Глава 5

Я чувствовал избыток внутренней энергии в каждом из ворвавшихся в вагон террористов. Все они одарённые. Но у них нет Метки — «сгущённая» энергия у каждого лишь под сердцем, там, где Сосредоточение.

Однако, несмотря на то что оба террориста были одарёнными, они держали в руках автоматы.

— Scheisse! — выругался я, когда дула автоматов уставились в мою сторону.

Я рванул с места, представляя, как из моих стоп выходит энергия и растекается вокруг, а потом поднимается вверх. Прямо набегу я активировал «поле».

Раздался треск автоматных очередей!

Попадая в невидимую полусферу, где господствовало «Проклятье Пространства и Времени», пули замедлялись. Там они теряли значительную часть своей убойной мощи. Но всё равно были способны пробить плоть обычного человека.

Мне же с покровом сейчас было проще принять эти пули на свою энергетическую защиту. Тратилось гораздо меньше сил и концентрации, чем если бы в меня выпустили очереди из двух автоматом без моего «поля».

— Дерьмо! — выругался на арабском террорист, справа от меня. Откинув в сторону автомат, он потянулся к рукояти кинжала, но…

Выхватить его он не успел. Я настиг обоих, и оба оказались в моём «поле».

Оба замедлились.

Я видел, как недоумение в глазах террориста сменяется ужасом. Моя энергия уже вовсю напитала лезвие моего трофейного ножа.

Террорист захрипел, когда лезвие прошибло его Сосредоточение и сердце.

Выдернув из трупа нож, я мгновенно повернулся ко второму противнику, но тот уже вновь выцелил меня из автомата и зажал спусковой крючок.

— Аркх… — захрипел я, приняв едва ли не в упор в живот половину автоматного рожка.

С-сука… Покров я удержал… Но покров — такое сложное составное умение, что удержать его — не значит стопроцентно нивелировать повреждения. Грубо говоря, покров полностью укрепляет тело. Снаружи, на коже, он крепче, чем в других частях тела. Но можно пробить его в одном месте и травмировать укреплённые органы. Притом опытный одарённый, если сохранит концентрацию, сохранит и покров, хоть и получил рану.

А можно этот покров сбить. Если одарённый потерял концентрацию, то он потерял и энергетическую защиту.

Однако, к счастью, концентрацию я удержал.

И даже шкурку почти не повредил, но…

Как же больно!

Синяк сто процентов будет!

А если бы не поле, то я б вообще сдох.

Скрипнув зубами, я схватил изумлённого врага за запястье и резко дёрнул на себя.

Лбом я врезал ему по переносице, проломив защитную маску. От газа террорист захрипел, попытался оттолкнуть меня…

Я чувствовал, как энергия внутри него скачет. Мужик едва удерживает концентрацию. Его покров заметно ослаб.

— Твари, — буркнул я себе под нос, всё ещё страдая от боли в животе. Передоз автоматных очередей — довольно неприятный недуг.

Раздражённо махнув ножом, я перерезал горло надышавшемуся газом террористу и недовольно зашагал к выломанной части вагона.

Радовало то, что Метка приятно грела тыльную сторону моей ладони от собранной с трёх трупов одарённых энергии посмертного выплеска.

В мою грудь устремился огромный каменный валун. Едва он оказался в моём «поле», валун замедлился. Я осознавал, что легко могу от него уклониться, вот только позади меня люди. В том числе и грудастая проводница.

Вряд ли кто-нибудь из них переживёт встречу с магическим камнем.

Чуть сместив вес тела, я отклонился назад. И вот когда валун уже поравнялся со мной, с силой ударил по нему снизу.

Он изменил направление и начал подниматься вверх.

А, едва покинув «поле», он ускорился и, продырявив крышу вагона, улетел прочь.

Я шагнул вперёд. В меня полетели валуны поменьше.

«Задолбал уже!» — мысленно крикнул я. Очень хотелось выругаться по-русски, но я всё ещё пытался поддерживать образ немецкого путешественника из «Цветочного братства».

Поэтому каменные глыбы длинным ножом я рубил молча.

После каждого моего удара снаряды врага обращались в пыль, а затем эта пыль исчезала.

После каждого своего удара я уверенно шагал вперёд.

Когда обстрел прекратился, я выпрыгнул из вагона на рельсы и оказался в просторном тоннеле. Его стены тускло подсвечивали старые фонари.

Я аккуратно огляделся по сторонам.

Два террориста обходили меня слева и справа. А прямо по центру стоял третий. Тот, кто обладает Меткой, позволяющей использовать «магию» земли. Интересно, как называется? Стихийные метки довольно распространённые, а их «имена» довольно пафосные. Вроде «Метка Земляного Владыки» или «Метка Каменной Гряды».

— Кто ты? Почему мешаешь нам⁈ — по-арабски крикнул «каменный» террорист, вскинув перед собой руку для новой атаки.

От такой наглости я остановился и замер метрах в пяти от него. Удивлённо склонив голову набок, я рассудил, что моё немецкое липовое альтер-эго вполне может владеть и арабским.

Главное — знание русского лишний раз не демонстрировать.

— Может, потому что вы хотите убить меня? — хмыкнул я. — Неужели вы настолько тупые, что не додумались до этого?

Террористы даже не дёрнулись от такой простой провокации.

— Пусти нас, и мы не убьём тебя, — сказал Каменный.

— Вы и так меня не убьёте, — хмыкнул я. — Силёнок не хватит.

Каменный раздражённо цокнул и быстро произнёс:

— Обещаю, мы никого не убьём в этом крайнем вагоне. Такое тебя устраивает?

Время у вас поджимает, да? Хотите закончить свою миссию до того, как сюда явятся спецслужбы?

Мои губы сами собой расплылись в надменной улыбке, когда в голове всплыла фраза из одного фильма. Хмыкнув, я озвучил её:

— Переговоров с террористами не ведём.

Весь тоннель вокруг меня задрожал — из пола вырвались каменные колья, а перед ладонями Каменного одарённого быстро сформировались огромные ядра.

Всё это добро тут же полетело в меня.

Что ж, пока мы лясы точили, мой противник заряжал своей энергией дистанционные техники. Похвально.

Вот только к его огорчению я тоже не стоял без дела.

Резко крутанувшись, я разрубил несколько кольев и рванул вперёд. Два других террориста — те, что без Метки, открыли по мне огонь из автоматов.

Но всё это было бесполезно! Вырвавшись из каменной западни, я в мгновенье ока оказался перед «левым» противником и вогнал ему нож в нижнюю челюсть так, что лезвие вышло из макушки.

Дёрнул нож вниз и раздражённо скривился — от постоянного вливания моей энергии оружие не выдержало, и лезвие так и осталось в башке террориста.

Эх, говорила мама, сынок, не экономь на снаряжении…

Хорошо хоть у новоявленного трупа тоже имелся нож в ножнах.

Пару мгновений спустя я сжимал в руке уже новый нож и нёсся на второго одарённого. Он попытался перейти в рукопашку, да не успел.

Метка вновь потеплела, впитывая уже пятый посмертный выплеск одарённого за сегодня. Остался только обладатель «каменной» Метки!

Я повернулся, чтобы поймать в поле зрение врага и на миг нахмурился. Его нигде не было!

Однако я быстро ощутил стремительно приближающийся поток энергии. Повернулся и хмыкнул.

«Каменные коньки» — так назывался этот способ передвижения земляных стихийников в моём прошлом мире. Земля под их ногами вздыбливается, и, не отрывая от неё стоп, маги земли передвигаются на этих буграх, как конькобежцы на коньках.

Быстро, сука.

Этот гад решил на меня забить и прорваться к вагону, чтобы закончить начатое! Ну разве так можно? Это невежливо!

Правда, скорость он в самом деле набрал немыслимую. Не успею перехватить.

Я поморщился от осознания неминуемых трат. Нет, я очень люблю становиться сильнее. Просто обожаю! Но ещё я очень люблю, когда неприкосновенный запас ценных ресурсов с каждым днём преумножается, а не уменьшается.

Нераспределённая энергия — ценный ресурс.

И сейчас…

Мысленно я потянулся к энергии, жгущей мою Метку, и закинул её в ту часть своего контура, где разместился комплекс умений «Проклятье Пространства и Времени».

«Поле» тут же расширилось.

Каменный гад замедлился, а я, наоборот, ускорился. Я тянулся ножом к его шее. Почти достал, когда понял, что небольшой каменный шип, вырывавшийся из груди моего противника, чуть подправил траекторию моего удара.

— УА-А-А!!! — завопил Каменный мужик. Лезвие ножа прошлось по диагонали по его лицу, рассекая обе губы, ноздрю, глаз и ухо. Защитная маска начала с него падать.

Я не особо удивился, увидев перед собой абсолютно европейское лицо.

И лицо это пылало яростью. Я едва не скривился от концентрированной жажды крови, которой полыхнул террорист почти вплотную ко мне.

А потом я ощутил огромный всплеск энергии. Всё, что скопил и сконцентрировал последний из террористов, он высвободил моментально.

Я отпрыгнул назад и лихо замахал ножом, срезая каменные пики. Они лезли из огромной каменной стены, разделившей нас.

Это длилось несколько секунд, прежде чем я рассёк стену, и она обрушилась, превратившись в пыль.

Я увидел два изувеченных тела. Напоследок Каменный «отмеченный» попортил трупы товарищей. Вероятно, пытаясь хоть как-то усложнить опознание. С одного из них содрал маску и сбежал.

Казалось бы, куда бежать в тоннеле? Да, собственно, туда же, откуда эти гаврики и явились. В тоннеле имеются люки, сконструированные так, чтобы отсекать воду, когда их используешь. Мой энергетический болван видел такое по телевизору. С помощью этих люков можно попасть в подводный тоннель, ну или выйти из него посреди залива. Сделано такое, чтобы была возможность эвакуировать пассажиров поезда при несчастных случаях и прочих форсмажоров.

Как террористы получили доступ к этим люкам — отдельный вопрос, коим явно займутся спецслужбы.

Подумав о спецслужбах, я тяжело вздохнул и оглядел себя.

Что ж…

Немного замарался.

Нельзя просто так взять и, прирезав пятерых людей, остаться чистеньким.

И выругаться хочется. По-русски. Но я же немец сейчас…

Тяжела жизнь шпиона-неофита.

С этой мыслью я пошёл обратно в вагон. Настроение было приподнятое. Плевать на предстоящие разбирательства. Как говорится, гоблинов бояться — в горы не ходить. Главное, я стал ещё немного сильнее. И спас сотню с лишним человек. За поступки по чести мироздание всегда тебя наградит.

А награды я люблю.

Главарь террористов сбежал? Ну и бес с ним. Я его запомнил, а он меня нет — внешность и имя у меня сейчас не настоящие. Ну а если ещё раз встречусь с этим… теперь уже одноглазым каменным гадом, то закончу начатое.

— Кха…кха… — услышал я сдавленный кашель, когда оказался в вагоне.

Проводница пыталась подняться на ноги. Её лицо закрывал противогаз, благодаря которому девушка сейчас была в сознании.

Она видела бой?

Я бросился к ней и помог подняться.

— Нужно… перезапустить… вентиляцию… — произнесла она по-английски и белыми пальцами вцепилась в ворот моей рубахи. — Очистить… воздух… можно…

Пусть она и говорила с трудом, её взгляд пылал.

— Где? — спросил я коротко.

Чтобы окончательно спасти всех пассажиров, включая и мою временную команду, мне пришлось пройти через два вагона, набрать на щитке код, который передала грудастая проводница, нажать пару кнопок, и…

Всё!

Ура!

Я быстро вернулся в свой вагон. Девушка сидела на подлокотнике рядом с сиденьем, на котором с открытым ртом спал храпящий дед.

— Спасибо вам, — тихо проговорила проводница, глядя на меня сияющими глазами.

— Не за что, — улыбнулся я. А затем добавил: — Никому не расскажешь, что я понимаю по-английски?

— А? — удивлённо хлопнула она глазами.

— Это секрет, — проникновенно произнёс я и приложил указательный палец к защитной маске напротив рта.

— Эм… ладно, — ответила она.

— Цветочные братья не любят суету вокруг них, — проговорил я, указывая на свою заляпанную кровью рубаху. — Такое не про нас. Мы не хотим быть героями. Хотим просто счастливо и беззаботно жить, и делать счастливой и беззаботной жизнь тех, кто нас окружает. Так что про… — я не определённо повёл пальцев в воздухе, — про вот это вот всё, тоже, пожалуйста, не говори.

Она вновь широко распахнула глаза, да так, что стала похожа на антикварную куклу.

— Но как же… как всё объяснить? — нашлась с вопросом проводница.

— А чего объяснять? Всех покрошил герой, перед тем как вырубиться, — я указал на обладателя ветровой Метки, который сопел в проходе между сиденьями. — А подробностей ты не знаешь, так как под газом даже в противогазе плохо понимала, что происходит. А систему перезагрузила сама.

— Но… но…

— Так будет лучше для всех. Ты достойно сражалась и с честью выполнила свою работу, — произнёс я уверенно.

Сняв с себя защитную маску, я передал её опешившей проводнице и зашагал к своему месту.

Хорошо, что первый труп как раз валяется рядом. Можно списать на то, что меня и забрызгало его кровью.

Главное — на сиденье развалиться поубедительнее.

* * *

— Что… это в самом деле я сделал? — изумлённо бормотал обладатель ветровой Метки, придя в себя.

Когда он очнулся, я ещё изображал спящего красавца. Хотя в вагоне уже суетились представители французских спецслужб.

Большегрудая проводница охотно давала им показания. И, слушая её речь, я думал лишь об одном.

Какой талант пропадает! Мало того, что внешность при ней, так она ещё и превосходная актриса.

В общем, меня она не выдала.

Поверили ли ей французские эсбэшники? Вряд ли. Работа у них такая — никому не верить.

А ещё их работа — допросить всех присутствующих. Так что и до меня дошла очередь. Мне даже выделили мужика, который свободно говорит по-немецки:

— Откуда кровь на вашей одежде?

— Я уже несколько раз отвечал, господин комиссар. Не знаю! Я спал, как и все! Почему вы мне не верите⁈

— Я хочу вам верить, господин Норхлойлер, но крови на вас слишком много.

В этот момент я мысленно усмехнулся и про себя добавил: «Ты даже не представляешь, насколько много, юнец».

Но продолжил отыгрывать нервного паренька:

— Думаете мне это по нраву? Я хочу умыться! Скорее привести себя в порядок и переодеться! А вы держите нас тут! Вы вообще знаете, что цветочным братьям противна кровь!

— Она много кому противна, господин Норхлойлер. Скажите, вы можете снять перчатки?

— Могу! — буркнул я, сдёргивая перчатки.

— Метка, — тут же напрягся эсбэшник. — Но вы путешествуете не как аристократ?

— А я и не аристократ! — буркнул я. — Я получил Метку в неприметном сельском храме! Я верил, что у меня будет что-нибудь ценное! Я хотел стать Цветочным Друидом! Или Древесным? Слышали о таких⁈ А мне какая-то ерунда выпала! Вот я и не стал её регистрировать. Разозлился! Отправился путешествовать с друзьями! Давно хотел! Ждал этого! А что в итоге⁈ Здесь во Французских владениях, на родине превосходного преподобного Его Высочества принца Эммануэля на меня напали⁈ Что это за ужас, комиссар⁈

Ну и так далее и тому подобное. Ещё в прошлой жизни друзья Вольные Воители говорили мне, что, если мне когда-нибудь надоест убивать, я могу начать путешествовать с театральной труппой.

В общем, допрашивали меня долго, но всё без толку. Доказательств нет — это раз. Я из цветочного братства, а таких стараются не трогать лишний раз — это два. И три (главное) — я подданный другой короны, и, по сути, аристократ. Хоть и не оформил свою Метку.

К слову, когда меня попросили назвать свою Метку, я отказался, как раз на это и сославшись. Я немец, а стало быть, требовать от меня назвать метку могут лишь немецкие специальные службы.

По легенде, разумеется.

Ну и, полагаю, совсем уж бесстыже долго мурыжить нас никто не имел права. Ведь тоннель под Ла-Маншем сейчас перекрыт. Железнодорожное и автомобильное сообщения между двумя империями, скорее всего, полностью остановлено. А это очень громкое дело в век социальных сетей и интернета. Уже весь мир знает о каком-то происшествии с нашим поездом. И французам нужно как можно скорее продемонстрировать всех выживших общественности.

Что они и сделали, решив эвакуировать всех пассажиров и персонал поезда через тот злополучный люк, по которому сбежал каменный подранок.

Так что мы все поднялись наверх на специальных подводных батискафах. А затем нас пересадили в роскошный лайнер, чтобы всей широкой общественности показать, как о нас заботятся.

В итоге, я даже смог принять душ. Да-да! В отдельной каюте! Правда, каюте без иллюминатора.

Но я всё равно наслаждался убранством и плаванием. Любопытный опыт. В прошлой жизни я путешествовал лишь на деревянных парусниках, усиленных магией и артефактами.

А ещё меня покормили!

О небо, как же был прекрасен тот круассан с красной рыбой и творожным сыром. Свеженький, таящий во рту… Наконец-то моя жизнь после перерождения заиграла новыми красками.

Но! Главное открытие — это конечно же, кофе, который подали в мою каюту вместе с круассаном. Что за невероятный напиток? Изысканная кулинария эльфов? Волшебные ингредиенты фей? Может быть, родовое пивоварение гномов?

Нет! Всё это теряется на фоне кофеварения людей моего нового мира!

Сволочь, которая прокляла Матриарха пушистых драконов Пространством и Временем, и из-за которой я переродился. Если вдруг ты слышишь мой мысленный посыл — спасибо тебе.

Кофе того стоит.

В мою дверь осторожно постучали. Это произошло как раз в тот момент, когда я с улыбкой на всю рожу валялся на кровати и воздавал хвалу кофе.

Так и не переставая улыбаться, я поднялся на ноги и пошёл открывать дверь. Этот день уже принёс мне кучу радостей. Даже если за дверью что-то плохое — плевать.

Открыв дверь, я увидел красивую пышную грудь.

Очень шикарную грудь.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы оторвать взгляд от груди и осмотреть всё остальное.

Проводница-актриса-героиня переоделась в новую белую блузку и юбку. Стоя передо мной, девушка нервно теребила воротник.

А затем решительно подняла глаза и на ломаном немецком произнесла только что заученную фразу:

— Хочу отведать свободной любви! Как в цветочном братстве!

Моя улыбка стала ещё шире. Я взял проводницу за руку и втянул в каюту, мысленно благодаря принца Эмануэля за то, что научил некоторых жителей моего нового мира любви без обязательств.

С проводницей мы не стали тратить время на пустые разговоры. Едва защёлкнулась щеколда, я притянул девушку к себе за талию и впился поцелуем в её губы. Начал быстро растягивать её блузку, чтобы освободить от тканевого заточения божественную грудь.

Мироздание от души награждает за поступки по чести. Главное, верить в эту истину.

А в моём случае главное — не думать, что через несколько часов у меня «свадьба».

Первым делом безудержная любовь с девушкой, с которой только сегодня познакомился.

А с «невестой» знакомиться будем позже.