Глава 23

– Подавай аккуратней! Ближе! Еще ближе!

– Но я же боюсь! – Яна хохотала и никак не могла взять у Кирилла пинцет с червяком, чтобы покормить хамелеона, одергивая руку в самый последний момент.

– Давай, смелей! – Кирилл, тоже смеясь, взял ее за запястье, насильно вложил в руку пинцет и направил ее к аквариуму. Яна взвизгнула, когда Петр выстрелил языком и в мгновение утащил червяка, а после снова залилась хохотом. – Давай еще одного!

– Нет, – Яна попыталась отодвинуться от аквариума, но Кирилл перехватил ее за талию, притянул к себе обратно и усадил перед собой, перекрывая тем самым все пути к отступлению.

– То есть руллов ты не боишься, а от какого-то червячка впадаешь в панику? – он ловко подцепил еще одного червяка и помахал им в воздухе.

Яна снова взвизгнула и зажмурилась.

– И зачем ты Петра перевез сюда? – сквозь смех, спросила она. – И вообще, куда пропал его хозяин? Он уже давно должен был вернуться со своего отдыха!

– Похоже, Петр теперь с нами навсегда, – Кир предпринял очередную попытку отдать ей червяка.

– С нами? – уточнила Яна, отмахиваясь. – Это с кем? Нет уж, это твой хамелеон… Его отдали тебе, вот и заботься о нем сам…– ей все-таки удалось вырваться из хватки Кирилла.

Она подскочила на ноги, но Кир попытался снова перехватить ее, однако этот раз оказался неудачным. Яна, продолжая смеяться, выскочила из гостиной.

– Думаешь сбежать?

Она услышал, что Кирилл тоже поднялся, и шмыгнула в ближайшую комнату, которая по иронии оказалась как раз его спальней. Осторожно прикрыла за собой дверь и затаилась. Шаги Кира раздались совсем близко, и Яна даже задержала дыхание, боясь, что не выдержит и захохочет. Но маг прошел мимо и, кажется, стал подниматься по лестнице. Похоже, решил проверить, не у себя ли в мансарде она спряталась.

Яна перевела дыхание и тихо засмеялась, подумав, что опять они с Киром дурачатся как дети. Но в следующую минуту ее взгляд привлекла коробка, стоящая на прикроватной тумбочке. Яна вспомнила, что вчера именно эту коробку принес откуда-то мэтр Кеттер и отдал Кириллу, сказал, что в ней какие-то старые вещи, с которыми тот может поступать как хочет.

Коробка была не закрыта, и Яна, подталкиваемая любопытством, решила подойти ближе и одним глазком заглянуть внутрь. Сперва она увидела лишь какие-то бумаги, исписанные аккуратным почерком, и только потом заметила выглядывающий из-под них угол рамки от фотографии. Движимая необъяснимым порывом, Яна достала фото из коробки. Но еще за миг до того, как взглянула на нее, она уже знала, кто там изображен. Кирилл и та девушка, дочка мэтра Кеттера, София. Кир был таким юным на этой фотографии и таким счастливым, что Яны защемило сердце от непонятной нежности. София тоже выглядела счастливой, только ее улыбка вызвала у Яны обратную реакцию – всплеск раздражения.

– Ты не похожа на меня, – обратилась она к девушке на фото. – Ты совсем не похожа на меня! – это было сродни крику отчаяния.

Яна и сама не понимала, что с ней происходит, но ее вдруг стало затапливать чувство ненависти, и гнев этот был обращен именно на улыбающуюся Софию. Яне захотелось немедленно разбить эту рамку, а затем порвать фото и топтать ее обрывки, пока не выйдет вся злость.

– Что ты делаешь? – голос Кирилла, чересчур холодный и жесткий, заставил Яну обернуться.

– Ты до сих пор любишь ее? – и вновь Яна не понимала, что говорит и что спрашивает. Эмоции, страшные, неконтролируемые, разрывали ее изнутри, толкая на некие безумства. – Зачем хранишь ее вещи? Прошло ведь столько лет! Она мертва, мертва!

– Положи обратно, – потребовал Кир. Его взгляд еще никогда не был таким пугающе злым.

Но Яна упрямо мотнула головой и стекло рамки пошло трещинами. А в следующий миг сама коробка взлетела вверх, а ее содержимое вихрем закружилось по комнате.

– Прекрати! – Кирилл повысил голос, однако Яну уже невозможно было остановить.

Ненависть и ярость, точно черные клубы дыма, расползались внутри нее, заполняли сердце и туманили разум. Яне хотелось кричать, рвать, метать… Под ее взглядом взрывались и бились предметы, дверь скрипела, с грохотом хлопаясь о стену, а окно дрожало, готовое в любую секунду лопнуть.

– Яна, опомнись! – слова Кирилла тонули в этой какофонии звуков. – Борись, Яна, борись… Гони от себя этого демона, черт побери! Возьми над ним контроль!..

Демон… О чем он говорит? Какой демон?.. Голова Яны раскалывалась, она задыхалась от эмоций, которые засасывали ее в бездну ужаса и безысходности. И даже когда она оказалась в объятиях Кирилла, продолжала сопротивляться и отбиваться, с ненавистью колотя кулаками по его груди. Он перехватил ее руки и завел их за спину, ограничивая движения.

– Отпусти! – Яна все еще пыталась вырваться, но почти безуспешно.

Она даже чуть не укусила Кирилла, когда тот схватил ее за подбородок, не давая пошевелить еще и головой.

А потом он ее поцеловал.

Яна замерла, пораженная и оглушенная. Губы Кирилла были горячими и требовательными, и в следующую секунду она открылась им навстречу, с несвойственной ей пылкостью ответив на этот поцелуй. Тиски гнева постепенно слабели, чернота отступала, а тело наполнялось непривычной легкостью и эйфорией. Яна пошевелила руками, желая высвободить их из захвата Кирилла, а после самой обвить его шею и прильнуть теснее. Маг тут же отпустил ее запястья, но обнять его Яна не успела: он вдруг разорвал поцелуй и отстранился.

– Извини, – произнес, отводя глаза. – Я перегнул палку… Просто не нашел другого способа остановить твоего демона…

Щеки Яны вспыхнули от стыда: вот дура, и что себе надумала?..

– Нет-нет, все в порядке, – быстро заговорила она. – Это я должна извиняться… За то, что устроила такое…– Яна обвела взглядом разгром в комнате. – И за это особенно…– она села на корточки, подняла с пола надорванную фотографию, а затем принялась собирать осколки и деревянные кусочки от ее рамки.

– Ты не виновата, – отрывисто произнес Кирилл.

– Прости, – повторила Яна, теперь уже сама не решаясь на него взглянуть. – Я знаю, как для тебя все это дорого… Мне очень стыдно…

Но Кирилл ничего на это не ответил, он нашел коробку и стал собирать в нее разбросанные вещи. Потом забрал у Яны злополучную фотографию и бросил туда же.

– Не трогай стекло, еще порежешься, – сказал тихо. – А лучше вообще выйди, я тут сам все приведу в порядок…

– Я могу помочь, – робко предложила девушка. – Тем более что вина моя…

– Нет, иди, я сам, – тон Кирилла был таким, что Яна не посмела больше возражать.

Вышла за дверь и почувствовала, что вот-вот расплачется. Ну за что ей все это? И почему этот демон проявил себя вот так? Почему гнев, вызванный им, вылился именно на то, что было так дорого Кириллу? И ведь выглядело все так, будто она ревновала!

Яна поднялась к себе в мансарду и с размаху упала на кровать, зарываясь лицом в подушку. Стыдно, как стыдно…

А ведь еще был поцелуй… Ее губы до сих пор горели, будоража воспоминания о пережитых в тот момент чувствах. И они были слишком… приятные. Слишком, чтобы забыть и не обращать внимания. Слишком, чтобы не испытывать боль от осознания того, что Кирилл это сделал всего лишь желая усмирить демона. А ведь когда Кир целовал ее, ей казалось, он испытывал то же самое, что и она… Слезы все-таки потекли из глаз Яны, теперь уже не только от стыда, но и обиды. Ну как можно быть такой глупой и наивной? Как можно надеяться на взаимность мужчины, когда ты так похожа на его бывшую возлюбленную? Да ведь он всегда будет видеть в тебе только ее и сравнивать только с ней! И даже поддавшись порыву, он будет потом неистово жалеть об этом. И Яна была просто уверена, что именно это – глубочайшее сожаление – сейчас испытывает Кирилл. А еще злость, пусть и тщательно скрываемую, что она посмела так надругаться над памятью его Софии.

Одно радует: шесть демонов уже побеждены. Остался последний, но какой! Похоть… Яна даже перестала плакать, представив, к чему он может ее подтолкнуть.

«Не буду вообще выходить из комнаты в ближайшие дни! – решила она. – Прикинусь больной. Заодно и с Кириллом встречи сведутся до минимума, а то в глаза ему стыдно смотреть».

Но в этот день Кир и сам больше не стремился с ней общаться. Заглянул лишь поинтересоваться, будет ли она ужинать. И даже в момент этого мимолетного общения Яна ощущала его отчужденность. Потом ее зашел проведать мэтр Кеттер, и по его вкрадчивому тону она поняла, что тот уже в курсе ее выходки. Боже, а ведь ему, наверное, тоже неприятно узнать, что она вытворила с вещами его дочери!

– Может, стоит позвать доктора? – предложил мэтр, когда Яна сказала ему, что плохо себя чувствует и не сможет пока заниматься.

– Нет, думаю, день-два мне хватит отлежаться, – заверила его девушка. Врать было не в характере Яны, но сейчас для нее это был единственный выход избежать еще больших неприятностей.

Однако волноваться Яне не так уж и стоило: Кирилл, похоже, сам не жаждал с ней встречаться. По идеи, это должно было принести облегчение, однако Яна наоборот все больше погружалась в пучину уныния, отчего ей начинало казаться, что демон именно это греха решил заглянуть к ней снова. Но если бы можно было заменить им демона похоти, то Яна, пожалуй, согласилась бы пройти испытание унынием еще раз. Только подобное, к сожалению, исключено.

Зато на третий день ее самовольного заточения к ней все же явился последний демон.

Сперва Яне приснился сон, эротический и чересчур откровенный, и после пробуждения ее тело было словно в огне. Вожделение усиливалось с каждой минутой и с каждым движением, требуя насыщения, и это было мучительно и сладко одновременно. Яна дотронулась до своей набухшей груди и тихо застонала от нахлынувшего наслаждения. Ее руки скользнули было ниже, к самому сосредоточению чувственности и желания, но потом Яна одернула их, решив, что это не избавит от жажды, а лишь еще больше раззадорит.

Мужчина. Ей определенно нужен был мужчина, и только он способен даровать свободу ее изнывающему от страсти телу.

Внизу раздались голоса. Яна поднялась и прислушалась. Кажется, мэтр Кеттер уходил в свою Администрацию. Значит, они с Кириллом оставались одни…

Разум Яны полностью затуманился, теперь ею управляло только тело. Она скинула с себя одежду и подошла к зеркалу, любуясь своим обнаженным видом. Взъерошила уже порядком отросшие волосы и самодовольно улыбнулась. Что ж, пришла пора Кириллу забыть свою бывшую…