Глава 8

Когда я вернулся в отель, меня встретил на входе швейцар, обходительно открыв дверь. Оставив ему монетку в два евро и услышав тонну благодарностей, я направился к ресторану. Там уже меня ждали улыбчивые девушки-администраторы. Одна из них учтиво проводила меня к столику.

Лиза наблюдала за моим приближением со счастливой улыбкой на устах. Правда, в глазах её читалось напряжение.

— Как ты, дорогой, закончил с делами?

— Всё в порядке, милая. Проводил наших новых друзей, они передали приветы и пожелали нам с тобой счастливого отдыха, — я плюхнулся на стул.

— Рада слышать, — улыбнулась она. — А я сделала заказ.

Материализовавшийся из ниоткуда официант тут же наполнил наши бокалы игристым вином.

— Поздравляю тебя, — произнёс довольно я.

— И я тебя, — отозвалась она, счастливо улыбаясь.

Мы чокнулись и пригубили терпкий напиток.

М-м-м… вкусно! Такое вино в родном мире я не пробовал.

— Кстати, у меня для тебя небольшой презент, — улыбнулся я и достал из кармана кулон на цепочке. — К твоему сегодняшнему наряду не подойдёт, но, я уверен, если захочешь носить, сможешь подобрать нужный образ.

Я положил кулон с рубином на стол рядом с моей «женой». Лиза недоумевающе посмотрела на него, затем на меня.

А я лишь улыбался.

Ну а что? Так-то разводилы в первую очередь докапывались до Лизы. Логично же, что Лиза тоже должна получить свою компенсацию?

Ха, по её взгляду, я вижу, что девушка поняла, откуда колье.

— Так неожиданно и приятно… — пробормотала она. — Очень приятно. Дорогой, я, конечно же, подберу наряд под это чудо.

И быстро убрала трофейный кулон в сумочку-клач.

— Ловлю на слове, — беззаботно хохотнул я, поднимая бокал. — За твою красоту.

— За твою щедрость, дорогой, — отозвалась она. Снова послышался мелодичный звон хрусталя, и мы вновь пригубили этот вкусный напиток.

Поставив бокал на стол, я огляделся. В зале было полно хорошо одетых людей. Никому до нас не было дела — каждый наслаждался своим вечером.

— Достойная публика собралась, — проговорила Лиза и как бы невзначай указала глазами на столик возле левой стены. — Даже господин де Пури — управляющий отелем, вместе с супругой здесь.

Улыбчивый француз с острыми усами в компании черноволосой женщины со смуглой кожей о чём-то беседовали с парой лет шестидесяти на вид.

Ага, запомним.

— А ещё я видела известную актрису Мари де Унки, — продолжала щебетать Лиза. — Вживую она ещё краше, чем на экране. Хорошее место мы выбрали, дорогой. Рада, что мы тут остановились.

Мы ещё пару минут поизображали из себя восторженную пару новобрачных, а затем подали первое блюдо. Им оказался салат. Вроде бы блюдо без мяса и рыбы, одна лишь зелень да разноцветные овощи, но…

— М-м-м… — аж простонал я от наслаждения.

— Нравится? Рада, что угадала, — тепло проговорила Лиза, наблюдая за мной.

Её взгляд опять не соответствовал тону и выражения лица. О чём она там думает сейчас? «Жри-жри, деревенщина, нормальную пищу?»

А, неважно!

Салат важнее!

А едва салат закончился, вновь возник официант и подал основное блюдо. Им оказался осьминог по-провансальски, и…

Я чуть повторно не умер. Проклятье, с тяжёлой душой я осознаю, что в прошлом мире я ел всякую гадость, при этом считая её вкуснятиной. А всё потому, что сравнивать было не с чем. Кулинария там была не чета местной.

Нет, я, конечно, могу съесть что угодно. Когда ты в долгом походе, или несколько недель выслеживаешь какую-нибудь тварь, то и мозги накера покажутся тебе божественным блюдом, но…

Как сказал бы местный интернет-герой Капитан Очевидность: «Вкусная еда — это вкусная еда». К чему тут лишние слова?

Я так увлёкся ужином, что не заметил, как нам подали чай и десерт. Я съел и это, а затем начал приходить в себя.

Лиза уже тоже закончила трапезничать и с хитринкой рассматривала меня.

— Милая, сегодня лучший день в моей жизни, — со всей серьёзностью заявил я.

— Мне кажется, это не из-за нашей с тобой свадьбы, а из-за ужина, — мило хихикнула девушка.

Проклятье, как же здорово она играет, когда берёт под контроль ещё и свой взгляд! Когда глаза не выдают её истинные чувства.

— Ну что ты такое говоришь, — я встал с места и подошёл к ней. — Без тебя бы этого ужина не случилось. Да и есть у нас одно дело поважнее ужина…

Я взял её за руку и взглядом указал на выход из ресторана.

Внутри Лизы произошёл скачок энергии. Нет, она не активировала покров, желая размотать мои кишки по ресторану. Всего лишь непроизвольный всплеск. Такое бывает от сильных эмоций.

Внешне же она продолжала улыбаться, поднимаясь.

— Да, идём, дорогой, — проворковала она.

И я повёл её к лифту.

Мне было очень любопытно, как далеко сможет довести её актёрская игра?

— Подождите, пожалуйста! — окликнули нас, когда мы заходили внутрь. — Ага, спасибо.

В лифт вместе с нами залетела француженка лет пятидесяти и нажала кнопку нужного ей этажа. Затем повернулась к нам.

— Ой, — ехидно улыбнулась она. — Простите, помешала, должно быть?

— Ну что вы, — ответил я, обняв Лизу за талию и прижав к себе. — У нас с женой ещё вся ночь впереди.

— Вот! Правильно! — хохотнула француженка. — Не сдерживайте себя, стены в отеле очень толстые, звукоизоляция хорошая.

— Спасибо за совет, — ответил я. Двери лифта открылись, и я потянул за собой Лизу.

Быстро мы добрались до своего номера. Быстро я отворил и его дверь, мы шмыгнули внутрь.

Едва дверь захлопнулась, я резко развернулся, впившись в покрасневшую девушку пылающим взглядом.

— А вот и начинается лучшая часть сегодняшнего дня, моя милая, — с жаром произнёс я. — Эта ночь будет только для нас двоих.

Я прижал её к себе правой рукой, а пальцами левой, коснулся её щеки. Девушка дрогнула, тяжело дыша. Она смотрела на меня неотрывно своими красивыми глазами. Её ресницы трепетали.

Я повёл пальцем вниз по бархатной коже её щёки. Ниже… к чувственным губам…

* * *

Месье Шарль де Пури — управляющий отелем сети «Золотая чайка» в городе Кале, по пути в свой особняк думал о событиях этого вечера. Нет, его голову совершенно не занимали мысли о деловой встрече, которою он провёл в ресторане отеля сети своего рода. Там всё прошло гладко.

Куда любопытнее был случай, произошедший позже.

Некий рыжий юноша, представившийся охране одним из гостей отеля, искал встречи с управляющим, утверждая, что у него имеется очень важная информация, от которой зависит безопасность отеля.

Шарль де Пури к тому моменту уже выпил немало вина, как и его вторая жена, сопровождавшая его на встрече. Чете аристократов стало любопытно, чем же их может удивить залётный простолюдин?

К тому же гость их отеля. Хоть немного, но уважить нужно, раз так хочет увидеться с хозяином.

А дальше…

Шарль не понимал, как такое произошло. Вино будто бы выветрилось из его головы, едва этот гордый и уверенный в себе юноша заговорил:

«Прошу не спрашивать, откуда у меня эта запись. Но позже я могу вам её выслать», — произнёс парень и включил ролик на своём смартфоне.

Какие-то побитые простолюдины, какая-то рыжая заплаканная истерящая баба с достойными сиськами — было первое, что увидел Шарль де Пури. Однако, присмотревшись, он понял, что снято рядом с их отелем. А прислушавшись к разговорам бабы с её подельниками, Шарль де Пури был в шоке.

Отбросив всю шелуху, выходило, что на территории отеля его рода промышляют разводилы! И промышляют очень удачно, меняя действующих лиц и портя репутацию отеля. И, что хуже — часть охраны отеля в курсе и в доле с ними! Но что ещё хуже прозвучало имя «господин де Планше». Род де Планше — давние конкуренты рода де Пури. И, похоже, разводилы работают под патронажем именно этих мерзавцев.

Конечно же, Шарль де Пури попросил рыжего юношу переслать ему видео, а сам Шарль это видео тут же отправил главе службы безопасности своего рода. Если видео не постановка, если давние конкуренты действуют так нагло… Необходимо предпринять ответные действия.

Проклятье! Да так и до открытой войны родов недалеко!

Но сперва нужно успокоиться и провести своё расследование. И, если оно всё подтвердит — наградить юношу, принёсшего видео.

Шарль де Пури хмыкнул, вспомнив, что ответил юноша на вопрос: «как тебя найти, чтобы отблагодарить».

— Я делюсь с вами информацией, чтобы наказать мерзавцев. Ну и, чтобы улучшить ваш прекрасный отель, в котором так вкусно кормят, — усмехнувшись, ответил на это парень. — Но, если всё же захотите выслать благодарность, пожалуйста, отправьте сюда.

И написал на листочке адрес и место.

Лондон. Некий магазин одежды.

* * *

Секс с Лизой у меня, ожидаемо, не сложился. Возможно, я бы мог её дожать, но задачи такой не ставил. Что-то её сдерживало, а я человек воспитанный, уважающий личные границы.

Ну не всегда и не всех…

Но к достойным людям, в любом случае, отношусь достойно. Поиграли и хватит.

В общем, Лиза сбежала и хотела была лечь спать на диване. На что я ей завил:

— Нет, милая! Либо мы спим вместе, либо я сплю на диване.

В общем, она сдалась и уступила мне диван, а сама вернулась в спальню на гигантскую кровать. Заперлась и не выходила до утра.

Я же, выждав часик (ведь для широкой общественности, мы с молодой женой отдаёмся жаркой любви), вышел из номера. С мечтательно-расслабленным видом побродил по округе, изображая из себя человека, прожившего поистине превосходный день. А после инициировал встречу с управляющим отелем.

Видеозапись, которую я сделал, сидя в «невидимости» и подслушивая разговоры неудачливых разводил, буквально умоляла меня пустить её в ход.

Что я и сделал, заодно и закрыв свой долг перед лондонским магазином одежды. Ну тем, в котором я поглотил зародыш Места Силы, прикончил двух гадов, позаимствовал шмотки и сломал метёлку. Если я хоть немного разбираюсь в людях, местный управляющий, убедившись, что я поделился с ним очень полезной видеозаписью, тут же перечислит лондонскому магазину солидное вознаграждение.

Щедро? Можно было бы себе забрать? Но каким образом? Я тут под прикрытием. К тому же, я не люблю, когда меня гложет чувство долга.

А ещё я никогда не ворую. Либо беру трофеи, либо беру в долг.

После беседы с Шарлем де Пури, я вернулся в номер и быстро провалился в сон. Диван был хорош! А, учитывая, что последние дни я спал в машине, этот диван и вовсе показался мне созданным богами произведением искусства.

Утром мы привели себя в порядок, позавтракали в номере и покинули отель. За нами приехал Игорь и повёз нас в Париж.

— Но ведь в Кале есть свой аэропорт? — заметил я. — Не легче ли было сразу полететь? Пусть и с пересадками? Подождали бы в зале ожидания.

Лиза одарила меня хмурым взглядом. Ой, похоже, она расслабилась и решила выйти из образа. Три часа ехать. Да и машина Игоря — безопасное место, явно постоянно проверяемая на наличие устройств слежения.

Девушка ничего не ответила и отвернулась.

— Хах, а что, тебе моя компания противна? — раздался с переднего сиденья голос водителя.

— Да не. Норм, — заверил я и покосился на соседку. — Просто, когда тебя нет рядом, кое-кто более добрый и жизнерадостный.

— Ха-ха-ха! — засмеялся мужик. — Поверь, Макс, дело не во мне.

— А жаль, — вздохнул я.

Он рассмеялся ещё громче. Лиза раздражённо фыркнула.

И чего это она? Нормально ж общались. Реально лишнего я себе не позволил. Даже за попку её не пожамкал, хотя на правах мужа вполне мог бы. В лифте, например, ага.

Подумаешь, чмокнул в щеку перед разводилами… но ведь это для убедительности.

Или она всё-таки из-за нашей маленькой игры в номере куксится? Ну так пусть сама себя не обманывает — ей самой хотелось.

А в итоге принялась извиняться: «мол дорогой, извини, хоть и брачная ночь, но сейчас не те дни! Бла-бла… ля-ля…»

Я усмехнулся и уставился в окно.

И начал вспоминать утренний кофе. Вспоминать в хорошем смысле — уж очень здоровский он был. Если в этом мире существуют боги, уверен, они пьют кофе. Ведь кофе в самом деле — напиток богов! Я заказал себе без сахара и всяких добавок и пил его вприкуску с пирожным. Отличное сочетание горечи и сладости.

М-м-м… интересно, как там в России обстоят дела с кофе? Уважают ли его на моей Родине?

Ударившая по мне жажда убийства выдернула меня из мечтательной полудрёмы.

Ух ты! Да там жажда крови, а не просто убийства! Кто-то хочет меня разодрать на кусочки. Это кому ж я так насолил?

Ощущение идёт сзади. Похоже, кто-то едет за нами по этой же междугородней трассе. Пока не приближается, просто преследует — расстояние между нами не меняется.

Стараясь не выдать свои сенсорные способности Лизе и Игорю, я потянулся и зевнул, лениво оборачиваясь.

— Уже проснулся? — поинтересовался наш бодрый водитель.

— Ага, — ещё раз зевнув, отозвался я, глядя в тонированное заднее стекло Мерседеса.

Что ж, кто-то явно не умеет сдаваться.

За нами ехали три одинаковых микроавтобуса. И у первого из них была свежая вмятина на капоте. Будто какого-то неудачника били рожей об этот капот.

Удобно разместившись на своём сиденье, я ненадолго задумался. Если проигнорировать гадов, они ведь нападут. Тогда мы начнём с ними драться, порвём их туши на кровавые ошмётки, а затем приедет полиция и начнут задавать тупые вопросы в духе: а кто это сделал? А зачем? А где нога от того мужика и рука от этого?

В лучшем случае мы опоздаем на самолёт.

В худшем…

Не будем об этом.

Если я сейчас сообщу товарищам о преследователях — дам ОКЖ ещё больше информации о себе любимом. Тоже не хочется так поступать лишний раз.

Ждать, пока Игорь сам заметит преследователей? Ха, мы едем по трассе с хорошей скоростью. Не гоним, но и не ползём. То есть вполне логично, что микроавтобусы не пытаются обойти наш Мерс. В такой ситуации, когда едешь по трассе, видеть в зеркало заднего вида одну и ту же тачку долгое время — норма, как я думаю.

А значит, придётся…

Мне потребовалось огромных усилий, чтобы сдержать хищную улыбку. Как-то так вышло, что этот момент я долго откладывал, но теперь точно пора.

Я мысленно потянулся к своему Сосредоточению. Но не стал раскручивать энергию, чтобы активировать покров, а нашёл своего сожителя. Точнее, сожительницу. Отдельный энергетический сгусток, прилипший к Сосредоточению.

Постучался в этот сгусток и мысленно проговорил:

«Сова, открывай, медведь пришёл».

В ответ лишь молчание. Я ещё сильнее собрался с мыслями и ментально крикнул!

А в ответ тишина.

Ага… но я ведь чувствую, что ты, сучка, прекрасно меня слышишь.

«Если будешь меня игнорировать, оставлю без еды, — я постарался оформить эту мысль предельно твёрдо. — Я не шучу. Ты просила энергетической подпитки для развития, я потратил на тебя энергию из Метки. А кроме того, улучшил твоё взаимодействие с моим Сосредоточением, чтобы ты получала больше энергии для жизни. Но я могу всё это оборвать. Оставить тебя голодной. Без подпитки моими энергиями ты снова сдохнешь».

В ответ мне транслировали явное недовольство.

«Не нравится? Ну а что поделать? Не всегда всё происходит так, как тебе нравится. А теперь, если хочешь и дальше кушать да развиваться, иди и избавься от наших преследователей».

Я мысленно показал ей всё, что нужно сделать.

И что же я получил в ответ? Эта жадная сучка запросила с меня всю энергию, которую впитает моя Метка, когда мы прикончим преследователей.

«Так-то я не просил тебя всех пускать под нож», — заметил я.

Она попыталась изобразить эмоцию «тебя убивают с особой жёсткостью, твои кишки наматывают на палочку и запекают на огромном костре». Получилось у неё так себе. Но я понял, что сожительница ссылается на моё ощущение жажды крови. Мол, враги не собираются вступать с тобой в переговоры.

«Логично. Но я запрещаю тебе убивать кого-либо специально. И да. На будущее. Всё добытую тобой энергию делим пополам».

Она задумалась. Я тоже.

Жалеть преследующих нас идиотов я не собираюсь. Пытаться обойтись с ними помягче тоже. Но выкашивать каждого и догонять разбегающихся? Мне некогда, в Москву хочу. А вот для моей сожительницы сейчас может сложиться отличная тренировка. Пусть подумает, как правильно выполнить поручение.

Да и вообще, ей нужно понять, что не всех и не всегда нужно убивать. Кого-то можно лишь унизить словами, кого-то оставить без штанов и последней копейки. Я понимаю, что в голове моей энергетической сожительницы всё это выглядит как чушь собачья. В духе: вы, людишки, всё всегда усложняете. И я, в общем-то, с ней согласен.

А потому пусть страдает и учится жить в человеческом обществе. Будет ей это искуплением за грехи прошлого.

Я почувствовал эмоцию «недовольное согласие». Как раз в тот момент, когда сзади начала приближаться жажда моей крови. Враг решил действовать?

«Иди», — скомандовал я, чувствуя, как из меня выходит сгусток энергии.

Вот ведь жадная сучка! Она для выхода здорово подчистила моё Сосредоточение! Алё, куда тебе так много? Ты что с королём троллей там биться решила, что ли?

Несмотря на бурю эмоций внутри, внешне я казался совершенно невозмутимым. Лениво повернулся, чтобы видеть приближающийся микроавтобус с помятым капотом.

Забавно, свою питомицу я не вижу. Даже если напрягу рецепторы, максимум, что смогу разглядеть лёгкую рябь пространства.

Не наела ещё энергии эта дурында для того, чтобы стать видимой.

Ха! И её пламя тоже не сразу стало заметным.

Лишь в тот момент, когда огненный поток соприкоснулся с радиаторной решёткой микроавтобуса, оно стало видимым.

Вот тогда да. На миг вспыхнуло так, что огненная стена загородила от моих глаз машину врага. Через миг послышался визг тормозов, микроавтобус завернул в сторону — похоже, водитель попытался обрулить преграду…

Громыхнуло хорошенько. Уж не знаю, куда там моя зверюга так удачно умудрилась попасть.

Первый микроавтобус завалился набок. Второй в него врезался, а третий, пытаясь всё это объехать, улетел в кювет.

— Игорь, мы должны помочь, тормози! — крикнула Лиза, обернувшаяся на шум и уже во все глаза смотревшая на развернувшееся позади нас веселье.

— Не тормози. Опоздаем, — проговорил я ровно.

Лиза обожгла меня пылающим взглядом, а я молча указал ей на рыжую бабу в чёрном комбинезоне, которая сейчас на карачках вылезала из перевёрнутого микроавтобуса и мотала головой.

— Да, Игорь, — тут же взяла себя в руки Лиза, узнав рыжую. — Останавливаться не стоит. Тут и без нас помогут.

И посмотрела на меня как-то иначе. Заинтересовано? С любопытством? Хотя, если подумать, нечто подобное и так мелькало в её взгляде всё это время.

* * *

Больше никаких эксцессов по дороге в аэропорт не случилось. Когда моя невидимая зверюшка вернулась обратно, вместе с ней ко мне вернулась и позаимствованная ей энергия, пусть и не в полном объёме.

Можно сказать, что энергия у меня двух типов. Одна находится в Сосредоточении, если её тратишь, она постепенно восстанавливается до определённой границы. И развиваясь, я повышаю эту границу, а значит, и объём доступной мне для сражений энергии.

Другой тип энергии — та, которую поглощает Метка, когда я убиваю врага. Эту энергию я трачу на развитие своего Сосредоточения, умений, зверюги. Этакий аналог очков опыта в видеоиграх.

Сейчас зверюга случайно убила двоих. Аварию уже видно не было, когда мне в Метку прилетела сначала одна порция энергии, а затем и вторая — то есть враги умерли не сразу, мы от них уже далеко отъехали, но Мироздание засчитало мне их убийство.

Как и обещал, пришлось делиться со зверюгой. Она порадовалась.

Глупая. Не понимает, что теперь я выведу её на самообеспечение? И в дальнейшем просто не буду давать из Метки ту энергию, которую добываю своими собственными руками.

А вот она мне ещё половину добытой энергии отдавать будет.

В аэропорт тоже всё прошло гладко. Меня даже не заставили показывать сумку из-за банки с «громадной маринованной сливой», ну а если точнее с сердцем огненной гончей замоченном в её же крови. А всё потому, что с сердечком произошло странное… Но не об этом сейчас.

— Фух… скоро взлетим, — выдохнула Лиза, улыбаясь, когда мы заняли свои места в салоне самолёта.

— Ага, наконец-то отправляемся в наше путешествие в Москву, — улыбнулся я.

— Да. Отправляемся! Полетим, — быстро проговорила она.

И замолчала. Не убирая улыбки с лица, девушка повернулась к иллюминатору.

Странная она какая-то… Задеревенела, что ли? Чего бы это?

Люди продолжали занимать свои места, и вот стюардессы уже проводят инструктаж. Ещё до начала инструктажа Лиза начала застёгивать ремень безопасности. Её руки подрагивали, хотя она всем своим видом пыталась демонстрировать спокойствие.

А когда самолёт тронулся с места, внутри Лизы скакнула энергия. Девушка до белых пальцев вцепилась в подлокотник.

Эм, вон оно что. В моём прошлом мире самолётов не было, я сразу не сообразил. Особо богатые и одновременно с этим сильные люди для полётов использовали животных и монстров. Помню, наш благовоспитанный Лютик Вертихвост жутко матерился, прямо как портовый грузчик, всякий раз когда ему приходилось седлать молодого дракона или грифона.

Я положил ладонь на ручку Лизы. Девушка вздрогнула и посмотрела на меня с благодарностью.

Второй рукой я начал гладить её бедро, тихо приговаривая:

— Всё в порядке, милая… Я рядом… ничего страшного не случится…

Она улыбалась. Была похожа на испуганную кошку. Хех, и это капитан ОКЖ? И это могучий одарённый с сильной Меткой?

В самом деле милашка.

Я продолжал говорить, а она успокаивалась. В итоге мы как-то и не заметили, как взлетел самолёт. Лиза успокоилась настолько, что с укором принялась пялиться на мою руку, которой я поглаживал её ножку.

Вот что воспитание с девушками делает, а? Тебе же нравится, алё⁈ У тебя сейчас один глаз и кричит: «Руку убери, сука», но второй орёт: «Если перестанешь гладить, я тебя сгною».

В общем, я решил не расшатывать психику бедной девушки, всё равно до логического завершения эти поглаживания сейчас мне довести не удастся.

Однако вторую руку, ту, которая лежала на её ладошке, я убирать не стал. Я чувствовал, что девушка может вновь впасть в панику. Вон, на сиденье через ряд вспотевший мужик раскачивается взад-вперёд и молится, перебирая в руках чётки.

— Девушка, а можно нам плед? И воды? — улыбнувшись стюардессе, попросил я.

Все принесли быстро, и я укрыл удивлённую Лизу и протянул ей стакан.

— Спасибо, — проговорила она.

— Всегда пожалуйста, — отозвался я, откинувшись на спинку кресла. Вскоре я начал засыпать. Но, прежде чем уснул окончательно, почувствовал, как мне на плечо легла прекрасная головушка моей «однодневной жены». Смогла-таки расслабиться.

Молодец.

Ну а потом мы долетели до Москвы, и наш самолёт приземлился в аэропорту графского рода Шереметевых.

Наконец-то я в России! Встречай меня, могучая империя!

Принц вернулся домой.