Глава 29

Слышу слова Аррона и не могу поверить своим ушам. И это лучший из легатов? Тот, на кого, по словам императора, можно положиться? Смотрю на его уверенное лицо и понимаю: император их слишком разбаловал.

– У нас немного другие планы на землян, – спокойно объясняет император. – Мы хотим дать им возможность выжить. – он делает паузу, – Естественно, лучшим представителям расы.

– Не понимаю, зачем нам думать об этих паразитах? – он выделяет последнее слово. – Ведь не на нашей территории их размещать? Наши ресурсы не бесконечны.

Я чувствую, как внутри закипает гнев. Пытаюсь себя сдерживать. Переговоры идут совсем не так, как я ожидал.

– Сегодня мы можем думать только о собственных возможностях, так как нет других территорий, пригодных для землян. — терпеливо объясняет император. — При этом надо понимать, что климат Ионии слишком жаркий, а Криоса – холодный, да и гравитация там выше. Возможно, будут единицы, кого мы сможем туда заселить. И только после периода адаптации.

– Мы собираемся ставить на них опыты? – с недоумением спрашивает Аррон – Зачем нам ещё может понадобиться этот биомусор?

С министрами было проще. Они спорили, ссылались на законы. Но никто не смел высказывать свои истинные суждения.

– Люди вырастили меня, – в моём голосе звучит сталь, – Прошу выбирать выражения, легат Аррон!

– Ах вот в чём дело, – в его глазах на секунду мелькает понимание. – В таком случае у меня есть отличное решение.

Смотрю на императора. Его суровый вид говорит о том, что решение вряд ли нас порадует.

– Дело в том, – Аррон откидывается на спинку кресла, – Что увеличение работ по добыче ресурсов на планетах-донорах прямо пропорционально росту психологического напряжения работников.

Он говорит это так, будто цитирует учебник.

– Мы недавно завершили строительство станции уже на девятой планете. Обновили технику в НИИ психологии, открыли новые филиалы. Работникам требуется психологическая помощь.

Аррон поворачивается ко мне, смотрит изучающе, как врач на пациента.

– Полагаю, самый быстрый и экономный способ решить вопрос с землянами – это воспользоваться помощью наших специалистов. Через месяц вы забудете об этих животных, Ваше Высочество! И мы вместе будем ждать, пока освободится планета.

– Вы хотите сказать, что я болен? – он всё больше бесит меня.

– Не торопись отказываться, сын мой, – похоже, императора тоже устраивает такой расклад.

– Я вовсе не хочу как-то уменьшить ваши способности, – оправдывается Аррон, – И всё же это огромная нагрузка жить среди них. Одному. Потерянному на просторах вселенной!

– С моей психикой всё в полном порядке, как и с чувством ответственности. — решительно заявляю ему, — Я вырос на земле, нравится вам это или нет. Будущая императрица – землянка. Вопрос спасения землян не обсуждается.

На лице у Аррона появляется удивление. Он смотрит на меня так, будто пытается поверить в услышанное. Затем переводит взгляд на императора. Тот недовольно вздыхает.

– Я думал, мы будем обсуждать вопрос свадьбы с Элейной Алгард, – не понимаю о ком это он. – Ваше Величество, ведь вы не раз говорили, что будь ваш сын жив, наши семьи бы точно породнились. А моя сестра как раз та самая невестка, о которой вы мечтали.

Вот, значит, как обстоят дела. Меня только нашли, а уже почти женили. Вот что хотел выяснить император, когда пригнал тех девушек. Сможет ли он спокойно женить меня на нужной ему этерианке.

– Именно так я и предполагал, – заявляет император. – Для меня тоже это новость. И, скажу откровенно, очень неприятная. Но мы должны понимать, что принц Маркус жил среди землян. В его возрасте вполне нормально сделать осознанный выбор. В том, что он так долго был далеко от родины, есть и наша вина. Значит, мы должны относиться с уважением к его выбору.

Всё же он на моей стороне. Его речь немного успокаивает. Желание разнести всё в пух и прах начинает отступать.

– Со всем уважением я предложил помощь профессионалов, – не унимается Аррон, – Мы же не можем допустить, чтобы сам принц женился на…

– Я просил выбирать выражения! – не могу сдержаться, видя его сморщенное лицо. – Вам не нужно рассуждать о том, что правильно, а что нет. Есть задача, которую озвучил сам император. Услышали?! Приступаем к исполнению!

Смотрю на него сверху вниз.

– Ваши рассуждения о величии тут не нужны. Всё ваше величие построено на том, что мой род больше трёх тысяч лет управляет вами. А в ответ что? Убийство семьи? Вы себя ещё называете высокоразвитыми?

– Сын мой, ты слишком устал, – император касается моего плеча, – Помни, что тут все свои. Отец Аррона был со мной рядом и ни разу не предал. Наши семьи вместе почти две тысячи лет. Я надеюсь, что вы продолжите эту добрую традицию.

– Это возможно только при условии уважения к моему прошлому, – строго заявляю я. – Вы же помните, что было двадцать семь лет назад. Теперь имеем то, что имеем. Покажите мне, насколько вы развиты. Потому что люди точно приняли бы вас, а не бросили умирать!

– Ну-у, – задумчиво тянет Аррон, – это спорное утверждение.

– Я не собираюсь спорить, – качаю головой. – Мне нужны решения. Где, когда и как мы разместим землян.

Выражение лица Аррона такое, будто он съел лимон.

– Это не переговоры, – он смотрит на императора.

– Это приказ! – заявляю я.

Пусть привыкают к новому формату общения. Порядок, говорят они. Устрою я им порядок!

– Ладно. – Аррон просчитывает варианты ответа. – Если нужно моё согласие, чтобы наше видение совпадало, – он делает паузу, глядя императору в глаза, – Я отправлю весть согласия. Пусть будет всё так, как скажете вы, мой император. С уважением.

Он склоняет голову. Смотрит искоса на меня. Повторяет жест в мой адрес, разворачивается и уходит. Слышу, как шаги за дверью стихают.

– Что это за «весть согласия»? – уточняю у императора.

– Это значит, – император устало вздыхает, – Что легат не может присутствовать, но он заранее согласен со всеми пунктами повестки.

– Значит, это победа? — внутри поднимается радость. — Одно согласие уже получено!

– Дорогой мой сын, – он делает паузу, подбирая слова, – Как только легаты увидят отсутствие Аррона, они тут же поймут, что союзника у нас нет. Есть формальное согласие, но не тот, кто будет рядом в случае чего. Откровенно говоря, ты был не очень сдержан. И эти переговоры мы провалили.