Глава 41

– Не смотри на меня так, – говорю довольно строго. – Я устала от того, что все в моем мире решают мужчины.

– Ты просто почувствовала, что сама можешь принимать решения, пока мы вели войну с Левиным, – усмехается Лев. – Так и чем планируешь заняться? Салон красоты? СПА?

– Я планирую и дальше оставаться юристом в корпорации отца.

Лев присвистывает и улыбается.

– У юриста очень плотный график. Как ты собираешься вписать в него наших детей? Я сейчас не издеваюсь и не ерничаю. Мне действительно интересно, как ты планируешь разрулить все это в одно лицо.

– Первый год я буду в декрете, но все равно буду контролировать свое управление. До этого надо передать тебе управление компанией, а до этого еще и вступить в права наследования согласно закону. Потому что это для вас законы не писаны, а по документам сейчас компания отца мало того, что осталась без головы, так она еще и никому не принадлежит. В общем, там нужно навести порядок, пока я еще могу ездить в офис и думать. Говорят, из-за гормонов мыслительная деятельность сильно страдает во время беременности.

– И как ты собираешься контролировать все, будучи в декрете?

– Лев, мы живем в двадцать первом веке. Няня, видеозвонки, пару раз в неделю поездка в офис. Я могу спокойно приезжать туда с малышом.

– Ты вообще представляешь себе, какая это будет нагрузка на тебя? Нина, не переоценивай свои возможности, готовь преемника, которому будешь доверять.

– Он есть. Мой заместитель, Игорь Шувалов. Толковый адвокат, специалист в корпоративном праве и не только.

– Вот пусть Игорь Шувалов и занимается работой, а тебе просто шлет отчеты.

Я тяжело вздыхаю.

– Лев, это не так работает.

– А я расскажу тебе, как все работает, – говорит мой муж и откладывает приборы. Делает глоток вина, закуривает и отходит к балюстраде, на которую опирается бедрами. – Ты примешь наследство. Передашь мне управление своей компанией. Мой главный юрист свяжется с твоим Шуваловым и будет контролировать всю работу, пока ты в декрете. Потом, когда натешишься ребенком, закончишь кормить грудью и решишь выйти на работу, мой юрист передаст тебе обратно управление юридическими вопросами компании твоего отца. Вот и все. Но в декрете ты должна заниматься только ребенком. Это не приказ и не условие. Это всего лишь забота о тебе и нашем наследнике.

– Знаете, Лев Владиславович, – произношу, скользя кончиком пальца по краю бокала с соком, – когда идете на компромисс, вы очень сексуальны.

– Да что ты? – улыбается муж своей самой соблазнительной улыбкой и тушит недокуренную сигарету в стеклянной пепельнице. – Насколько сексуален? Настолько, чтобы ты подошла ко мне, опустилась на колени и отсосала прямо тут? Настолько сексуален?

От его пошлого вопроса между ног сжимается.

Я делаю пару глотков сока и облизываю губы. Нарочито медленно. Привлекаю внимание мужа к ним, и оно не заставляет себя ждать. Потемневший взгляд Льва падает на мой рот.

Он сглатывает.

Ждет, что я поднимусь и сделаю так, как он сказал.

И я делаю.

Грациозно встаю с кресла и мягкой походкой буквально подкрадываюсь к мужу.

Мы в отдаленном бунгало. Нас никто не увидит. Но то, что мы находимся практически на открытом пространстве, будоражит и заставляет кровь кипеть.

Поднявшись на цыпочки, сближаю наши со Львом лица. Губы на расстоянии не больше пяти сантиметров, и я чувствую на своих горячее дыхание мужа.

– Провокатор, – произношу с хитрой улыбкой.

– Соблазнительница, – парирует он, и я скольжу вниз, не отрывая своих рук от его тела.

Встав на колени, обхватываю уже твердеющий ствол через тонкую ткань льняных брюк и боксеры.

Коварно улыбнувшись, расстегиваю ширинку и выпускаю его достоинство на свободу. Во рту скапливается слюна, и я, не затягивая, беру его в рот.

Растягиваю удовольствие. Делаю минет нежно, играя с членом мужа. Подключаю язык, втягиваю щеки. Беру то глубже, то только самый кончик.

Свожу Льва с ума.

Он уже рычит.

Зарывается пальцами в мои волосы и подталкивает за затылок насадиться сильнее, а я в этот момент отстраняюсь и начинаю свою игру заново.

Дразню мужа, пока он не выходит из себя.

Хватает меня за шею, заставляя подняться. Потом просто перегибает через перила, задирает мое платье, срывает трусики и врывается на полную длину.

Плевать, если мои крики услышат. Плевать, если кто-то увидит. На все плевать. Важны только ощущения врывающегося в меня мужа. Заполняющего меня без остатка. Вырывающего из меня крики, с которыми выплескиваются яркие эмоции.

Лев трахает меня быстро и несдержанно. Обещал щадить из-за беременности, но услышал все же, что у меня совсем другие потребности.

Я хочу этой дикости. Хочу не обращать ни на что внимания, когда мы с мужем занимаемся жарким сексом, от которого все тело покрывается потом.

Кончаем мы одновременно.

Лев прижимается ко мне со спины и, повернув мою голову за подбородок, врывается в рот языком. Поцелуй тоже дикий, но он плавно перерастает в нежный, ласкающий.

– Все, в следующий раз буду нежнее, – обещает мой муж между трепетными касаниями губ.

– Только попробуй, – угрожаю ему, и Лев смеется.

Мы приводим себя в порядок, Лев берет свой бокал с вином, я – свой с соком, и мы, взявшись за руки, идем на пляж. Ноги утопают во все еще горячем песке. Над океаном уже темнеет диск солнца, который спускается все ниже. И я вдруг остро ощущаю, что…

– Не хочу, чтобы этот медовый месяц заканчивался. Мне здесь слишком хорошо.

– Мы будем сюда возвращаться.

– Но все уже будет по-другому, – с грустью отзываюсь я. – Эти эмоции не повторить, ты же понимаешь.

– Тогда давай насладимся оставшимися днями и запомним каждую минуту, чтобы потом смаковать, вспоминая.