Глава 39

Даша Отложив все дела, едем в клинику. Сдаю кровь на ХГЧ и жду, когда позовут на УЗИ. Врач, который проводит исследование, еще не появился. Поэтому мы с Мироном маемся от скуки и беспокойства. Нас вызывает к себе гинеколог. Он читает какую-то бумагу и хмурится. – Что, что такое? – ерзаю на месте. – Что-то плохое? – Да нет. Просто ХГЧ у Вас зашкаливает. Очень высокий уровень. На ум сразу приходят всевозможные страхи о пороке развития у ребенка. Господи, руки трясутся. И ноги. Даже Мирон на меня зыркает, чтобы перестала вертеться. Доктору звонят по внутренней связи, и он велит нам идти на УЗИ. Иду на ватных ногах, предчувствуя, что меня сейчас ударит обухом по голове. Неужели всё плохо? Почему ХГЧ такой высокий? Располагаюсь на кушетке и расстегиваю блузку, обнажая живот. – Приспустите немного трусы, – просит женщина-врач, и я, смущаясь Чадаева, выполняю требование. А то он не видел, что там – у меня в трусах. Всё уже давно изучил в деталях, чего стесняться? Узистка щедро поливает низ живота гелем и прикладывает датчик. Дергаюсь, как будто она приложила ко мне раскаленный провод. Она довольно долго молчит. Мирон не выдерживает и спрашивает: – Ну что там, доктор? – Беременность есть. В полости матки. Всё хорошо… Так… – склоняет голову. Ура! А вдруг сердечко не бьется?! Ну, чего она молчит? Или еще рано для сердца? – Сердцебиения пока нет. Рано. Через недельку сделаем еще раз. Я дергаюсь, а врач говорит: – Полежите спокойно, я измерю малышей. – Что Вы сказали? – подбрасывает со стула Мирона. – У вас тут два плодных яйца. Двойня будет, – с улыбкой сообщает женщина. Ну, точно обухом по голове. Как двойня?? Откуда? Почему? Нет у меня в роду близнецов. На Мирона смотреть страшно – на его лице отразился шок. Того и гляди, беднягу хватит удар. Даа, «повезло» нам, что тут сказать. – Мирон? Ты в порядке, Мирон? – докапываюсь до милого. Неа, пациент не в порядке. – Несите нашатырь, – даю команду медсестре. – Не надо нашатырь, – отмирает босс. – Дайте лучше водки. Шутит или всерьез говорит? А то без улыбки не знаю, как воспринимать. И вообще, он у меня непьющий. – Все будет хорошо, – утверждает врач, кладя на мой живот салфетку. Вытираюсь. Мои движения неторопливые, потому что руки нещадно дрожат. Я в не меньшем шоке, между прочим. – Вы справитесь, – вторит врачу медсестра, протягивая нам распечатку результат УЗИ. – А можно пол узнать, эм.. детей? – спрашивает Мирон. – Рано еще, Вы что? У них даже сердцебиение еще не прослушивается. Пол скажем не раньше двадцатой недели. – Как долго ждать! – А Вам зачем знать пол? – врач изобличительно сощуривается. – Что, мальчика будете любить больше, чем девочку. – Наоборот, – с жаром протестует босс. – У нас в семье пять поколений рождаются только пацаны, поэтому я очень хочу девочку. – Или двух девочек, – добавляет медсестра с широкой улыбкой, и Чадаев вздрагивает. Или двух мальчиков. Боже, это будет шок – два сорванца. Такими темпами и Руслана с Катей перегоним. Поднимаюсь с кушетки и ковыляю к двери. Ноги ватные, не слушаются. – А можно еще вопрос? – никак не может угомониться босс. – Конечно, задавайте. – Есть какие-то противопоказания к сексу? – Только об этом и думают эти мужики, – бурчит медсестра. – Заделал жене двойню и снова ему секс подавай. Козлище… Даже не знаю, что меня больше смутило – жена или козлище. Но я помимо воли растягиваю губы в улыбке. – Нет, противопоказаний нет. Беременность развивается нормально, – отвечает врач дежурным тоном. И приободренный Мирон выскакивает из кабинета, не забыв накинуть медикам чаевые. – Зря денег им дал. Медсестра тебя козлищем обозвала. А меня за твою жену приняла. Мирон притормаживает и странно смотрит на меня. – Что? У меня под глазами черно? – ожесточенно тру кожу. Я немного прослезилась в кабинете, поэтому не удивительно, что теперь похожа на панду. – Ничего. Пойдем. – На работу? – Ну уж нет. Какая работа, женщина? У нас тут двое детей намечается. – М-да. Как дальше жить? Сажусь в авто. Чадаев сегодня сам за рулем. Выезжаем из города, и я вопросительно смотрю на милого-любимого. – Ну и куда мы едем? – спрашиваю, потому что он не реагирует на мой красноречивый взгляд. – В аэропорт. – А зачем? – Чтобы сесть в самолет. – Зачем в него садиться? – Чтобы полететь на Мальдивы. – Да ты шутишь?!! – подскакиваю на сидении. – А вещи? Я же без вещей. – Не волнуйся, дорогая, тебе вредно. Наши вещи Юсуп уже доставил и сдал в багаж. Представляю, как слуга ковырялся в моих трусах и краснею. Я могла бы и сама их собрать. Но нет, надо вот так… Сюрпризом. Пытаюсь расслабиться, но куда там. Из клиники – на Мальдивы. С корабля – на бал. А мне не вредно летать? Доктор вроде бы сказала, что беременность здоровая. Можно жить обычной жизнью. Но все равно боязно. Отпускаю негативные мысли и настраиваюсь на позитив. Так-то лучше. Любимый меня побаловать решил в очередной раз, а я тут недовольно пыхчу, как еж, которому наступили на лапу. – Может все-таки домой? – ищу пути к отступлению. – Нет. Я все решил, – отвечает жестко, и у меня в трусиках мокро становится от его тона. Мр-р-р, мой властный босс. – Эй, ты чего так на меня смотришь? – спрашивает озадаченно. – Хочу тебя, – игриво. – Прямо сейчас? Кладу руку ему на пах и чувствительно сжимаю. – Дашунчик, что это с тобой? – поглаживает мое колено. – Остановить машину? Может, до Мальдив дотерпишь? Прислушиваюсь к себе – нет, не дотерплю. Хочу его прям здесь и сейчас. Вроде как стопарит меня, а сам уже сверкает глазами возбужденно. Готов наброситься и разорвать в любой момент. Вон какой солидный бугор в паху образовался. Закусываю губы и приподнимаю юбку. Слегка раздвигаю бедра, и его рука тотчас ныряет в мои трусики. Задерживаю дыхание, когда его пальцы касается моего клитора. Господи, хорошо… – Останови машину, Мирон. Это опасно, – просят остатки разума. – Хорошо, сейчас… сейчас… Его пальцы скользят по моим складочкам, а Чадаев и не думает останавливаться. Несется по дороге и ловит адреналин. – Мирооон, – всхлипываю, заходясь в судорогах оргазма. Мда, много мне не надо. Приласкал на полном ходу, и я уже кончаю. Из неги меня выбрасывает громкий мужской крик: – Да писец!!