ЭПИЛОГ

— Сосредоточься. Загляни вглубь себя. Почувствуй ее.

Голос мужа звучал спокойно и размеренно.

Я закрыла глаза и попыталась сделать все, как он говорил. Сосредоточилась, заглянула… Ничего не почувствовала. И снова сосредоточилась. Заглянула… Хотя, куда там заглядывать?

— Бесполезно, — спустя полчаса бесплодных усилий, расстроенно посмотрела на Филиппа. — Моя драконица или крепко спит, или ее и вовсе нет. Ты уверен, что она существует?

— Бабушка не ошибается, — твердо заявил муж. — Если она сказала, что ты огненная, значит, так и есть.

— Но ведь Эдуард ничего не увидел!

Я села по-турецки и сунула в рот сорванную травинку. Рядом шумел листвой вековой лес Росвика. По яркому небу Квертина неторопливо плыли облака. Пушистые, похожие на больших сказочных слонов. Вдали виднелась цепочка Скалистых гор.

— Ну и что! — упрямо ответил Филипп. Он поправил покрывало, на котором мы сидели, и добавил: — Король не всемогущ.

— А леди Лавиния?

Я, конечно, любила бабушку мужа, но иногда старая леди была слишком уж категорична. Вот с чего она вбила себе в голову, что я — из огненных? Ни Эдуард, ни лорд Сэливан не находили во мне драконьей сущности, но леди Лавиния стояла на своем — «Что я, огненных не знаю, что ли? — заявляла она, разглядывая меня цепким взглядом ясных голубых глаз. — Одни волосы чего стоят! Да я их как увидела, сразу поняла — наша девчонка!». Сама леди Монд принадлежала к красному клану. И хотя всю жизнь герцогиня прожила среди золотых драконов, она никогда не уставала подчеркивать, что ее сила — в огненной стихии.

— Саннэй, ты должна поверить, — продолжал уговаривать меня муж. В отличие от всех остальных, он принял слова бабушки и пытался разбудить во мне несуществующего дракона. — Без веры у нас ничего не получится.

В том-то и проблема. Я бы и рада была поверить, что где-то глубоко внутри затаилась драконица, но у меня не получалось. В голове сидели сомнения. Я обычный человек, и родители у меня совершенно обычные. Разве смогу я летать и плеваться огнем, как это делают все крылатые?

— Закрой глаза, — приказал Филипп. — Вслушайся в себя.

Я зажмурилась и попробовала уловить неведомый зов. Ни-че-го. Где-то неподалеку жужжали пчелы, тихо журчала Шона, сквозь сомкнутые веки проникало тепло весеннего солнышка, а я сидела в позе лотоса и думала. Нет, не о внутренней сущности. О собственной жизни.

Как быстро бежит время! Казалось бы, только недавно я жила в Сорске, перебивалась небольшими заработками, дружила с Людкой и надеялась найти смельчака, способного меня полюбить. И знать не знала ни о каком другом мире и о драконах. А сейчас я — Лэрия Грэн, герцогиня Кронельская, хозяйка Росвика и Кронеля, и жена моего несносного рыжего.

Кстати, о рыжем. Черное озеро вернуло мне мужа, но водник оставил Филу на память две огненные пряди, ярко пламенеющие в черных волосах. И глаза его иногда меняли цвет с синего на зеленый.

«Это чтобы ты помнил о своей самонадеянности», — пояснил Кронус.

Филипп смеется, что легко отделался, а у меня щемит сердце, когда я вспоминаю о том, что он пережил. С большим трудом мне удалось разговорить мужа и заставить его рассказать о том времени, когда он потерял дракона.

Оказалось, я зря обижалась на своего рыжего. Супруг даже не подозревал, на что способен его дракон. Одной из ночей тот сумел выбраться из ловушки озера и его притянуло в Яблочное, к Филиппу. Заклятие водника не давало сущности вернуться в тело, и дракон долго кружил вокруг дома, пытаясь придумать выход из магического тупика. Супруг не останавливался на подробностях, сказал только, что это было тяжело, и он не хотел бы заново пережить все те эмоции, которые обрушились на него после соединения с драконом. Когда я спросила, как тот оказался в моих снах, Филипп объяснил, что дракон почувствовал то, что в Квертине называют имэртой — истинным притяжением душ и, сам того не ожидая, попал в мой сон. А дальше произошло то, что произошло.

«Но почему же он потом не то что поцеловать, даже повернуться ко мне не хотел?» — вспомнив, как было больно, попыталась выяснить у супруга.

«Магические оковы озера оказались слишком сильны, — сказал Фил. — И с каждым разом они оставляли все меньше возможностей. Не видеть тебя, не прикасаться, не говорить — это было трудно, но дракон шел на все, лишь бы просто услышать твой голос, ощутить аромат волос, побыть рядом, хотя бы несколько секунд. Ему еще повезло, что у него был помощник». На мой удивленный вопрос, кто бы это мог быть, Филипп усмехнулся и ответил: «Когда я впервые увидел верд и почувствовал свою магию, то долго не мог понять, как такое возможно. А потом до меня дошло. Вспомни, кто был с тобой рядом, когда тебе впервые приснился тот сон?»

«Подожди, — я удивленно посмотрела на супруга, — ты хочешь сказать…»

«Да, — кивнул Филипп. — Ричард. Именно он почувствовал присутствие дракона и помог ему, подпитывая нашей родовой магией».

Ричик, мой умница Ричик… Верный, заботливый и преданный. Если бы не он...

«Да, верон обо всем знал и всячески помогал дракону тебя завоевать, — усмехнулся супруг. — Согласись, у него это хорошо получилось».

Я вспомнила о тех ночах, когда муж приходил ко мне во сне, с них перешла к тем, которые были в реальности… Сладко потянулась, ощутив внутри знакомую жаркую волну…

— Ты еще долго мечтать будешь, Лерочка? — послышался вкрадчивый голос мужа.

— Не мешай, — не открывая глаз, прошептала ему. — Я ищу свою драконицу.

— По-моему, ты не там ее ищешь, саннэй, — хмыкнул Фил и неожиданно сменил тему: — Не помню, я тебе говорил, что Галочка замуж собралась?

— Замуж? За кого? — я с удивлением посмотрела на супруга.

— Угадай с трех раз, — усмехнулся тот, и в синей глубине его взгляда заплясали зеленые черти.

— Даже не знаю, — задумчиво пробормотала в ответ.

После того, как я передала сестре права на портал, виделись мы нечасто. Меня захватила жизнь в Квертине, и на родину я выбиралась всего пару раз. Первый — когда в Сорск приезжала мама, а второй — под Новый Год, когда мы с Филом ездили в Москву.

Сестрице пришлось поверить в другой мир. Поначалу она отмахивалась и твердила, что все это вранье, но потом, когда я провела ее в Каменный и показала Квертин, Галка убедилась в реальности происходящего и согласилась занять место смотрителя.

«Между прочим, тетка должна была оставить дом мне, она обещала, — заявила Галочка. — В последний момент передумала, выдра старая».

Я только хмыкнула, вспомнив рассуждения тетушки о моей красоте и твердом характере.

«И все равно не по ее вышло, — довольно выдала Галка. — Все мне досталось: и дом, и портал, и даже Григорий».

Да, так и было. Чебышев до сих пор жил в Яблочном. Я знала, что Галина вошла во вкус и гоняла бедного Гришку похлеще Леокадии Серафимовны, но судьба Чебышева меня не очень-то волновала. Он понимал, на что идет, соглашаясь работать на свою бывшую подельницу. Кстати, адвоката Циленского посадили за махинации. Филипп постарался — не простил Евгению Борисовичу его интриг. Как и говорил лорд Сэливан, драконы не забывают обид. Никогда. А вот Машеньку я забрала с собой. Оказалось, что та вполне может существовать и без портала. Галка повесила на место портрета картину с каким-то гномом, и теперь каждого путешественника встречает его скрипучий голос. А Самойлова «переехала» к нам, в Росвик. Филипп установил портрет в моем будуаре и принял родственницу под защиту, так что Машенька теперь свободно перемещается по замку и сует свой прелестный носик во все дела имения.

— Подумай хорошенько, Лэри, — глаза мужа смеялись.

— Скажу наугад — Лекс?

— Я знал, что ты догадаешься, — кивнул Фил.

— Опять взялся за старое? Захотел всемогущества и власти над мирами?

— Пусть попробует. Я настроил магический коридор на отлов контрабандистов, так что ничего ему не светит.

Я только усмехнулась, вспомнив очередную личину мужа. Леонард, первый секретарь гильдии магов. Настоящий Веннер и знать не знал ни о портале, ни обо мне, но мой талантливый муж изобразил его так достоверно, что помощники мага ничего не заподозрили. «Это было несложно, Лерочка, — смеялся супруг. — Гораздо труднее было держать личину недотепы-неудачника. Никакая магия не спасала, так и хотелось скинуть с себя надоевший образ и снова стать собой». Кстати, именно присутствие мужа в Каменном спасло мне жизнь. Это он кинулся в озеро и вытащил меня на поверхность.

— Думаешь, они с Карлом не оставили идею беспошлинного ввоза брюликов? — взглянула на Фила.

Или, если уж быть точной — на Филиппа Этана Уильяма Френсиса Грэна, герцога Кронельского.

— Бергман после того, как отец помог ему вернуть замок, завязал с незаконной деятельностью, а Галину предупредили, чем ей грозит перевоз через портал контрабанды.

— И чем же?

— Каторжными работами, — ответил Филипп и, прищурившись, посмотрел мне в глаза.

— Что?

— Есть еще одна новость, — серьезно сказал муж. Он сделал паузу, а я почувствовала, как сильно забилось сердце.

— Какая? — прошептала враз пересохшими губами.

— Мы его нашли, Лерочка, — торжественно объявил Филипп.

Я молчала.

— Мы нашли твоего отца, — повторил он. — Лорд Пауль Ленц, граф Чезерский. Проживает в Кравдене, это небольшая страна на севере Эссеи. Ты, кстати, очень на него похожа. У него такие же яркие волосы и принадлежность к клану огненных. И в тот день, когда ты впервые была в королевском дворце, он действительно присутствовал на приеме. Приехал послом с делегацией кравденских драконов.

— Правда? — я не могла поверить, что предположение Фила о том, что мой папа — житель другого мира, подтвердилось. — Выходит, он дракон?

— Да. Граф вернулся в Эссею совсем незадолго до закрытия портала, поэтому вы так долго не виделись. Но завтра он будет здесь.

Я смотрела на мужа, а внутри билось что-то сильное, живое, ликующее. Оно захлестывало душу радостью и рвалось наружу, ввысь, в небо…

Поддавшись этому новому чувству, я раскинула руки и закрыла глаза, а когда открыла их, поняла, что лечу. Лечу, в буквальном смысле этого слова! Ярко-красные крылья размеренно рассекали воздух, гибкое блестящее тело легко преодолевало сопротивление пространства, из пасти вырывались огненные искры, и только шипастый хвост портил всю картину, бестолково мельтеша из стороны в сторону.

Сосредоточившись, призвала непокорную часть тела к порядку, а потом посмотрела вниз и едва не взвизгнула от восторга. Подо мной был Росвик: его леса и поля, гибкая лента Шоны, пастбища с отарами овец, яблоневые сады. Вдали виднелись Аут-кале и Скалистые горы, а за ними — Донвилль, имение леди Лавинии.

— Лерочка, ты только осторожнее! — неожиданно услышала я встревоженный крик и разглядела на парапете, рядом с герцогским стягом, знакомую рыжую фигуру. — Ты крыльями не забывай махать! — надрывался Рич, беспокойно перебирая лапами. Несмотря на то, что верон изменился, повадки у него остались прежними. — Лерочка, спустись пониже, а то упадешь! — в голосе пятнистой «нянюшки» слышалось волнение. — Хозяин! Следи за ней получше! — не унимался Ричард. — Чего вы на такую высоту поперлись? Господи, никакого покоя с вами нет!

Я оглянулась на летящего рядом мужа и увидела, как тот весело мне подмигнул.

«В следующий раз возьмем этого паникера с собой», — услышала в своей голове его голос и согласно кивнула.

В следующий раз… Какие прекрасные слова! И как же хорошо, что впереди еще целая долгая-долгая жизнь, провести которую я смогу рядом с Филиппом — рука в руке, крылом к крылу.

КОНЕЦ.