Глава 11

Мне никогда еще не было так стыдно.

Я! Истинный воин тьмы! В одной рубашке, на руках мужчины. Тоже облаченного только в длинную рубаху. И он меня несет по коридору.

Отдаю честь стражам, они при виде этой картины даже глазом не моргнули.

Только один из охранников вежливо предложил:

– Вейлар Шайрен, позвольте, я помогу доставить леди до комнаты.

– Сам справлюсь, – буркнул дракон.

Я бы на его месте согласилась. Он хоть и держал меня крепко, но шел довольно неуверенно. Еще бы. Едва очухался, и тут я.

– Может, все-таки сама дойду?

– Сама вы уже до таверны дотопали, где нас чуть всех не грохнули. Так что для моего спокойствия сам, лично, отнесу вас в комнату.

– И выдадите чепчик? – грустно спросила я.

– Именно, – твердо сказал дракон. – Я бы вам еще и цепи прописал. Но чувствую, и они вас не удержат.

Я виновато глаза опустила и всю остальную дорогу молчала.

Так мы и вошли к Хэйвену. Я на руках у будущего владыки.

Там, под пристальными взглядами советника и драга, меня уложили на кровать и одеялком прикрыли.

– Элкар, сегодня ты отвечаешь за Хэйвена. Леди Эсми нужно прийти в себя. Я прикажу лекарям приготовить ей поддерживающее силы снадобье.

Сказал это и вышел шатающейся походкой.

А в комнате на несколько минут установилась тишина. Полная. От которой мне захотелось с головой под одеяло спрятаться. Хэйвен и Элкар смотрели на меня очень вопрошающе. А потом советник поинтересовался:

– Что это было?

– Его будущее владычество вейлар Шайрен, – натянув одеяло по самый подбородок, тихо пискнула я.

– Это мы заметили. – Элкар присел рядом со мной. – Больше всего меня радует видеть будущего владыку живым. И хотя мне очень интересно, как вы смогли его исцелить, но еще больше меня гложет любопытство от увиденного. Ведь, если зрение мне не изменило, он принес вас на руках.

– Горячка у вейлара, – прошипела я, теряя голос от стыда. – Видимо, еще не отошел. В голову больную стукнуло, что я не смогу сама дорогу назад в комнату найти.

– Ага, – менторски подметил Элкар. – Стукнуло.

– Уи-и-и! – насмешливо протянул Хэйвен, устроился на подушке поближе ко мне и ушки остренькие навострил в ожидании более подробных объяснений.

– Даже не думайте! – вспыхнула я до коней волос.

– А мы и не думаем, – расплылся в издевательской улыбке советник. – Мы сейчас такую любопытнейшую картину наблюдали…

– Лучше бы порадовались, что вейлар жив и здоров, – хмуро отозвалась я и одеяло еще сильнее натянула, по самый нос.

– Жив он точно, но здоров ли? – язвительно заметил Элкар. – Я впервые вижу, чтобы он леди на руках носил.

Все. Я дошла до предела собственного стыда. У меня уши пунцовые стали.

– Это из вежливости, – попыталась хоть как-то оправдаться. – Вернее, благодарности. Я ему жизнь спасла и все такое.

Элкар и Хэйвен как-то многозначительно переглянулись. А я почувствовала себя полной дурой, которая несет невыносимую чушь.

Советник еще ближе придвинулся ко мне и громким шепотом поинтересовался:

– Подробности расскажете?

– Нет! – Я разозлилась. Одеяло откинула, села и… О тьма, как же я на самом деле устала. Легла обратно, натянула одеяло и глазки закрыла.

– Уи-и-и! – Меня в плечо толкнул Хэйвен, требуя подробностей спасения будущего владыки.

– Я сплю, – отозвалась холодно и демонстративно отвернулась.

– Уи, – пытался возмущаться Хэйвен. Его перебил Элкар: – Идем, малыш, на прогулку, Эсми и правда нужно отдохнуть. Она нам потом все расскажет.

«Ага, сейчас же, расскажу. И про тьму, и про смрад, и про горький, жаркий поцелуй».

Дверь тихо прикрылась, извещая, что советник с драгом ушли.

Я осталась в комнате одна. В задумчивости смотрела в окно. Там вовсю светило солнце. Вероятно, уже скоро полдень. Редкие облака медленно плыли по небу.

Медленные и величественные.

Я лежала, смотрела на них и… нет, не думала, не могла. Все мое существо было сконцентрировано на чувствах. А вернее, на одном – привкусе крови на губах, смешанном со вкусом губ будущего владыки.

Механически я провела по ним пальцами.

Странное ощущение. Боль и сладость, жар от одного только воспоминания.

Я порывисто села.

Я хасраши. Им неведомы физиологические привязанности. А уж о желании к мужчине они вообще понятия не имеют. У хасраши одна страсть – стать лучшим среди воинов тьмы.

А лучшим можно стать, только доказав свою исключительность. И необходимо срочно и быстро позабыть о поцелуе. Тем более что это было лишь шагом к спасению владыки и не более. А чувства… Что чувства? Это не более чем первый поцелуй, неожиданный, и потому врезался в память. Хотя и поцелуем-то его назвать нельзя. Ах, что за дурость у меня в голове. Думаю, как обычная барышня.

Но все же… Снова коснулась губ пальцами и осторожно провела по ним. Прикрыла глаза, вспоминая.

– Хр-р-р? – донеслось от гардеробной.

Я испуганно глаза открыла и руку от губ отдернула. Из-за двери гардеробной выглядывала аракарна и так пошленько всеми тремя головами ухмылялась.

– Только без предположений. Я спасала владыку, и это была необходимость.

– Хр, – однозначно ответила тварь, будто сказала: «Кто бы сомневался».

Объясняться мне не хотелось. Да и вспоминать не нужно. Запрещаю себе думать о неожиданном поцелуе. Не было его. Было действие, нацеленное на спасение. А то, что владыка сам меня потом целовал, это… Он же в бессознательном состоянии был. Навряд ли и помнит. Да и невесть кто и что в это время в его помутившемся сознании чудилось. Уж не няня-хасраши точно.

Пора мне выбить дурь из головы.

Я уверенно встала с кровати. Усталость и дурь лучше всего выбивать действиями. Хорошими физическими действиями.

Прошла к шкафу и, распахнув его, вытащила первое попавшееся платье.

Аракарна внимательно следила за мной.

– Сиди на месте и чтобы ни шагу из комнаты, – приказала я ей, выходя.

Прикрыла за собой дверь и направилась искать своего подопечного.

***

Хэйвен с Элкаром играли у фонтана.

Я остановилась невдалеке, на аллее, с интересом наблюдая за этими двоими.

Дракон кидал мяч в подобие сооружённых из сетки ворот, драг бежал за ним, а потом запускал обратно советнику. При этом вид его был крайне недовольным. Судя по всему, это был уже не первый пропущенный мяч.

Я мельком взглянула на статую Эльны. Теперь я уже точно была уверена: статуя живая. На её губах играла улыбка. Тонкая, едва различимая, но улыбка. И я точно знала, что в нашу последнюю встречу лицо матери драга было другим.

– Ты пропустил мяч! – весело выкрикнул Элкар. – Пять – один в мою пользу.

– Уи-и! – рассерженно отозвался Хэйвен.

Я подошла ближе.

– Присоединюсь?

Драг с советником повернулись ко мне.

– Почему вы не отдыхаете, леди Эсми?

Я вскинула голову.

– Хасраши не нужен отдых. Пришли в себя – и в дело. А я уже пришла в себя. – И тут же улыбнулась. – Вай Элкар, вам не кажется нечестным пользоваться своим опытом, чтобы обыграть ребенка? Вы сильнее и быстрее. Не лучше ли придумать игру, в которой вы будете наравне? Например, шахматы или… – задумалась. – Карты!

Дракон наигранно нахмурился.

– Шахматы или карты! Ребенок, как вы изволили выразиться, если играть с ним в карты или шахматы, мухлюет, как прожжённый шулер. Так что игра в мяч для него самое то.

– Уи-и-и! – оскалился драг, за мои ноги прячась.

А я на него с сомнением посмотрела.

– Ты мухлюешь?

– Уи? – У Хэйвена глаза стали огромными и предельно честными. Он на советника лапой указал и очень возмущенно произнес: – Уи! – вроде как врет, подлый завистник.

Я несдержанно рассмеялась, смотря на уморительную мимику драга.

– А я склонна ему верить. И вот что тебе скажу, мой маленький друг: не по чести для истинного будущего повелителя всех драконов мухлевать. Вот спросят: кто занимался воспитанием жуликоватого владыки? Скажут: хасраши Эсми Норей. Не дело это – так меня позорить.

Драг обиделся. Чистосердечно и очень выразительно.

Я присела перед ним на колени и заговорщицки прошептала:

– Но если уж мухлюешь, делай это так, чтобы никто не заметил. Я тебя научу!

– Ага! – склонился над нами и хитро воскликнул Элкар. – Так вы банда! Я так и знал. Ну, держитесь. Может, в карты вы меня и обыграете, но еще посмотрим, как вы отстоите вашу территорию в мяч! На исходную становись!

Мы с Хэйвеном подскочили и кинулись к воротам.

Следующие полчаса над аллеей слышался наш смех и возбужденные голоса.

– Держи его! Хэйвен, заходи слева. А применять магию, вай Элкар, нечестно. Что значит один против двоих? Вы взрослый дракон, а мы всего лишь девушка и ребенок. А вот не надо про то, что я хасраши. Бей! Бей, Хэйвен! А-а-а-а, гол!

В какой-то момент, когда я бежала, направляя мяч к воротам советника, краем глаза уловила некое движение. На бегу сконцентрировалась. Точно, в тени деревьев стояла высокая фигура. И мне не нужно было напрягать зрение, чтобы узнать в ней внимательно наблюдающего за нами будущего владыку. Он что-то мял в руках и не подходил к нам, а только смотрел.

«Пусть смотрит», – подумала я. Но невольно отвлеклась, и холодный ветерок, явно призванный Элкаром, снес мяч из-под моего удара.

– Снова магия, это нечестно! – завопила в погоне за наглым ветерком, тащившим мяч в наши ворота.

– Двое на две, вполне честно! – донеслось до меня наглое от Элкара. Вот же драконище! – Хэйвен, держи оборону.

«Тьма!» – призвала, зная, что поступать так против правил, однако… Элкар первый начал.

Мяч почти влетел в ворота, но не попал в них. Был проглочен мягкой тенью дерева и выброшен аккурат рядом со стойкой.

– А-а-а! Мазила! Ваша магия, вай Элкар – мазила! – заорала я.

– Не может быть! – искренне удивился дракон. – Вы жульничаете! Не знаю как, но вы, леди, жульничаете.

– Да ну? Не может быть, – я глазками честно-честно заморгала. – Я же хасраши. А они никогда не жульничают!

– Вы еще и врете! – наигранно обиженно кричал Элкар. – Я изобличаю вас. Вы, Эсми Норей, редкостный жулик и врунишка!

– Как вы могли такое обо мне подумать? – я очаровательно улыбнулась. – Ладно, хасраши я не лучший. Но я же еще и леди. А леди не врут!

Платье поправила и ресничками хлоп-хлоп.

Элкар на меня посмотрел, хитро сузив глаза.

– Ну что же, леди, – голос такой еловый. – Еще раунд?

А потом мы сидели, тяжело дышавшие и возбуждённые матчем, в беседке. Мы с Хэйвеном и тьмой, конечно, выиграли. Куда там против нас Элкару с его ледяной – а я теперь точно знала, что у него именно ледяная, – магией.

Нас обдувал остужающий кожу прохладный ветерок, тот самый, что играл за советника.

– Нужно будет завтра повторить, – улыбнулась я, подмигивая Хэйвену.

Ветерок тут же перестал нас обдувать. А лицо советника стало серьёзным.

– Завтра невозможно, леди Эсми. Слава богам, владыка пришел в себя и, я так понимаю, все пойдёт по намеченному плану. То есть завтра будет подготовка к одному из важнейших событий нашей империи – к вступлению владыки в его права.

– Подготовка?

– Да, вы же не думали, что народ просто известят, что вейлар стал владыкой. Нет. Будет коронация, посвящение и праздник.

– Посвящение?

– Некий ритуал, когда будущий владыка приносит клятву верности своему народу перед ликом высшей магической силы. Именно она в будущем станет защищать драконов всех сословий.

Я с непониманием смотрела на советника.

– Видите ли, в чем дело, – начал говорить он. – Каждый раз, когда приходит новый владыка, приходит и новая магия.

– Не поняла.

– Я объясню. В каждом из драконов есть магия. Мы как бы сотканы из нее. Темная, светлая. Принимая престол, дракон восходит на него, и его магия тоже. Она становится как бы вершителем всей магии, которая будет на протяжении правления этого владыки. Потому как высшие силы, назовем их так, благословляют не только самого владыку, но и его магическую составляющую. Наделяя ту несопоставимой силой.

– То есть если придет дракон с магией огня, то…

– На протяжении всего его властвования эта магия света станет самой сильнейшей в империи и среди драконов. И даже те, кто ею не пользуются, ощутят в себе ее наличие. Так как при проведении ритуала капля этого пламени разойдется по всем магическим узам драконов.

Я в задумчивости смотрела на Элкара. Хэйвен уже посапывал на моих коленях.

– А к какой магии относится род Шайрена?

Элкар продолжил посвящать меня в ритуальные дела драконов:

– Последние несколько тысячелетий главенствовал холод. И все мы, драконы, пока относим себя к немножко ледяным.

– А сам Шайрен? Он какой магией обладает?

Советник хотел было ответить, но наш разговор был нагло перебит строгим:

– Кхм…

Элкар тут же поднялся, вежливо преклонил голову перед подошедшим к нам Шайреном.

– Ступайте, Элкар.

Советник бросил на меня напряженный взгляд, кивнул и направился из беседки.

– Я вам чепчик принес, – сухо произнес будущий владыка, протягивая мне опостывший головной убор. Теперь понятно, что он теребил в руках. Я чепчик взяла, на голову нахлобучила.

Дракон посмотрел на меня с каким-то сомнением и уверенно приблизился.

Я замерла.

А владыка как ни в чем не бывало чепчик снял, поправил мне взбитые после гонки с мячом волосы и снова нахлобучил.

– Так лучше? – не смогла сдержаться и язвительно спросила я.

– Намного, – удовлетворительно ответил дракон и собрался уходить.

– Так какая магия у вас? – остановила я его вопросом. – Вы не позволили Элкару ответить.

Вейлар оставил мой вопрос без ответа, вместо этого поинтересовался:

– Почему вы здесь, а не в постели?

– Вы не ответили на мой вопрос.

– Вы на мой тоже.

– Я спросила первой.

– А я приказал вам отдыхать.

– Я отдыхаю.

– Я не вижу вас в вашей комнате.

– Чтобы отдыхать, совсем не обязательно лежать в постели.

– Вы со мной пререкаетесь?

– А вы забыли сказать мне спасибо за спасение.

– Ах, спасибо, что из-за вас я чуть не сдох. И, кстати, вы тоже.

– То есть вы меня обвиняете? А не нужно было за мной идти в этот богами забытый трактир.

– А вот не нужно было сбегать из замка, напрочь проигнорировав мои приказы. Кстати, я обещал вас наказать…

– Так вот какая у вас благодарность!

– Благодарность?!

Наши пререкания не остановились бы.

– Караул!!! – вопль разнесся по саду.

Лицо владыки моментально изменилось, став хмурым и воинственным.

– Быстро с Хэйвеном в комнату, – приказал коротко.

– А потом к вам? Помогать? Я вас одного не оставлю.

Он на меня глянул убийственно, и в ту же секунду что-то в его лице промелькнуло. Может, доходить начало, что я все же хасраши. И мое первостепенное дело – защищать.

Вейлар взмахнул рукой, и из-под полы его плаща выскользнул холод – такой, что мне разом дышать стало трудно. Будущий владыка несдержанно усмехнулся.

– А это ответ на ваш вопрос о моей магии. Сама злая и пронзающая. Я не ледяной дракон, но во мне самый убийственный черный холод, что можно найти в нашем мире. Хотите испробовать его на себе?

– Нет.

– Тогда ступайте в комнату, леди Эсми.

– Вы обещали, что мы вместе… – отстукивая зубами, обиженно протянула я.

– Караул! Всё! Это крах! – снова донесся до нас полный боли голос повара.

Дракон сжал губы, щелкнул пальцами, холодный поток выхватил из моих рук Хэйвена и понес в сторону комнаты.

– Идемте, – раздраженно бросил мне вейлар, широким шагом проходя мимо.

Мне пришлось приподнять юбку и почти бежать, чтобы поспевать за быстрым драконом.

***

Повар стоял у пекарни, рыдая в белую шапочку. Слезы текли градом по полному краснощекому лицу.

– Всё, всё, что испечено за ночь вот этими самыми руками… – Он потряс руками в воздухе, уронив при этом шапочку. Тут же судорожно поднял ее. Отряхнул и замогильным воем продолжил: – Всё погибло! Рулеты пряные, с корицей и яблоками, – двадцать. Пироги заливные, с ягодой, – двадцать. Крендельки румяные, с ванилью, – сто тридцать два. Всё пропало. О-о-о, я погиб. Чем я кормить всех буду?

Владыка хмуро созерцал пекарню. На столах стояли опустевшие противни, в которых, видимо, были вкусности. Пахло кем-то съеденной сдобой. У стола валялся разгрызенный мешок с сахарной пудрой.

«Ох, – подумала я. – Прибью аракарну».

– О-о-о, – затянул пекарь на тоскливой ноте. – Я убит. Прикончен полностью чьей-то вековой жадностью и дьявольским голодом. Выгоните меня. Я не достоин… – И зарыдал.

– Выгнать всегда успеем, – сухо перебил его будущий владыка. – Необходимо разобраться, кто у нас настолько смелый и наглый, чтобы в драконьи закрома лазить.

Вейлар глаза прикрыл. Приподнял голову. Я готова была поклясться, что он принюхивается. И мне это совсем не понравилось.

– Странный запах. Сумрак и… – Он глаза открыл и на меня посмотрел. Подозрительно-подозрительно.

– Я, если что, с вами была, – тут же нашлась что сказать.

Взгляд стал менее подозрительным.

– Запах сдобы сильный. И ведет он в сторону замка. И почему-то мне кажется… – Вейлар нервно откашлялся, все еще на меня смотря.

А я-то что? Я сласти драконьи не воровала.

«Точно грохну аракарну».

– Вы ничего об этом не знаете? – полюбопытствовал будущий владыка.

– Я? – И тут же вспомнила, что я няня драга и мне нужно быть с ним. Развернулась и пошла.

– Стоять! – прогремело позади.

– Не могу, – отозвалась, ускоряя шаг. – У меня дитё без присмотра.

– Стоять, леди Эсми.

Я подол платья подхватила и шаг очень ускорила. Зная точно одно: дракон не дурак, вспомнит чихание в гардеробной, сопоставит с внезапным воровством сластей и…

Главное – успеть прибежать в комнату первой. Отправлю аракарну в сумрак. Дракон, может, и учует её, но найти не сможет. А там иди, доказывай.

Влетела в комнату, в гардеробную, и…

Они сидели вдвоем.

Аракарна и Хэйвен.

– Ты почему не спишь? – ненароком вырвалось у меня.

– Уи! – сказало не спящее драконище мелкое, подавившись крендельком с ванилью.

Перед тварью и Хэйвеном лежала целая куча вкусностей. Мои подопечные сидели на полных задницах и нагло те вкусности наяривали.

– Быстро все собрали, спрятали. Сюда владыка идет! – взвизгнула я, бросаясь к аракарне и решая наказание оставить на потом.

– Аракарна, в сумрак! Хэйвен, спать!

Благо у меня малышня сообразительная.

В тот момент, когда дверь с грохотом отворилась, драг лежал в постели, делая спящий вид, а аракарны и след простыл. Вот только…

Дракон – он на то и дракон, пошел по запаху. Распахнул гардеробную.

– Вы зачем воруете сладости?

Я нервно икнула. Вот же аракарна, я же приказала сладости спрятать. Хотя куда их прятать?

Вслух тихо так сказала:

– В детстве недоела. Знаете, у меня очень сложное детство было. Ни тебе игрушек, ни мороженки, ни булочек. Вот и сорвалась.

Взгляд владыки невозможно было сравнить ни с чем.

Два черных-черных глаза. Убийственных. Умел бы прожигать насквозь – я была бы уже мертва.

– Вы со мной были, когда все произошло.

– Хасраши – они такие, – тяжко вздохнула. – Одна нога здесь, другая там. Шустрые мы. Везде успеваем.

– Врете! – безапелляционно рявкнул дракон. Драг в кроватке вздрогнул и напрягся. Я подошла и руку ему на голову положила, успокаивая.

– Хасраши никогда не врут.

– Вы плохой хасраши.

– Кто бы говорил, из вас владыка тоже пока не ахти какой. По крайней мере, сдержанность явно не ваш конек. Вы какое право имеете кричать в комнате ребенка? Чему вы его учите?

– Он спит.

– Это не факт, – ляпнула и тут же язык прикусила.

А глаза дракона стали подозрительно узкими. Он в кроватку заглянул и уже более тихо, но еще более раздраженно на самое ухо Хэйвена произнес:

– То есть ты в курсе, что твоя няня ворует сладости?

Драгу пришлось открыть глаза и сесть.

– Уи, – отозвался хмуро.

– То есть вы, леди Эсми, не только сами врете, так еще и Хэйвена научили?

Мы с драгом молчали. Стойко и кротко, отводя глаза в сторону. Мол, простите нас, пожалуйста, не виноватые мы.

Владыка минуту молчал, и вдруг лицо его стало совершенно спокойным.

Он выпрямился. Обвел комнату взглядом и насмешливо проговорил:

– Да будет вам известно, леди Эсми, что я еще у пекарни ощутил запах сумрачной твари. Признавайтесь, что здесь происходит? Или хуже будет. Я не всегда такой добрый.

Мы бы, конечно, аракарну не сдали.

Но тут из гардеробной очень громко и отчетливо донеслось:

– Ик.

Хэйвен глаза закатил и начал насвистывать какую-то мелодию. Я тоже сделала вид, что ничего не слышала.

– Ик, ик, хр-р-р, ик…

Владыка двумя огромными шагами пересек комнату и рыком распахнул дверь гардеробной. Мы с Хэйвеном бросились вперед, отталкивая дракона.

Аракарна лежала посреди помещения. Круглая, как шарик. С запачканными в креме мордами и осоловелыми глазами.

Не дождалась, пока дракон уйдет, вернулась за сластями.

– Не троньте ее, она ребенок! – Я постаралась прикрыть тварь телом. А та, будучи не в состоянии пошевелиться, смотрела на происходящее извиняющимся трогательным взглядом трех голов.

У вейлара лицо стало бледно-каменным.

– Леди Эсми, – глухо произнес он. – Вы притащили в замок – аракарну? Вы в своем уме? Да она же…

– Ребенок, – снова вставила я. – И она не сделала ничего плохого. А еще они лучшие друзья с Хэйвеном.

Владыка, казалось, покачнулся.

Хэйвен же, подтверждая мои слова, подскочил к аракарне и обнял за шею средней головы.

– Хр-р-р… – та лизнула его в щеку.

Дракон правда покачнулся. Ухватился рукой за угол и хрипло так произнес:

– Хэйвен, малыш, отойди от твари.

– Уи-и-и! – огрызнулся драг и от твари не отошел.

Владыка закатил глаза, медленно осел на пол. Откинулся на стену и обреченно произнес:

– О темные боги, за что вы мне её послали?

Я так понимаю, это он сейчас не об аракарне.

Подступила к дракону на шаг и тихо так проговорила:

– Она правда не сделает ничего плохого. По крайней мере, Хэйвену. У них взаимопонимание.

Вейлар Шайрен перевел нерадостный взгляд на драга с тварью. Те сидели обнявшись, и, судя по виду, у них была абсолютная идиллия.

– Как зовут? – спросил дракон обреченно.

– Кого?

– Ваше. Это. Чудовище.

Я замялась. Пожала плечами.

– Никак не зовут.

– Это неправильно, – отозвался владыка, медленно поднимаясь. – У всех должно быть имя. И если вы завели… гмм… домашнее животное, то будьте любезны дать ему имя. Иначе это тварь дикая и её положено…

– Люция! – тут же выпалила я.

Аракарна головы на меня повернула. И взгляд такой ошалелый сделала. По-моему, ей имя не понравилось. Но, правильно оценив ситуацию, «Люция» промолчала.

– Что ж, – владыка устало вышел из гардеробной, – пусть Люция пока живет здесь. Но… – Он недоверчиво оглянулся на тварь. – Я своими руками сверну все ее шеи и вашу в придачу, леди Эсми, если хоть одна чешуйка упадет с кожи Хэйвена.

Аракарна прониклась тоном владыки.

– Хр! – сказала в три голоса и попыталась отдать честь владыке.

Дракон хмыкнул и перевел взгляд на меня.

– Леди Эсми, я жду вас вечером для обсуждения наших дел.

Развернулся и тяжелым шагом направился к двери из комнаты.

А когда та закрылась, я села на пол, смотря на драга и тварь.

– Ты теперь официально признана. Надеюсь, не подведешь, иначе я сама тебя… – и завороженно смолкла.

Драг сидел, обнимая аракарну и что-то ей успокоительное нашептывая. Та слегка покачивалась, закатив глаза, в которых я увидела тонкую пелену магии. И сила меня разбери, но и глаза драга стали не просто темны – они были черными-черными.

Я, еще не совсем понимая, что происходит, шагнула в сумрак.

Вот оно!

Сумрак намного честнее обычного мира. Он показывает то, что в миру увидеть невозможно.

Драг сидел со страшной аракарной, успокаивая ее, а рядом с ним, словно верный пес, лежала сама тьма.