнело!

И до сих пор рябит.

Нет! Это не рябь!

Я прикрыл рот ладошкой, чтобы не заржать во весь голос. В свете Луны и уличных фонарей, проникающих в холл через не зашторенные окна, я видел зависшее в воздухе полупрозрачное создание. Оно смотрело на меня глазками-бусинками, а когда я начал сдерживать смех, начала дёргать носиком, будто принюхиваясь.

Я почувствовал спектр её эмоции, сводящихся к простому вопросу: «Ты вообще нормальный?»

Сдержать смех стало ещё труднее. Но всё же я превозмог и справился. А затем мысленно спросил её:

«Ты себя в зеркало видела?» — и указал на зеркало, висящее на стене.

Бесшумно хлопнув кожистыми крыльями, зверюга подлетела к зеркалу и зависла перед ним.

«Красавица», — оценила она свой новый облик.

Мне кажется, что больше всего подошло бы слово «очаровашка». Из земных животных моя зверюга сейчас больше всего похожа на летучую лисицу. Только шерсть ещё более пушистая. И вся она с головы до кончиков крыльев рыжая, цвета пламени.

А ведь в прошлой жизни она была Матриархом пушистых огненных драконов, гигантской могучей тварью! И ещё более пушистой, чем сейчас, конечно. Но ту сучку, в бою с которой я провёл последние часы прошлой жизни, уж точно «очаровашкой» бы назвал лишь какой-нибудь больной ублюдок.

И из-за неё… точнее, из-за проклятия, которое на ней лежало, я оказался в этом мире. По сути, проклятие активировалось, когда я убил её. Вероятно, проклятие сработало криво из-за срока давности. Вряд ли тот, кто проклял дракониху, надеялся, что она так долго проживёт. Ведь она стала Матриархом — самым старшем представителем своего вида. Да вот беда, гордые и мудрые драконы с возрастом становятся сначала вредными, а затем и вовсе впадают в маразм, превращаясь в дикие и вечно голодные машины для убийства всего и вся.

Что и произошло с моей нынешней питомицей. А после перерождения, похоже, её личность здорово откинуло назад. Тело и вовсе сгенерировалось почти случайно.

Так и получился мой ручной зверёк, который без меня прожить никак не сможет. Даже если пройдёт кучу эволюций.

Я бросил взгляд на настенные часы.

«22–29».

«Соберись, мы идём вверх, — скомандовал я зверюге. — Ты сможешь стать невидимой полностью?»

Меня облили волной возмущения. Мол, зачем прятать такую красоту? И вообще, зачем я эволюционировала?

Снова пришлось прочитать воспитательную речь, но она быстро сдалась и опять потянула из меня энергию.

Поднимаясь по лестнице, я вцепился в поручень. Проклятье! Вот ведь жадная тварь!

Однако эффект стоил потраченных сил — зверюга полностью растворилась в воздухе.

Оказавшись на втором этаже, я открыл дверь и вошёл в кабинет коменданта. Из-под красивой двери у левой стены по полу сочился приглушённый свет. Подойдя к двери, я приложил ухо и услышал, как комендант что-то мурчит.

Я приоткрыл дверь и осторожно заглянул внутрь.

И знатно охренел!

Нужно было во время разведки всё-таки заглянуть в жилой блок коменданта. А я ведь просто убедился, что в остальном здании никого нет, и успокоился.

Кто ж знал, что для того, чтобы переспать с восемнадцатилетней девственницей, нашему бравому коменданту понадобиться напарник? Сидит сейчас этот напарник в модном кресле-каталке, ножки пледиком укрыл, а сам комендант в халате, подливает ему вино в бокал.

Да, у коменданта гостит княжич, которому я сломал ноги. Радует, что этот мелкий гад до сих пор не может встать. А ещё, похоже, его правая рука не особо-то шевелится. Мой эксперимент с «энергетическим паразитом» прошёл удачно.

Но что делать-то?

— И всё-таки как же неожиданно, что вы пришли, Ваше Сиятельство, — ворковал граф, угождая своему более высокородному гостю.

— Я устал лежать в этой санчасти! — резко ответил княжич. — А вы просили быть сдержаннее там. Наскучило! Когда парни сказали, что вы развели эту дурочку, мне стало любопытно. Скажите, она в самом деле дружна с Белозёровым?

— И с Белозёровым, и со Змеевым и с Её Светлостью, — закивал граф-комендант и плотоядно улыбнулся. — Хорошая игрушка, Ваше Сиятельство. И пикнуть не посмеет против истинной аристократии. Сделает всё, что я ей прикажу.

— Хорошенько вы запугали её, — хмыкнул княжич.

— После сегодняшней ночи она окончательно будет на моём крючке, — хохотнул граф. — Эта дурочка постесняется хвастаться тем, что побывала на моём ложе. И тем самым добавит мне тем для…

— Шантажа. Давайте будем откровенны. Я не осуждаю, — княжич злорадно осклабился.

— Вы бы сообщили, раньше, что прибудете в гости, я бы позвал её соседку. А так… Хм… Долг гостеприимства велит мне предложить вам опробовать мою игрушку первым.

— О, не думайте о пустяках, — махнул рукой княжич. — Сегодня мне доставит удовольствие просто наблюдать за тем, как вы растаптываете эту их хвалёную, но беспомощную гордость бедных. А позже… Когда придёт время, я с радостью посмотрю на рожи Белозёрова и сучки Анжуйской-Захаровой, когда расскажу им, на что пошла их подружка, чтобы прикрыть их…

— Ваша Сиятельство, можно пойти дальше, — заискивающе проговорил граф. — Если мне удастся правильно выдрессировать игрушку, то она сможет просто убить их в спину в какой-нибудь аномалии.

Я почувствовал, что ярость захватывает меня. Суки! Ненавижу тех, кто издевается над слабыми ради удовлетворения собственных низменных желаний!

Мрази! Уроды! Хотите просто так сломать ни в чём неповинную девчушку, которая сегодня искренне радовалась тому, что закрыла аномалию? Тому, что смогла помочь своей Родине и другим людям? Ведь если аномалии не закрывать, а тупо оставить в глуши — через время из них полезут монстры…

Хотя прямо сейчас передо мной распивают вино два монстра в человеческом обличьи.

Я чувствовал, как эмоции бушуют во мне. Ещё немного, и «невидимость» слетит…

Но зверюга уже зависла над головой графа.

«Огонь»! — скомандовал я, и она вдарила по Апраскину потоком пламени как раз в тот момент, когда я бросился на изумлённого княжича. Тот даже рот не успел открыть. Даже удивиться и активировать покров — очевидно, сломанные ноги и раскуроченная рука мешали быстро управлять энергией.

Пролетая мимо журнального столика, я схватил штопор и вогнал его княжичу в шею. Дёрнул в сторону, вырвал и отбросил.

Рукой я зажал рот княжичу, чтобы не заорал. Он забулькал, начав давиться кровью — не вся она из страшной раны выходила наружу.

Я обернулся через плечо. От графа осталась лишь горстка пепла.

А княжич, закатив глаза, сдох.

Я же вновь активировал невидимость и огляделся. С такого ракурса из открытого окна меня не должно быть видно. А к утру должен полностью выветриться запах гари.

«Молодец»! — мысленно поблагодарил я зверюга.

«Половина!» — потребовала она, подкинув мне образ мгновенно сгорающего графа.

Я напомнил ей, что и так отдал ей всю энергию посмертного всплеска с босса огненных скорпионов в аномалии. Так что сейчас делиться не стал.

Забрав зверюгу обратно в своё Сосредоточение, я подивился, насколько же филигранный контроль над пламенем и температурой у бывшего Матриарха огненных драконов. Даже подпалин на полу не оставила. Всю мощь и весь жар она зациклила исключительно на жертве.

Ладно, нужно спешить. Но сначала необходимо запутать следы.

Прошлый раз, когда я подглядывал за комендантом, ожидая от него какой-то подлянки, тот лишь пялился в планшет, выбирая домик в Сочи. Но вот откуда он достал этот планшет — любопытно.

Я открыл шкаф с одеждой и положив руку на кроссовки графа, закинул их в свой пространственный карман. За ними был маленький сейф с простеньким кодом, который я подсмотрел ранее.

Ха, я взял кипу пятитысячных банкнот и остановился взглядом на толстом золотом браслете с гербом Апраскиных. Как будет выглядеть ситуация со стороны? Граф повздорил с более высокородным, но при этом ещё и более молодым собутыльником и в порыве гнева прикончил его штопором.

А затем в ужасе сбежал, не взяв с собой то, с помощью чего его можно отследить.

Но возьмёт ли он родовой наруч-оруженосец?

Я взял наруч в руки и весь обратился в один сплошной энергетический рецептор. Что я чувствую от наруча? Да много всего. Вот только ни одна, даже самая тонкая энергетическая ниточка, не уходит куда-нибудь вдаль. А значит, никакого энергетического отслеживания на наруче-оруженосце нет.

Торжествующе улыбнувшись, я закинул и его в своё хранилище. Затем туда же отправил толстовку и штаны-карго — не голый же пустился в бега граф-убийца, правильно?

О! Чуть не забыл.

Взяв со стола чистый лист, я рукой смахнул на него пепел, оставшийся от графа и тоже закинул в свой невидимый карман.

Набрав полные лёгкие, дунул, раздувая в стороны те пылинки, которые не удалось собрать.

Вот теперь точно всё.

Напоследок я окинул взглядом спальню графа Апраскина. Этот мерзавец хотел отжарить горячую цыпочку, но в итоге другая очень горячая цыпочка хорошенько отжарила его.

Конец.

Я спешно покинул помещение, не боясь, что наследил. Я использовал перчатки, а уличную обувь оставил ещё на первом этаже в холле.

Выйдя на улицу, я быстро зашагал в сторону домика Маши и кемеровчанки. Я был в прекрасном расположении духа — прикончил двух мерзавцев, раздобыл трофеи. Ещё и зверюга фонит радостными эмоциями, которые передаются и мне.

Восхищается она собой.

«Молодец, ты. Молодец»! — похвалил я её и от щедрот своих подарил ей те крохи энергии, которые Метка впитала из княжича.

Зверюга довольно заурчала. Я же подумал, что внезапной атакой она может уничтожить любого человека. Но если сильный одарённый успеет врубить покров — моей зверюге точно будет не до веселья.

— Пусти меня, Олег! Мне нужно идти! — донёсся до моего слуха крик Маши.

Спрятавшись в тени дерева, я «вернулся в мир».

— Да куда ты, едрить! На ночь глядя? Скажи, что случилось⁈ Кто тебя обидел! Отвечаю, я со всем разберусь!

Он держал её за руку. Она пыталась вырваться. Злилась, и…

— Вы сейчас всю округу перебудите, — весело произнёс я, идя к ним навстречу.

— Максим? И ты здесь? — нахмурилась Маша. Её глаза были красными и влажными. Она могла прямо сейчас разрыдаться, но держалась изо всех сил.

— И я, — усмехнулся я. — Пойдём, Маш. Мы проводим тебя до дома.

— Мне не надо домой, — выпятила она грудь.

Нет, ну в самом деле, сейчас впадёт в истерику.

Я покосился на Олега. Не обращая на меня внимания, он встревоженно смотрел на девушку.

— Маша, скажи, тебе угрожали, да? — серьёзным тоном спросил я.

И она, и Олег вздрогнули. Девушка округлила глаза.

Я не дал ей ответить и продолжил:

— Вижу, что угрожали… Среди курсантов есть заносчивые снобы. До меня тоже докапывались. И до Олега тоже. Его вообще хотели толпой избить.

Она ахнула и уставилась на Змея. Тот недовольно покосился на меня. Мол, братан, зачем?

— Но у них ничего не вышло. Олег хорош, — хмыкнул я. — Да и я там успел часть разборки на видео заснять и припугнул их. Представь, там даже комендант был…

Маша замерла. Я посчитал, что девушка выдала довольно красочную реакцию, по которой можно обо всём догадаться.

— Это он? — выпалил я, «догадавшись». — Комендант до тебя докапывался? Сказал прийти к нему сейчас? Деньги просил, да? Я слышал, такие, как он, на службе так порой поступают с новичками.

Маша поджала губы, виновато глядя на меня.

— Он тряс с тебя бабки? Серьёзно? — взбеленился Олег.

Я мысленно расплылся в улыбке. Олег, может, и сообразительный парень. Но всё же довольно простотой. Тут как в песне: «влюблённые глаза не видят того, что происходит». Тема «трясти бабки» ему более чем понятна. Гораздо понятнее, чем тема «психологическое насилие и принуждение к сексу». Если ему сказать все, как есть — он же пойдёт, дров наворотит, и судьбу себе сломает.

Короче, ради психики обоих я чуть сгладил углы. Олег злобно шипел в духе:

«Как можно с девушки деньги выбивать». Маша же смущённо теребила платок.

— Не ходи к нему! — резко сказал Олег. — Я вместо тебя пойду! — и отпустив её руку, шагнул в сторону.

— Нет, стой! — теперь уже Маша остановила его.

— Постойте оба, — улыбнулся я. — Честно говоря, я сейчас видел коменданта. Прикиньте, он в кофте и штанах куда-то удрал. Ещё по сторонам озирался, будто от кого-то прятался. Так что, если он тебе и назначил время — сам не явился на встречу.

— Правда? — в глазах девушки появилась надежда.

— Сущая, — улыбнулся я. — Пойдёмте уже. А то ты так переволновалась. Кстати, у Олега пара бутылок пива есть. Выпейте, расслабьтесь. Утро вечера мудренее. Если будут какие-то проблемы — утром вместе разберёмся.

И я потащил обоих в сторону нашего дома.

В голове же крутилась лишь одна мысль — утром в лагере, скорее всего, будет очень весело.