Глава 15: Тайны исчезают ночью

Я вся изнервничалась, пока Ар не вернулся. Прекрасно понимала, что он глава тайной канцелярии, наверняка сильный маг, но легче от этого не ставилось. Как вспомню эти клыки на морде орка, огромные кулачища размером с мою голову, так сразу в дрожь бросает от страха.

Нет, я прекрасно знала, что этот день рано или поздно настанет, но к такому готова не была. Нужно как можно скорее покидать материк. Только по ту сторону я смогу защитить своих детей.

Далар то и дело бросал на меня обеспокоенные взгляды. Ребятишки притихли, и даже дочка перестала активничать, временно затаившись. Все ждали от меня чего-то, но я смогла взять себя в руки и улыбнуться. Ни к чему пугать детей и трепать себе нервы. Вот вернется Ар, тогда и будем паниковать.

— И чего это никто не работает? Вареники сами себя не слепят, — пожурила я собравшихся.

Ар вернулся через два часа. Мы как раз накрывали на стол, когда он пришел. Ничто не выдавало в нем волнения, а потому и я предпочла на время забыть о неприятностях. Ужин прошел в теплой, я бы даже сказала, семейной обстановке. Все ребятишки были под присмотром и с удовольствием уплетали вареники со сметаной, вымазываясь по самые уши.

Был у этого блюда такой привычный, такой земной вкус, что мне немного взгрустнулось. Просто потому что этот мир все же кардинально отличался от моего.

У нас карету можно было увидеть разве что в музее, да и производство различных товаров давно вышло совсем на другой уровень, но чего не отнять, так это того, что здесь все было натуральным. Никаких пищевых добавок, ГМО и прочего. Это как к бабушке в деревню приехал, а там все свое. И молоко слаще и жирнее, и мясо вкуснее, и пирожки такие, что один съедаешь и наедаешься.

— Все хорошо? — тронул Ар меня за руку, обращаясь шепотом.

— Все превосходно, — улыбнулась я, ощущая, как он легонько поглаживает мои пальцы, даря особую нежность и ласку.

— Деда, а ты обещал нам сказку! — насупилась Дайла.

Их речь уже стала свободнее, да и буквы они выговаривали четче, перестав проглатывать половину звуков.

— Сказку? Будет вам сказка на ночь. Только сначала нужно подготовиться ко сну, — по-доброму усмехнулся Далар, подавая Аскеру салфетку.

Убрав со стола, мы вымыли детей. Девчонками занималась я, а Аскер же сбежал к Ару. Видела, как мальчишка тянулся к нему, время от времени стараясь переключить его внимание на себя. Прекрасно понимала его стремление. Для мальчиков очень важно иметь перед глазами пример настоящего мужчины. Только жаль, что к Ару нам привыкать нельзя.

Вымывшись, Аскер прибежал к нам в спальню и плюхнулся на диван Далара, приготовившись слушать сказку.

Я закрыла дверь и спустилась вниз, чтобы подвергнуть допросу того, кто до сих пор отмалчивался.

— А я приготовил для нас свежий отвар, — встретили меня с мягкой улыбкой, но я не поддалась.

— Что с метаморфом?

— Его схватили, но долго не продержат. Сейчас он в Релоне, в полицейском участке, однако предъявить ему по факту нечего. В дом он не проник, на нас не напал. Конечно, исключительно потому, что ему это сделать не удалось, но факты — вещь такая. Больше чем на сутки его не задержат, — поморщился Ар, поднимаясь из-за стола. — Не переживайте, если он повторит попытку, с ним разберутся. Вам опасаться нечего.

— Спасибо, — кивнула я, обдумывая услышанное. — Мы собирались заняться лавкой.

— Конечно.

В лавку я в течение этого дня не заходила. Просто не было на это времени, но сейчас же решительно застопорилась в дверях, потому что помещение заметно изменилось. Здесь вдруг откуда ни возьмись появилась высокая барная стойка, разделяющая комнату на две части. За стойкой на полках и в шкафах были расставлены склянки, сосуды и мешочки с травами. По другую сторону у дверей имелись два кресла и кофейный столик, на котором стояло блюдо со свежей выпечкой. Выпечкой же был заставлен и стеклянный шкаф напротив.

— А я думала, что вы все выбросили, — в некотором изумлении стояла я, так и не решаясь пройти дальше.

— Зачем же выбрасывать? Кто-то же тратил деньги, силы, время. Выпечка под стазисом, не испортится. Будем угощать посетителей, — лукаво улыбнулся Ар, а в его глазах сверкали искорки смеха.

— А вы не боитесь? Там же любовное зелье.

— Так это же реклама. Попробуют, прочувствуют на себе и вернутся к нам за добавкой.

Работа шла споро.

Я время от времени корректировала рецепты, которые помнил Ар. Через несколько часов все пустые колбы были заполнены, мази аккуратно уложены в баночки, а сосуды наполнены настойками.

На полку в зале я выставила свои тоники, кремы и косметику, а мужчина наложил чары, которые будут некоторое время поддерживать комфортную температуру. Спать не хотелось, а потому, вернувшись на кухню, мы снова сели пить отвар, подъедая оставшиеся вареники.

— Мне хотелось бы с вами серьезно поговорить, — как-то разом погрустнел мой собеседник, до этого с интересом выслушивающий обновленный рецепт настойки от похмелья.

— Что-то все же случилось, — правильно расшифровала я его настроение, замечая, что время от времени мужчина растворяется в собственных думах.

— Это случилось не сегодня, давно. Но прежде, чем мы продолжим беседу, я хотел бы просить вас не совершать необдуманных поступков, не кричать, потому как наверху спят дети, и не пытаться спасаться бегством. Я никогда не сделаю вам ничего плохого.

К концу его монолога я испытывала смешанные чувства. Каждая клеточка моего тела кричала об опасности, а пальцы слишком сильно впивались в салфетку, лежащую на коленях, комкая ее.

Держать хорошую мину при плохой игре было почти нереально.

— Я вас слушаю, — пролепетала я севшим голосом.

— Я — глава Тайной Канцелярии Деолско-Визайского королевства, — спокойно произнес он, продолжая помешивать чайной ложкой отвар. — Но, думаю, этой информацией вас не удивить, как не удивить и меня свойствами ваших артефактов. Однако главное не это. Ваша дочь, еще не рожденная дочь… Малышку создали из моей крови. Это я — тот самый демон Ашеер. Точнее, очередное его перевоплощение.

С каждым его словом Тьма в помещении сгущалась, становилась осязаемой. Я ощущала ее холод, но не замерзала, нет.

Раз за разом прокручивала услышанное в своей голове и не находила ни единого повода, чтобы не верить мужчине. А он в это время преображался.

Глаза его давно заволокло Тьмой. Я отлично видела, как она клубится под светом единственной свечи, стоящей на столе. Плечи раздались, спина стала шире. Да и сам он будто стал выше.

Дрожь волнения охватывала, захлестывала калейдоскопом эмоций. Ладони сами собой легли на живот в защитном жесте, а перед глазами пронеслись воспоминания совсем не сна. Я уже видела его таким, ощущала его ласку, нежность, страсть, желание…

Он не навредил. И глава тайной канцелярии, и сидящий передо мной демон давно могли бы совершить непоправимое. Но Ар не навредил. Не собирался или выжидал?

— Вы совершенно не умеете преподносить такие новости, — выдала я нравоучение, сама от себя не ожидая, когда молчание затянулось.

— Никогда не умел разговаривать с женщинами, — виновато усмехнулся, протягивая через стол когтистую руку. — Мне всегда казалось, что прямолинейность ценится выше.

Я смотрела то на его руку, то ему в глаза. Взгляд не метался, нет. Но воздуха казалось мало. Вроде бы и хочется глубоко вдохнуть, но сил на это нет.

— И чего вы хотите от меня? — перешла я к самому главному.

— Хочу, чтобы вы выслушали меня и позволили остаться рядом.

— А если не позволю?

— Я все равно не уйду. Вам, вашей дочери нужна моя Тьма, а вы… Вы нужны мне.

— Зачем? — никак не понимала его мотивов.

— Я не знаю ответа на этот вопрос. Но знаю ответы на другие.

Это была странная ночь. Очень долгая и очень странная. Но, несмотря на это, быть кому-то нужной оказалось чертовски приятно, однако я не забывала, кто сидит напротив меня. Ар рассказывал много. Рассказывал о предыдущих экспериментах Кроунвола, ловко обходя подробности, отговариваясь безликим «погибшие».

Рассказывал о демонах и о том, как зародились эти земли. Чужая история яркими красками вставала перед глазами, проносилась вместе с веками, а я так и не могла до конца осознать, кто же сидит передо мной.

Как вообще можно перенести чужую душу в чужое тело, уже занятое чьей-то душой? В моей голове подобное никак не укладывалось, даже делая послабление на присутствие в этом мире настоящей магии.

— Моя дочь… Она действительно демон? — Сидела как на иголках, но замечала, рассматривала абсолютно все детали.

Когда мужчина поднялся, чтобы вновь наполнить наши чашки отваром, мне удалось рассмотреть его хвост. Тонкий, длинный, изогнутый и необычайно подвижный. Он выдавал волнение своего хозяина, то и дело потрясая изящной темной кисточкой. Массивные рога венчали голову Ашеера, будто корона.

Перед метаморфом я больше не испытывала ужас. Я видела того, кто был в разы страшнее и опаснее.

— Демон, — согласно кивнул собственно демон, присаживаясь теперь уже не напротив, а рядом — на соседний стул. — Но вам не о чем волноваться. То, что вы видите сейчас, это боевой облик. Видоизмененный по прошествии лет, растерявший свой изначальный ужас, но боевой. Малышка, как и я, будет иметь две ипостаси — так было всегда, с самого начала.

— Это моя дочь, — решила я расставить все точки над «и», желая выяснить все прямо сейчас.

— Я не собираюсь у вас ее отбирать. Но это и моя дочь тоже. Моя кровь, моя плоть. Единственный демон, который родится за прошедшие столетия. Я солгу, если скажу вам, что откажусь от нее.

— Не могли бы вы убрать свою… Тьму? — попросила я, ощущая, как призрачные щупальца скользят по моим ногам, ластятся к животу, словно домашние звери.

— Простите, но пока не могу. У вас нет необходимой магии. Потерпите, пока малышка насытится.

— Вы так и не сказали, что собираетесь с нами делать, — напомнила о важном.

Смотреть Ашееру в глаза было невыносимо трудно, но я пыталась вести себя адекватно. Ни истерика, ни крики мне сейчас ничем не помогут. Но и на холодный расчет я на данный момент полагаться не могла. В голове была такая каша, что только тарелки и подставляй.

Демон каждую минуту открывал для меня что-то новое. Рассказывал о письме короля, которое получил буквально вчера, о защитном барьере, который установлен вокруг королевства, и о том, что я не смогу через него пройти.

Видела, что мужчина тщательно подбирает слова, будто обдумывает, что именно можно мне рассказать, но и того, что я слышала, было достаточно, чтобы понять: я крупно попала и потащила за собой в эту яму Далара и ни в чем не повинных детей.

Однако, к моему огромному удивлению, Ашеер предложил решение. Он обещал, что поможет переправить на соседний материк Далара и детей. В самое ближайшее время они смогут отправиться вместе с его семьей. Такая простота подкупала, но слушала я внимательно.

— А как же я?

— С тобой гораздо сложнее, — внезапно перешел он на «ты», но замечание я делать не стала. — Ты пройдешь чуть позже вместе с уже знакомым тебе демоном. Тогда, когда мы снимем защитный барьер. Бертер переправит тебя на ту сторону.

— Ты так говоришь, будто этот вопрос уже решен, — раздраженно повела плечами.

Но раздражал меня не сам Ашеер, и даже не его слова. Меня раздражала сама ситуация, хотя и итоговая цель никак не менялась. Я с самого начала знала, что нам придется бежать. Да только думала, что бежать придется от главы тайной канцелярии, а не от всех остальных.

Сейчас же мне совсем не хотелось бросать этот дом. Мы так много в него вложили. А этот особняк? Как он будет без нас? Именно этот вопрос я и собиралась задать, но, едва вскинула голову, демон оказался слишком близко.

— Спи, — коротко приказал он, вынуждая мои веки закрыться.

Однако нежный поцелуй, что лег на губы, я почувствовать успела.

* * *

Эти дни были самыми сложными. Каждую минуту, каждую секунду я ожидала удара. Не позволяла никому покидать особняк, не выходила сама, хотя хотелось безумно. Особенно в первое утро, когда я проснулась одна в своей постели и спешно спустилась на первый этаж с твердым намерением устроить скандал. И у меня даже получилось.

Выпроводив позавтракавших детей во двор вместе с Даларом и выдав им задания, я упрямо вернулась на кухню и высказала этому чертовому демону все, что я о нем думаю. Упомянула то, что являюсь в его гениальном плане наживкой. Напомнила о метаморфе, свободно разгуливающем по городу. Заявила о том, что не намерена бросать свой дом, который является по-настоящему живым и просто умрет без нас, снова превратившись в рухлядь.

Скандал и злость медленно, но верно превратились в слезы, которые катились по моим щекам непроизвольно. Я говорила о своих планах, о своих мечтах. Делилась с Ашеером задумками о детском садике, о прекрасном дворе, где бы играли мои дети. Рассказывала о лавке, в которой изготавливала и продавала бы косметические средства и околомагические зелья. О том, как представляла детей взрослыми, как нянчила бы их внуков и сидела в кресле-качалке у камина, разглядывая через окно цветущий сад.

Незаметно для себя перешла к своим страхам, сдавленным шепотом поведав о каждом. Даже о том, что в детстве до ужаса боялась темноты, считая, что под моей кроватью живет чудовище. Бесконтрольное беспокойство о дочери, волнение за девочек и их будущее, переживания за Аскера, который до сих пор ожидает, что мы бросим его.

Все это выливалось в нескончаемый словесный поток, остановить который я была не в силах. Стояла в чужих объятиях, смотрела в темные глаза — такие внимательные, все понимающие — и не могла заставить себя замолчать, пока не рассказала о главном своем страхе — страхе одиночества.

— Ты никогда не будешь одна. У тебя есть замечательные ребятишки, Далар и я. Я сделаю все возможное и невозможное, чтобы мы всегда были вместе, — произнес Ашеер, чуть крепче прижимая меня к себе, легонько поглаживая ладонями мои плечи поверх платья. — Все будет хорошо, поверь мне. Ты готова поверить мне?

Его ладонь нежно очертила мои плечи, пальцы скользнули по изгибу шеи, ласково коснулись щеки и подбородка, не давая отвести взгляд. Слова…

Их оказалось слишком много. Я вывалила на него все, что давно засело в моей душе, но его слов… Всего несколько предложений… Их оказалось достаточно, чтобы все мои сомнения развеялись. Чтобы я с уверенность могла ответить тихое:

— Да.

Костяшки пальцев очертили мою скулу. Я совершено забыла о том, что мне нужно дышать. Только и делала, что глупо смотрела в его глаза, ожидая…

Сама не знала чего.

Нет, не подавалась вперед — к его губам. Сама бы ни за что не решилась, потому что была не готова признать свое желание, признать симпатию или даже влюбленность. В юности все происходило значительно легче. Хватало одного-единственного взгляда, чтобы понять, что ты влюблена. Почему же с возрастом все усложняется?

Наверное, ответ на этот вопрос относительно прост. Мы сами придумываем себе сложности. Сами закапываемся в водоворот сомнений, отговариваясь текущими проблемами, жизненными обстоятельствами, несуществующими правилами и многим другим. Просто забываем о том, что наша жизнь только в наших руках и, кроме нас самих, за нас никто не может сделать шаг вперед. Забываем о том, что когда-то шагали свободно.

Ашеер склонялся медленно, будто давая мне шанс сбежать, но я была не в состоянии пошевелиться в его руках.

Сердце билось часто-часто, ухало в груди, пульс стучал в ушах, но это волнение было слишком желанным. Оно привносило в мою душу позабытый трепет, что отзывался внутри приятной щекоткой.

Губы коснулись приоткрытых губ. Легко, нежно, бережно.

В его глазах плескалась Тьма, а я робко отвечала на поцелуй. Будто в первый раз, словно никогда прежде не знала, как нужно целоваться. Страх уходил с каждым касанием, с каждым вдохом и медленным выдохом. Дыхание смешивалось, губы горели от легкого покалывания. Ощущала себя девчонкой, школьницей, что краснеет у своего подъезда, когда ее впервые провожает до дома старшеклассник…

— Я только ягодки возьму! — прозвучал извиняющийся голос Аскера, разбивая тишину и вынуждая меня испуганно отпрянуть.

Но отойти, скрыться Ашеер мне не дал. Все так же обнимал, пока я прятала пылающее лицо у него на груди.

Слышала, как усмехается. Нет, не зло, не самодовольно и даже не коварно. По-доброму, как если бы прекрасно понимал причину моего смущения.

После этого дня я больше не сопротивлялась своему сердцу. Демон не давал закрываться в себе, не давал отгораживаться, снова устанавливать между нами стену. Неизменно помогал, был рядом и принимал участие в любом начинании.

Я не противилась нашим ночным посиделкам. Именно в это время Ашеер делился со мной такой необходимой темной магией.

Обычно в эти часы мы сидели и разговаривали на отвлеченные темы, однако после того, как выяснилось, что моя иномирность для демона не секрет, мы стали еще немного ближе. Теперь и я делилась с ним воспоминаниями своего прошлого, рассказывала о своем мире и радовалась, что ему наши беседы действительно интересны. Для меня же было удивительным, что мужчина умеет видеть прошлое. Каждый новый день для нас заканчивался чем-то новым.

Вопрос с домом Ар обещал решить, заявив, что Бертер никогда не бросит свое творение. Не знала, что можно придумать, но очень надеялась, что забрать особняк с собой будет реально. Ну или хотя бы перенести порталом.

Даже представляла украдкой, как мы пыхтим и выковыриваем фундамент, однако предпочитала на многое не рассчитывать. Все-таки даже у магии есть определенные ограничения.

Планы о детском садике я пока отодвинула на самый задний план. Полученное нами дерево было решено потратить на кровати.

Самая первая и единственная, которую сделали Аскер и Ашеер, была презентована Далару. Теперь отец спал в отдельной комнате, а вот дети спать отдельно от нас отказались. Да и я, если честно, пока не могла оторвать их от себя.

Слишком волновалась за всех троих, чтобы позволить им спать в соседних комнатах. Правда, Ар обнадежил меня тем, что метаморф был выпровожен за пределы города и обратно пока не возвращался.

Наша лавка успешно работала всю эту неделю, поэтому в деньгах мы, слава богу, не нуждались. Демон выставил на вход какую-то защиту, а потому в дом не мог войти никто, чьи намерения были плохими или злыми.

Так мой любимый домик не пустил в лавку нашу конкурентку, которая вознамерилась разлить на пороге какую-то дрянь. Даму нехило ударило током, но от помощи она отказалась. Так бежала, так бежала, только пятки и сверкали.

Все было хорошо и шло своим чередом, но никто из нас не забывал, что вскоре мы должны перейти к активным действиям.

Да только день Х наступил гораздо раньше.