Глава 12

Слова застревают в горле.

Мысли мечутся.

Что я должна сказать? Принять его предложение или отказаться?

И кто вообще враг в этой истории? Я пока ни черта не понимаю.

Вдруг я сейчас соглашусь, а окажется, что на самом деле все это устроил Лев, чтобы очернить Егора и заполучить меня в союзники?

Но что, если он говорит правду? Что, если Егор на самом деле предал меня ради того, чтобы получить мой клан?

“Ты можешь доверять только себе”

Слова папы эхом звучат в голове, напоминая, что мне стоит самостоятельно анализировать ситуацию и принимать решения с холодной головой.

Только вот как можно что-то анализировать в такой ситуации, в какой оказалась я? Под пулями не так-то просто размышлять здраво. Откровенно говоря, это кажется вообще неосуществимым. В голове такой туман, что сквозь него не пробраться. И паника долбит в виски, заставляя сосредотачиваться на ней, а не на анализе ситуации.

– Лев Владиславович, чисто! – звучит от входа в ресторан, и Романов выглядывает из-за стола.

Выдохнув, опускает голову, а потом, подняв руку, стреляет в потолок чуть поодаль от нас. Я вскрикиваю и смотрю на то, как на пол осыпается пыль с простреленной лепнины.

К нам подходит здоровый мужик в бронежилете.

– Где Левин? – спрашивает Лев, когда мужик помогает ему подняться.

– Он не пришел, – отвечает тот. – Только людей своих прислал. Мы всех положили.

Лев оборачивается и смотрит на меня сверху вниз. Одним только взглядом говорит: “Видишь? Егор тебя подставил. Сделал приманкой”.

Ему не нужно произносить все это вслух, достаточно выразительного взгляда и того, что через туман сбившихся в кучу мыслей я все же способна хоть как-то оценить ситуацию.

Он протягивает мне руку и помогает встать. Как будто без слов понимает, что сама я сейчас подняться не в состоянии.

– Заберите Нину Олеговну, – приказывает мужику. – Мы едем в мою квартиру.

– В городскую?

– Нет, там сейчас небезопасно. Едем в закрытую.

– Понял, – кивает мужик и, схватив меня бережно за локоть, пытается тащить меня к выходу. Я вижу, как кривится Романов, поводя плечом.

– А меня ты не хочешь спросить? – задаю вопрос с истерикой в голосе. Вот-вот начнется откат после потрясения. Я уже чувствую зарождающуюся в теле вибрацию.

– Я спросил, ты предпочла промолчать, – отвечает Лев спокойно. – Так что я принял решение за нас обоих.

– Я не соглашалась! – выкрикиваю, когда меня подводят к двери ресторана. – Отпусти меня!

Пытаюсь вырвать свой локоть, но громила усиливает хватку.

– Лев! – кричу и дергаюсь. – Я не соглашалась!

Он молча идет следом, глядя на меня нечитаемым взглядом.

– Рекомендую закрыть глаза, – произносит, проходя мимо, и покидает ресторан.

Я начинаю злиться. Меня уже всю трясет, когда мужик выводит меня из ресторана. И когда я окидываю взглядом внутренний двор заведения, застываю. К горлу резко подкатывает тошнота, и я хватаю ртом воздух, чтобы меня не вывернуло прямо на ступеньки.

Территория буквально усыпана трупами бойцов. Они в бронежилетах с обвесами. Видно, что это были подготовленные люди. И если бы Лев не был готов к встрече с ними, то меня уже, скорее всего, не было бы в живых.

– Закрывайте глаза, – басит громила рядом со мной, и через секунду подхватывает меня на руки.

Зажмуриваюсь и дополнительно накрываю лицо ладонями, чтобы полностью исключить возможность видеть разбросанные по двору трупы. Не сказать, что их прямо много… Живых людей здесь больше. Но это не успокаивает.

Меня усаживают в машину. Открыв глаза, утыкаюсь взглядом в свои ладони, лежащие на коленях. Вдруг мой телефон оживает в сумочке, и я достаю его. На экране фото Егора. Гаджет вибрирует, резонируя во всем теле.

В машину забирается Лев и садится рядом. Бросает взгляд на мой телефон.

– Не хочешь ответить? – хмыкает.

Я сглатываю и качаю головой.

Гаджет гаснет, а потом экран снова загорается. Но и в этот раз я игнорирую звонок моего жениха. Если он, конечно, таким является, в чем я сильно сомневаюсь. По крайней мере, пока не узнаю правды, не смогу верить ни Романову, ни Егору.

Машина трогается с места, и я мечу взгляд в сторону Льва.

– Отвези меня домой.

– Я везу тебя домой. К себе.

Он расстегивает еще пару пуговиц на рубашке, и я вижу под ней тонкий кевларовый бронежилет. Если бы не папа и его безопасник, я бы не разбиралась ни в бронежилетах, ни в оружии. Жалею только, что так и не научилась стрелять. Похоже, после смерти папы этот навык мне пригодится.

– Я хочу к себе домой, – произношу и чувствую, как истерика уже подбирается к горлу.

По привычке держу себя в руках изо всех сил. Но по ощущениям… этих сил не так и много, так что продержусь я, вероятнее всего, недолго.

– Нина, я предлагал тебе принять решение. Ты этого не сделала, так что я все решил сам, – повторяет он сказанное в ресторане таким тоном, будто разговаривает с несмышленышем.

– Как?! – выкрикиваю и понимаю, что его слова были последней каплей, которая переполнила сосуд моего терпения. – Как я должна была принимать решение там?! Под пулями!

– Не ори, я тоже там был, – спокойно произносит он.

Я выключаю телефон и, бросив его в сумочку, набрасываюсь на Романова с кулаками.

Да-да, я – спокойная, рассудительная, юрист и все такое…

Я еще и женщина, которую только что увезли из-под обстрела, и у которой на этой почве, кажется, съезжает крыша.

– Ненавижу вас всех! Вы убийцы! Монстры!

Лев не спорит. Просто перехватывает мои руки и, заведя их мне за спину, фиксирует своими. Наши лица так близко, что я чувствую его дыхание на своем лице.

– Ненавижу вас всех, – произношу задыхаясь, и чувствую, как по щекам начинают катиться слезы.

– Я знаю, – шепчет Лев. – Знаю.

Мой взгляд падает на его губы и в этот момент…