Глава 6. Выбор статуса

— Княжна, вы не можете валяться весь день в постели, — раздвигая тяжеленные шторы, укоризненно заметила графиня Татия утром следующего дня.

У Анхи пока язык не поворачивался назвать даже мысленно эту чопорную даму бабушкой. Но с чего вдруг сама графиня стала важничать с ней, обращаясь на «Вы»? Вчера общение было коротким, но душевным.

— Девочка моя, — дама отодвинула элегантный стул возле столика и присела, благопристойно сложив руки на коленях.

Поза графини показалась Анхе очень милой, и она улыбнулась. Ей вспомнились старые фотографии, где каждый принимал обязательную позу и с важным видом смотрел на камеру.

— Княжна Анха, — вновь обратилась графиня, отвечая на улыбку правнучки тяжёлым вздохом, — ваша судьба изменилась в тот момент, когда вы прошли сквозь купол. Не хочу вас пугать, но на данный момент ваше существование многим неприятно.

— Но я никому ничего плохого не делала!

— Да разве это важно? — дама с сожалением покачала головой. — Хватает того, что место ушедшего в небытие княжеского рода хотели занять следующие за ним графские рода. Это же такая возможность для них поднять свой род в титульном листе!

— Ну, может со временем графья успокоятся?

Дама согласно кивнула, не обращая внимания на насмешливое «графья».

— Может, и успокоятся.

Анха свесила ноги с кровати и, касаясь пальчиками ног пушистого ковра, посмотрела на графиню Татию, видя, что та хочет ещё о чём-то поговорить с ней.

— Вам надо определиться со своим статусом, — начал она.

Анха немного шутливо изобразила, что она само внимание, но графиня сохраняла серьёзность и не поддалась игривому настроению внучки. Она видела, что девочка хорошо выспалась, отдохнула, а образовавшаяся связь с источником благотворно подействовала на общее эмоциональное состояние, но сейчас надо было определиться с будущим.

— Вы можете быть нашей внучкой, и тогда мы с Алексисом подготовим вас к замужеству. Вы номинально сохраните свой титул, чтобы в нужное время передать его своим детям. Это нелёгкий путь, так как завоевать уважение чужого клана и мужа непросто, а без этого вас не подпустят к воспитанию детей.

Анха даже не заметила, как приоткрыла в удивлении рот. Думать сейчас о детях ей казалось преждевременным, но графиня была более серьёзна:

— Есть другой путь. Вы можете попробовать отстоять собственное право на княжеский титул и доказать всем, что достойны возглавить Лунный клан.

— Хм, я должна выбрать, будут ли князьями мои дети или я?

— Совершенно верно.

— А если я стану главой Лунного клана и выйду замуж, то как же тогда?

— Ваш муж войдёт в ваш род.

— А если он наследник своего рода?

— Он наследует свой род и вам придётся родить двух наследников для двух родов, — терпеливо отвечала графиня.

— А если я выйду замуж и войду в род мужа, то что будет с источником Лунных?

— Источник Лунных заснёт в ожидании наследников, потому что вы вынуждены будете подключиться к родовому источнику мужа.

Анха продолжала водить пальчиками по ковру и более ничего не спрашивала.

Она ничего не имела против того, чтобы выйти замуж. У неё есть время подготовиться и выбрать себе достойного жениха. А почему бы и нет?

В книжках все героини шарахались от замужества и впахивали как лошади ради свободы, но все они в итоге выходили замуж!!!

Вот только здесь подготовка к замужеству звучит пугающе. Достаточно посмотреть на графиню, чтобы понять — пощады не будет.

И что же тогда получается? Становиться совершенством ради неизвестно кого?

Как-то уже не верится, что княжна Лунного клана будет хорошей партией для любого другого князя на скольких бы языках она не говорила и сколько бы пьес не цитировала наизусть. А значит, придётся выбирать среди графов. И вроде бы это для неё не должно быть проблемой. Она же из мира равных!

Анха решительно надела тапочки и встала, но отвечать всё так же не спешила. Стоило ей подумать о равенстве, как вспомнился сокурсник Денис. Компанейский парень! Он был приезжим, и по завершению первого курса пригласил многих ребят к себе домой. Озеро, лес, старый город с толпами туристов — и большой частный дом родителей Дениски.

У парня было здорово, вот только его мать достала всех словами «мы не богаты, но…», «у нас по-простому, вы так не привыкли, но…», «куда уж нам до вас, но…».

Сначала ребята оправдывались, убеждали, что они самые обычные люди и им всё нравится, но очень быстро гостевание стало в тягость. Всех достало показное самоуничижение женщины, прикрывающее убеждение, что именно хозяева настоящие люди, а понаехавшие... В общем, тогда всей компанией зареклись ездить к кому-либо в гости.

Анха вдруг отчётливо поняла, что кто-нибудь из графской семьи обязательно будет повторять на разный манер, что «они-де, конечно, не князья, но…»

А ещё стало жалко источник. Он вчера очень тепло принял её. Анха была поражена, что источник обладает эмоциями и оказался способен принимать самостоятельные решения.

Граф Алексис сказал, что это объединённые частички душ ушедших на перерождение предков, но какая разница! Были частички — стало нечто новое и цельное. Анха чувствовала, что источник Лунных ей рад, хотя и была в нём некая насторожённость… а как отреагирует на неё источник будущего мужа? Будет ли он столь же радушен?

Графиня Татия продолжала сидеть и, наблюдая за утренними сборами Анхи, подсказывала, как пользоваться туалетом и включать воду.

— Мой зять любил подчёркивать владение магией, поэтому в доме все удобства ориентированы только на одарённых.

— А как же приближённые, которые жили рядом с ним?

— Вы же не думаете, что князь приближал к себе простых людей?

— Я не знаю, — замялась Анха.

Ей хотелось согласиться с тем, что возле князя не может быть обыкновенных людей, но её понимание «простых людей» явно разнилось с бабушкиным.

Но сейчас ни уточнять, ни о чём-либо спорить не хотелось. Важнее было ощутить в себе магию, выпустить капельку силы наружу и произнести слова-активаторы или сложить определенную фигуру из пальцев, чтобы воспользоваться удобствами. Всё это напоминало сенсорные включатели-выключатели, что, по мнению иномирянки, слишком усложняло использование простых вещей.

Ощутить магию внутри помог источник. Как только он принял её, мир преобразился, и Анха увидела окружающие её всполохи силы.

Сила была повсюду! Энергию источали каменные стены, пол, предметы, да даже сам воздух, а там, где были нанесены символы, то энергия клубилась, уплотнялась, сияла, становилась ярче и даже звенела. Сначала всё это ошеломило Анху. Слишком много потоков, цвета, движения, жизни во всём!

Но разве можно сбить с толку перегруженного информацией самого разного рода жителя Земли? Миг восхищения — и вот уже новая реальность принята. Собственно, многие давно утверждали, что стены родного дома, как и предметы, накапливают энергию хозяев и каким-то образом помогают или вредят.

А ещё полно людей, которые убеждены, что на Земле даже камни живые и потому насыщенны энергией, способной целенаправленно воздействовать. Так что, можно сказать, Анха оказалась подготовленной к тому, чтобы увидеть мир в энергетическом плане и поэтому не сошла с ума и не испытала страха.

Более того, Анха с лёгкостью сумела воспользоваться инструкцией по управлению защитным куполом. Это было похоже на программирование, а с этим она уже имела дело. Ей всего-то надо было озвучить в заданной последовательности набор слов и не ошибиться, а источник помогал правильно дозировать силу, которая благодаря «волшебным» словам потекла по подготовленным магами-строителями каналам.

В общем, в случае с куполом всё сделали за Анху, а она всего лишь дала опознать себя как ближайшую родственницу и влила капельку собственной силы, которую заклинание потащило в заданном направлении.

Однако же графская чета смотрела на неё после всего этого с уважением, что, признаться, польстило Анхе. Но она не обольщалась. Конечно, девочка успокоилась, почувствовав магию в себе, но на данный момент она всего лишь пользователь с подробной инструкцией на руках и заботливым контролёром в лице источника.

Анха привела себя в порядок, заправила кровать красивым покрывалом и села.

— Неприлично сидеть днём на кровати, — сразу же сделала замечание графиня.

Не желая спорить, девочка поднялась и выжидающе посмотрела на родственницу. Та о чём-то задумалась, но пауза не затянулась:

— Мы с вами не закончили важный разговор. Я хотела бы всё выяснить сейчас, до того как мы спустимся завтракать.

Анха пока не знала, что ей ответить. Готовиться ли ей быть княжной, которая должна выйти за графа, чтобы родить детей и передать им княжеский титул — или стать настоящей княжной? Как можно решить такое за пять минут?

Графиня задумчивость внучки истолковала по-своему. Она свела брови и, отведя глаза, тихо пояснила:

— Ваш дедушка порой бывает слишком требовательным. Поверьте, он такой не из-за жестокосердия или нелюбви к детям… Слишком много потерь было в нашей жизни. Алексис думает, что если бы мы не жалели тех, кого любим, то они стали бы более выносливыми, сильными, хитрыми, коварными…

Графиня говорила всё тише и тише, а под конец её глаза заблестели и голос стал глухим.

Анха смотрела на неё — и вспоминала свои упрёки маме. Это было спустя год после возвращения с гастролей. Тогда многое было переоценено и понято. И тогда же Анюта упрекнула своих родителей в том, что они пошли у неё на поводу и помогли вернуться к обычной спокойной жизни.

Да, они помогли, но разве нужно было полагаться на поспешные и эмоциональные выводы дочери?

Она испугалась и захотела всё бросить, а они тут как тут! Аня упрекала родителей в том, что они должны были помочь преодолеть трудности, а не помогать сбежать от них.

Пожалели. К черту их сопливую жалость!

А Анюте было жалко тех лет, что она ходила в музыкальную школу! Жалко было времени и сил, потраченных на учебу у частных учителей, помогающих красиво подать себя на сцене! Жалко денег, на которые можно было на каникулах ездить по миру, как было у одноклассников! Столько трудов оказалось пустыми из-за того, что родители поддались её слезам.

Воспоминания отозвались раздражением и обидой. Но зато она сейчас очень хорошо могла понять строгость графа, во всяком случае, по словам графини.

Анха вздохнула. У неё не складывалось никакого мнения по поводу клановой системы в обществе и будущего собственного княжения.

— Анха, быть княгиней непросто, — неожиданно призналась графиня.

— Мне сказали, что у меня ничего нет, кроме этого дома и сада, так что мой титул… — Анха запнулась, не желая произносить слово фарс, а другого она не могла подобрать.

— Девочка моя, ты пока не понимаешь, — графиня взяла Анху за руку и, поглаживая, перешла на доверительный тон, — какие возможности может дать тебе титул, потому что в тебе нет силы. Я имею в виду вовсе не магические способности. Князья — это хозяева, это власть и закон. С первого взгляда каждый должен видеть и понимать, что перед ним стоит властелин, тот, кто имеет право решать не только за себя, но и за других, а богатство вторично.

Анха вытянула свою руку и подошла к зеркалу, чтобы попробовать увидеть в себе властелина. Перед ней отразилась обычная девочка в нежно-жёлтом платьице-тунике и в шальварах чуть темнее тоном. На столике лежала шапочка с разноцветными помпончиками. Анха не удержалась от того, чтобы скорчить высокомерную рожу перед зеркалом и отшатнулась, когда зеркальное отражение показало ей средний палец и по-разбойничьи ухмыльнулось.

— Тьфу, зараза! — выругалась Анха и вжала голову, в ответ на ошеломлённый взгляд графини. Дама не видела шальное отражение, зато прекрасно слышала эмоциональное восклицание.

— Кажется, наш разговор не имеет смысла, — отвернувшись к окну, чопорно заметила родственница. — Я подготовлю тебя к замужеству. Никто не посмеет сказать, что моя правнучка не достойная наследница.

Графиня изящно поднялась и двинулась к дверям. Всё в поведении аристократичной бабушки было укором Анхе. Ведь стоило девочке проснуться, как она всё делала не так: то задержалась на кровати, болтая ногами; то плюхнулась на покрывало; то мылась так, что повсюду оставила капли воды и зубной эмульсией поперхнулась, а под конец от души выругалась. И словечко-то безобидное — но сказала, как выплюнула!

И фора в возрасте на девять лет не помогла проявить ум в беседе с графиней, а та быстро припечатала.

Во-первых, всё решила за Анху, во-вторых, не упомянула княжеский титул, обозвав внучку внучкой, да ещё и завуалировано предположила, что придётся потратить много труда, чтобы сделать из неё достойную наследницу!

Анха с недовольством смотрела, как бабушка лебёдушкой плывёт по коридору и решала, как ей быть. Намного проще сейчас было бы промолчать и стать просто внучкой. Девочка обернулась к зеркалу и покрутила пальцем у виска, на что отражение, схватившись за живот, вульгарно изобразило гоготание.

— Знала бы, что ты такая пакостница, ни за что не поделилась бы с тобой силой, — с досадой прошипела Анха зеркалу, на что отражение пальцем показало, что оно лишь часть самой Анхи.

— Надо было брать лучшее, а не подбирать не пойми что! — шёпотом возмутилась она, но зеркало не переспоришь, даже если оно молчит.

Девочка в отражении всплеснула руками и всем своим видом показала, что как вежливый и ответственный артефакт она взяла то, что не нужно магу дарителю.

Анхе пришлось только согласно вздохнуть. Она поторопилась знакомиться с волшебством, и её счастье, что в доме находятся только те артефакты, которые не могут навредить своим владельцам. А так страшно подумать, какую силу могло потянуть зеркало, когда Анха дала ему свободный выбор. Это было опрометчиво, но после общения с источником ощущение магии внутри себя кружило голову и хотелось получить что-то действительно волшебное!

И достаточно было открыть инвентаризационную страничку в инструкции по уходу за домом, увидеть в списке «волшебное зеркало», как судьба его была решена.

Какой смысл было пользоваться зеркалом вполсилы, и радоваться отражению в наиболее удачном ракурсе? Раз в зеркало можно было подселить крохотную частичку себя, а потом подпитывать энергией, то всё было решено в тот же миг. Правда, Анхе вчера показалось, что у неё не получилось, но оказывается, только показалось.

И вот разговор с графиней! Быть настоящей княгиней или не быть?!

Она же ещё до прихода родственников решила, что будет пробиваться вперёд несмотря ни на что, так чего же разнюнилась сейчас? Надо изживать в себе желание перекладывать тяготы и решения проблем на других, чтобы не прослыть инфантильной. В универе таких как она и других местных обзывали маменькиными детками. И это было обидной правдой.

Анха сжала кулаки и побежала вслед за графиней. Догнала её уже при входе в столовую. Огромный стол был накрыт белоснежной скатертью, правда, не глаженной. На нём стояли чайник с чашечками и блюдо с криво порезанным хлебом. Вот и весь завтрак. Графья, как оказалось, не умели готовить, а попросить помощи у кучера и открывателя дверцы кареты было неуместно. Это, видите ли, не их профиль!

Не успела Анха выбрать место, где ей сесть, как старик поднялся и выжидающе уставился на супругу.

— Наша девочка, — начала она, но Анха выступила вперёд, вспомнив, как графиня обратилась к ней, когда только вошла в комнату. Раз здесь любят разводить церемонии, то пусть всё будет торжественно!

— Я наследница своего рода и не собираюсь никому уступать своё место! — выпалила она и, как требует ситуация, вздёрнула подбородок.

Прадед молча смотрел на неё, по-видимому, оценивая решимость и осознанность принятого ею решения. А может, он просчитывал в голове дальнейшие варианты развития событий.

Анха тоже молчала и не двигалась с места. Раньше ей никогда не приходилось столь решительно претендовать на что-либо. Она много училась, и участвуя в разных конкурсах, побеждала, вот только всё получалось само собой. Она не сражалась, а просто была лучшей. Это и подвело, когда жизнь перестала быть лёгкой и помимо природных данных потребовалось приложить упорство, трудолюбие, терпение. Но прошло время, и были сделаны выводы.

Она больше не отступит.

У неё есть сомнения по поводу того, нужно ли ей быть главой клана и властительной княгиней, но она точно знает, что не готова класть свою жизнь на алтарь будущего мужа и даже своих детей. Может, когда станет старше, то будет думать по-другому, но сейчас она хочет стать Хозяйкой своих земель!

— Если вы, граф, сможете помочь мне, то я приму вашу помощь с благодарностью, — уже без какого-либо вызова добавила Анха и не ожидала, что графиня, остававшаяся всё это время рядом, поклонится ей.

— Княжна Анха, — не поднимая головы, произнесла родственница, — примите моё служение вам.

— Вы… — Анха этого не ожидала и не знала, что сказать. — Вы же моя бабушка…

— А вы — княжна, — неожиданно мягко заметила графиня, — и всегда, при любых обстоятельствах вы должны помнить это!

— Хорошо, я запомню, — Анха обняла женщину за плечи и потянула её вверх, чтобы та больше не склонялась перед ней. Но тут вдруг подошёл дед и повторил всё точь-в-точь за своей супругой.

— Княжна Анха, примите моё служение вам!

— Я принимаю, — растеряно ответила она обоим родственникам. В этот момент ей хотелось провалиться сквозь землю. Похоже, быть властительницей несколько неловко…