Глава 1. Бесконечный день
Флора вышла из полицейского участка и обессилено прислонилась к темной, побитой временем и лишайниками стене. Наконец-то! Пять часов ада закончились. Можно снова дышать свободно и не трястись от страха за свое будущее.
«Простая формальность. Вы — свидетели, а не подозреваемые», — вспомнились слова инспектора Ильса, вызвавшего для допроса весь персонал усадьбы Тори-Эйл вплоть до посудомоек и временных работников.
Жаль, его руководство считало иначе.
Загадочное убийство Дилена Рокса, крупнейшего землевладельца Вианды, — не рутинное дело. СМИ успели обвинить в этом и наследников, и шпионов, и с десяток тайных организаций всех мастей, и даже виандийских колдунов — безобидных чудаков, которых Рокс выдворил за черту города, подальше от цивилизации.
Преступлением заинтересовались и люди из самых верхов. Флора даже не поняла, кто именно отвечает за расследование, — следователи менялись быстрее, чем она успевала запоминать их имена, и каждый вел себя как начальник.
Вопросы, обвинения… Чужаки требовали невозможного, оскорбляли в лицо, пытались подловить на лжи и обещали хорошее отношение в обмен на сотрудничество. Вроде бы у них была теория, где не сходились концы с концами.
Подробности не озвучивались, да Флора и не хотела их знать. В комнате ожидания прошел слушок, якобы Ильса разжаловали и скоро отправят в дальние колонии. Если уж инспектора не минула опала, то что говорить о простой учительнице, да еще и безработной со вчерашнего дня? Нет, лезть в это не стоило. Пословицы не лгут: тише едешь — дальше будешь.
В недрах кармана нашелся подтаявший мятный леденец. Наверняка озорник Кас подбросил — он обожает такие шуточки. Сегодня с утра его отослали в военное училище на Элисту, подальше от Вианды и споров за наследство. Мальчишке даже провести отца в последний путь не позволили — убрали побыстрее из поля зрения нового хозяина Тори-Эйл.
Флора развернула яркую обертку и бросила конфету в рот. Пообедать она не успела из-за допроса, на ужин тоже рассчитывать не приходилось. Быстро темнело, погода ухудшалась на глазах… В здешних широтах бури — не редкость, особенно весной. Уличные торговцы попрятались, в кафешках не протолкнуться… Да и нет времени на перекус. Если не поспеть в Тори-Эйл к одиннадцати, ворота усадьбы захлопнутся до самого утра.
«Может, надо было сказать?..» — мелькнула неуверенная мысль.
Флора смерила неприязненным взглядом зарешеченные окна полицейского участка и поежилась. Когда после обеда она шла сюда как свидетель, то обещала себе, что не утаит ничего. У нее отличная память, тот роковой день запомнился до мельчайших деталей. Расписание Дилена Рокса, неофициальные встречи, даже ссоры… Учительница многое замечает, носясь за нерадивым учеником по всему особняку, ее же не видят в упор.
Но, как выяснилось, следователей это мало интересовало. Создавалось впечатление, что им хочется услышать что-то, что подтвердило бы текущую версию произошедшего. Они расспрашивали о непристойных слухах и личной жизни погибшего, делали грязные намеки, в конце концов прямым текстом заявили, что Флора не могла получить место учительницы восьмилетнего Касиала Рокса честным способом.
У нее ведь нет ни связей, ни покровителей, ни финансового обеспечения. Высокие баллы в дипломе? Это оправдание вызвало издевательский хохот и шуточки насчет того, что хорошенькое молодое личико намного важнее отметок. Проще говоря, диалог не задался.
«Я пыталась рассказать правду. Не моя вина, что она никому не нужна», — Флора встряхнула головой, отгоняя сомнения, и направилась к метро. Она не любила подземку, но в этом районе иных вариантов не предоставлялось.
Облачность усилилась, на пыльный асфальт упали редкие капли дождя, легкие вихри кружили мусор и гремели надорванной вывеской давно заброшенной кондитерской. Как уверяли информационные экраны, буря приближалась необычайно быстро. Меньше чем через полчаса этот квартал попадет в ее эпицентр и движение транспорта прекратится на пару часов.
«Я успею!» — идти против ветра было трудно, и Флора натянула косынку на самые глаза, спасаясь от вездесущей пыли.
Весенняя куртка плохо защищала от холода, подошва правого сапога начала отклеиваться, полупустая сумочка внезапно обрела вес, намокший подол длинного платья больно бил по ногам и мешал движению. Губы потрескались то ли от непогоды, то ли от жажды. Вот бы сделать хоть глоток горячего сладкого чая с имбирем! Но приходилось довольствоваться мятной конфетой и, стиснув зубы, шагать вперед.
На станции было тепло, тихо и малолюдно, потому что дверь поезда закрылась прямо перед Флорой. Расстраиваться не имело смысла — следующий ожидался всего через десять минут. Жаль, что под землей минуты казались часами и приносили почти физическую боль.
— Девушка! Рыженькая! Вы обронили!
Она не сразу поняла, что пожилой мужчина с тростью обращается к ней.
— Простите?..
— У вас кошелек выпал. — Прохожий медленно приближался. — Вон, за ограничительной линией. Поспешите, не то кто-то другой подберет.
Флора мигом нырнула рукой в сумочку. Не может быть! Там же первая и пока единственная зарплата! Сердце заколотилось быстрее, но в кои-то веки судьба решила не насмехаться.
— К счастью, это не мой. Спасибо за участие. О, вон же у кассы полицейские! Они разберутся.
«Твой или не твой — какая разница? Из него деньги выглядывают, судя по цвету купюр — не мелочевка», — читалось в затененных козырьком кепи глазах незнакомца.
Флора равнодушно отвернулась. Она никогда не посягала на чужую собственность и не собиралась изменять принципам. Может, если бы речь шла о многомиллионном капитале, алчность и проснулась бы, но несколько бумажек, пусть и большого номинала, не изменят ее жизнь.
«Гордая, да? Уверена, что однажды с голоду не помрешь? Тебе, кстати, нужны новые сапоги и жилье. Желательно не в подвале, а то еще скопытишься от своих глупых фобий», — вякнул здравый смысл.
Тяжелый вздох помог подавить сомнения. Флора устало потерла лоб и на несколько мгновений закрыла глаза. Все образуется. Удача не раз отворачивалась от нее, однако любые неприятности рано или поздно заканчиваются. До сих пор Флора Даньята жила честно — и будет жить, пока сможет. А там… Время покажет.
— Девушка, точно не ваш? — настаивал участливый мужчина, нервно теребя пуговицы длинного серого пальто, покрытого каплями дождя. — Придете домой и пожалеете, что не взяли.
— Точно. — Его навязчивость пугала, и затевать беседу не хотелось, равно как и вновь пересекаться с полицией.
Информационная панель мигнула, переключаясь с прогноза погоды на трехминутный блок рекламы и объявлений. Сплошь пестрые картинки с анимацией и мелкий нечитаемый шрифт… Они сливались в одну полосу, и взгляд не мог сфокусироваться на чем-то конкретном. Правда, кое-что в верхнем левом углу привлекало внимание.
Кроваво-красный прямоугольник, белая единица и шесть крупных нулей выбивались из общей картины. Флора даже сделала шаг ближе, всматриваясь в неприметные строчки собственно объявления.
«Разыскиваются свидетели по делу Дилена Рокса. Мы щедро заплатим за любые достоверные сведения о его последнем дне. Тот, кто согласится выступить в суде, получит дополнительно миллион вианитов. Обращаться к Жасмин. Ави-Эйл, семьсот шесть. Приходите в любое время суток», — гласил текст.
Ну и ну! Миллион вианитов? Это ж какую сказочку надо будет рассказать, чтобы получить пятнадцать годовых окладов среднестатистической учительницы?!
Флора грустно усмехнулась и взглянула на таймер вверху панели. Еще пять минут… Аж пять! Хоть бы поезд не задержали или, того хуже, не отменили! Но у противоположной платформы остановился другой, шедший в направлении пресловутого Ави-Эйл. Точь-в-точь по расписанию… Это позволяло надеяться, что удача не подведет.
— Привет, милая! — раздалось неподалеку. — А я тебя везде ищу! Заблудилась, да? С непривычки в городе легко потеряться. Скорее, мы опаздываем! Там пишут, до утра на нашей ветке поездов не будет.
Произнесший это мужской голос был довольно приятным, да и сами фразы относились к обыденным, но Флора невесть отчего поежилась. Может, от избытка фальши и презрительных ноток? Не хотелось бы оказаться на месте девушки, к которой обращался неизвестный. Он едва сдерживал ярость и мог смешать подругу с грязью за одно лишь неверное слово.
— Пойдем, дорогая, — с нажимом продолжал незнакомец. — Мы опаздываем.
В следующий миг Флора обнаружила, что ее схватили за руку повыше локтя и тащат к поезду на Ави-Эйл.
— Пустите! — Она так растерялась, что просеменила мимо станционного служащего, не попросив о помощи. — Кто вы?! Ой! Что там происходит?
Толстый кошелек, до сих пор лежавший за ограничительной линией под присмотром человека с тростью, привлек внимание потрепанной женщины средних лет. Несмотря на протесты и угрозы, она хапнула деньги и быстрым шагом устремилась к выходу. Двое полицейских тут же подбежали к ней и заломили руки за спину.
В чем заключались обвинения, Флора не расслышала, потому что двери поезда закрылись и чужие проблемы померкли рядом с ее собственными.
— Помо… По… — от страха губы онемели, и она никак не могла вымолвить даже тихое слово, не говоря уж о крике.
— Жить хочешь? — Похититель прижал ее к поручням и склонился к уху. — Знаю, все хотят. Не дергайся, будь паинькой, и очень скоро мы расстанемся навеки.
Его обтянутые кожаной курткой плечи закрывали обзор, длинные кудрявые волосы щекотали лицо и мешали нормально дышать, тяжелая сумка со странной эмблемой (птица на гребне волны) стучала по стеклу в такт ходу поезда и навевала нехорошие предчувствия.
— Что… вам… нуж… но? — Флора заставила себя выталкивать хотя бы слоги.
Незнакомец заботливо поправил ее сбившуюся косынку и отрепал мокрый воротник.
— Не прикидывайся глупышкой, дорогая, — пробормотал, отбирая сумочку и роясь в ней самым беззастенчивым образом. — То же, что и всем, включая тебя. Спокойная безбедная жизнь.
«Первый шок прошел. Сейчас я устрою тебе мир и покой!» — Флора набрала побольше воздуха в легкие и приготовилась бороться не на жизнь, а на смерть, благо в соседнем вагоне виднелся человек в полицейской форме.
— Ты свою решила построить на моих костях, — продолжал неизвестный. — Осуждать не буду, но и понимания не жди. Сама напросилась, милая. Могу только посочувствовать и посоветовать больше не лезть куда не просят.
— Вы кто? — сорвалось с языка вместо: «Люди добрые, спасите!». — Я вас знаю?!
— Понятия не имею. Судя по тому, как усердно ты пыталась повесить на меня убийство, нет. Будь мы знакомы, ты бы не рисковала, а сидела тише мыши.
— Я что делала?!
Поезд качнулся, и похититель на миг отстранился. Флора подумала, что самое время толкнуть его изо всех сил и бежать к дверям, но до следующей станции оставалось минуты три пути. Или привлечь внимание полицейского? Вот только непонятный случай с кошельком и слова насчет убийства настораживали. Узнать бы больше подробностей, прежде чем действовать!
— Флора Даньята, двадцать три года, учительница. Не замужем, родственников на Вианде нет, стаж работы — один месяц, — задумчиво сообщил незнакомец. — Недвижимостью не владеешь, прав на управление транспортными средствами не получила, на счету поразительно круглая сумма — сплошные нули. Если не секрет, сколько Бьен тебе за меня пообещал? Надеюсь, миллионов десять? Неприятно чувствовать себя дешевкой. Ну же, какова моя цена?
Флора вскинула голову для резкого ответа, но любопытство пересилило злость. Ей точно не доводилось пересекаться с этим человеком! Она бы запомнила его. Стопроцентно запомнила бы!
— Рост — метр восемьдесят или восемьдесят пять, возраст — около двадцати четырех или пяти, глаза с искусственным зеленым пигментом, милое личико — определенно заслуга пластической хирургии, татуировка на шее — выпендреж, род занятий — безработный с приличным стажем дуракаваляния, — выдала мстительно. — Физическая форма неплохая, а психическая вызывает опасения. Родственников, имущества, банковских счетов и совести нет. Имя неизвестно, но вон подходит полицейский, он охотно предоставит нужную информацию.
— Где?!
Флора ударила похитителя по лодыжке и ужом проскользнула под его рукой.
Поезд остановился, двери начали открываться. Она рванула сумочку, но незнакомец и не думал отпускать лямки.
— Не выделывайся, дорогая. Цирк можешь устраивать в полицейском участке, а мне нужна правда. Кто тебе заплатил?
«Он прав. Из денег у меня только наличка и карта с первой и единственной зарплатой. Брошу кошелек — не смогу вернуться даже в Тори-Эйл», — Флору переполняло отчаяние.
Пассажиры торопливо выходили и входили, инфоэкран показывал, что до отправления осталось тридцать секунд.
— Дам вдвое больше, — внезапно заявил неизвестный. — Назови имя заказчика. Это Бьен, я прав? Или мой братик расстарался?
Двадцать секунд. Флора считала удары собственного сердца и не верила, что это все происходит именно с ней. Вдруг он ошибся? Принял ее за кого-то другого?!
«Он знал мое имя и вкратце пересказал биографию. Недоразумение исключается», — возразила себе же.
— Назови сначала свое! — Она не собиралась «выкать» настоящему психу.
Десять секунд. Лампочка над выходом замигала красным. Поезд содрогнулся, где-то под ним раздалось шипение.
— Полный абсурд! Час назад ты пыталась обвинить меня в убийстве, а сейчас не узнаешь?!
«Он точно ненормальный!» — Флора взглянула в неестественно зеленые, переполненные безумием глаза похитителя и выскочила на платформу за миг до того, как двери сомкнулись, едва не прищемив край ее весенней куртки.
Недавние попутчики спешили прочь, кассы пугали темными окнами, инфопанель уверяла, что до шести утра движение не возобновится ни на одной из веток, и просила покинуть станцию.
До сих пор Флора не сталкивалась с чрезвычайными ситуациями. Ее жизнь протекала не особо легко, зато ровно и без неприятностей. Она выросла в семье, где никогда не голодали, но и не баловали себя излишествами. Покинула дом в твердой уверенности, что в любой момент может вернуться обратно и начать все заново.
Отучилась положенный срок, без чрезмерных страданий пережила безответную любовь к однокурснику, получила диплом с отличием и приглашение в дом Дилена Рокса. Приглашение, к слову, основывалось на пожелании восьмилетнего Касиала Рокса, выбравшего учительницу методом тыка из двух десятков кандидатов, а не на симпатии со стороны его отца.
Месяц работы, первая (более чем щедрая!) зарплата, грандиозные мечты… И вчерашний день, изменивший все.
Касиал отправился в военное училище. Флору проинформировали, что из Тори-Эйл она должна убраться в течение трех дней, и пообещали внушительную компенсацию за нарушение контракта. Флора рассчитывала получить ее завтра с утра и пробыть на Вианде еще пару месяцев. Ну а потом как сложится… Если не получится найти работу, придется возвратиться домой и признать: с независимостью ничего не вышло.
Но сейчас между какими-никакими планами и реальностью простилались десятки километров, грозовая ночь и пустые карманы. Флора не представляла, что делать. Она никогда не задумывалась над подобными ситуациями. С ее точки зрения, они попросту не могли случиться с тем, кто следует правилам и не нарушает закон.
— Девушка, метро закрывается. Пожалуйста, покиньте станцию.
Измотанный служащий говорил монотонно и без неприязни. Казалось, он тоже не в восторге от того, что приходится выгонять человека под ледяной ливень, но некое веление сверху не оставляет выбора.
Флора вышла в подземный переход. Остановилась поодаль от небольшой группы с виду бездомных людей, гревшихся у зажженного мусора, тоскливо посмотрела на пелену дождя. Попробовать добежать до ближайшего кафе? Она вообще не ориентировалась в этом районе и не представляла, какие заведения находятся поблизости.
«Хоть бы инфонет работал!» — взмолилась мысленно, заметив общедоступную инфопанель, полускрытую защитным козырьком.
Инфонет работал. Панель — нет. Пала жертвой чьего-то плохого настроения и щерилась выдранными с корнем проводками.
— Потерялась, красава? — Позади кто-то грубо расхохотался. — Присоединяйся, компания у нас теплая. Будешь милой, не только обогреем, но и накормим. Или тебя домой проводить? А? Живешь где, болезная?
Флора резко обернулась. Нет, она не собиралась больше бояться! Похищение, ограбление, странности с полицией — на сегодня адреналина хватит! Вианда — это не джунгли, а цивилизованная планета с уровнем жизни около среднего. Нечего себя накручивать!
— Ави-Эйл, семьсот шесть далеко отсюда? — Этот адрес засел в памяти и сорвался с губ, потому что иных тем для беседы на ум не пришло
Люди у огня всполошились, будто прозвучало опаснейшее кодовое слово.
— Да чтоб тебя!.. Тоже из этих?.. Вам тут медом намазано?!
«Кому — нам?!» — но спрашивать было некого — подземный переход опустел в мгновение ока.
— Ее боятся? — прошептала Флора. — Эта Жасмин такая страшная? Кто она? Ой! Вот же ж я растяпа!
Рядом с угробленной инфопанелью висела небольшая, щедро разрисованная карта, на первый взгляд мало отличимая от расписанных стен. Несмотря на обилие меток и неприличных комментариев, сориентироваться по ней не составило бы труда. Ави-Эйл, семьсот шесть располагался в сотне метров от выхода из метро.
«…Обращайтесь в любое время суток», — мелькнуло воспоминание об объявлении.
И неведомая Жасмин тоже интересовалась смертью Дилена Рокса…
Неужели сама судьба намекала на встречу?
***
Жасмин ненавидела процентов семьдесят своих клиентов. Почти всегда они сами не знали, чего хотят. Мямлили, увиливали от прямых вопросов, сулили золотые горы, но, получив желаемое, держались за каждый обещанный вианит. Порой казалось, что к ней обращаются сплошь ущербные жмоты со склонностью к внезапным истерикам. Им требовалось не столько решение проблем, сколько утешение и поглаживание обиженного самолюбия. Эти жалкие людишки, неспособные справиться с элементарными житейскими трудностями, вызывали тошноту и желание принять душ.
Нынешний наниматель вел себя по-другому. Не прятал взгляд, не вытирал вспотевшие ладони о штанины, не бормотал что-то вроде: «…о вас болтают только гадости, но у меня нет выбора». И все же по уровню раздражительности он с легкостью переплюнул всех предыдущих клиентов вместе взятых.
Жасмин покосилась на карманную инфопанель, надеясь, что нарушенная бурей инфосеть каким-то чудом восстановилась и удастся отправить напарнику сообщение о проблемном заказчике. Этот тип провел в ее кабинете всего полчаса, и за это время она успела мысленно пришибить его тридцатью разными способами. Личный рекорд, между прочим. До сих пор хватало десятка.
— Ты — абсолютное разочарование, асианка. Любой идиот мог разместить объявление. Тебе платят не за тупость, которой славится ваш народ!
«Говорят, в древности преступников сажали на кол. Этому кретину стоило родиться в то время», — Жасмин скрипнула зубами и в который раз повторила, что займется делом с утра, когда пройдет буря и начнется новый рабочий день.
— Асианское отродье! Ты принадлежишь мне! — Наниматель широким шагом пересек кабинет и распахнул окно. Ветер тут же швырнул ему в лицо капли дождя, запачкал рыжеватой водой светло-серый деловой костюм, бросил горсть мелких градин в тщательно уложенную иссиня-черную шевелюру. — Разве это ураган?! — Заказчик захлопнул ставни, оцарапав стекло большим синим камнем с перстня. — Совсем страх потеряла?! Как долго тебя прикармливал отец? Пора бы отработать доброе отношение!
Жасмин согласно кивнула и вышла из-за стола, думая о своем. Жаль, что с деревьями на Вианде туго. Привязать бы его к двум согнутым березкам и отпустить в свободный полет…
— Твой контракт с моей семьей заканчивается в следующем году. До тех пор ты будешь делать то, что я скажу! — Зеленовато-карие глаза клиента метали молнии, резко очерченные губы кривились в презрительной усмешке, крылья узкого носа трепетали от ярости. — Понятно?!
— Да, господин Рокс.
Он удовлетворенно потер руки и окинул взглядом кабинет.
— Какое убожество!
«О да, с Тори-Эйл нам не сравниться», — Жасмин провела ладонью по лицу, убеждаясь, что держит себя в руках.
Они с напарником обустроили это помещение по собственному вкусу и считали его очень уютным. Нежно-зеленые обои с растительным узором, большой мягкий диван в углу, два кресла, широкий полукруглый стол из поддельной древесины в центре, современная инфопанель, несколько акварельных пейзажей далекой Земли, пушистый антикварный ковер, ненавязчивое «дневное» освещение… Большинство заказчиков назвали бы это все непозволительной роскошью!
— Ты точно частный детектив? — Клиент подошел впритык и недобро сощурился. — Больше похожа на профессиональную шлюху. Неудивительно, что отец оплачивал все ваши счета без вопросов.
«Интересно, можно ли залить в глотку расплавленное олово с помощью обычной металлической лейки?» — Жасмин на ум лезли школьные воспоминания о физике и химии.
Дверь не скрипнула, но легкий поток свежего воздуха подсказал, что ее открыли.
— Если завтра не будет результата, я вышвырну тебя на Асио пинками! — Поглощенный злобой заказчик этого не заметил. — Запомни: ты — моя собачонка и должна тявкать по команде!
Жасмин рухнула на колени и крепко обхватила ноги нанимателя руками.
— Пощадите, господин Рокс! — провыла со всхлипами. — Не мы такие, жизнь такая! Как же я буду без вашей милости?! Помру ведь, как пить дать помру голодной смертью! Никто и не помянет добрым словом! Простите, господин! Клянусь, больше никогда вас не разочарую! Скажете прыгнуть с моста — прыгну, захотите утешиться в постели — утешу, прикажете убить — убью! Вы только зла не держите! Помните: мы, асиане, немного дикие, у нас даже справки есть. Про-остите!
— Что?.. — Клиент заметно растерялся и попытался высвободиться. — Ты что творишь, ненормальная?!
Жасмин задрала подбородок и посмотрела ему в глаза.
— А разве не так вас обычно привечают? — спросила ровным голосом. — Какие-то проблемы? Мало почтения, смирения и унижения? Может, вам обувь вылизать или задницу поцеловать?
— Наглая дрянь! Тебе не жить!
— Да пошел ты. Надоел.
В следующий миг заказчик оказался на улице вместе с оконным стеклом и оборванной шторой.
— Жас! Дождь забивает! — До сих пор лишь наблюдавший за представлением от двери напарник вытащил из-за картотеки фанерный щит и привычным движением прикрыл разбитое окно. — Хоть иногда думай, что делаешь. Буря на дворе!
Жасмин вздохнула и виновато опустила глаза.
— Сколько я продержалась?
— Ты поставила рекорд. Я горжусь тобой, Жас. Честное слово.
— Он сам виноват, — в ее голосе скользила неуверенность.
— Он виноват, стекло — нет. Просил же бросать только в дверь. Или давай на стене мишень нарисуем.
Жасмин скорчила недовольную рожицу.
— Не смешно! Дилен Рокс был нормальным человеком, а этот… Сынок! Наследничек! Мразь распоследняя! Не удивлюсь, если он сам убил отца, а теперь разыскивает свидетелей, чтобы перестраховаться.
— У Дилена Рокса хватало недостатков. И сквозь окно он летал дважды.
Жасмин немного помолчала, не находя, что возразить.
— Я ни разу не хотела его расчленить, — сказала задумчиво. — И ему хватало обычных извинений. Он был хорошим, пусть и назойливым. Надеюсь, убийство Дилена раскроют, а то некоторые начинают болтать о естественной смерти, представляешь? Как будто Роксы умирают сами по себе. Кстати, наш контракт утратил силу с его смертью или нет? В любом случае надо выполнить последний заказ. Ну, тот, насчет чудиков в перьях. Колдуны-птицепоклонники, ха! Это дело совести.