Глава 41

Лана

Прихожу в себя, но не спешу открывать глаза. Голова тяжёлая, веки словно налиты свинцом. Слышу голоса похитителей, но стараюсь дышать ровно, не выдавать себя. Мне нужно понять, что происходит вокруг.

– Она выглядит плохо, – возмущается кто-то рядом. – Так нельзя записывать сообщение.

– Наоборот, так даже лучше. – не соглашается второй. – Будут сговорчивее и все сделают.

– Подумай головой! Император не захочет терять империю из-за землянки! – продолжает первый голос. – Принц просто откажется от неё. Вокруг него сейчас все твердят одно – забыть её.

– Ничего ты не понимаешь! Принц прилетел с ней, а теперь она носит его ребёнка. Он её не бросит. Будет делать всё быстро! Именно так, как ему скажем мы. – кажется, это голос рыжего.

Внутри всё сжимается. Они хотят использовать нашего ребёнка, который даже не родился на свет. Я сдерживаю дыхание. Не шевелюсь.

Возможно, это сообщение – единственный способ оставить след. Единственный способ передать информацию Маркусу. Пытаюсь сконцентрироваться несмотря на пульсирующую боль в голове.

Слышу лязг металла. Похоже на звук старой проржавевшей металлической двери.

– Ну что там? – раздаётся низкий бас. – Скоро вылет. Если она не придёт в себя, то никакого сообщения не будет. Мы не можем ждать!

– Ты на Криосе совсем мозги отморозил? – язвит рыжий. – Это сообщение может всё перевернуть! Как только принц узнает о ребёнке, он будет у нас в руках. Сделает всё, что мы захотим.

– Посмотри, как она выглядит! – всё тот же возмущённый голос. – Принц такую не захочет спасать. Она слишком дохлая.

Криосец недовольно рычит. Рыжий взвизгивает.

– Отпусти ухо! Да я тебя!

Кажется, пора дать о себе знать.

Я приоткрываю глаза. Вижу знакомую фигуру бугая, который меня похитил. Рядом с ним рыжий с разбухшим красным ухом. За ними у стены стоит, скорее всего, водитель мобиля. В полумраке трудно понять, где я нахожусь. Они застывают и смотрят на меня.

– Принеси ей поесть и попить, – командует криосец.

– Иди и сам принеси! – огрызается рыжий.

– Пожалуй, так и сделаю, – хрипит криосец. – Не доверяю я твоей продажной шкуре.

Металлическая дверь с лязгом открывается, отчего сводит зубы. Голова начинает болеть сильнее. Я издаю тихий стон, тру лицо руками.

– Да она и говорить не сможет. – победно заявляет водитель мобиля. – Вот покормил бы её, и ухо было бы цело. – усмехается он.

– Лучше помолчи, – огрызается рыжий. – Не нравится мне их отношение. Кинут они нас. Ни денег, ни власти не будет.

– Криосцы не кидают, если уважают. – не соглашается с ним водитель. – Это не по их понятиям.

– И много ты видел уважения от него? – не унимается рыжий.

Слышу тяжёлые шаги криосца. Голоса замолкают.

– Поднимайся! – раздаётся рядом голос бугая.

Оглядываюсь вокруг. Я лежу на каком-то подобии медицинской кушетки. Когда-то здесь мог быть кабинет врача, но сейчас обшарпанные стены и ржавая дверь говорят о том, что этим кабинетом уже много лет никто не пользуется.

Присаживаюсь, упираясь спиной о стену. Беру тарелку и чашку. Ем медленно, продумывая возможные действия после этого.

Нужно сделать всё возможное. Передать сигнал Маркусу, попытаться сбежать, даже попытаться договориться с рыжим. Его страх нужно использовать против него.

Моим похитителям надоедает наблюдать за мной. Рыжий ходит по кабинету из угла в угол, заметно нервничает. Водитель садится на пол, закрывает глаза.

Бугай выходит, обменивается с кем-то приветствиями. Когда я заканчиваю, он возвращается обратно. Берёт меня за руки, стягивает с кушетки на пол.

– Идти можешь?

Пытаюсь избавиться от покалывания в затёкших ногах. Киваю.

Мы выходим из кабинета в короткий коридор, за которым большой зал с множеством выходов и местами сломанных лестниц. Когда-то здесь была жизнь. А теперь – запустение.

К нам подходят несколько криосцев. Они быстро готовят камеру, стул, прикрывают тентом стену за стулом. Видимо, не хотят давать зацепку, чтобы не выдать место нашей дислокации.

– Смотри в камеру и говори, – поступают очередные инструкции от рыжего. – «Маркус, я беременна, спаси меня». Поняла?

Слишком короткое сообщение. Понимаю, что не успею.

– Нет. – Твёрдо заявляю я.

Раз уж для криосцев уважение важно, то я сделаю всё, чтоб они перестали его уважать. Лицо рыжего перекашивает от гнева. Он сжимает кулаки. Кажется, готов накинуться на меня.

– Так он ничего делать не будет. – спокойно продолжаю я. – Этот текст не подходит. Ты провалишь своей глупостью всю операцию, и от меня не будет толку, а я не хочу умирать. Я скажу как надо.

– Как ты смеешь… – начинает возмущаться рыжий.

Он делает шаг ко мне, но не успевает. Ему прилетает подзатыльник от бугая такой силы, что он едва не падает.

Криосцы громко смеются, всем своим видом показывая, что происходящее их устраивает. Рыжий отходит, понимая, что спорить бесполезно.

– Включайте камеру, – говорю уверенно, без капли сомнения.

Криосцы переглядываются. Бугай кивает. На камере загорается красная лампочка.

– Привет, Маркус. – говорю медленно, концентрируясь на пальцах. – Я тебя люблю. У нас произошло радостное событие. – вздыхаю, простукав сообщение «старый космодром». – У нас будет ребёнок. Если ты спасёшь меня, мы будем жить долго и счастливо. – продолжение сообщения «вылетаю на Криос». – Ты должен услышать меня.

Слёзы предательски убегают из глаз. Услышь меня, Маркус. Пожалуйста.